Материал: 386

могут быть ограничены для защиты таких же по своему содержанию прав других лиц.

Если же принять другую точку зрения при толковании данного положения и считать, что одно право может быть ограничено для защиты другого права, то мы столкнемся с уже упомянутой ранее неразрешимой проблемой выстраивания приоритетов в системе основных прав и свобод человека и гражданина. Кроме того, мы не сможем увязать правовой смысл этого положения со смыслом ряда других статей Конституции РФ, и прежде всего со ст. 56. Мы не сможем объяснить, почему ограничения основных прав (причем далеко не всех), направленные на обеспечение безопасности граждан и защиты конституционного строя, могут вводиться лишь в условиях чрезвычайного положения, лишь в заданных пределах и на определенный срок и только в соответствии с федеральным конституционным законом, а ограничения, направленные на защиту основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечение обороны страны и безопасности государства, могут вводиться федеральным законом без каких-либо ограничений.

Единственным последовательным и с формально-логической, и с правовой точки зрения подходом к толкованию данной нормы является трактовка содержания ч. 3 ст. 55 как ситуативно-целевой конкретизации положения ч. 3 ст. 17 Конституции РФ. В соответствии с такой трактовкой смысл ч. 3 ст. 55 может быть выражен формулой: права одних лиц могут быть ограничены для защиты таких же по своему содержанию прав других лиц1.

Это означает, что речь здесь, по существу, идет не об ограничении основных прав и свобод, а об определении пределов правовой регуляции на основе принципа формального равенства. Таким образом, термин «ограничение прав и свобод» используется в ст. 55 в ином, отличном от ст. 56, смысле. То же самое можно сказать и применительно к ряду других норм Конституции РФ.

Например, как конкретизацию принципа формального правового равенства следует рассматривать норму ч. 2 ст. 19, согласно которой запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности. Ясно, что данная норма содержит, не только запрет на ограничение объема тех или иных прав по указанным признакам, но и запрет на неравенство и привилегии одних лиц в ущерб другим при пользовании одним и тем же правом, и таким образом усиливает положение ст. 19 о гарантиях равенства всех перед законом и судом.

1 Чиркин В.Е. Общечеловеческие ценности и современное государство // Государство и право. 2008. № 2. С. 5-13.

56

Еще один (третий) смысл вкладывается в данный термин в тех статьях Конституции РФ, где под ограничением прав понимаются гарантии против злоупотребления данным правом со стороны его носителей.

Это относится, в частности, к ст. 25 Конституции РФ, которая гласит, что «никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих

внем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения». Когда эту норму трактуют как законодательное ограничение естественного права на неприкосновенность жилища, такой подход входит в противоречие со смыслом ч. 1 и 3 ст. 56 Конституции РФ. Согласно данной статье право на неприкосновенность жилища может быть ограничено с целью обеспечить безопасность граждан и защиту конституционного строя (поскольку оно не указано в ч. 3 ст. 56, где закреплен перечень прав, не подлежащих ограничению), но лишь в условиях чрезвычайного положения в соответствии с федеральным конституционным законом, в определенных пределах и на определенный срок. Поэтому мы не можем сказать, что в ст. 25 (как и в ряде аналогичных случаев) речь идет об ограничении неотчуждаемого права на неприкосновенность жилища. Не укладывается смысл этой нормы и в логику ч. 3 ст. 17 или ч. 3 ст. 55, где говорится об определении пределов правового регулирования по принципу формального равенства. Очевидно, что в данном случае ст. 25 содержит гарантии против злоупотребления правом на неприкосновенность жилища со стороны субъекта этого права. Такой гарантией является предусмотренная этой статьей возможность проникновения

вжилище против воли проживающих в нем лиц. При этом в качестве гарантии против нарушения права на неприкосновенность жилища, со стороны правоохранительных органов ст. 25 требует, чтобы действия этих органов были основаны либо на положениях федерального закона, либо на судебном решении.

Вэтом случае федеральный закон содержит не ограничение закрепленного в Конституции неотчуждаемого (естественного) права, а лишь запрет (систему запретов) на злоупотребление этим правом, на использование его для нарушения прав других лиц. Так, очевидно, что в соответствии с федеральным законом неприкосновенность жилища может быть нарушена, если, например, в жилище укрывается преступник, удерживающий заложника. Строго говоря, в этом случае речь и не идет об использовании права на неприкосновенность жилища. Ведь нельзя сказать, что человек, укрывающийся в своем жилище от правоохранительных органов, осуществляет свое право на неприкосновенность жилища в режиме нормального пользования этим правом. Поскольку подобная ситуация выходит за рамки нормального пользования правом на неприкосновенность жилища, то и рассматриваться она должна в иной плоскости - в плоскости соотношения права на личную неприкосновенность заложника и личную неприкосновенность лица, использующего свое жилище для противоправных целей.

57

Например, в ч. 2 ст. 23 Конституции РФ, гарантирующей, что ограничение права на тайну переписки, телефонных переговоров и т.д. допускается только на основании судебного решения, под ограничением права понимается именно пресечение (запрет) злоупотребления данным правом. Цель данной нормы - не очерчивание объема и характера ограничений соответствующего права, а гарантия судебного порядка выявления злоупотреблений данным правом. Показательно, что в условиях чрезвычайного положения, когда речь идет об ограничении прав в прямом смысле этого слова, право, гарантированное в ч. 2 ст. 23, может быть ограничено (оно не вошло в перечень не подлежащих ограничению прав, указанных в ч. 3

ст. 56)1.

Объединение в тексте Конституции РФ под одним термином таких различных правовых понятий, как «ограничение прав», «определение пределов осуществления прав» и «закрепление гарантий против злоупотребления правом», конечно же, создает путаницу с далеко идущими правовыми (а точнее, неправовыми) последствиями. Однако системное толкование различных статей Конституции позволяет выявить заложенный в ней правовой смысл, который можно резюмировать следующим образом.

1.Отдельные ограничения основных прав и свобод человека и гражданина в точном правовом смысле этого слова возможны лишь в порядке и по основаниям, которые предусмотрены ст. 56 Конституции РФ (т.е. ограничения могут быть введены лишь в условиях чрезвычайного положения в соответствии с федеральным конституционным законом и только с указанием пределов таких ограничений и срока их действия, причем лишь в отношении прав и свобод, не вошедших в перечень ч. 3 ст. 56).

2.Федеральным конституционным законом и федеральным законом могут быть установлены пределы пользования основными правами и свободами в соответствии с принципом правового равенства, сформулированным в ч. 3 ст. 17 и конкретизированным в ряде иных статей Конституции РФ (в том числе в ч. 3 ст. 55).

3.Федеральным конституционным законом и федеральным законом могут быть установлены гарантии против злоупотребления правами и свободами, но только в той мере, в какой это необходимо для пресечения таких злоупотреблений.

4.Объем прав и свобод не может быть уменьшен без введения чрезвычайного положения в тех случаях, когда они не нарушают принцип правового равенства и когда пользование ими не связано со злоупотреблениями со стороны субъектов этих прав и свобод.

Выработка четкой структуры ограничений, их систематизация по различным основаниям представляют несомненный научный и практиче-

1 Чекунов Н.А. Права человека: время трудных решений // Права человека: вопросы истории и теории: материалы межвузовской научно-теоретической конференции (СанктПетербург) // сост. Е.В. Тимошина. СПб., 2009. С. 112.

58

ский интерес. Имея четкое представление об ограничениях как системе правовых норм, можно с большей степенью вероятности выдвигать предложения по совершенствованию действующего российского законодательства.

Регулирование и защита прав и свобод человека и гражданина в соответствии с п. «в» ст. 71 Конституции РФ находятся в ведении Российской Федерации. Защита прав человека и гражданина, административное законодательство, включающее установление порядка регистрации по месту пребывания и по месту жительства находятся в соответствии с п. «б», «к» ст. 72 Конституции РФ в совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов.

Данное положение означает, что нормативно-правовые акты субъектов Федерации, содержащие дополнительные ограничения конституционного права на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства, кроме предусмотренных федеральным законодательством, введение не предусмотренных федеральным законодательством мер административной ответственности за нарушение порядка регистрации по месту пребывания и по месту жительства, являются незаконными1.

Законом РФ от 25.06.1993 № 5242-1«О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации»2 закрепляются следующие основания, при которых возможно ограничение права на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации:

-в пограничной полосе;

-в закрытых военных городках;

-в закрытых административно-территориальных образованиях;

-в зонах экологического бедствия;

-на отдельных территориях и в населенных пунктах, где в случае опасности распространения инфекционных и массовых инфекционных заболеваний и отравлений людей, введены особые условия и режимы проживания населения и хозяйственной деятельности;

-на территориях, где введено чрезвычайное или военное положение. В.О. Лучин указывает на решения Конституционного Суда РФ, при-

знававшие незаконными действия органов государственной власти субъектов РФ по ограничению в административном порядке свободы передвиже-

1См.: Гончаров И.В. Защита прав и свобод человека и гражданина в субъектах Российской Федерации с использованием мер федерального вмешательства: монография. Академия управления МВД России, 2004.

2О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации: Закон РФ от 25.06.1993 № 5242-1 (ред. от 30.12.2012). Ст. 8 // Рос. газ. 1993. 10 авг.

59

ния в пределах Российской Федерации1. Государство ограничивает беспрепятственное передвижение граждан РФ по территории Российской Федерации, в частности такой категории граждан как мигрантов. Вводятся запреты на регистрацию, на приобретение жилья, получение земли и т.д.

Аппарат Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, изучая указанную проблему, классифицирует наиболее распространенные способы ограничения конституционного права граждан на свободный выбор места пребывания и жительства и законодательстве субъектов Российской Федерации.

1.Прямой запрет регистрации по месту пребывания или по месту жительства граждан, прибывающих на территорию субъекта Российской Федерации с территории иностранных государств или других субъектов Российской Федерации и не имеющих тесных связей с данным регионом, то есть отсутствие близких родственников, проживающих на территории субъекта Российской Федерации, либо предварительного длительного проживания (от 5 до 10 лет) на территории субъекта Российской Федерации.

2.Установление преимуществ при регистрации по месту пребывания или жительства для отдельных социальных групп и жестких ограничений – для всех иных граждан.

3.Установление предельного срока регистрации по месту пребывания и по месту жительства.

4.Установление дополнительных, по сравнению с закрепленными в федеральном законодательстве, препятствий для регистрации гражданина на месту пребывания или жительства.

4.Введение дополнительных по сравнению с Кодексом об административных правонарушениях, мер ответственности за нарушение правил регистрации, таких как административный арест или выдворение за пределы субъекта Российской Федерации2.

Необходимо отметить, что субъекты Российской Федерации вторгаются в сферу регулирования и защиты прав и свобод человека и гражданина, которая является предметом исключительного ведения Российской Федерации. Так Конституция Республики Дагестан допускает возможность ограничения в законодательном порядке права граждан на свободу передвижения, выбора места жительства и пребывания – статья 28. В Ставропольском крае существует понятие «статус жителя края», допускается ограничение на его территории прав граждан Российской Федерации, иностранцев и лиц без гражданства.

1Лучин В.О. Конституция Российской Федерации. Проблемы реализации. М., 2009.

С. 329-330.

2Материалы заседания Координационного совета российских уполномоченных 12 де-

кабря 2011 г. [Электронный ресурс]. URL: http://www.ombudsmanrf.ru/.

60