Регион, который очерчивают эти находки: на севере -- Северный полярный круг (Усть-Полуй и Горнокнязевский клад), далее к юго-западу -- устье р. Казым, памятники по течению Сев. Сосьвы, к востоку -- Барсова Гора, на самом юге -- район г. Тобольска, Истяцкий клад. Надо отметить, что изучен этот регион неравномерно, чтобы не сказать недостаточно, а три комплекса изделий -- наиболее массовые -- вообще происходят из случайных находок и «несанкционированных» раскопок. За Уралом, в Печорском бассейне, на памятниках гляденовского времени зеркала и подвески из них встречаются, но гораздо реже См. напр.: Археология Республики Коми. М., 1997. С. 393-394..
К востоку и юго-востоку от очерченного ареала в той же приблизительно культурной среде бронзовые зеркала и бляхи известны в двух комплексах -- Айдашин- ской пещере и Ишимской коллекции. Зеркала Айдашинской пещеры авторы относят к тагарскому типу Молодин В. И., Бобров В. В., Равнушкин В. Н. Айдашинская пещера. Новосибирск, 1980. С. 54-55., т. е. к другому культурному кругу, чем найденные в вышеописанном ареале. Ишимская коллекция включает 38 зеркал и блях Ермолаев А. Ишимская коллекция // Описание коллекций Красноярского музея. Отдел археологический. Красноярск, 1914. Вып. 1. С. 1., среди которых как минимум 6 -- китайские. Сама коллекция представляет собой очевидный клад, причем довольно разновременный. Зеркал и блях, которые могут быть сопоставлены с бляхами и зеркалами очерченного региона, в ней всего 4 Ермолаев А. Ишимская коллекция. Табл. III, IV.. В районах Том- ско-Нарымского Приобья, судя по публикациям, ни «сарматских» зеркал, ни блях с проточенным циркульным орнаментом нет.
Таким образом, районы концентрации бронзовых (саргатских или сарматских, что в данном случае не имеет значения) зеркал четко указывает на существование отлаженного меридионального пути с севера на юг (или с юга на север) вдоль бассейна Нижней- Средней Оби и вдоль Иртыша.
Имитации импортных вещей
Кроме импортов из «цивилизованных» стран и «кочевых» степных регионов Евразии, в комплексах севера Западной Сибири присутствуют еще и такие странные артефакты, которые иначе как попыткой копирования или даже переработки «импортных» сюжетов не объяснить.
Рис. 4. Усть-Полуй. Модель с изображением лица; бусы:
1 -- сланец; 4-7 -- фаянс; 2-3, 8-26 -- стекло; 27-32 -- керамика (фото Ан. В. Гусева)
В комплексе Усть-Полуя среди прочих зооморфных изображений, в основном передающих местную фауну, зафиксировано два изображения голов или голов и верхней части тулова грифонов Федорова Н. В. Зооморфный код Усть-Полуя // Археология Арктики. Вып. 4. «Усть-Полуй: материалы и исследования». Екатеринбург, 2017. Т. 2. С. 231, рис. 13, 6, 7.. В одном случае это типичный усть-полуйский скребок-лопаточка, выполненный из рога северного оленя, но на рукоятке его вырезаны две головы грифонов, сопоставленные шеями, с мощными открытыми птичьими клювами и львиными ушами. Во втором -- бронзовая бляшка с изображением двух сопоставленных полуфигур львиноголовых грифонов с трехпалыми лапами и «браслетами» на них.
В комплексе Усть-Полуя есть еще барельеф из глинистого сланца -- модель для отливки с изображением лица «парфянского» типа: прическа с кудрями до плеч, полный подбородок, гривна на шее См. аналогии: Федорова Н. В., Гусев Ан.В., Подосенова Ю. А. Горнокнязевский клад. С. 35, 45. (рис. 4: 1). Бронзовая литая бляшка, имитирующая серебряные медальоны с портретом парфянского царя, была обнаружена в находках со святилища Барсов Городок 1/9, правда, к сожалению, в ходе несанкционированных раскопок Ширин Ю. В., Яковлев Я. А. Мартиролог югорской археологии. С. 53. Ил. 72.. Ю. В. Ширин, приводя в своей статье изображение бронзовой бляхи с р. Нюролька, пишет о портретных барельефах «парфянского» типа. Отмечая, во-первых, что «таких блях, различных по проработке деталей, известно уже более десятка», во-вторых, что они «сопутствуют в ареале КНК (кулай- ской общности. -- Авт.) зеркалам сарматского типа» Ширин Ю. В. Импорт рубежа эр в комплексах Западной Сибири и его значение для хронологии. С. 45.. На самом деле подобных блях, действительно, к настоящему времени известно много, но, к сожалению, не все из них опубликованы, в том числе и из уже упомянутого клада или двух кладов с Казыма.
Выше уже упоминалась находка на городище Кижирово обломка негативной глиняной литейной формы, воспроизводящей рельефное изображение идущих друг за другом воинов, выполненных в переднеазиатской манере» Косарев М. Ф. Древние культуры Томско-Нарымского Приобья. С. 63.. Очевидным представляется использование этой формы именно для производства отливок на памятнике кулайской культуры (общности) по импортным образцам.
Таким образом, анализ изготовления подражаний «импортным» сюжетам или даже переосмыслений/переработки их в местной среде, при всей сложности отдельных атрибуций, в общем и целом указывает то же самое южное направление: сарматы или саргатская культура, Парфия или Кушаны. Восточный «след», который подсказывают бронзовые/медные котлы на поддонах и редкие китайские (или псевдокитайские) зеркала, вполне мог быть реализован через то же южное направление.
Серебряные импортные изделия рубежа эр на севере Западной Сибири
Серебряных импортных изделий в комплексах северных памятников во время «около рубежа эр» совсем немного. Собственно, нам известны следующие: вырезанный из тонкостенного блюда или чаши медальон с погрудным изображением мужчины из Горнокнязевского клада Федорова Н. В., Гусев Ан. В., Подосенова Ю. А. Горнокнязевский клад. С. 20. Рис. 19. (см. рис. 3: 4); две серебряные обкладки, возможно, деревянных сосудов Там же. С. 20-21. Рис. 20-21.; медальон с изображением парфянского царя Зеймаль Е. В. Медальон с изображением парфянского царя // Сокровища Приобья. СПб., 1996. С. 46-47.; очевидно, вырезанный из блюда или чаши медальон с изображением богини-охотницы из комплекса Истяцкого клада Зеймаль Е. В. Медальон с изображением богини-охотницы // Там же. С. 48-49.; две обкладки фаларов (?) из находок на городище Няксимволь Няксимволь. Томск; Ханты-Мансийск, 2014. С. 45-48.. Вопросы происхождения этих артефактов сложны и заняли бы здесь много места; важно то, что все они атрибутированы как парфянские, ку- шанские или обобщенно среднеазиатские, что, в конечном итоге, указывает на то же самое южное направление.
Бусы
Изучение импортных стеклянных бус, обнаруженных в археологических комплексах Среднего и Нижнего Приобья, до сих пор если и производилось, то явно недостаточно. Причин этому несколько: во-первых, их количество не столь велико, как, например, в памятниках более южных, степных районов, во-вторых, бусы в целом малопригодны для решения основного вопроса -- датировки объекта, стоящего перед специалистами. Из этого следует в-третьих: если бусы или упоминание о них и попадают в публикации, то, как правило, без соответствующих иллюстраций и атрибуций. Хотя, как всякий «далекий» импорт, они дают много дополнительные основания для выяснения направлений культурных и торговых контактов.
Усть-полуйская коллекция бус представительна и разнообразна по своему составу: всего 230 экземпляров, в основном происходящих из коллекции «новых» раскопок. Поскольку они практически не публиковались, остановимся на них несколько подробнее. При описании хотелось бы подчеркнуть, что коллекция бус Усть-Полуя позволяет зафиксировать резко возросший приток импортов, начавшийся незадолго до рубежа эр, как и в случае с описанными выше металлическими изделиями -- зеркалами и котлами.
К наиболее ранним типам бус (имеющим уверенную датировку до рубежа эр) могут быть отнесены два изделия, полученные с разных участков памятника, выполненные из глухого темного стекла (рис. 4: 2). Изделия имеют бочковидную форму и диаметр около 1,5 см. В составе ядра присутствует керамическая составляющая, а желто-лиловые овальные глазки проникают глубоко внутрь. Отдаленное сходство этих бусин наблюдается с типом 90 по типологии Е. А. Алексеевой, подобные изделия она датировала приблизительно II в. до н. э. Алексеева Е. М. Античные бусы Северного Причерноморья // Свод археологических источников. М., 1975. Вып. Г1-12, т. I. С. 69, табл. 14: 95.. Возможно, еще одна бусина из бирюзового стекла может соотноситься с типом 3Б Там же. С. 31, табл. 5: 3. (рис. 4: 3). Подобные изделия зафиксированы в разновременных захоронениях из Северного Причерноморья.
Бусы из египетского фаянса представлены 20 экз., целых и фрагментированных. Такие бусы на рубеже эр и в первые века нашей эры завозили в Северное Причерноморье из Египта, оттуда они распространялись по степям Восточной Европы и Азии. Наиболее многочисленны -- орнаментированные продольными желобками, образующими волнистые дольки на поверхности. Бусины имеют весьма крупные размеры -- до 1,5--2,0 см в диаметре. Пять бусин из Усть-полуйской коллекции принадлежат типу 3Г Там же. С. 31, табл. 5: 4, 7-8.. Это крупные бусины диаметром 1,6-1,9 см с широким каналом отверстия (рис. 4: 4-5). Глазурь с их поверхности полностью утрачена. Е. А. Алексеева датировала их преимущественно 1-11 в. н. э., отмечая весьма длительный период их существования. Четыре бусины идентичны изделиям типа 19 -- округлой и бочковидной форм с бугристой поверхностью, образованной продольными и поперечными желобками Алексеева Е. М. Античные бусы Северного Причерноморья. С. 35, табл. 5: 49. (рис. 4: 6-7). Производство этих бус велось с III в. до н. э., однако большинство памятников, где они были обнаружены, относилось к I в. н. э.
Многоцветные стеклянные бусы с глазчатым орнаментом представлены 32 экз. Наиболее многочисленны бусы округлой и бочковидной форм, состоящие из основы синего цвета и украшенные слоистыми глазками из темно-синего, красного и желтого стекла -- 27 экз. Глазки на них почти всегда выпуклые, число их составляет в среднем от двух до трех (рис. 4: 8-9). Диаметр изделий в среднем составлял 0,7-1,0 см. Визуальное сходство этой части бус имеется с типом 33Ч Там же. С. 62, табл. 15: 73. Там же. С. 59, табл. 14: 19-20.. Датировка таких глазчатых бус достаточно широка (IV в. до н. э. -- II в. н. э.), но наибольшее их распространение пришлось именно на время около рубежа эр.
Глазчатые бусины из белого стекла представлены четырьмя изделиями. Два из них имеют короткую цилиндрическую форму, декорированы черно-бело-голубыми (сиреневыми) глазками (рис. 4: 10). Диаметр бусин 1,0-1,2 см. Еще две округлые бусины имеют слоистые глазки из синего и белого цветов (рис. 4: 11). Наиболее близки этим изделиям бусины типа 26Д61, характерные для комплексов с III в. до н. э. по начало I в. н. э.
Стеклянные бусы с металлической (золотой) прокладкой внутри -- 39 экз. Среди них можно выделить несколько типов: 3 бусины с гладкими краями отверстий и ровной поверхностью, диаметром 0,4-0,6 см (рис. 4: 12). Наиболее хронологически ранние такие изделия (тип 1А) известны с III в. до н. э., однако с рубежа эр их производство заметно сокращается, хотя и бытовали они по ПНУ вв. н. э. Там же. Т. II. С. 29, табл. 26: 2-3.. 27 бусин -- шаровидные изделия диаметром около 1,0 см, представлены и бусины меньшего диаметра Там же. Табл. 26: 4, 5, 6, 8. (рис. 4: 13-14). Этот вариант бусин наиболее массово встречался в Северном Причерноморье начиная с I в. н. э. и вплоть до IV в. Три удлиненные бочковидные бусины (тип 2Б) известные только по материалам памятников новой эры Там же. Табл. 26: 13-14. (рис. 4: 15-16). Две бусины удлиненной цилиндрической формы (тип 11; рис. 4: 17) с ребристой поверхностью и ребристыми же перетяжками по краям, аналогичные опубликованным Е. А. Алексеевой Там же. Табл. 26: 48.. Соотносятся с периодом I в. до н. э. -- I в. н .э. Три экз. бочковидных бусин с валиками по краям (тип 22), оставшиеся, вероятно, от работы формовочными щипцами (рис. 4: 18-19). Такие бусы характерны для !-Ш вв. н. э Там же. Табл. 26: 24.. Таким образом, период их бытования достаточно широк: III в. до н. э. -- Ш-ГУ^ вв. н. э.
Единственная в коллекции полихромная стеклянная бусина представлена среди находок из раскопа В. С. Адрианова. Изделие имеет округлую форму (диаметр 1,2 см) глухой черный цвет и волнисто-поперечный орнамент (рис. 4: 20). Эта бусина схожа с бусами, датированными первыми веками нашей эры Алексеева Е. М. Античные бусы Северного Причерноморья. С. 51, табл. 31: 37..
Одноцветные бусы из синего и бирюзового (55 ед.), зеленого (22 ед.), прозрачного (21 ед.), желтого (19 ед.), красного (17 ед.) и темного (4) стекла составляют самую многочисленную часть в коллекции (138 ед.). Большинство из них -- мелкие, диаметром 0,5-0,7 см, округлой и бочковидной форм (рис. 4: 21-26). Данная группа атрибутируется сложно без проведения технологического и химического ана- лизов Щапова Ю. Л. Древнее стекло: Морфология, технология, химический состав. М., 1989., но в общем соотносится с самым широким спектром производственных центров от Северного Причерноморья до Центральной Азии.
Так же как в случае с подвесками и котлами, имеющими в комплексе Усть- Полуя местные копии-подражания, зафиксированы и бусы, представляющие собой аналоги стеклянных и фаянсовых изделий, выполненных местными мастерами из глины. Всего в коллекции насчитывается 59 целых и фрагментированных бусин, из них округлых гладких -- 45, удлиненно-бочковидной формы -- 3, орнаментированных продольными желобками -- 3, циллиндрической формы с поперечным орнаментом в виде зигзагов -- 8 (рис. 4: 27-32).
Ближайшим памятником, где известно сопоставимое с Усть-Полуем количество бус, является погребение мальчика из Барсовского III могильника -- всего более 250 ед. Чемякин Ю. П. Барсова Гора. Очерки археологии Сургутского Приобья. Древность. С. 82, рис. 81. Многочисленная серия бус обнаружена в захоронениях могильника Барсовский VII, данные по которым представлены лишь в общем виде Там же. Рис. 83, 86: 1-16.. Из 20 захоронений на могильнике Сырой Аган 13, лишь трем умершим было положено по одной стеклянной бусине с золотой фольгой Баранов М. Ю. Могильник кулайской культуры Сырой Аган 13 в Сургутском Приобье // Барсова Гора: древности таёжного Приобья. Екатеринбург; Сургут, 2008. Рис. 16: 4, 9, 16.. В составе клада на городище Барсов городок Ш0 оказалась лишь одна глазчатая бусина, да и то, по мнению В. А. Борзунова, более ранняя, чем остальной набор вещей Борзунов В. А. Городища с бастионно-башенными фортификациями раннего железного века в лесном Зауралье. С. 103.. Прямых аналогий в Усть- полуйской коллекции она не имеет. Не менее семи бусин, по своему облику схожих с усть-полуйскими, были обнаружены на месте предполагаемого захоронения в бассейне р. Агана у п. Радужный Перевалова Е. В., Карачаров К. Г. Река Аган и ее обитатели. Екатеринбург; Нижневартовск, 2006. С. 70.. Л. А. Чиндина для трех захоронений Шерка- линского могильника отметила наличие 52 бус из них: 34 -- стеклянных и 18 -- керамических Чиндина Л. А. Древняя история Среднего Приобья в эпоху железа. С. 53.. Стеклянные бусы, судя по описанию, аналогичны усть-полуйским. Соответствует и цветовой набор единственной глазчатой бусины. Т. Н. Троицкая к моменту выхода публикации по кулайской культуре в Новосибирском Приобье отмечала наличие 125 бусин в 10 захоронениях для Ш-П вв. до н. э. и уже 340 бусин на 10 могил в I в. до н. э. -- I в. н. э Троицкая Т. Н. Кулайская культура в Новосибирском Приобье / отв. ред. В. И. Молодин. Новосибирск, 1979. С. 13, 23.. Большинство из них представляли стеклянные и позолоченные изделия, служившие украшениями костюма и подвесками. Глиняные подражания нигде не упоминаются. По мере продвижения к югу в комплексах саргатской культуры количество бус увеличивается, меняется и их видовой состав. Связи между саргатскими племенами и таежным населением не вызывают сомнений.