Материал: Volovik_V_I_-_Filosofia_politicheskogo_soznania-1

11

Не оставляют без внимания политическую проблематику и философы. На Западе еще с 40-х годов ХIХ столетия происходит процесс становления специальной философской дисциплины – политическая философия. Именно тогда увидела свет работа английского автора Г. Броугэма «Политическая философия»15. Правда, речь в ней по сути дела ведется о политической науке, но понятие «политическая философия» уже появилось на свет, как бы сигнализируя о необходимости обозначаемого им феномена. В последующем исследованием его занимаются Кэтлин Д., Рассел Б., Страусс Л. и др. западные авторы16.

Реакцией отечественных обществоведов на исследования западных коллег в советский период нашей истории явилось появление книги «Власть: Очерки современной политической философии Запада»17. Подготовившая ее в конце 80-х годов минувшего столетия группа советских философов предприняла попытку дать критический анализ учений о власти, разработанных в рамках наиболее влиятельных на то время направлений западной философии и культурологии – психоанализа, структурализма, антропологии. Власть и политика, типология власти, системный и качественный анализ власти, власть и масса, власть и политика литературы, поведенческие концепции власти – таковы основные аспекты проблемы, представленные в данной работе.

После развала СССР в странах, образовавшихся на его бывшей территории, идет процесс формирования политической философии. В стремлении обосновать ее право на существование в качестве самостоятельной отрасли философского знания завидную активность проявляет ранее упомянутый российский исследователь К.С. Гаджиев. Вначале этой проблеме он посвятил специальную главу учебника для высших учебных заведений «Введение в политическую науку»18; а затем выпустил в свет монографию «Политическая философия»19; которая почемуто вышла под эгидой научно-редакционного совета издательства «Экономика».

Безусловно, сами по себе факты становления политической науки и политической философии как самостоятельной отрасли философского знания весьма отрадны. Однако развитие как политической науки, так и политической философии встречает на своем пути препятствие, каковым является отсутствие четкой определенности в их толковании, понимании их объектов и предметов. Так, например, американский исследователь Д. Истон толкует политическую науку как «исследование способов, которыми принимаются решения для общества». Отсюда предмет политической науки, по его мнению, включает все действия и институты в обществе, непосредственно связанные со способами, которыми принимаются и осуществляются властные решения, и последствия, которые они могут вызвать20. Французская исследовательница М. Гравитц придерживается мнения, что предмет политической науки составляет то, как люди используют институты, регулирующие их совместную жизнь, и идеи,

12

приводящие в движение людей, независимо от того, созданы эти идеи ими самими или получены от предшествующих поколений21.

Справедливо указывая на узость толкования этими авторами предмета политической науки, К.С. Гаджиев считает, что «предметом политологии в общей сложности является политическое в его тотальности, в контексте исторического развития и реальной социальной действительности, а также взаимодействия и переплетения различных социальных сил, социокультурного и политико-культурного опыта. В фокусе ее зрения – такие разные по своему характеру институты, феномены и процессы, как политическая система, государственный строй, власть и властные отношения, политическое поведение, политическая культура, история политических учений и т.д.»22. Такое толкование предмета политической науки вряд ли можно считать корректным. В основе его лежит признание в качестве синонимов понятий «объект исследования» и «предмет исследования». Между тем данные понятия отличаются по своему содержанию. Первое понятие охватывает всю действительную или воображаемую, овеществленную или идеальную реальность, которая представляет интерес для исследователя. Как видим, именно это имеет ввиду К.С. Гаджиев, ошибочно обозначая перечисленные феномены понятием «предмет политической науки», в то время, как в данном случае следовало бы употребить понятие «объект политической науки».

Что же касается содержания понятия «предмет политической науки», то в определении его, как нам представляется, следует исходить из того, что

условиях, на определенной стадии развития того или иного феномена. Исходя из сказанного, думается, у нас есть основания согласиться с

А.Ф. Додоновым, который приходит к следующему выводу: «Объектом политологии является реальная политическая сфера общественной жизни… Предметом политологии являются закономерности становления, функционирования и изменения политической власти. Следовательно, на вопрос «что такое политология?» можно ответить:

использования в государственно организованном обществе»23.

Заметив это, попробуем разобраться с политической философией. Приступая к выяснению сущности и основных параметров ее, К.С. Гаджиев в качестве исходного выдвигает тезис: «Мир политического как объект политико-философской рефлексии»24. Именно так озаглавлен первый подраздел пятой главы его монографии. Исходя из этого, автор утверждает, что «политическая философия выступает одновременно и как теория познания мира политического, т.е. как политическая эпистемология, и как учение о политическом бытии, т.е. как политическая онтология. В первом качестве она выступает как особая дисциплина (или поддисциплина),

эпистемологию и методологию. Во втором же качестве это та сфера духовной деятельности людей, где формируются мировоззренческие, нормативные и ценностные основы мира политического, сама идея политического, идея государства и власти и т.д. Политическая философия, затрагивая одновременно сферы как философии, так и мира политического, располагается в области пересечения философии и политической науки. С одной стороны, политическая философия является частью общей философии в собственном смысле слова. Более того, в качестве самостоятельного феномена на определенном этапе исторического развития она вышла из лона общей философии. С другой стороны, она теснейшим образом связана с политической наукой, и в отдельных своих аспектах входит в последнюю в качестве самостоятельного подраздела. Поэтому очевидно, что ее судьбы

теснейшим образом связаны с судьбами как философии, так и политической науки»25.

Разделяя мнение уважаемого автора относительно того, что судьбы политической философии теснейшим образом связаны с судьбами как философии, так и политической науки, следует в то же время отметить, что характер этой связи нам видится, если не совсем иным, то, по крайней мере, существенно отличающимся от того, как его подает К.С. Гаджиев.

Политическая наука и политическая философия принадлежат к различным формам общественного сознания, каковыми являются наука и философия, образующие хоть и взаимосвязанные, но четко очерченные системы. Как и любая наука, политология зарождалась и вызревала в лоне философии, что хорошо видно и из приведенной в начале подраздела цитаты из монографии К.С. Гаджиева, предпринявшего попытку периодизировать становление политологии. В качестве же самостоятельной она, как признает и указанный автор, она окончательно выделилась и утвердилась в 80-е – 90-е годы ХIХ и первые десятилетия ХХ века. Очевидно, что к этому периоду следует отнести и время формирования отрасли социальной философии, которая призвана была осуществлять рефлексию теоретических положений, продуцируемых политической наукой, демонстрируя соответствие или же, наоборот, несоответствие их изменившейся политической реальности. Онато и получила название политической философии, название, нужно сказать, не совсем удачное.

Оно как раз и дает основание делать ошибочный вывод о том, что «политическая философия затрагивает одновременно сферы как философии, так и мира политического. Дело в том, что философия, как мы не раз об этом уже писали26, предстает в форме экспликации, т.е. развертывания и перестройки мысленных структур, определяющих отношение человека к миру во всем многообразии их проявлений. Она выступает как единство онтологического, гносеологического и праксиологического аспектов, специфически реализуемом в процессе рефлексии различных форм

14

общественного сознания – научного, религиозного, политического, правового, нравственного и эстетического сознания.

Иначе говоря, философия не может иметь дело непосредственно с самими естественно-историческими феноменами. Она должна заниматься результатами опосредствования их вышеупомянутыми формами общественного сознания. Исходя из этого следует вывод, что вести разговор о философском анализе непосредственно политики, политической деятельности, мира политического, толкуя политическую философию, как философию политики, как это предлагает К.С. Гаджиев27, не совсем корректно. Отрасли же философского знания, призванной осуществлять рефлексию мысленных, в том числе теоретических моделей указанных политических феноменов, на наш взгляд, более соответствовало бы название философия политического сознания.

3. Философия политического сознания: объект и предмет исследования

Философия политического сознания, на наш взгляд, может быть определена как одна из форм теоретически сформированного мировоззрения, форма экспликации, развертывания и перестройки мысленных структур, которые определяют отношение человека к миру и мир в отношении к человеку, проявляющаяся во взаимосвязи субъектов политической деятельности конкретного социального организма на определенной стадии его исторического развития.

Конечно, предлагаемая нами дефиниция не претендует на истину в последней инстанции. Как и любая иная дефиниция, она лишь частично отражает обозначаемый ею феномен, оставляя право на коррекцию, дальнейшее уточнение, совершенствование. И все же, как нам представляется, эта дефиниция отличается рядом положительных моментов, позволяющих взять ее на вооружение. Прежде всего, она фиксирует основной сущностный признак философии политического сознания, имманентный философии в целом: она выступает в форме теоретически сформированного мировоззрения, осмысливающей мир в отношении к человеку и человека в отношении к миру. Само же осмысление сопряжено не с непосредственным обращением к миру, человеку, политической реальности с ее сложной структурой, а с отражением их в общественном сознании, одной из важнейших форм которого служит политическое сознание. Подчеркивая, что философия политического сознания отражает важнейшую сторону бытия социального организма, дефиниция указывает на принадлежность ее к социальной философии с присущей последней особенностями. Дефиниция, далее, фиксирует специфику философии политического сознания, предстающей в форме мировоззрения, т.е. совокупности взглядов, оценок, принципов, определяющих самое общее видение мира, места человека в нем и вместе с тем жизненные позиции, программы поведения, действий людей, которая проявляется во взаимосвязи

15

субъектов политической деятельности. И еще один существенно важный момент: дефиниция акцентирует внимание на том, что философия политического сознания не ограничивается рефлексией какого-либо одного уровня политического сознания, а призвана видеть и анализировать все его уровни. Наконец, последнее: дефиниция подчеркивает существование философии политического сознания как системы философского знания, пребывающего в развитии.

Философия политического сознания характеризуется наличием своего объекта и своего предмета исследования.

Если объектом политической науки, как уже отмечалось, является политическая реальность, все входящие в ее структуру реально существующие феномены, то объектом философии политического сознания служат их мысленные модели. Иначе говоря, анализ, проводимый в рамках философии политического сознания, начинается с того, чем завершается анализ политической науки, т.е. с результатов ее анализа, каковыми являются

исследование закономерностей формирования и развития политической власти, объективных предпосылок и результатов политической деятельности, то предмет философии политического сознания – выявление детерминант оптимизации дальнейшего развития политической культуры,

подчиняется в своем развитии политическая деятельность и знание которых позволяет прогнозировать развитие политического процесса. Основой же философии политического сознания является ее принципы, на основании которых можно прогнозировать пути изучения политического процесса, проблем политической жизни.

Философию называют матерью всех наук. И это не случайно, поскольку ни одна наука не может зародиться и сформироваться иначе, как в лоне философии. Именно философская рефлексия фиксирует ее предпосылки, ее становление, ее готовность выделиться в качестве самостоятельной отрасли научного знания. И соответственно ни одна из сколько-нибудь значимых политических теорий не может появиться иначе, как в результате философского анализа. А произведшая на свет свое дитя философия политического сознания и в дальнейшем не смеет оставлять его без внимания. Она призвана посредством рефлексии, анализа, соотнесения с практикой выявлять истинность теоретических положений, продуцируемых политической наукой, обосновывать детерминанты оптимизации ее развития, направления продуктивного научного поиска.