За последующие два месяца в Киеве был разработан эскизно-технический проект на машину и завершена отладка экспериментального образца ЭВМ "Карат". 25 марта 1971 г. состоялось заседание НТС головного заказчика по тому же вопросу с приглашением (без права голоса) представителей заинтересованных предприятий и организаций - заказчиков радиоэлектронных систем.
На защиту эскизно-технического проекта по ЭВМ "Карат" наша "команда" приехала заранее и привезла с собой экспериментальный образец машины. Оппоненты не выразили своего удивления по поводу привезенного образца. Но когда мы подключили машину к электросети, и тест-программа пошла без сбоев, удивились не только хозяева, но и мы, так как образец при транспортировке по маршруту Киев-Москва-Ленинград (автобус, поезд, самолет, автобус) подвергался тяжелым испытаниям.
И все-таки во время предварительного обсуждения обстановка сложилась явно не в нашу пользу - ни одного доброго слова о техническом уровне разработки и характеристиках, наоборот, полная необъективность в оценках. Приехавший к открытию НТС В.Ю. Лапий успокоил меня, сказав, что решение совета будет отрицательным в любом случае и проект завернут на доработку, но "Карат" пробьет себе дорогу в будущее, так как другой машины для корабельных систем нет.
На НТС, заседание которого вел контр-адмирал И.А. Семко, присутствовало очень много представителей предприятий, разрабатывающих системы. Выступлений было много: деловых и демагогических, спокойных и эмоциональных, серьезных и смешных, за и против. В битком набитом зале постоянно возникал шум, слышались реплики с места. Но председатель "железной рукой" наводил порядок, обрывая выступления сторонников "Карата". В решении записали: "Доработать эскизно-технический проект на ЭВМ "Карат", разрешить ее применение только в системах, разработанных на предприятии Кудрявцева. Рассмотреть возможность более широкого применения после доработки проекта. "Позже я узнал, что у нас были сторонники и среди подчиненных контр-адмирала. Накануне заседания к нему в кабинет пришел капитан I ранга и сказал, что считает не справедливым запрещать широкое применение ЭВМ с такими хорошими характеристиками и почти готовую. Последовал разговор на высоких тонах и посетителя унесли из кабинета на носилках с обширным инфарктом".
В течение 1971-1972 гг. на основании Постановления ЦК КПСС и СМ СССР в соответствии с утвержденным заместителями министра и главкома ВМС техническим заданием в "Кванте" была в полном объеме выполнена разработка ЭВМ "Карат", изготовлены и испытаны два его опытных образца.
ЭВМ предназначалась для использования (на нижнем уровне) в различных системах обработки информации, управления и контроля, размещаемых на надводных и подводных судах Военно-морского флота, которые отличались объемом обрабатываемой информации. Были разработаны три модификации "Карата", различные по емкости памяти и массо-габаритными характеристиками. Все модификации машины имели одинаковую систему команд, быстродействие, разрядность, внешние связи и построены на однотипных взаимозаменяемых блоках. Машина была выполнена как конструктивно законченное изделие, предназначенное для самостоятельной поставки. Эксплуатация ее осуществлялась только в составе системы после установки в приборный шкаф с необходимым комплектом узлов сопряжения с остальными приборами и размещения в постоянной памяти (путем прошивки) рабочих программ.
В 1972 г., кроме двух образцов для испытаний, опытный завод института изготовил и поставил предприятиям-потребителям еще 6 образцов машины для разрабатываемых у них радиоэлектронных систем. Эти образцы были изготовлены по документации главного конструктора до проведения каких-либо испытаний. Незначительные доработки аппаратуры ЭВМ выполнялись оперативно, прямо в цехах, хотя изменений было не много.
Еще до изготовления образцов потребителям отправлялись необходимые сведения об ЭВМ "Карат": описание, технические характеристики, рекомендации по проектированию устройств сопряжения, инструкция по программированию и др. По первому требованию им оказывалась помощь консультациями, изготовлением стендов для наладки и др.
Поставка образцов ЭВМ и материалов по ее применению до завершения не только государственных, но даже предварительных (заводских) испытаний, на что рискнул Кудрявцев, была беспрецедентным случаем в практике министерства, она намного сократила сроки создания систем. Количество запросов на поставку машин и информацию о них быстро увеличивалось. При этом возрастала и тревога руководства Минсудпрома, которое приняло решение о широком применении ЭВМ "Карат" в системах военно-морского флота. Отсюда и большое количество штатных и специальных комиссий по проверке технических характеристик и состояния разработки по ЭВМ "Карат". В течение 1971-1972 гг. было семь таких комиссий. Каждая требовала подготовки материалов, отвечающих на самые каверзные вопросы, отнимала много времени и нервной энергии.
Последней в 1972 г. в институте работала стендовая комиссия по проведению заводских испытаний. Представители всех заинтересованных предприятий отрасли во главе с главным конструктором первого вычислительного прибора на подводной лодке, лауреатом Ленинской премии О.А. Беляевым два месяца проверяли образцы ЭВМ, документацию и средства автоматизации программирования. Стендовая комиссия сделала много замечаний, из которых большинство носило "перестраховочный" характер и не требовало доработки. Общий вывод: ОКР выполнена в соответствии с требованиями ТЗ, документацию и образцы можно предъявлять на Госиспытания.
После этого, у заказчика и у промышленности больше не было по отношению к ЭВМ "Карат" никаких претензий!
Совместно с заказчиками была разработана программа и методика испытаний ЭВМ "Карат", согласован состав комиссии и приказом главкома от 16 марта 1973 г. был установлен срок начала госиспытаний. Срок окончания работы комиссии не устанавливался - это было исключением из правил и сделано для того, чтобы комиссия могла спокойно и тщательно проверить качество ЭВМ, область применения которой быстро расширялась.
Госкомиссия приехала в Киев и приступила к работе 26 марта 1973 г. Она оправдала надежды своего командования: до 30 сентября 1973 г. провела свыше 100 проверок и испытаний, результаты которых были отражены в 128 протоколах. Причем проверка характеристик на соответствие техническому заданию, включая работы в различных режимах взаимодействия ЭВМ с системой, построения многомашинных комплексов, проверка работы средств контроля, качества системы автоматизации разработки, отладки и документирования программ, прошли сравнительно быстро и почти без замечаний. А вот испытания на соответствие требованиям технических условий и нормалей потребовали больших усилий от всех участников, включая рабочих специального цеха, обслуживающих различные камеры для климатических испытаний, вибростенды и ударные стенды для механических испытаний и т.п.
Это была изнурительная трехсменная работа. Комиссия требовала все новых и новых проверок.
Испытания не выявили каких-либо недостатков в схеме и конструкции машины, а вот низкая надежность ГБИС "Вардува" (в образцах использовались микросхемы из опытной партии) стала причиной значительного усложнения дальнейших работ и превеликой озабоченности руководства Минсудпрома и заказчика. Причина озабоченности в том, что проектирование новых корабельных радиоэлектронных систем в отрасли достигло стадии изготовления опытных образцов, в которые надо было ставить ЭВМ с приемкой заказчика. Но об этом не могло быть и речи, так как на госиспытаниях образцы не выдержали проверки на влагоустойчивость.
Об этом смутном для ЭВМ "Карат" времени рассказал В.Н. Плотников: "Вот когда "аукнулось" совмещение этапов разработки элементной базы, машины и систем с ее применением! Руководство КНИИРЭ срочно подключило Вильнюс и Львов, в котором шло серийное изготовление ГБИС, к разработке эффективных мероприятий по обеспечению влагоустойчивости элементов. Наши представители строго следили за тем, чтобы эти работы выполнялись, как можно скорее. Подключались партийные органы - в те годы это был самый сильный метод воздействия. Дважды результаты внедрения мероприятий рассматривались на коллегии Минэлектронпрома.
Мы уже знали, что в 1974 г. будут поставляться вполне кондиционные ГБИС, но подтвердить это могли только испытания машины. Решением Министерства и заказчика от 18 декабря 1973 г. Кудрявцеву позволили подготовить и поставить в 1974 г. по документации главного конструктора 30 комплектов ЭВМ "Карат". Госкомиссии предписывалось в III квартале 1974 г. провести контрольные испытания образца ЭВМ на ГБИС выпуска 1974 г. на влагоустойчивость и непрерывную работу в течение 800 часов.
Какие только материалы и доклады, обосновывающие надежность этих 30 машин, не приходилось мне делать в Москве! Причем, чем выше должность руководителя, чем дальше он от конкретной работы, тем выше "накал страстей" в кабинете. Это был очень драматический период в моей жизни."
В 1974 г. были успешно проведены контрольные испытания, составлен акт с рекомендацией: внедрить в серийное производство и поставлять с приемкой заказчика необходимое количество образцов ЭВМ.
В КНИИРЭ в это время разрабатывались дополнительные средства "поддержки" ЭВМ: унифицированные узлы для компоновки устройств сопряжения машины в системах различного назначения, стенды для автоматизированного контроля узлов и блоков ЭВМ в ремонтных подразделениях заказчика, ремонтный ЗИП, учебно-технические плакаты и эксплуатационная документация на ЭВМ "Карат" (типографское издание).
Практически не прекращались работы по совершенствованию технологии изготовления ЭВМ и входящих в нее комплектующих элементов.
В 1974 г. первые 20 образцов для установки в системы изготовил опытный завод КНИИРЭ, претензий со стороны потребителей к их надежности не было.
С 1975 г. к серийному изготовлению ЭВМ "Карат" подключился Киевский завод "Буревестник". Его директор В.И. Майко хорошо знал не только новое изделие, но и многих разработчиков машины, так как в начале 60-х работал в отделе вычислительной техники п/я 24. До 1980 г. было поставлено уже почти 500 образцов ЭВМ.
В ноябре 1976 г. приказом министра обороны ЭВМ "Карат" была принята на снабжение.
Создание малогабаритной и надежной вычислительной машины, имеющей достаточно высокие функциональные параметры, коренным образом изменило ситуацию в морском приборостроении. Отныне разработчики любой системы могли использовать для решения задач программный метод, установив в систему одну или несколько машин. Никаких проблем с получением образцов ЭВМ, с программированием задач и с "прошивкой" узлов постоянной памяти по своим программам у потребителей не было. Отказы машины стали большой редкостью. Например, в навигационных системах образцы ЭВМ работали на объектах по 20 тыс. часов без единого отказа, что в несколько раз превышало требования ТЗ.
Машина была применена более, чем в 60 системах и комплексах, разработанных предприятиями четырех министерств (наибольшее число систем приходилось, конечно, на Минсудпром).
В простых системах могла использоваться ЭВМ в минимальной модификации, а на самых крупных современных судах с несколькими системами на борту можно было встретить 15 и больше ЭВМ типа "Карат" в максимальном варианте.
Руководство КНИИРЭ стремилось внедрить машину в системы гражданского назначения. По заказу Морфлота была разработана система "Бриз" для автоматизации судовождения крупнотоннажных судов (танкеров "Кубань", "Победа" и др.). Система "Бриз-1609-УДС" была установлена в Ильичевском морском порту для управления движением судов, предотвращения столкновений и радиолокационного контроля за движением судов в северо-западной части Черного моря.
ЭВМ "Карат" была использована в системе "Аккорд", разработанной совместно с Институтом электросварки им. Е.О. Патона НАН Украины для решения задачи раскроя листов стали на судостроительных заводах.
"Квант" завоевал высокий авторитет в области разработки встроенных, высоконадежных, унифицированных ЭВМ, предназначенных для эксплуатации в особо сложных условиях.
В 1974 г. состоялось заседание президиума научно-технического совета Минсудпрома СССР. Плотников вспоминает: "Докладывать на президиуме НТС министерства мне еще не приходилось, но никакого страха я не ощущал. Тем более, что меня "потренировали" Кудрявцев и Лапий: послушали, посмотрели плакаты, сказали, какие могут задавать вопросы, рассказали об обстановке в зале. Количество плакатов было увеличено, чтобы присутствующие могли заранее ознакомиться с предметом доклада. Дополнительно мне потребовалось подготовить конкретные цифры по подготовке серийного производства.
В министерство пришел за 2 часа до начала, выслушал советы местных "старожилов". В 11 часов весь зал был забит до отказа: впереди на креслах - руководители главков и предприятий, последние ряды (на стульях) - специалисты, знакомые мне по совместной работе. Члены президиума сидят лицом к "публике" за длинным столом в форме закругленного угла, перед каждым - микрофон, которым можно воспользоваться, даже перебивая докладчика вопросом или ехидной репликой (меня предупредили об этом). Слушали с большим вниманием. Прервали один раз. Ответил на несколько вопросов. Обстановка рабочая, доброжелательная. Сначала выступили главные конструкторы систем, затем "наш" замминистра Г.М. Чуйков, который постоянно занимался контролем за разработкой ЭВМ "Карат" и требовал от потребителей обосновывать применение нашей машины. В выступлении отметил, что у машины счастливая судьба - это первая ЭВМ базового ряда, которая уже поставляется потребителям, устанавливается в системы. Ожидается расширение области применения, объем поставок будет не менее 100 образцов в год. Отметил, что машине "Карат" нет равных в стране, что к нему обращаются с просьбами о поставке из разных министерств, включая МРП и МЭП.
Последним выступал министр Б.Е. Бутома. Он отметил огромную работу коллектива, руководимого Кудрявцевым. Без ЭВМ "Карат" нельзя было бы выполнить программу кораблестроения в полном объеме. Общее впечатление - хорошая машина получилась!
То, что нами сделана хорошая машина, мы знали, но с высоты положения министра эта оценка прозвучала гораздо убедительнее. После заседания меня многие поздравляли с успехом. А "завсегдатаи" заседаний отметили, что Б.Е. Бутома впервые пошел выступать с трибуны и, так же как я, путался в шнуре микрофона, пристегивая его к лацкану пиджака. Обычно он пользовался персональным микрофоном.
Министр пригласил к себе в кабинет И.В. Кудрявцева, обнял его, поздравил и сказал: "Благодаря таким главным конструкторам, мы с тобой можем жить спокойно!" Об этом мне рассказал позже сам И.В. Кудрявцев".
Ничто не могло так обрадовать Плотникова, как слова министра об окончательном признании "Каратов". Для главного конструктора и работавших с ним сотрудников эти слова были дороже любых наград!
Для Ивана Васильевича Кудрявцева это заседание НТС министерства было одним из последних. Он заболел. Потребовалась операция. Изношенное огромным и нервным трудом сердце не выдержало.
Работа над "Каратами" продолжалась. Поправившись от инфаркта, случившегося вскоре после смерти Кудрявцева, Плотников продолжал работать главным конструктором.
В начале 80-х была завершена модернизация унифицированной ЭВМ с целью повышения быстродействия при решении задач в составе гидроакустических и других систем до 800 тыс. операций в секунду ("Карат-КМ"). К изготовлению машин подключился еще один крупный приборостроительный завод в Ульяновске.
Стали использоваться новые конструктивы и элементная база. Запоминающие устройства на БИС полностью вытеснили накопители на магнитных элементах. Была разработана модификация "Карат-КМ-Е" на секционных микропроцессорных БИС. Для обработки информации от РЛС с фазированными антенными решетками была разработана модификация "Карата" с быстродействием 2,5 млн. операций в секунду.
Развивалась и расширялась кросс-система автоматизации программирования и отладки, применялись все более современные инструментальные ЭВМ. Программисты при отладке программ для "Карата" могли работать на обычной персональной ЭВМ, подключенной к центральному комплексу.
Одноплатные ЭВМ на 16 разрядных стандартных микропроцессорах, разработанные в секторе Плотникова, стали применяться в ряде систем гражданского применения. Но в сложных системах они не заменяли, а лишь дополняли высокопроизводительные ЭВМ "Карат". Появились новые идеи, казалось, возникли перспективы дальнейшего развития семейства "Карат", но этого не случилось. Работы постоянно сворачивались, обстановка в институте не радовала. А лучшие годы, наполненные активным творческим трудом, остались позади.