Материал: 256

ванной ограниченную ответственность, установленную в сфере энергоснабжения. Необоснованно установление ограниченной ответственности и по сделкам, совершенным под влиянием существенного заблуждения. Представляется, что в этих случаях ответственность могла бы быть полной, что было бы более справедливо по отношению к потерпевшей стороне.

Наряду с нормативным ограничением ответственности должника перед кредитором за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства существует также договорное ограничение ответственности нарушителя в виде освобождения его от возмещения убытков за нарушение договорных условий. Социально-экономические процессы, инфляционные потрясения в России наложили свой негативный отпечаток на развитие отношений по поводу освобождения от возмещения убытков. Эти отношения с самого начала своего возникновения подвергались серьезной критике и дискуссиям, поскольку широкое понимание невозможности исполнения создавало неопределенность в правовом регулировании договорных обязательств и приводило к нестабильности во взаимоотношениях партнеров.

В защиту доктрины «экономической невозможности» можно указать на необходимость исключить положение, когда должник будет вынужден к чрезмерным усилиям или жертвам, которые далеко выходили бы за рамки того, что контрагенты могли разумно и добросовестно предусмотреть, а следовательно, признать не отвечающим принципам добросовестного поведения требование кредитора исполнить такое обязательство1.

Стремление к определенности в правоотношениях между сторонами договора, с одной стороны, и не всегда четкое регулирование правом освобождения от ответственности при невозможности исполнения обязательства, с другой стороны, привели к весьма широкому применению договорных условий об освобождении от ответственности при неисполнении договора – так называемых форс-мажорных оговорок. Практически во всех странах право разрешает сторонам в договорах согласование таких условий, которые могут как расширять, так и сужать применение в конкретном случае концепций освобождения от ответственности, вытекающих из норм действующего права2. Обычно в этих условиях в договорах перечисляются примеры освобождения от ответственности, предусматривается порядок удостоверения соответствующего форсмажорного обстоятельства и устанавливаются последствия. Обычно последствием форс-мажорных событий является освобождение должника от исполнения обязательства на время, пока действует форс-мажор, препятствующий исполнению договора. Довольно часто в форс-мажорных оговорках предусматривается, что по истечении определенного времени после наступления обстоятельства одна из сторон или оба контрагента вправе отказаться от договора. Иногда такие оговорки предусматривают продление срока исполнения догово-

1 Асриян Б.А. Возмещение убытков как мера ответственности за нарушение договорных обязательств // Юрист. 2002. № 12. С. 20.

2 Там же.

36

ра на период действия указанных событий, в других случаях наступление форсмажора ведет к автоматическому прекращению договора1.

Договорные условия о форс-мажоре становятся чрезвычайно актуальными, когда партнеры заключают между собой договор, весьма серьезным образом затрагивающий экономические интересы сторон на протяжении длительного времени. Недостаточно четкое нормативное регулирование и неопределенность решения в судебной практике проблемы правовых последствий для договорных обязательств, изменения обстоятельств, влияющих на исполнение договора, а также ряд других социально-экономических моментов привели к довольно широкому использованию в коммерческой договорной практике условий, освобождающих должника от ответственности, а в частности – от возмещения понесенных кредитором убытков. В договорах предприниматели стали включать оговорки с целью предотвратить или в значительной степени снизить эффект изменившихся обстоятельств на договорные обязательства или создать механизм адаптации договора к новым условиям, в которых он должен исполняться. Эта проблема стала особенно актуальной в связи с долгосрочными контрактами (например, на поставку сырьевых товаров), инвестиционными соглашениями, договорами о длительном производственном сотрудничестве и т. д. Главная цель таких договорных условий – это создание механизма взаимных консультаций, помогающего сторонам восстановить экономический баланс их интересов, отраженный в заключенном договоре, при определенных непредвиденных обстоятельствах.

Из всего вышеизложенного можно сделать следующие выводы:

–всякие, не зависящие от сторон обстоятельства, если они имеют место после заключения договора и препятствуют его исполнению в нормальных условиях, должны рассматриваться как освобождающие от ответственности.

–не зависящими от сторон обстоятельствами считаются те, которые не являются результатом вины стороны, которая на них ссылается.

Подводя итоги рассмотрения правовой природы вреда, отметим следующие моменты. Действующее гражданское законодательство, безусловно, исходит из принципа полного возмещения убытков, если законом или договором не предусмотрено иное. Однако законодатель предусмотрел различные ограничения и изъятия из принципа полного возмещения вреда. По отдельным видам договорных обязательств законом может быть ограничено возмещение убытков

вполном объеме, при этом указанное ограничение осуществляется в различных формах, а значит, допускается ограниченная гражданско-правовая ответственность.

1 Свалова Н.А. Проблемы определения размера возмещения ущерба лицу, действовавшему в чужом интересе без поручения // Право и экономика. 2014. № 6. С. 16–18.

37

§4. Размер возмещаемого вреда и порядок его исчисления

Взападной доктрине общий подход к убыткам определяется компенсацией, которая должна поставить потерпевшую сторону в такое положение, как если бы договор не был нарушен1. В российском гражданском праве размер расходов и неполученных доходов связывается с восстановлением нарушенного права2.

Пожалуй, законодателем наиболее подробно трактуется процесс исчисления убытков при расторжении конкретного договора поставки. Так, п. 1 ст. 524 ГК РФ определено следующее: «Если в разумный срок после расторжения договора вследствие нарушения обязательства продавцом покупатель купил у другого лица по более высокой, но разумной цене товар взамен предусмотренного договором, покупатель может предъявить продавцу требование о возмещении убытков в виде разницы между установленной в договоре ценой и ценой по совершенной взамен сделке». Почти то же самое оговорено и в п. 2 ст. 524 ГК РФ: «Если в разумный срок после расторжения договора вследствие нарушения обязательства покупателем продавец продал товар другому лицу по более низкой, чем предусмотренная договором, но разумной цене, продавец может предъявить покупателю требование о возмещении убытков в виде разницы между установленной в договоре ценой и ценой по совершенной взамен сделке».

Если все же после расторжения договора по основаниям пп. 1 и 2 ст. 524 ГК РФ сделка не совершена взамен расторгнутого договора и на данный товар имеется текущая цена, сторона может предъявить требование о возмещении убытков в виде разницы между ценой, установленной в договоре, и текущей ценой на момент расторжения договора.

Вп. 3 ст. 524 ГК РФ дается также определение текущей цены, под которой понимается цена, обычно взимавшаяся при сравнимых обстоятельствах за аналогичный товар в месте, где должна была быть осуществлена передача товара. Если в этом месте не существует текущей цены, может быть использована текущая цена, применявшаяся в другом месте, которая будет служить разумной ценой с учетом разницы в расходах по транспортировке товара. Если проанализировать п. 3 ст. 524 ГК РФ по частям, то даже беглый анализ показывает, что при определении цены используются следующие критерии: «обычно взимавшаяся» цена, которая признается такой при «сравнимых обстоятельствах» (при этом цена за товар берется в том месте, где должна быть осуществлена передача товара).

Если взыскание реального ущерба не представляет собой трудности в правоприменительной практике, то упущенная выгода имеет определенные сложности, во-первых, в доказывании причинной связи и, во-вторых, в доказывании наличия таковой вообще.

Вкачестве упущенной выгоды могут быть взысканы лишь такие неполученные доходы, которые потерпевшая сторона получила бы при обычных усло-

1 Кулагин М.И. Предпринимательство и право: опыт Запада. М.: Дело, 1992. С. 104. 2 Варкалло В.Н. Ответственность по гражданскому праву. М., 1978. С. 45.

38

виях гражданского оборота, если бы договор не был нарушен. С точки зрения коммерческого оборота обычные условия гражданского оборота следует расценивать как некий критерий, которым необходимо пользоваться при определении размера упущенной выгоды. Представляется, что данный критерий исходит из того, что нормальный коммерческий оборот знаком сторонам сделки, и считается, что такие лица предвидят последствия, которые могут наступить из-за нарушения договора в рамках нормального оборота (обычные последствия). Существует как бы общее правило об упущенной выгоде. Так, если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, то лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

Проанализировав данную норму, можно отметить следующие моменты. Во-первых, в понятие упущенной выгоды введен критерий для определения самого размера этой выгоды, так как при подсчете размера убытков определяется, каковы были бы доходы, которые лицо получило бы при надлежащем исполнении обязанностей другой стороной с учетом обычных условий гражданского оборота. Во-вторых, при получении нарушившим право лицом доходов потерпевшая сторона вправе требовать возмещения упущенной выгоды в размере не меньшем, чем доходы, которые получил правонарушитель. Эта норма детализирована в ст. 393 ГК РФ.

Таким образом, видно, что законодатель подвел под основы возникновения упущенной выгоды определенную формулировку: право требовать возмещения упущенной выгоды в размере не меньшем, чем доходы, полученные правонарушителем. По нашему мнению, применение этой нормы к договорным отношениям купли-продажи вряд ли оправданно. Данную точку зрения можно объяснить следующим образом. Большие доходы, полученные стороной, нарушившей договор, вследствие такого нарушения не всегда могут являться убытками потерпевшей стороны. Такие доходы не подпадают под категорию реального ущерба, и вряд ли их можно назвать упущенной выгодой. То, что нарушитель договора получил определенные доходы, не означает вовсе, что такие же доходы получила бы потерпевшая сторона при обычных условиях гражданского оборота, если бы договор не был нарушен. В случае же, когда потерпевшая сторона получила бы такие доходы, если бы договор не был нарушен, речь должна идти об общей категории упущенной выгоды. Большие доходы, полученные нарушителем, могут и не находиться ни в какой связи ни с реальными убытками, ни с упущенной выгодой, понесенными потерпевшей стороной. Из этого можно сделать вывод, что такие доходы в действительности не являются упущенной выгодой как части убытков. Следовательно, данное правило не является способом доказывания размера упущенной выгоды. Во всяком случае, это правило не соотносится с принципом договорной ответственности, так как противоречит принципу компенсаторности, ведь налицо обогащение потерпевшей стороны. Итак, на наш взгляд, такое возмещение не является возмещением вреда. Здесь, скорее всего, речь должна идти о некой другой, отдельной, специфической форме ответственности, которой будут присущи карательные и штрафные функции, нежели компенсационные черты.

39

Особенно большую сложность представляет собой доказывание ущерба в форме упущенной выгоды потому, что она является в основном будущими убытками. Хотя общие принципы для таких убытков и установлены в ст. 15 ГК РФ, их явно недостаточно. Именно поэтому п. 4 ст. 393 ГК РФ специально предусматривает дополнительные условия для подтверждения расходов по возмещению упущенной выгоды. Причем наличие таких подтверждений в виде доказательств является обязательным. Какие же доказательства могут быть положены в основу определения упущенной выгоды как неполученных доходов? Так, при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (п. 4 ст. 393 ГК РФ).

В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Например, если заказчик предъявил иск к подрядчику о возмещении убытков, причиненных ненадлежащим исполнением договора подряда по ремонту здания магазина, ссылаясь на то, что в результате выполнения работ с недостатками он не смог осуществлять свою обычную деятельность по розничной продаже товаров, то расчет упущенной выгоды может производиться на основе данных о прибыли истца за аналогичный период времени до нарушения ответчиком обязательства и (или) после того, как это нарушение было прекращено.

Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода не была бы получена кредитором1.

Следует обратить внимание на то, что в российском праве содержится норма, соответствующая широко распространенному в зарубежных правопорядках правилу, согласно которому потерпевшая сторона при нарушении договора должна принимать разумные при конкретных обстоятельствах меры для уменьшения ущерба, возникшего вследствие нарушения договора. Так, в соответствии со ст. 404 ГК РФ суд вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор не принял разумных мер к их уменьшению. Так же как и в других правопорядках, обязанность потерпевшей стороны уменьшить или предотвратить убытки не носит юридического характера. Данное правило, стимулирующее сторону, несущую убытки, не ждать их возмещения должником, а самой пытаться либо предотвратить их, либо уменьшить их размер, несомненно, будет служить формированию устойчивого, сбалансированного имущественного экономического оборота.

К сожалению, для полноценной работы по возмещению вреда норм ГК РФ явно недостаточно. В ГК РФ отсутствует детальный поэлементный состав убытков; совсем не упоминаются непонесенные расходы; не конкретизированы

1 О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств: постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. № 7. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс» (дата обращения: 31.12.2017).

40