Материал: Беляев Е.А. Арабы, ислам и арабский халифат в раннее средневековье. 1966

Внимание! Если размещение файла нарушает Ваши авторские права, то обязательно сообщите нам

обязавшись поставлять им по 400 рабов ежегодно. Поставка рабов являлась одним из видов податей, уплачивавшихся населением некоторых завоеванных областей. Рабы в то время (особенно в бывших византийских провинциях) играли очень важную роль в общественном производстве.

Особенную активность в приобретении богатства и власти проявляли члены мекканского рода омейя, которые в свое время вели упорную борьбу против мединской общины верующих, а затем вступили в нее на выгодных условиях. Они приобрели сильное влияние среди руководства мусульманской общины еще при жизни Мухаммеда, а после его смерти приняли деятельное участие в завоевательных походах.

При Омаре представители рода омейя получили в свое владение Сирию, Йазид, сын Абу Суфиана, занял положение ведущего военачальника в этой стране. После его смерти во время амвасской чумы наместником Сирии стал его брат Муавия.

В 644 г., после убийства Омара, павшего от руки иранского раба, халифом стал Осман ибн ал-Аффан, тоже принадлежавший к роду омейя. В свои молодые годы, еще до возникновения ислама, Осман был очень богатым человеком, получавшим крупные денежные средства от выгодных ростовщических операций. Среди мекканцев он был известен как большой любитель благовоний, породистых лошадей и молодых рабынь. Он стал одним из ранних последователей Мухаммеда, будучи, как гласит предание, увлечен одной из его дочерей, на которой затем женился, а после ее ранней омерти взял в жены другую дочь пророка. Поэтому он получил почетное в глазах мусульман прозвище — «дважды зять посланника Аллаха».

Его приобретательские склонности и способности получили особенно благоприятную возможность для проявления, когда он стал халифом. Он построил себе в Медине каменный дом с дверями, сделанными из редких пород дерева, приобрел в том же городе много недвижимого имущества, в том числе сады и водные источники. Большие доходы приносили его имения с плодовыми деревьями в Вади-л-Кура, Хунейне и других местах; они оценивались в 100 тыс. динаров, не считая имевшихся в них больших табунов лошадей и верблюжьих стад.

154

В

день смерти Османа в его личной казне насчитали

150 тыс. динаров и 1 млн. дирхемов

2 2 .

 

Приумножая свои богатства за

счет мусульманской

казны,

Осман предоставлял

возможность пользоваться

ею

и

некоторым ближайшим

«сподвижникам» Мухам-

меда. Делая соучастниками своих хищений этих наиболее заслуженных и авторитетных мусульман, он, несомненно, стремился оправдать свои незаконные действия. Эти «сподвижники» прославляли халифа Османа за его щедрость и благородство, и недаром: прославление имело солидную материальную основу. Так, аз-Зубейр ибн Аввам, один из наиболее известных «сподвижников» пророка, построил доходные дома в Куфе, Басре, Фустате и Александрии. Его имущество оценивалось в 50 тыс. динаров. Кроме того, он имел тысячу лошадей и столько же рабов. Другой «сподвижник», Талха ибн Убейдаллах, построил большой доходный дом в Куфе и приобрел земельные владения в Ираке, с которых ежедневно получал 1 тыс. динаров дохода. Он тоже построил в Медине роскошный дом из кирпича и ценного дерева. Еще один видный «сподвижник» — Абдаррахман ибн Ауф построил себе обширное и богатое жилище. В его конюшнях насчитывалось до сотни лошадей, а на пастбищах - тысяча верблюдов и 10 тыс. овец. Одна четверть оставшегося после него наследства равнялась 84 тыс. динаров. Такое стяжательство было широко распространено среди «сподвижников» пророка и приближенных халифа Османа 2 3 .

Видимо, быстро накопленные богатства уже в то время порождали сильно преувеличенные слухи об их размерах. Так, некоторые утверждали, что наследство азЗубейра оценивалось в 35 млн. дирхемов, а другие уверяли, что оно достигало 52 млн.2 4 .

Открытое расхищение мусульманской казны вызывало протест со стороны тех немногих «сподвижников» пророка, которые полагали, что все поступавшие в нее средства принадлежат мусульманам и должны равномерно распределяться среди них. Из таких противников иму-

2 3 Ma?oudi, Les prairies d'or. Texte

arabe

et trad,

par

C.

Barbier

de Meyrmrd et A. Pavet de V. Gourteille,

t. IV,

Paris

1865

р.

263

2 3 Ibid, pp. 253—255.

 

 

 

 

 

155

щественного неравенства особенно выделялся Абу Зарр ал-Гифари. В период завоеваний этот старый «сподвижник» Мухаммеда, которого, по преданию, пророк ставил в пример другим мусульманам, отправился в Сирию. Там он публично осуждал наместника и военачальников за присвоение добычи и податей, являвшихся, по его мнению, «имуществом Аллаха», принадлежавшим всем мусульманам. Муавия попросил халифа Османа убрать из Сирии этого опасного агитатора, который приобретал все большую популярность среди рядовых мусульман. Отозванный Османом, Абу Зарр поселился в Медине. Но здесь он стал выступать с резкой критикой деятельности халифа, когда узнал, что тот щедро одарил своего племянника Мервана ибн ал-Хакама из средств мусульманской казны, его брату ал-Харису ибн ал-Ха- каму выдал оттуда же 300 тыс. дирхемов, а Зейду ибн Сабиту—100 тыс. дирхемов. За получение такого рода незаконных дотаций Абу Зарр, ссылаясь на Коран, обещал им всем пребывание в адском пламени. Углубляя содержание своей критики, этот непримиримый и неподкупный агитатор заявлял, что богачи приумножают свои

.богатства путем обирания бедняков. Халиф Осман приказал выслать «смутьяна» в захолустное место, где тот и умер в крайней бедности. Его вдова не имела даже незначительных средств на его скромные похороны.

В правление халифа Османа (644—656) его родственники, представители мекканской рабовладельческой родовой аристократии, стали захватывать правительственные посты и земельные владения в завоеванных странах. Историческое предание особенно отрицательную роль отводит его племяннику Мервану. Пользуясь старческой слабостью и слабоволием своего дяди (который стал халифом в возрасте около 70 лет), он захватил бразды правления в Медине и всячески потворствовал самовольным действиям жадных и хищных родственников. Эти халифские родственники из рода- омейя, получившие от Османа назначения на посты наместников и военачальников, прежде всего приступили к присвоению земель, считавшихся собственностью мусульманской общины и находившихся в распоряжении халифа. В Севаде они обратили в свои владения часть савафи и быстро осваили ранее практиковавшиеся на них способы феодальной эксплуатации. В Сирии они захватывали госу-

156

дарственные земли и обрабатывали их путем примене-

ния рабского труда.

Такие земельные захваты наряду с хищениями, вымогательствами и насилиями, чинимыми этими правителями, вызывали все возраставшее недовольство. Его решительно выражали те сподвижники Омара, которые были смещены с влиятельных и доходных постов. Их недовольство разделяли арабские племена (главным образом в Ираке), которые материально страдали от произвольного расходования государственных средств ставленниками Османа.

Сам халиф Осман подавал дурной пример произвольного расходования государственных средств в интересах своей семьи. Так, когда его дочь вышла замуж за Абдаллаха ибн Халида, он предписал выдать новобрачным 600 тыс. дирхемов из басрийского бейт ал-мал. Абдаллах ибн Абу Сарх прислал из Ифрикии 3 тыс. кантаров золота, и Осман приказал отдать это золото семье алХакама.

Недовольство проявилось в активном протесте, который выразили Осману представители мусульман из Куфы, Басры и Египта, прибывшие в Медину под видом паломников. При поддержке жителей этого города протест перерос в открытое восстание. Восставшие блокировали халифа в его доме, а затем убили его.

Халифом стал Али, двоюродный брат и зять Мухаммеда, муж его дочери Фатимы. Но этот халиф, провозглашенный повстанцами, встретил противодействие со стороны влиятельной группировки разбогатевших «сподвижников» и, конечно, со стороны родственников убитого халифа. К первой группировке, во главе которой стояли «сподвижники» Талха и аз-Зубейр, примкнула Аиша, вдова Мухаммеда. Так началась острая борьба за власть, принявшая вооруженный характер. Али сравнительно легко подавил сопротивление этой группировки, не располагавшей значительными силами и не имевшей солидной социальной опоры. Войско Талхи и аз-Зубейра было разбито в 656 г..при Хурейбе, под Басрой. Оба «сподвижника» были убиты, а Аиша попала в плен. Это сражение

стали называть

«верблюжьим», так

как Аиша,

при-

сутствовавшая

при нем, сидела в

паланкине

на

верблюде.

 

 

 

Гораздо серьезнее было сопротивление аристократии

157

рода омейя, которая пришла к власти и овладела обильными источниками обогащения при Османе. Борьбу этой аристократии, защищавшей свою власть и доходы против сторонников Али, возглавил Муавия, наместник богатой цивилизованной Сирии, располагавший очень большими силами и средствами.

Для борьбы с могущественным противником Али мог рассчитывать на арабские племена в Ираке, которые выступали носителями общинно-демократических представлений и порядков, отождествлявшихся с личностью и деятельностью халифа Омара. Став халифом, Али заявил о своем намерении править в духе политики Омара. Он стал смещать наместников, поставленных при Османе, отбирал земельные владения, захваченные при его предшественнике. Не находя в Аравии достаточных сил и средств для борьбы и надеясь обрести надежную военную и социальную опору в Ираке, Али перенес свою резиденцию в Куфу.

В 657 г. при Сиффине, в ал-Джазире, на правом берегу Евфрата, произошло крупное сражение между сирийскими войсками Муавии и иракскими войсками Али. В этом сражении ни та, ни другая сторона не достигла решительного успеха. Арабские историки сообщают, что хитрость и коварство Амра ибн ал-Аса, находившегося в войске Муавии, лишили воинов Али возможности одержать решительную победу. Видя, что сирийскому войску грозит неминуемое поражение, этот «завоеватель Египта» предложил воинам Муавии поднять на копьях и мечах листы рукописей Корана и призвал противников прекратить кровопролитие, а спор предводителей разрешить мирным путем на основании предписаний священной книги. Уступая настоятельному требованию влиятельных приверженцев, Али принял это предложение. Имеются основания для сомнений в возможности подобного происшествия. Некоторые военные историки считают просто невозможным самый факт обращения к противнику (да еще с листами Корана, вывешенными на оружии) в ходе развернувшегося сражения2 5 .

Вскоре после битвы при Сиффине в лагере Али выступили хариджиты, которых принято считать первой,

2 5 Ганс Дельбрюк, История военного искцсства..., т. Ill, М. 1938, стр. 158.

158