Субъект преступления -- вменяемое лицо, достигшее 16 лет, в том числе не являющееся носителем ВИЧ (например, при групповом потреблении инъекционных наркотиков).
Заражение ВИЧ-инфекцией
Часть 2 ст. 122 УК РФ предусматривает ответственность за «заражение другого лица ВИЧ-инфекцией лицом, знавшим о наличии у него этой болезни». Указанный состав по конструкции объективной стороны является материальным, поэтому обязательным признаком выступает последствие в виде заражения потерпевшего ВИЧ-инфекцией, которое должно находиться в причинной связи с деянием виновного.
Избранный законодателем вид состава обеспечивает определенность в содержании объективных признаков и отсутствие дискуссионных вопросов, характерных для преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 122 УК РФ. Исключением, как и для множества преступлений с материальным составом, является причинно-следственная связь.
Так, суд квалифицировал действия Б. по ч. 2 ст. 122 УК РФ, установив, что Б., достоверно знавший о наличии у него ВИЧ-инфекции, в течение двух лет, осознавая фактический характер и общественную опасность своих действий и предвидя наступление общественно опасных последствий, вступал с потерпевшей в незащищенные половые акты, в результате чего, по мнению суда, заразил последнюю ВИЧ-инфекцией. При этом данные о том, что потерпевшая имела связи с другими мужчинами, а также делала аборт, что не опровергалось последней, не получили надлежащей оценки Приговор Феодосийского городского суда Республики Крым от 16.01.2018 по делу № 1-7/2018 (1-369/2017)..
Наличие информации об иных источниках заражения способно вызвать разумные сомнения относительно виновности обвиняемого в заражении потерпевшей ВИЧ-инфекцией, однако такие сомнения могут быть преодолены совокупностью доказательств, включающих в том числе результаты эпидемиологического расследования, которые могут указывать на определенное лицо, являющееся наиболее вероятным источником заражения.
Современная экспертиза пока не позволяют со стопроцентной гарантией установить наличие эпидемиологической связи между потерпевшим и обвиняемым. Однако совокупность факторов: диагностированная у обвиняемого ВИЧ-инфекция, осведомленность последнего о своем статусе, установленные факты незащищенного сексуального контакта, при которых существует реальная возможность передачи ВИЧ-инфекции другому человеку, а также диагностированная после этого ВИЧ-инфекция у потерпевшего в сочетании с результатами эпидемиологического расследования и заключения эксперта, указывающими на обвиняемого как на наиболее вероятный источник заражения, -- достаточны для вывода о виновности лица в заражении другого человека ВИЧ-инфекцией. «Необходимости проведения каких-либо дополнительных исследований, помимо перечисленных, как правило, не возникает» (Рудов 2015, 53). Тем не менее бывают ситуации, когда разумным является дополнительное проведение филогенетического анализа (Кругляк и др. 2021).
Это исследование позволяет получить данные о наличии либо отсутствии эпидемиологической связи -- штаммы зараженного и заразившего имеют схожие признаки (Зайцева и др. 2016). Стороной обвинения этот анализ, как правило, не рассматривается в ряду необходимых, но для представителей стороны защиты он может послужить главным инструментом в доказывании невиновности обвиняемого. Филогенетический анализ способен доказать отсутствие связи между образцами обвиняемого и потерпевшего лица, так как он обладает высокой ценностью отрицательного результата для целей судопроизводства (Лопатухин и др. 2015).
Преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 122 УК РФ, может быть совершено как умышленно (прямой или косвенный умысел), так и по неосторожности в виде легкомыслия, поскольку виновный должен знать о своем ВИЧ-статусе.
Субъектом является достигшее 16 лет вменяемое лицо, знавшее о наличии у него ВИЧ-инфекции до момента ее передачи другому человеку.
Медицинское заражение ВИЧ-инфекцией
Как отмечено выше, ч. 4 ст. 122 УК РФ устанавливает уголовную ответственность за «заражение другого лица ВИЧ-инфекцией вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей». По мнению А. И. Рарога и Т. Г. Понятовской, именно данная часть ст. 122 УК РФ предусматривает ответственность за так называемое медицинское преступление (Рарог, Понятовская 2019, 816-817). Полученные нами от Следственного комитета РФ статистические данные свидетельствуют, что ведомство также относит указанное преступление к числу медицинских -- это подтверждает статистическая форма «О рассмотрении сообщений и расследовании уголовных дел о преступлениях, связанных с врачебными ошибками и ненадлежащим оказанием медицинской помощи».
Изложенное связано с историей появления данной нормы, с объектом посягательства, а также с субъектным составом, который включает в себя лиц, обязанных соблюдать медицинские (санитарно-эпидемиологические) правила.
Субъектом рассматриваемого преступления является лицо, в чьи профессиональные обязанности входит соблюдение эпидемиологических требований по недопущению распространения ВИЧ-инфекции. Конечно, это не только медицинские работники, но в небогатой практике применения анализируемой нормы, как правило, фигурируют именно они. Так, в постановлении суда отмечается:
Субъект преступления по ч. 4 ст. 122 УК РФ специальный -- лицо, ненадлежащим образом выполняющее профессиональные обязанности. В частности, это лицо, которое профессионально связано с лечением или обслуживанием инфицированных или больных ВИЧ-инфекцией, осуществляющее получение и обращение компонентов крови, например, врач, фельдшер, медицинская сестра, работники станции переливания крови, которые действуют чаще всего легкомысленно или небрежно (некачественно стерилизуют медицинские инструменты, повторно используют одноразовые шприцы и т. п.) Апелляционное постановление Московского областного суда от 15.12.2020 по делу № 228072/2020..
Преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 122 УК РФ, имеет материальный состав. Последствия, входящие в его конструкцию, аналогичны составу, предусмотренному ч. 2 ст. 122 УК РФ, но деяние имеет другое содержание: оно состоит в ненадлежащем исполнении лицом своих профессиональных обязанностей, что, кроме того, предполагает возможность совершения указанного преступления путем бездействия.
По мнению А. Н. Ильяшенко, применительно к медицинским работникам «ненадлежащим исполнением своих профессиональных обязанностей следует считать совершение деяний (действий или бездействия), не отвечающих официальным требованиям, предписаниям, правилам, санитарно-эпидемиологическим и гигиеническим нормам, обязательным для соблюдения при осуществлении медицинской деятельности (заборе и переливании крови, проверке трансплантационного материала, проведении всех видов оперативных вмешательств, медицинских манипуляций и т. д.)» (Ильяшенко 2017b, 14).
Скудная судебная практика по ч. 4 ст. 122 УК РФ не дает возможности вывить правоприменительные проблемы, однако само состояние применения этой нормы указывает на наличие проблем нормативного регулирования и правоприменения по делам о заражении ВИЧ-инфекцией при ненадлежащем исполнении медицинским работником своих профессиональных обязанностей.
Одновременное наличие гражданских дел, связанных с заражением ВИЧ-инфекцией в медицинских организациях Решение Буденновского городского суда Ставропольского края от 07.10.2019 по делу № 2-1150/2019., и отсутствие уголовного преследования по выявленным фактам -- следствие совокупности факторов: особенности диагностики заболевания, связанные в том числе с периодом серонегативного окна, социальная, в том числе активная сексуальная, жизнь отдельных пациентов, противодействие со стороны трудового коллектива медицинской организации, а также применение других положений УК РФ, в частности ст. 293, по которой возможно привлечение руководителя медицинской организации за допущенную халатность, выразившуюся в недостаточном контроле за персоналом, чье поведение повлекло заражение пациента ВИЧ-инфекцией Кассационное определение Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 02.10.2020 по делу № 77-761/2020..
Политико-правовой смысл введения состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 122 УК РФ, лежит в обособлении деяния, состоящего в заражении ВИЧинфекцией вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей, от иных правонарушений при осуществлении медицинской деятельности, в том числе связанной с реализацией должностных обязанностей. Такой вывод следует из буквального, грамматического, систематического и исторического толкования данной нормы. Поэтому по всем случаям больничного заражения ВИЧинфекцией верным является применение ч. 4 ст. 122 УК РФ.
Выводы
Эффективное противодействие распространению ВИЧ-инфекции, а также других инфекционных заболеваний может быть организовано только комплексом мер правового и социального характера, среди которых не последнее место должна занимать активная просветительская и профилактическая деятельность органов и организаций, взаимодействующих с ВИЧ-инфицированными.
Библиография
1. Безверхов, Артур Г., Диана В. Решетникова. 2010. «О классификации конструкций составов преступлений по моменту их юридического окончания». Общество и право 5: 79-83.
2. Бурдинская, Анна Н. 2017. «Преступное инфицирование вирусом иммунодефицита человека: уголовно-правовая и криминологическая оценка». Дис.... канд. юрид. наук, Дальневосточный федеральный университет.
3. Власенко, Сергей С. 2009. «Поставление другого лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией». Российский следователь 12: 6-7.
4. Гарбатович, Денис А. 2020. «Состав опасности: особенность квалификации». Российский судья 8: 40-41. https://doi.org/10.18572/1812-3791-2020-8-40-41 Зайцева, Наталья Н., Ольга В. Парфенова, Ольга Ю. Пекшева, Евгений И. Ефимов, Любовь П. Потемина, Татьяна Л. Абрамян. 2016. «Опыт использования филогенетического анализа в эпидемиологическом расследовании случая заражения ВИЧ-инфекцией». Проблемы особо опасных инфекций 1: 61-63. https://doi.org/10.21055/0370-1069-2016-1-61-63 Ильяшенко, Алексей Н. 2017a. «О некоторых особенностях определения момента окончания преступлений, связанных с заражением ВИЧ-инфекцией». Российский следователь 12: 30-33. Ильяшенко, Алексей Н. 2017b. «Проблемные вопросы привлечения к уголовной ответственности за преступления, связанные с заражением лица ВИЧ-инфекцией вследствие ненадлежащего исполнения медицинским работником своих профессиональных обязанностей». Вестник Краснодарского университета МВД России 2 (36): 13-16.
5. Казакова, Вера А. 2018. Проблемы квалификации преступлений против здоровья. М.: Русайнс. СПС «КонсультантПлюс». Дата обращения 5 декабря 2023. http://www.consultant.ru.
6. Кругляк, Светлана П., Валерия О. Котова, Елена И. Мирошниченко, Ольга А. Скалий, Екатерина С. Махно, Татьяна В. Гришкевич, Лидия Ф. Скляр, Светлана Н. Бениова, Ованнес М. Григорян, Людмила А. Балахонцева, Ольга Е. Троценко. 2021. «Использование метода филогенетического анализа при проведении эпидемиологического расследования случая заражения ВИЧинфекцией в педиатрической практике». ВИЧ-инфекция и иммуносупрессии 13 (1): 106-114. https://doi.org/10.22328/2077-9828-2021-13-1-106-114 Лебедев, Вячеслав М., ред. 2017. Комментарий к Уголовному кодексу РФ. В 4 т. Т. 2: Особенная часть. Разделы VII-VIII. М.: Юрайт.
7. Лопатухин, Алексей Э., Наталья Н. Ладная, Лариса Б. Кириллова, Дмитрий Е. Киреев, Ольга Н. Щепинова, Любовь Л. Никотина, Татьяна В. Коннова. 2015. «ВИЧ-инфекция: применение методов генотипирования ВИЧ и филогенетического анализа при эпидемиологическом расследовании». Врач 2: 2-5.
8. Малый, Василий П. 2009. ВИЧ/СПИД. М.: Эксмо.
9. Маркин, Владимир А. 2012. «Оценка минимальных инфицирующих доз ВИЧ при распространении инфекции». Вопросы вирусологии 57 (1): 4-8.
10. Михель, Дмитрий 2021. «Данные, принципы и стратегии: как работают глобальные механизмы контроля эпидемии ВИЧ». Логос 31 (1): 143-176.
11. Можайская, Лариса А. 1993. «Социально-правовые проблемы профилактики ВИЧ-инфекции / СПИДа (уголовно-правовые и медицинские аспекты)». Дис.... канд. юрид. наук, Уральская государственная юридическая академия.
12. Наумов, Анатолий В. 2005. Практика применения Уголовного кодекса РФ: комментарий судебной практики и доктринальное толкование. М.: Волтерс Клувер.
13. Норвартян, Юрий С. 2012. «О моменте окончания заражения венерической болезнью и ВИЧинфекцией». Общество и право 5 (42): 136-139.
14. Норвартян, Юрий С. 2013. «К вопросу о непосредственном объекте заражения венерической болезнью и ВИЧ-инфекцией». Вестник Самарской гуманитарной академии. Сер. Право 1 (13): 195-198.
15. Норвартян, Юрий С. 2016. «История становления и развития отечественного уголовного законодательства об ответственности за заражение ВИЧ-инфекцией». Вестник Самарской гуманитарной академии. Сер. Право 1-2 (18): 187-191.
16. Переверзева, Элла В., Светлана Н. Филиппова. 2014. «Актуальные вопросы культуры здоровья: ВИЧинфекции и СПИД». Вестник Российской Международной академии туризма 1 (10): 21-37.
17. Покровский, Вадим В., Ирина Ю. Ерамова, Марина О. Деулина, В. В. Липетиков, К. Б. Яшкулов, Л. А. Слюсарева, Н. М. Чемизова, С. П. Савченко. 1990. «Внутрибольничная вспышка ВИЧинфекции в Элисте». Журнал микробиологии, эпидемиологии и иммунобиологии 67 (4): 17-23.
18. Рарог, Алексей И. 2015. Проблемы квалификации преступлений по субъективным признакам. М.: Проспект.
19. Рарог, Алексей И. 2021. Избранное. М.: Проспект.
20. Рарог, Алексей И., Татьяна Г. Понятовская. 2019. «Объект и система медицинского уголовного права». Всероссийский криминологический журнал 13 (5): 816-824. https://doi.org/10.17150/ 25004255.2019.13(5).816-824
21. Романов, Александр К. 2012. «Актуальные проблемы уголовной ответственности за совершение ВИЧ-релевантных преступлений». Философия социальных коммуникаций 1 (18): 87-97.
22. Рудов, Денис Н. 2015. «Привлечение специалиста при расследовании преступлений о заведомом поставлении другого лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией». Вестник Калининградского филиала Санкт-Петербургского университета МВД России 1 (39): 53-55.