Материал: 343

мизированном показателе. Таким образом, в качестве первого значения отбирается готовое значение «А» из числа уже имеющихся как представляющее первостепенный интерес, а дихотомической парой ему будет служить значение «не-А», дополнительное по отношению к «А». В «прокрустово ложе» дихотомии «втискивается» исходный, подлежащий редуцированию показатель исследуемого явления, с неизбежными, пусть и с существенными, но все же не принципиальными, второстепенными потерями. После этого к преобразованному (дихотомизированному) показателю уже можно применять весь арсенал методов, разработанных специально для таблиц сопряженности 2 × 2. Но можно предположить, что после этого аналитика заинтересует и какое-то еще значение исходного показателя в качестве первостепенного. В этом случае действия аналитика будут полностью аналогичными выше описанным: он изберет заинтересовавшее его значение в качестве первого из двух возможных значений редуцированного показателя (в качестве «А»), а все остальные в совокупности (включая и ранее выделявшееся значение) – в виде второго дихотомического значения – «не-А».

Влияние цели проводимого анализа на дихотомизацию многозначного показателя, на вычленения основного для проводимого анализа значения покажем на следующем примере. Пусть в ходе пресечения массовых беспорядков были задержаны несколько десятков человек, в числе которых были и мужчины, и женщины. В ходе разбирательства (например, в суде) эти ранее задержанные лица были подразделены на три класса: совершившие уголовные преступления, совершившие административные правонарушения и правонарушений не совершившие (т. е. лица, что-то делавшие, но без нарушения закона). При анализе взаимосвязи между степенью общественной опасности совершенных деяний и полом задержанных будет составлена таблица сопряженности 3×2. В этой исходной таблице один из показателей (пол) дихотомический уже по своей природе, а потому принудительной дихотомизации должен быть подвергнут лишь другой качественный показатель – противоправности совершаемых деяний. Исходными значениями для него как раз и будут три вышеназванные значения, характеризующие степень противоправности их деяний. Исходя из цели исследования определяется первостепенное значение. Если целью является исследование криминальной части среди задержанных, то понятно, что первостепенное значение приобретает именно совершение уголовных деяний, которому в качестве второго значения противопоставляется совершение всех прочих деяний. Поэтому в контексте проводимого исследования (и только в этом контексте) уже не бу-

61

дет важным то обстоятельство, что одна часть объединяемых во второе значение показателя вела себя противоправно, а другая часть была законопослушной. Важно для второго значения лишь то, что тех и других объединяет факт, что они не отнесены к преступникам. В этом смысле непреступные деяния (в число которых вошли и административные правонарушения) противостоят деяниям преступным. Однако если целью станет исследование любого противоправного поведения как антипода поведению законопослушному, то законопослушное поведение образует одно значение редуцированного показателя, а противоправное – другое. Наконец, если целью исследования являются именно лица, совершившие административные правонарушения, тогда противостоять этой категории лиц будут все прочие, что в данном случае означает объединение (разумеется, умозрительное) преступников и законопослушных граждан, хотя такое чисто логическое (а не физическое) объединение и представляется на первый взгляд внутренне противоречивым.

Пример 2

Измерение взаимосвязи для данных, измеримых по порядковой (ранговой) шкале

Начнем рассмотрение вопроса с простого примера. В определенной оперативной службе отделы каким-то образом распределились по результатам боевой и физической подготовки, по результатам своей профильной деятельности. Должен ли номер места отдела в первом распределении как-то сказываться на номере его места во втором? Должна ли существовать между ними взаимосвязь или это разные сущности, друг на друга не влияющие?

Видимо, сам факт введения подобного рода подготовки уже предполагает, что чем выше уровень такой подготовки, тем выше должны быть и конечные результаты профильной деятельности. Рассматривая данный вопрос с другой стороны, можно сказать, что в идеале должно быть так, что отдел, занимающий N-ое место по боевой и физической (профессиональной, психологической и т. п.) подготовке, имеет то же самое (N-е) место и по конечным результатам. С точки зрения практики было бы вполне достаточно, чтобы подобное соответствие номеров мест соблюдалось, пусть не во всех случаях, но, по крайней мере, в большинстве. Статистика располагает показателями, измеряющими взаимосвязь (соответствие) номеров мест в указанных распределениях, что дает ответ на поставленный вопрос.

62

Итак, если не видеть за боевой и физической подготовкой связи с достижением требуемых конечных результатов, то зачем отрывать людей (с тратой их времени и сил) от того, ради чего их собственно общество и призвало в ряды полиции? К чему проведение лыжных кроссов, стрельб в тире, овладение криминалистикой и т. д.? Сами по себе рассматриваемые в отрыве от конечных результатов все названные (и многие здесь неназванные) виды подготовок сотрудников полиции особого смысла не имеют. Логика учредителей указанной подготовки здесь очевидна: лучше стреляет – поразит противника, лучше бегает – догонит правонарушителя. Но эта логика основывается лишь на предположении, которое в реальности может оказаться верным вполне или верным отчасти, а то и вовсе неверным. Вводимая из самых благих побуждений подготовка сотрудников по какому-то иностранному языку (например, венгерскому)

всвязи с проведением в будущем международного спортивного мероприятия способна в определенных случаях оказать негативное влияние на занятия иными видами подготовки и, что для общества главное, отразиться на конечных результатах.

Общество от полиции в большинстве своем ждет только тех результатов, которые самой полицией именуются «конечными» (в отличие от других результатов – «промежуточных», отражающих только сугубо внутренние цели и задачи полиции). В статистике такие промежуточные результаты, достижение которых лишь предположительно способствует в той или иной мере достижению конечных результатов, именуются факторами (т. е. воздействующими обстоятельствами), а сами «конечные» результаты так и именуются просто результатами. Таким образом, под факторами понимаются причины и условия (объективного и субъективного характера), которые, согласно теоретическим предположениям (подлежащим последующей проверке), влияют или способны порой влиять на результат.

Но как проверить такое предположение о влиянии каждого из факторов в реальной служебной практике? Ответить на этот вопрос, как правило, затруднительно, поскольку какие-то номера мест у отделов в сопоставляемых распределениях и в самом деле будут совпадать (подтверждая предположение, находящееся в основе введения указанной подготовки), в то время как другие будут резко различаться. Сделать же вывод в целом, полагаясь на свое «внутренне чутье», суметь уловить тенденцию, не впадая при этом в субъективизм, успешно действовать без привлечения положений и методов статистической науки чаще всего оказывается невозможно. Как же

вусловиях реальной противоречивости данных о совпадении и не-

63

совпадении занимаемых мест сделать итоговый общий вывод относительно пользы (или, наоборот, бесполезности, а то и об ощутимом ущербе) от наличия соответствующего вида подготовки? Номера мест – признаки, измеряемые по порядковой (ранговой) шкале, поэтому и ответ на подобные вопросы следует искать, обращаясь

ктому или иному показателю взаимосвязи, использующему данные, измеримые именно по этой шкале.

Кпоказателям тесноты (силы) парной связи между показателями, измеряемыми по такой качественной шкале, как порядковая, относится предложенный в начале ХХ в. Спирменом коэффициент корреляции рангов (или по-иному – ранговый коэффициент корреляции).

Следует напомнить, что ранг – это показатель, означающий порядковый номер единицы совокупности (объекта) в ранжированном по возрастанию ряду. Если проранжировать совокупность отдельно по каждому из двух признаков, связь между которыми изучается, то полное совпадение у признаков рангов означает максимально тесную (функциональную) прямую связь, а полная противоположность рангов (их инверсия) – максимально тесную (функциональную) обратную связь. Но такие предельные, максималистские случаи в реальной практике если и встречаются, то крайне редко.

Чаще же сильной связью считается только приближение к максимальному значению, но не достижение его, поскольку всегда находится какое-нибудь нарушение в соответствии рангов. Аналогичным образом на практике крайне редко встречается и другой предельный случай – полное отсутствие связи, которому соответствует нулевое значение показателя взаимосвязи. Но даже и при отсутствии какой-либо связи присутствующая в рассчитанном значении показателя связи случайная погрешность делает это значение уже не нулевым, хотя и остающимся весьма малым. Именно поэтому

кидеальному нулевому значению приравниваются и все реальные иные (положительные и отрицательные) значения, мало отличающиеся от нуля. «Малость» такого отличия в данном случае определяется в итоге уже самим аналитиком, исходящим из цели и условий решаемой им задачи.

Ранжирование объектов совокупности по соответствующему признаку в статистике производят, как правило, по возрастанию его значений, именно такой ряд значений объектов носит наименование вариационного ряда. Вариационный ряд, ранжированный по одному признаку, вовсе не обязан быть ранжированным и по другому, как правило, этого нет. Можно провести два независимых ранжирования по двум признакам и рассматривать далее в каждом

64

из полученных вариационных рядов уже не сами значения признаков объектов, а лишь их ранги. Сопоставив между собой ранги двух признаков одного и того же объекта и учтя затем таким же образом все имеющиеся объекты совокупности, можно определить значение показателя взаимосвязи. На основе этого значения делаются все выводы о характере интересующих явлений.

Итак, один из пары сопоставляемых признаков – это фактор, т. е. показатель того явления, которое само по себе не является предметом ведения руководителя. Руководитель вообще не должен нести за факторный показатель какой-либо ответственности (либо потому, что это дело вне его компетенции, либо потому, что это и в принципе невозможно, если речь идет, например, о непредсказуемых природных явлениях). Однако, исследуя сугубо свою проблему, руководитель, тем не менее, наталкивается на тот или иной фактор, как влияющий на результат, за который спрашивают с руководителя. Вот почему он вынужден включать такой фактор (один или несколько) в круг рассматриваемых им показателей, если предварительная теоретическая качественная модель приводит его к выводу, что данный фактор может оказывать воздействие на результат. Второй из пары сопоставляемых показателей – это уже сам результат, за который и производится спрос с руководителя и который поэтому представляет для него непосредственный интерес.

Сопоставив между собой ранги фактора и ранги результата для одних и тех же объектов, можно установить, имеется ли взаимосвязь между признаками, и если имеется, то какова она по направленности и силе.

Если в совокупности у объекта i-й ранг по признаку Х обозначить как Pxi , а i-й ранг по признаку Y обозначить как Pyi , то коэффициент корреляции рангов, рассчитанный по формуле Спирмена, имеет вид:

где n – число объектов.

Преимущественная особенность ранговых коэффициентов корреляции (включая и такой их вид, как коэффициент Спирмена) заключается в том, что они могут рассчитываться для большого числа ситуаций, встречающихся на практике. Так, только ранговый коэффициент может быть рассчитан, когда упорядочением признаков будет только их ранжирование (по принципу «больше – меньше», «хуже – лучше», «активнее – пассивнее» и т. п.). Но для сравни-

65