2.2 Усиление экономических связей с Европой и США. Стабилизационный план и «испанское экономическое чудо»
Экономическая либерализация затронула, прежде всего, сельское хозяйство. С середины 50-х гг. Министерство сельского хозяйства постепенно отменяло практику обязательной обработки пахотных земель и принудительной продажи государству части сельскохозяйственной продукции по фиксированным ценам. Продажа зерна и продуктов животноводства была поэтапно переведена на рыночные рельсы. Была отменена существовавшая ранее система различных обменных курсов песеты во внешней торговле и введен единый курс для всех участников торгового обмена. Кроме того, для поощрения испанского экспорта была проведена девальвация песеты; была изменена шкала налогообложения в сторону увеличения налогов.
В результате проведенных реформ в экономике Испании наметился экономический подъем: за период с 1951 по 1957 г. внешнеторговый оборот страны вырос почти в 10 раз; постепенно возрастал доход на душу населения. Тем не менее, финансовое положение страны к концу 50-х было
критическим: в 1958 г. бюджетный дефицит составил 23,6%. Выход из сложившейся ситуации министры недавно сформированного кабинета видели в обращении за помощью к европейским странам и США, с которыми уже существовал упомянутый в первой главе Мадридский пакт. США, в свою очередь, были заинтересованы укреплении южного фланга Западной Европы, как места расположения стратегически важных военных баз. Однако европейские державы до сих пор занимали неоднозначную позицию в испанском вопросе, поэтому был разработан и приведен в действие индивидуальный «план Маршалла» специально для Испании. Материальная помощь была столь значительной, что есть все основания считать ее ключевой предпосылкой «испанского чуда» - небывалого экономического подъема, наметившегося в конце 1950-х годов и завершившегося в период нефтяного кризиса 1973 г.
января 1958 г. Испания стала ассоциированным членом Совета Организации европейского экономического сотрудничества (ОЕЭС). 20 июня 1959 г. министр иностранных дел Кастиэлья подписал меморандум, в соответствии с которым Испания обязалась полностью отказаться от политики автаркии и «направить свою политику по линии сближения с западными странами». Конкретные обязательства были закреплены в «Национальном плане экономической стабилизации», или «Стабилизационном плане», который получил силу закона 21 июля 1959 г.
Новый экономический курс предусматривал более широкий доступ иностранных товаров на испанский рынок, создание благоприятных условий для иностранных капиталовложений, превращение песеты в свободно конвертируемую валюту (при условии ее девальвации с 42 до 60 песет за доллар), ослабление административного контроля над производством, ценообразованием и объемом заработной платы. Кроме того, был упорядочен государственный бюджет, сокращена его расходная часть, введена новая тарифная шкала. В целом, данный план был призван ликвидировать элементы патернализма и корпоративности в экономике и утвердить господство рыночных принципов на испанском экономическом пространстве.
В результате взятых на себя обязательств Испания стала полноправным членом Международного Валютного Фонда (МВФ) и Международного банка реконструкции и развития (МБРР) и получила от Европейского валютного фонда, правительства США и частных американских банков 546 млн. долл. в форме кредитов и займов. Стабилизационной план вызвал неоднозначную реакцию общественности и правящих кругов Испании; многие опасались, что план экономической стабилизации расшатает основы авторитаризма и в конце концов приведет к краху франкистского режима. Однако визит президента США Эйзенхауэра в Мадрид, который имел особое значение как первая личная встреча руководителя западной державы с генералом Франко за прошедшие 20 лет, вселил уверенность в незаинтересованности США в смене франкистского режима.
С 1961 г. в Испании произошло заметное оживление экономики, а затем и её рост. В период с 1960 по 1974 г. экономические показатели росли в среднем на 6,6 % в год: выше, чем в любой другой стране мира, за исключением Японии. Такому экономическому подъему способствовал и ряд других факторов, среди которых особое место занимает привлекательность данного региона для туризма и отдыха, обеспечившая Испании огромный приток западноевропейских туристов, что являлось важной доходной статьей государственного бюджета. Ведавший вопросами туризма и информации, Мануэль Фрага Ирибарне своей умелой политикой сумел привлечь в Испанию в 1964 г. 17,25 млн. туристов. Данное явление было также обусловлено послевоенным подъемом национальных экономик европейских стран, обеспечившим рост доходов населения и сделавшим туризм доступным для широких народных масс. Позитивное влияние на оживление экономики и оздоровления бюджета имела и усиленная экономическая миграция испанского населения в развитые страны: до 1975 г. на заработки за границу выехало более 2 млн испанцев. Их регулярные денежные переводы в твердой валюте обеспечивали стабильной рост золотовалютного запаса страны. Третьим важным фактором, обеспечившим рывок испанской экономики, был увеличившийся приток иностранных инвестиций в страну в результате снятия таможенных и иных ограничений. По словам Кастиэльи, в Испании существовала абсолютная свобода для вложения иностранного капитала - до 50 % капитала предприятий. Главными инвесторами Испании стали США и ФРГ. Наряду с внешними факторами, надо отдать должное и внутреннему реформированию страны; в частности, модернизация министерства промышленности, осуществленная Грегорио Лопесом Браво, вывела Испанию в 1964 г. на первое место в мире по приросту промышленного производства, который составил 140,2%, в сравнение с 121,6% в США. В производстве телевизоров (74,60%), холодильников (146,91%) и стиральных машин (98,23%) были зафиксированы еще более высокие показатели, а производство автомобилей возросло до 350 000 в год; наконец, доход на душу населения к 1974 году увеличился более чем вдвое. Либерализация промышленности и банковского сектора стала мощным импульсом для процесса приватизации крупной собственности. Ускоренными темпами происходила индустриализация страны: за период с 1959 по 1975 г. доля сельского хозяйства в структуре ВВП сократилась с 23% до 9%, в то время как доля промышленности выросла с 34% до 42%. Не отставала и сфера услуг, доля которой возросла с 43% до 49%. Более того, урбанизация охватила почти все регионы страны: за 15 лет более 7 млн испанцев покинули сельскую местность и расселились в городах. Иными словами, к 1975 г. Испания получила полное право именоваться «индустриальной» державой, тогда как определения «патриархальная» и «отсталая» по отношению к стране утратили всякую актуальность.
Либерализация экономики сопровождалась и некоторыми политическими уступками. Обновленческая деятельность технократических правительств в период с 1957 по 1965 г. проявилась и в определенной модернизации самого режима, повышении эффективности центрального госаппарата и административных структур провинциального и муниципального уровней. В 1967 г. Ф. Франко «под давлением» Л. Карреро Бланко и министров-технократов дал свое согласие на принятие Органического закона о государстве, согласно которому было осуществлено разделение постов главы государства и главы правительства. Закон также отменял предварительную цензуру, взамен которой проводилась «предварительная консультация»; была проведена частичная реформа Кортесов. Органический закон сохранял положение «Закона о наследовании поста главы государства» 1947, согласно которому Испания провозглашалась королевством. Однако на этот раз был объявлен конкретный преемник главы государства - принц Хуан Карлос Бурбон, внук короля Альфонса XIII, который 23 июля 1969 г. принес присягу на верность Ф. Франко и отечеству.
В целом, следует отметить, что экономический «бум» 60-х и первой половины 70-х гг., с одной стороны, укрепил позиции «новой» испанской буржуазии, но, с другой стороны, усилил ее недовольство экономической политикой режима. Предприимчивая часть испанской буржуазии требовала дальнейшего реформирования системы. В этих условиях конфликт между государственным авторитаризмом и динамичной рыночной экономикой стал неизбежен, и даже либеральные преобразования в социальной сфере и привлечение к управлению министров-технократов из «Опус деи» не могли удовлетворить ожидания испанской прогрессивной общественности. Например, в 1962 г. представители самых разных политических взглядов под руководством Хиля Роблеса обратились к странам - членам Общего рынка с призывом принять Испанию в ЕЭС лишь после того, как она осуществит демократические реформы.
международный изоляция испания дипломатический
2.3 Динамика дипломатического диалога с США и странами Западной Европы. Перспективы сотрудничества в рамках ЕЭС
Итак, были восстановлены отношения с США в военной и торгово-финансовой сфере, постепенно налаживались контакты Испании с арабским миром и странами Латинской Америки. Тем не менее, вступление Испании в ООН и ОЕЭС отнюдь не означало признание франкистского режима западноевропейскими государствами. Однако, благодаря усилиям Кастиэльи, можно говорить об улучшении политических отношений Испании с Францией, Великобританией и Федеративной Республикой Германией (ФРГ), в меньшей степени - с Бельгией, Италией, Нидерландами, Скандинавией. Для сближения с этими странами испанское правительство использовало все доступные средства: как развитие культурного и научного сотрудничества, так и применение экономических рычагов. К началу 1960 г. около половины испанского экспорта направлялось в страны Западной Европы. Постепенно западные державы осознали необходимость включения Испании в общеевропейский рынок и стали искать пути укрепления внешнеполитических связей с недавним «изгоем». И хотя в прессе режим Франко продолжал подвергаться критике, европейская элита предпочитала вспоминать о «моральных критериях» только в случае крайней необходимости. Выгодные кредиты были обещаны Испании правительством генерала де Голля, которое также выразило готовность оказать содействие в строительстве первой в Испании атомной электростанции. А осенью 1962 г. Кастиэлья получил неофициальные известия о том, что президент Франции благосклонно относится к перспективе вступления Испании в «Общий рынок» или Европейское экономическое сообщество. Подобной точки зрения придерживалась и ФРГ.
Европейское экономическое сообщество было учреждено в 1957 г. государствами-членами Европейского объединения угля и стали. Первоначально в данную региональную интеграционную структуру вошли 6 государств ФРГ, Франция, Бельгия, Италия, Нидерланды, Люксембург. Цели объединения были зафиксированы Римским договором и сводились к следующему: создание таможенного союза (постепенная отмена таможенных пошлин и количественных ограничений во взаимной торговле), единая сельскохозяйственная политика, свободное движение капитала, рабочей силы и услуг между странами-членами ЕЭС.
Несмотря на что, что Испания все больше вовлекалась в общеевропейский процесс интеграции, очень многое зависело от динамики дипломатического диалога с США. В 1963 г. договор о военных базах между Испанией и США в связи с необходимостью продления был преобразован в договор о взаимопомощи. То есть, отныне стороны признавались равноправными и имели взаимные обязательства. Однако в целом, на протяжении 1960-х гг. можно смело говорить об охлаждении испано-американских отношений. Во-первых, в Вашингтоне продолжалась открытая критика в адрес франкистского режима. Во-вторых, противоречия вызывали позиции сторон в кубинском вопросе: политика экономической блокады Кубы, осуществляемая США, противоречила интересам Испании как индустриальной державы, остро нуждающейся в рынках сбыта. США отказалось поддержать Испанию в англо-испанском споре о деколонизации Гибралтара, а Испания, в свою очередь, не осудила выход Франции из военной организации НАТО. Другими факторами «охлаждения» взаимоотношений между США и Испанией можно считать «инцидент в Паломаресе», а также позиция испанского правительства в арабо-израильском конфликте - «Шестидневной войне 1967 г.»: на заседании Генеральной Ассамблеи ООН Испания открыто поддержала Египет. В 1968 г. Кастиэлья потребовал для страны такого же юридического статуса, на котором были основаны взаимоотношения США и других членов НАТО, что не могла не вызвать раздражение Вашингтоне.
В сложившихся условиях, возвращение к традиционному испанскому нейтралитету представлялось для правительственных кругов Испании все более привлекательным. Данная позиция отвечала национальным интересам еще и потому, что позволяла переориентироваться на дальнейшее сближение с Европой, путем установления дипломатических отношений с Восточной Европой, в том числе и с СССР.
Тем не менее, западные державы не спешили официально принять Испанию «в семью европейского экономического и политического сообщества». В 1962 г. Испания направила в штаб-квартиру ЕЭС просьбу о начале официальных переговоров по вопросу вступления в организацию. Государства Бенилюкса высказались против участия Испании в военных и экономических союзах западноевропейских стран: первая просьба Испании о приеме в ЕЭС была отклонена в 1964 г. То есть, невзирая на пересмотр отношения к режиму Франко, правительства демократических стран Западной Европы все еще воздерживались от установления с Испанией слишком тесных контактов. Лишь в 1970 г. в Люксембурге после напряженных переговоров был подписан протокол о предоставлении Испании режима благоприятствования в торговле со странами-членами ЕЭС.
Таким образом, в 60-е гг. Испания достигла колоссальных успехов по преодоления международной изоляции, которые были обусловлены, прежде всего, всесторонней модернизацией экономической системы страны, ставшей возможной благодаря усилиям министров-технократов во главе с Лопесом Родо и огромным иностранным субсидиям, займам и льготным кредитам. В результате Испания по темпам экономического роста опередила большинство европейских стран, что заставило их пересмотреть моральную сторону господствовавшего авторитаризма и искать пути экономического и торгового сближения с Испанией. Однако сохранение антидемократического режима в стране по-прежнему являлось серьезным препятствием на пути дальнейшей интеграции Испании в общеевропейские политические структуры.
2.4 Последние годы существования франкистского режима. Противоречия с ключевыми странами ЕЭС и кризис 1975 г
По результатам опроса, проведенного летом 1969 г., большинство представителей среднего класса, которых правительство рассматривало как залог сохранения существующего режима, высказалось в пользу позиции нейтралитета Испании на международной арене. В сложившейся ситуации отставка Кастиэльи, несмотря на все его заслуги по ликвидации изоляции страны от внешнего мира, не заставила себя ждать.
Во вновь сформированном кабинете министром иностранных дел стал «опусдеист» Грегорио Лопес Браво. Он оправдал ожидания мировой общественности и повел страну по пути атлантизма. Объявив Испанию неотъемлемой частью Европы, он в своих выступлениях подчеркивал необходимость покровительства США для сохранения статуса-кво. Однако новые соглашения между государствами были подписаны лишь в августе 1970 г. Они предполагали расширение сотрудничества США и Испании за пределы области обороны, однако ключевым пунктом являлось сохранение американских военных баз в обмен на предоставление Испании кредита на сумму 125 млн. долл., что делало ее составной частью военных структур НАТО. Неравноправный характер сотрудничества с США Лопес Браво стремился компенсировать укреплением традиционных связей Испании со странами Латинской Америки, арабскими странами и Португалией.
Что касается европейского направления внешней политики Испании, то здесь не все усилия Лопеса Браво увенчались успехом, в частности, так и не удалось заключить военное соглашение с Францией. Проблема Гибралтара оставалась нерешенной. А вступление в 1973 г. в ЕЭС Великобритании, Ирландии и Дании отдалили на неопределенный срок перспективы участия Испании в деятельности «Общего рынка». Тем не менее, определенный прогресс был достигнут в отношении Восточной Европы. Так, с 1969 по 1973 г. были установлены дипломатические отношения с Венгрией, Болгарией, Чехословакией, подписаны торговые соглашения с Советским Союзом, Югославией, Польшей и Румынией. Состоялось дипломатическое признание ГДР. Это новое направление европейской политики Мадрида во многом явилось причиной приглашения Испании участвовать в Совещании по безопасности и сотрудничеству в Европу (СБСЕ), которое проходило в Хельсинки 3-7 июля 1973 г.