Актуализация темы экономии ресурсов вынудила на Х губернском съезде Советов «пересмотреть слишком раздутые штаты всех советских учреждений, как в губернском центре так и на местах и сократить аппетиты их в работниках, ибо, несмотря на то, что работавшими в этом направлении комиссиями и сокращено довольно внушительное количество “советских барышень”, тем не менее в некоторых учреждениях, еще до сих пор наблюдается довольно внушительное количество излишнего балласта…» [6, д. 173А, л. 165 об., 166].
На экономическом совещании в уездном городе Землянске 29 мая 1922 г. председатель Воронежского губисполкома Новиков подтвердил, что «существующая распыленность работы органов создает довольно большую волокиту, довольно большой параллелизм в работе, заставляет держать излишний штат служащих и создаёт колоссальные расходы по содержанию учреждений и другие, а вместе с тем создается непроизводительное распыление ответственных работников…17/V-22 г.» [5, д. 189, л. 9 об.].
Вышесказанные предложения были реализованы. В отчете отдела Управления за время с 1 декабря 1921 г. по 1 ноября 1922 г. Воронежскому губернскому съезду XI созыва было отмечено, что работы по сокращению числа низовых органов в уездах Воронежской губернии привели к тому, что из 327 волисполкомов и 2026 сельсоветов осталось 232 волисполкома и 1635 сельсоветов (т.о. количество волисполкомов было сокращено на 29%, а сельсоветов - на 19%.) [6, д. 185, л. 18 об.].
Общее количество государственных служащих Воронежской губернии на 1 октября 1922 г. составило - 5 332 чел. [2, с. 54].
На Втором Воронежском губернском экономическом совещании, подводящем итоги деятельности с 1 октября 1921 г. по 1 октября 1922 г. отмечался прогресс в работе государственных учреждений и предприятий. В ходе реформы «был упразднен целый ряд Отделов, сокращено до минимума число служащих, расформированы даже целые учреждения… Параллельно с этим были приняты все меры к улучшению материального положения сотрудников, к пересмотру их качественного состава и удалению тех из них, кои по каким-либо причинам являются для учреждений неподходящими.
Все эти мероприятия не замедлили отразиться самым благотворным образом на работе учреждений и в 1922 году говорить о бюрократизме и волоките, как о систематическом зле учреждений не приходится» [4, с. 73-75].
Воронежский уездный отдел Управления докладывал о политическом положении Воронежского уезда за ноябрь-декабрь 1922 г.: «Вполне удовлетворительное, агитации против Советской власти не было», потому что «ввиду ликвидации голода» отсутствовали «причины, создающие неблагоприятное настроение уезда» [8, д. 199, л. 152].
Накануне избирательной кампании Президиум губисполкома на организационные расходы предоставил губкомиссии 30 млрд руб. и каждой уездной комиссии до 3 млрд руб. Заблаговременно, 25 сентября 1922 г., губкомиссией совместно с губкомом была выпущена листовка в количестве 3 500 экземпляров «Готовьтесь к перевыборам Советов», которые роздали всем делегатам, прибывшим на конференцию.
Кроме того, Губкомиссия разослала по волостям и селам газеты: «Воронежская Коммуна» (600 экземпляров) и «Наша газета» (2500 экземпляров), в которой были помещены статьи, посвященные вопросам совстроительства и перевыборной кампании. «…Процент партийности и грамотности членов Волисполкомов и сельсоветов настоящего состава, является довольно прочным залогом того, что предстоящая перевыборная кампания пройдет с большим подъемом» [6, д. 185, л. 24].
XI съезд Советов Воронежской губернии, проходивший 11 декабря 1922 г., «уделил особое внимание делу народного образования, сельскому хозяйству и местному бюджету» [2, с. 41].
Развернувшаяся деятельность по экономии государственных ресурсов, оптимизации деятельности советских органов не могла не коснуться темы взяточничества. «Отдавая себе ясный отчет в трудности борьбы с таким социальным злом как взяточничество и не строя на этот счет никаких иллюзий высшие советские партийные органы все же полагают, что обращение общественного внимания Советской Республики на взяточничество, будет иметь своим результатом и уменьшение этого зла» [7, д. 3, л. 84]. В Воронеже была сформирована Губернская комиссия по борьбе со взяточничеством, которая циркулярно во все уисполкомы, во все партийные комитеты разослала приказы от 29/ХІІ-22 г. с грифом «Совершенно секретно». В нем Губкомиссия предоставляла право всем учреждениям, органам, предприятиям самим выбрать методы и способы борьбы со взяточничеством в зависимости от «подходящей обстановки на местах». И давала общие указания, которые следовало всем выполнить: «…Организация в З/К, ссыппунктах, Упродкомах и на мельницах спецящиков, куда опускаются населением жалобы на тех или других работников.
…Ставя Вас в известность о принимаемых мерах Губкомиссией, просьба к Парткому широко пропагандировать через свои партячейки цель и задачу организации указанных ящиков жалоб, с тем, чтобы население широко было ознакомлено с теми мерами какие принимает Советская власть в этом отношении…» [Там же, л. 84, 84 об.].
Таким образом нэп, одобренная крестьянством, привела к постепенному уменьшению дезертирства и бандитизма. Это дало возможность уделить больше внимания на улучшение деятельности аппарата на местах и произвести организационные и структурные перестройки. Система местного самоуправления, которая позиционировалась как высшая система демократического государственного устройства, на практике оказалась несколько формализованной. Неудачи избирательного процесса заставили большевиков пересмотреть практику его организации, в котором стали доминировать авторитарные технологии. По сути, безальтернативная процедура выборов лишила граждан избирательных прав, фактически сведя представительство к кооптированию и назначению.