Статья: Злоупотребление служебными полномочиями при выполнении государственного оборонного заказа

Волгоградская академия МВД России

Злоупотребление служебными полномочиями при выполнении государственного оборонного заказа

Егорова Наталья Александровна, доктор юридических наук, доцент,

профессор кафедры уголовного права

Волгоград

Аннотация

Автором статьи предпринята попытка осмысления признаков новых составов злоупотреблений полномочиями при выполнении государственного оборонного заказа (ст. 201¹ и ст 285⁴ УК РФ). Уделено внимание таким вопросам, как целесообразность дифференциации оснований ответственности за данные виды злоупотреблений по службе, основной объект рассматриваемых преступлений, особенности деяний и последствий как признаков объективной стороны указанных составов, виды узкоспециальных субъектов злоупотреблений полномочиями при выполнении государственного оборонного заказа, признаки субъективной стороны таких преступлений.

Сделан вывод о несовершенстве правовой регламентации оснований уголовной ответственности за указанные специальные виды злоупотреблений по службе.

Ключевые слова: государственный оборонный заказ, злоупотребление полномочиями, должностное лицо, лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой или иной организации, интересы службы, основы конституционного строя и безопасности государства.

Abstract

Abuse of authority in the execution of the state defense order

Natalya A. Egorova, doctor of sciences (law), associate professor, professor of the department of criminal law Volgograd Academy of Russian Internal Affairs Ministry Russian Federation

The author of the article attempts to comprehend the novelties of abuse of authority in the fulfillment of the state defense order (art. 201¹ and art. 285⁴ of the Criminal code of Russian Federation). Attention is paid to such issues as the reasonability of differentiation of the grounds of responsibility for these types of abuse in the service, the main object of the crimes under consideration, acts and consequences as signs of the objective side of these crimes, types of specialized subjects of abuse of authority in the fulfillment of the state defense order, signs of the subjective side of such crimes.

The conclusion about imperfection of legal regulation of the bases of criminal responsibility for the special types of abuses on service is drawn.

Keywords: state defense order, abuse of authority, official, a person who performs administrative functions in a commercial or other organization, the interests of the service, the foundations of the constitutional order and the security of the state.

Федеральным законом от 29 декабря 2017 года № 469-ФЗ Уголовный кодекс Российской Федерации дополнен двумя статьями, содержащими нормы о специальных видах злоупотребления управленческими полномочиями: статьей 201¹ «Злоупотребление полномочиями при выполнении государственного оборонного заказа» и статьей 285⁴ «Злоупотребление должностными полномочиями при выполнении государственного оборонного заказа».

В пояснительной записке к проекту № 268752-7 Федерального закона «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и статью 151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» (доступ из СПС «КонсультантПлюс») не названы конкретные основания выделения специальных составов злоупотреблений по службе при выполнении государственного оборонного заказа. Причины введения таких составов можно уяснить из содержания официального отзыва Верховного Суда РФ на данный проект, где проводится мысль о важной роли общественных отношений в сфере выполнения государственного оборонного заказа для «обеспечения целостности и неприкосновенности территории Российской Федерации, обороны страны». По данным научных исследований, примерно 20% средств, выделенных на выполнение гособоронзаказа, включаются в коррупционные схемы и расходуются не по целевому назначению [1, с. 10; 2, с. 111--112]; нарушаются конкурсные процедуры [3, с. 12]. Известны примеры невыполнения предприятиями оборонно-промышленного комплекса обязательств по государственному оборонному заказу [4, с. 29--30]. Отметим, что в проекте, внесенном Правительством РФ в 2015 году, в статьях 201¹ и 285⁴ УК РФ предлагалось предусмотреть составы нецелевого расходования денежных средств, выделенных по государственному оборонному заказу, а не злоупотреблений управленческими полномочиями [5].

До введения в действие статей 201¹ и 285⁴ УК РФ предусмотренные ими деяния квалифицировались по статьям 201 и 285 УК РФ, то есть с появлением двух новых статей криминализации не произошло. Имело место лишь усиление ответственности за управленческие преступления в специфической сфере, что следует из сопоставления санкций соответствующих норм (см. таблицу).

Возникает вопрос о правильности определения основного объекта рассматриваемых преступлений как интересов службы и размещения новых статей в главах 23 и 30 УК РФ. Государственный оборонный заказ -- это «установленные нормативным правовым актом Правительства Российской Федерации задания на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для федеральных нужд в целях обеспечения обороны и безопасности Российской Федерации (курсив наш. -- Н.Е.), а также поставки продукции в области военно-технического сотрудничества Российской Федерации с иностранными государствами в соответствии с международными обязательствами Российской Федерации» (п. 2 ст. 3 Федерального закона от 29 декабря 2012 г. № 275-ФЗ «О государственном оборонном заказе» (далее -- ФЗ о ГОЗ) (URL: http://www.pravo.gov.ru/)). Вряд ли вызовет сомнения, что деятельность, связанная с выполнением государственного оборонного заказа, направлена на обеспечение внешней безопасности российского государства. Более того, государственному оборонному заказу отводится ведущая роль в достижении данной цели [6, с. 69]. Следовательно, злоупотребления должностных лиц и управленцев коммерческих и иных организаций, совершенные в данной сфере, ставят под угрозу, прежде всего, безопасность Российской Федерации, а не интересы службы. Поэтому более уместным было бы дополнение анализируемыми статьями главы 29 УК РФ «Преступления против основ конституционного строя и безопасности государства».

Признание основным объектом данных преступлений внешней безопасности государства порождает следующий вопрос -- о целесообразности дифференциации оснований ответственности за служебные злоупотребления в этой области в зависимости от правового статуса специальных субъектов. Принимая во внимание тот факт, что интересы службы здесь выступают в роли дополнительного обязательного объекта, на поставленный вопрос следует ответить, скорее, отрицательно. Дополнительным аргументом в пользу такого ответа являются абсолютно одинаковые санкции статей 201¹ и 285⁴ УК РФ.

Таблица

Нельзя обойти вниманием и то обстоятельство, что законодатель признал необходимость конструирования самостоятельных оснований уголовной ответственности за злоупотребление управленческими полномочиями при выполнении государственного оборонного заказа с ужесточением санкций за такие деяния, но не усмотрел такой необходимости применительно к превышению должностных полномочий и халатности.

Это означает, что превышение должностных полномочий и халатность, совершенные при выполнении государственного оборонного заказа, по-прежнему должны квалифицироваться соответственно по статье 286 и статье 293 УК РФ. Санкция же части 1 статьи 286 УК РФ значительно мягче, чем санкция части 1 статьи 285⁴ УК. Превышение полномочий и аналогичные должностной халатности деяния, совершенные лицами, указанными в примечании 1 к статье 201 УК РФ, вообще не считаются преступными. Логика такого решения не вполне понятна. Признав повышенную общественную опасность служебных преступлений при выполнении государственного оборонного заказа главным аргументом в пользу усиления уголовной ответственности за злоупотребления специальных субъектов в данной сфере, следовало бы предусмотреть самостоятельные основания уголовной ответственности (или как минимум ужесточить санкции) не только за злоупотребления управленческими полномочиями, но и за взяточничество, коммерческий подкуп, мошенничество, присвоение или растрату (а возможно, и за другие хищения), связанные с государственным оборонным заказом.

Следует отметить, что система преступлений главы 30 УК РФ, задуманная как объединяющая общие виды преступлений против интересов службы, независимо от сферы служебной деятельности их специальных субъектов нарушена уже давно. Начало разбалансированию данной системы было положено в 2003 году, когда в главе 30 УК появились статьи 285¹ и 285² УК РФ. В продолжение этого процесса в 2008 и 2010 годах в группу преступлений главы 30 УК РФ были включены незаконная выдача паспорта гражданина Российской Федерации, а равно внесение заведомо ложных сведений в документы, повлекшее незаконное приобретение гражданства Российской Федерации (ст. 292¹ УК РФ), внесение в единые государственные реестры заведомо недостоверных сведений (ст. 285³ УК РФ), неисполнение сотрудником органа внутренних дел приказа (ст. 286¹ УК РФ).

Примечательно, что глава 23 УК РФ в этом отношении оставалась стабильной: с 1997 года до недавнего времени в нее не включались никакие новые статьи о преступлениях управленцев и иных служащих коммерческих и иных организаций, совершаемых в связи с осуществлением особых видов деятельности. Возможно, введение в главу 23 УК РФ статьи 201¹ является отправной точкой для последующих новелл, которыми окажется нарушена и система преступлений против интересов службы в коммерческих и иных организациях. Особенности деяния как признака объективной стороны, а также субъекта рассматриваемых преступлений следует устанавливать путем логического и системного толкования уголовного закона. Диспозиции части 1 статьи 201¹ и части 1 статьи 285⁴ УК РФ изложены так, что их можно интерпретировать двояким образом: 1) деяние совершается в любой сфере и любым специальным субъектом из названных в диспозициях, но существенное нарушение имеет место в сфере выполнения государственного оборонного заказа; 2) деяние совершается только в сфере выполнения государственного оборонного заказа, узкоспециальным субъектом (должностным лицом или управленцем коммерческой или иной организации, наделенными полномочиями по выполнению государственного оборонного заказа). правовой оборонный коррупционный злоупотребление

Первый вариант толкования соответствует букве закона, но вступает в противоречие с названиями статей 201¹ и 285⁴ УК РФ, по смыслу которых общественно опасное деяние как признак объективной стороны данных преступлений должно иметь место при выполнении государственного оборонного заказа. Второй же в большей мере объясняет предпринятое законодателем изменение системы служебных преступлений в главах 23 и 30 УК РФ. Представляется, что следует считать верным второй вариант толкования диспозиций рассматриваемых статей уголовного закона. Данный вывод свидетельствует о несоблюдении субъектом правотворчества криминолого-композиционного правила конструирования состава преступления, согласно которому «состав преступления должен быть оптимальным по законодательной конструкции (набору признаков), то есть включать все необходимые и не содержать лишних» [7, с. 143].

Кроме того, допущено отступление от рекомендованного в науке алгоритма конструирования состава преступления (то есть последовательной регламентации объекта, объективной стороны, субъекта и субъективной стороны преступления) [7, с. 143]. Описание признаков новых составов вряд ли можно признать последовательным, поскольку особенности объективной стороны основных составов (ч. 1 ст. 201¹ и ч. 1 ст. 285⁴ УК РФ) раскрыты только в законодательной характеристике последствий, а не деяний. Признаки деяний в новых специальных составах служебных злоупотреблений полностью совпадают с признаками деяний в общих составах: в части 1 статьи 201 и части 1 статьи 201¹ УК РФ это «использование лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, своих полномочий вопреки законным интересам этой организации»; в части 1 статьи 285 и части 1 статьи 285⁴ УК РФ -- «использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы»).

Из содержания ФЗ о ГОЗ видно, что деятельность по реализации государственного оборонного заказа имеет сложный, многоэтапный характер. Глава 2 названного закона посвящена формированию, утверждению и размещению оборонного заказа, глава 5 -- его выполнению. По буквальному смыслу диспозиций части 1 статьи 201¹ и части 1 статьи 285⁴ УК РФ оба вида злоупотреблений по службе могут иметь место только при выполнении государственного оборонного заказа. В статье 12 ФЗ о ГОЗ, регулирующей обеспечение выполнения государственного оборонного заказа, закреплены полномочия Правительства РФ (ч. 1), права государственного заказчика (ч. 2); положение о недопустимости нецелевого использования финансовых средств, выплачиваемых заказчиком головному исполнителю (ч. 3). Следовательно, злоупотребления управленческими полномочиями при выполнении государственного оборонного заказа могут совершаться путем нарушения положений данной главы ФЗ о ГОЗ.

К деяниям, входящим в объективную сторону злоупотреблений должностных лиц государственного заказчика (ст. 285⁴ УК РФ), могут быть отнесены, например:

— нарушение требования об использовании для расчетов по государственному контракту только отдельного счета в уполномоченном банке;

— нарушение условий государственных контрактов об авансировании и оплате поставок продукции;

— нарушения при осуществлении контроля за целевым использованием головным исполнителем бюджетных средств или за обеспечением исполнителями поставок продукции по гособоронзаказу;