Омский государственный университет им. Ф.М. Достоевского
Западнославянские диалекты в Омском Прииртышье: явление интерференции в чешском сибирском говоре
М.А. Харламова
Аннотация
История появления чехов в Среднем Прииртышье теснейшим образом связана со столыпинскими реформами конца XIX - начала XX в. На материале показаний языкового сознания выявлены миграционные пути чехов и места их «выхода» из европейской России и Европы. В статье прослеживается история формирования и развития чешского говора в Сибири и обосновывается тезис о роли междиалектной и межъязыковой интерференции в создании языкового пространства полиэтнического региона. На примере среднеприиртышского чешского говора (с привлечением собранных автором новых языковых данных) показана связь интерференции и двуязычия. Результаты проведённого исследования являются источником и эмпирической базой нового лексикографического проекта омских диалектологов, призванного манифестировать миро- видение современных сельских жителей одного региона Российской Федерации.
Ключевые слова: интерференция, межъязыковое контактирование, двуязычие, чешский диалект
чешский сибирский говор
Western Slavic Dialects in Omsk Irtysh Region: Interference Phenomenon in Czech Siberian Dialect
M.A. Kharlamova
F.M. Dostoevskii Omsk State University
Abstract
The history of the Czechs in the Middle Irtysh region is closely related to the history of P.A. Stolypin's reforms of the late 19th - early 20th century. The evidence provided by the language conscious representations has allowed identifying the migration paths of the Czechs, as well as the places where they “exited” the European part of Russia and Europe. The paper traces the formation of the Czech dialect and its development in Siberia. It also underpins the thesis concerning the specific role played by interdialect and inter-linguistic interference in forming the sprachraum of the polyethnic region. The connection of interference and bilingualism has been demonstrated by the example of the development of the Czech dialect in the Middle Irtysh region.
The paper also considers theoretical foundations of the research: different approaches to the problem of interference in linguistics, viewpoints on the connection of interference and bilingualism, the author's point of view has been presented adequately. Based on the material collected by the author, it has been demonstrated that interference appears at all levels of the language system, being especially explicit in lexis. Lexis represents the “power” of the Russian language and of Siberian old-settlers' dialects, which is reflected in direct lexical borrowings from the surrounding dialects and in adaptation (phonetic, grammatical, derivational, and semantic) of the Czech lexicon seen as particularly important.
Interference does not go unnoticed by the ethnic Czechs themselves, which has been proved by the metatext utterances about their mother tongue and its speakers in the contemporary linguistic situation. The ethnic self-definition of the Czech is related to the knowledge of their native Czech dialect: the speakers of the Middle Irtysh dialect perceive the Czechs who do not speak their native language as broad research devoted to specifics of the language situation in the contemporary polyethnic region.
Russian rather than Czech. The changes that have taken place in the speech of the Siberian Czechs are determined by both linguistic and extra-linguistic factors. Analysis of Siberian Czechs' speech is a part of
The results of the research have provided a source and an empirical base for a new lexicographic project by Omsk dialectologists, aimed at demonstrating the worldview of contemporary villagers of a single Russian region.
Keywords: interference, interlinguistic contacts, bilingualism, Czech dialect
Ни один язык не развивается без взаимодействия с другими языками. При передвижениях больших масс населения с одной территории на другую, при покорении одного этноса другим, при значительном культурном влиянии одного народа на другой, наконец, просто при соседстве двух народов на относительно небольшой и относительно густо заселённой территории это взаимодействие усиливалось. При переселениях народов обычно язык одного из них постепенно усваивался другим, причём в усвоенный язык вносились черты поглощаемого языка, постепенно отмиравшего и прекращавшего своё существование [1, с. 8-13]. Б.В. Горнунг в своём докладе на V Международном съезде славистов (г. София, Болгария, 17-23 сентября 1963 г.) указал основные пути взаимодействия говоров и языков. Аналогичные процессы проходили и проходят на исследуемой нами территории Среднего Прииртышья. Латыши, чехи, поляки, белорусы, эстонцы и другие народы, как и русские, появились на территории Омского Прииртышья в разное время. Основной приток многообразных этносов отмечался в период столыпинских реформ в конце XIX - начале XX в. [2-5]. Условия, при которых устанавливались социально-экономические, культурные, торговые связи между этносами в Среднем Прииртышье, различны. Разнообразны также условия контактирования языков и диалектов (см. [6, с. 25-91]).
Л.В. Щерба выдвинул тезис о том, что процесс языковых контактов состоит в схождении и обобщении означаемых при сохранении различий в означающих и что то или иное течение этого процесса обусловлено разными видами двуязычия [7]. Идеи академика развил В. Розенцвейг: «В какой мере изменится язык в ходе контактов, направление и скорость изменений, вплоть до исчезновения одного из языков, зависит в конечном счёте от социально -исторических условий. <...> Каким образом и в какой мере социально -исторические условия общения носителей других языков определяют тот или иной ход процесса контактов, выясняется лишь, когда познаётся связь между речевым поведением двуязычных людей и социальными ситуациями двуязычия» [8, с. 11]. Л.В. Щерба впервые обратил внимание на то, что «характер сосуществования двух языков в индивиде находится в зависимости от условий усвоения неродного языка» [7, с. 47] (см. об этом [8, с. 11]).
Анализируя дискурс людей, выучивших иностранный язык от гувернанток (последние владели лишь своим родным языком), Л.В. Щерба показал, что «при таком двуязычии происходит лишь заимствование отдельных слов языка В носителем языка А. <...> Если же усвоение неродного языка происходит таким образом, что носители двух языков, общаясь в разных и многочисленных общественно важных ситуациях, переключаются с одного языка на другой, “переводя” мысль то на один язык, то на другой, то имеет место обобщение означаемых двух языков, вплоть до образования единого языка в плане содержания с двумя способами выражения» (цит. по [8, с. 11-12]). Большинство отечественных учёных двуязычие определяют как знание двух языков в одинаковой степени совершенства [9, с. 57].
Другой важный теоретический аспект, который мы не можем не упомянуть в связи с нашими изысканиями, - это проблема интерференции. Л.И. Баранникова даёт такое определение этого понятия: «Интерференция - это изменение в структуре или элементах структуры одного языка под влиянием другого яз ыка, причём не имеет значения, идёт ли речь о родном, исконном для говорящего языке, или о втором языке, усвоенном позднее» [10, с. 88]. У. Вайнрайх под интерференцией понимает «те случаи отклонения от норм любого из языков, которые происходят в речи двуязычных лиц <...> вследствие языкового контакта» [11, с. 22]. Таким образом, влияние разных языковых систем вызывает явление интерференции. И в зависимости от того, на каком уровне языка проявляется интерференция, традиционно различают несколько типов, а именно: фонологическую, морфологическую, синтаксическую, лексическую и семантическую [11, с. 45]. Сходные (близкородственные) языковые элементы, закономерности и нормы не могут вызвать интерференцию, поскольку они не вступают в противоречие. В настоящей работе мы рассматриваем интерференцию как частный случай взаимодействия языков, который может возникать лишь при регулярном использовании одним и тем же человеком или одним и тем же коллективом разных языков и диалектов.
Цель статьи - показать процессы межъязыковой интерференции в полиэтническом регионе, обусловившие своеобразие мировидения современных сельских жителей Омского Прииртышья. Разработка названной проблематики связана с новым лексикографическим проектом - словарём констант народной речи носителей традиционной культуры Среднего Прииртышья (подробнее об этом см. [6]).
Исследование современных говоров на территории вторичного заселения показало, что длительное сосуществование говоров и языков (с XVII в.) определяет во многом своеобразие языковых систем в регионе. Как справедливо отмечает А.С. Герд, «исторически, по-видимому, большинство культурных центров по- лиэтнично в своей основе» [12, с. 255]. Он указывает: «Письменный язык книжных центров открыт для субстратных влияний (курсив наш. - М.Х.) в меньшей степени, чем диалект» [12, с. 255]. При этом далее подчёркивается, что «история диалектов тесно связана с межэтническими миграциями» [12, с. 257].
Именно миграционные процессы конца XIX - XX вв. (период столыпинских реформ) сыграли особую роль в формировании новых типов речи в Среднем Прииртышье. В этом регионе обнаружены компактные места проживания представителей западнославянских (поляков, чехов) и неславянских (эстонцев, латышей, немцев и др.) языков (см., например, [2, 13]). Двуязычными носителями на данной территории являются этнические чехи, речь которых мы записывали на протяжении нескольких лет начиная с 2000 г., а именно: д. Новоградка - А.Е. Бартош, муж., 1937 г.р., 8 кл., тракторист, зап. 2000 г.; Ф.И. Вондра, жен., 1925 г.р., неграмот., зап. 2004 г.; М.И. Киселёва (урожд. Вондра), жен., 1947 г.р., 8 кл., зап. 2000, 2012, 2013 гг.; А.А. Киселёв, муж., 1942 г.р., 8 кл., зап. 2000 г.; И.А. Шиллер, муж., 1952 г.р., 8 кл., зап. 2000 г.; Ф.А. Шиллер, муж., 1938 г.р., 7 кл., зап. 2012 г.; А.А. Яндер, муж., 1942 г.р., ср.-спец., зап. 2004 г.; А.И. Яндер, муж., 1932 г.р., грамот., зап. 2004 г.; П.А. Яндер, муж., 1922 г.р., 4 кл., зап. 2004 г.; с. Репинка - А.А. Вондра, жен., 1937 г.р., 7 кл., зап. 2004, 2012 гг.; З.В. Яндер, жен., 1938 г.р., 7 кл., зап. 2000, 2012 гг.; З.М. Яндер (урожд. Кадермас), жен., 1939 г.р., 7 кл., зап. 2000 г.; В.А. Яндер, жен., 1921 г.р., 4 кл., зап. 2004 г.; г. Омск - Е.А. Ишкова (урожд. Вондра), 1953 г.р., ср.-спец., зап. 2012 г.
Материалом для настоящего исследования, таким образом, послужили записи диалектной речи из личного архива и архива кафедры русского языка, славянского и классического языкознания Омского государственного университета имени Ф.М. Достоевского, сделанные в сёлах и деревнях Калачинского района Омской области в ходе диалектологических экспедиций - Репинское сельское поселение. Они частично уже были опубликованы ранее (см. [14]). Кроме того, нами привлечены аудиозаписи, расшифровка материала и перевод с чешского языка на русский С.С. Скорвида [15].
Путь чехов в Сибирь был довольно сложным. Они практически все указывают на вторичное переселение: либо чехи прибыли в Среднее Прииртышье (первоначально в д. Плетнёво Оконешниковского района) через Запорожье, Мелитополь, либо - Крым, или даже Бессарабию:
* нашы каhда радители в-дивят 'сот адинацатом hаду приехали сюда// ани сразу астанавились в-Оконешникофскам раёне ф-Плетнёуке// <...> а потом аттуда приехали в-Васкресенку нимн6hо пажЫли/ и чЭхоу с-хахлами не-взяла дружба... сюда пириехали и тут ани аблюбавали место... атец дивят 'сот aduna^maha hoda/ он здесь радйлся ужэ// (Ф.А. Шиллер, д. Ново- градка, 2012 г.)Воспроизведение речи информанта здесь и далее передаётся согласно правилам фонетической орфо-графии, принятым в новом электронном словаре активного типа, репрезентующем базовые константы народ-ной «речемысли» - «Словаре констант народной речи Среднего Прииртышья» (http://dict.univer.omsk.su/ mediawiki/index.php/) (подробнее см. [6, с. 119-120; 16]).;
* amKyda auU были? с-Украйины amKyda-то//худо жыли HaeepHa da hoeo- рят где-то ф-сыбйри хaрaшд жыть землй MHoha <... > // здесь-вот дирЭвня/ здесь хaхлъl были чЭхи-maм// чЭхы перэшлй дал 'шэ/ maк aбрaзaвaлaсь нaвahрamкa// (А.И. Яндер, д. Новоградка, 2004 г.) [14, с. 282];
* онй прилхaли с-Украины U3-3a землй/ там-где иё мало было онй nprnxa- ли сюда// дитей было мноЫ землй мaлa/ вот// (Ф.И. Вондра, д. Новоградка, 2004 г.);
* A, K'is'el'ova jo tet'ka sem a bila sem Vondrova. Bila sem Vondrova. A maminka та bila Nemka, wona bila Masoltova, Masol't mnela fam 'iliju. A patom visla za Cecha zamus. [Za Cecha na Ukrajim?] Tadi, tadi. Wona ji... sibirska bila Nemka. Ona tadi - nu, kolik je Semenouka wod nas? Kilometrou dvanadzd, da? <... > Wdruhej wesnici, tam bili Estonci, zili. Jedna ulice Estonci a jedna ulice sou Nemci. I wot won tadi <... > won se tatinek nerod'il tadi, a prijeli, jeho rod'ice privezli sem malinkiho az z B'isarabii. <...> A potom on tam f Semenouce si nasel nevjestu (М.И. Киселёва (урожд. Вондра), д. Новоградка, 2013 г.). - «Я Киселёва сейчас, а была Вондрова. А мама моя была немка, она была Масолт(ова), Ма- солт у неё была фамилия. А потом вышла за чеха замуж. [За чеха на Украине?] Здесь, здесь. Она была сибирская немка. Она тут - ну сколько (км) Семёновка от нас? Километров 12, да? Во второй деревне, там были эстонцы, жили. И вот он здесь... родился-то папа не здесь, а они приехали, и его родители привезли сюда маленького аж из Бессарабии. А потом он там в Семёновке нашёл себе невесту»Аудиозапись, расшифровка и перевод с чешского языка на русский С.С. Скорвида..
Лишь некоторые респонденты полагают, что их предки приехали в Сибирь из Чехословакии или родились там:
* a aцa мaиhд привизла мать по-мойму онй-уш тпали сюдa тк то-ли с- Чехoсlaвaкии я дажэ hдрom вот тожэ я не-интирисоваШсь никohдa maкйми Этими// (М.И. Киселёва (урожд. Вондра), д. Новоградка, 2000 г.);
* On 'i sem prijeli s^ Ukrajini, n 'aki, a n 'ak s^Cechiji `Они приехали с Украины, некоторые, а некоторые из Чехии' (З.В. Яндер, с. Репинка, 2012 г.) [15, с. 130];
* A starsi tcеп, kera bila s^ t'isic devjetset prun 'iho, s^ t 'isic devjetset druhiho, tret'iho, ti se rod'ili f^Cechoslovakiji 'А старшие дочери, которые были 1901-го, 1902-го, 3-го, они родились в Чехословакии' (А.А. Вондра, с. Репинка, 2012 г.) [15, с. 130].
Деревня Новоградка - место компактного проживания этнических чехов, по сведениям информантов, образовалась в 1911-1913 гг. Кроме того, чехи живут и в соседних деревнях Репинке и Воскресенке:
* ну hдл-ma Эma дирёвня aрhaнизoвaлaсь ф-mринaцamoм Ыду// (А.А. Киселёв, д. Новоградка, 2000 г.);
* радйтели приехали сюда ф-каком Ыаду? в-адйнацытам или в-дисятам дажэ/ Я ни-помню// а-Я тут родилась ф-Сибйри/ там ф-Плетнёва пат- Калачинскам// (В.А. Яндер, с. Репинка, 2004 г.);
* t'is^c devjetset jedenаctim гока пасаЫ v^Novohmtce se fselat СесЫ `в 1912 году в Новоградке начали поселяться чехи' (З.В. Яндер, с. Репинка, 2012 г.) [15, с. 130].