Дипломная (вкр): Языковые средства репрезентации стихии света в идиостиле М.А. Волошина

Языковые средства репрезентации стихии света в идиостиле М.А. Волошина

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ИМЕНИ ИММАНУИЛА КАНТА

КАФЕДРА ИСТОРИИ РУССКОГО ЯЗЫКА

И СРАВНИТЕЛЬНОГО ЯЗЫКОЗНАНИЯ

Гусева Татьяна Андреевна

ЯЗЫКОВЫЕ СРЕДСТВА РЕПРЕЗЕНТАЦИИ СТИХИИ СВЕТА В ИДИОСТИЛЕ М.А. ВОЛОШИНА

Дипломная работа

Научный руководитель -

к. ф. н., доцент С.В. Таран

Калининград - 2007

СОДЕРЖАНИЕ

Введение

Глава 1. Теоретические предпосылки исследования

§ 1. Категория света в культурной традиции

.1 Восприятие света в эстетике

.2 Восприятие света в мифологии

.3 Значение категории света в живописи

§ 2. Категория «свет» и ее соотнесенность с категорией «цвет»

.1 Связь цветообозначений с категорией «свет»

.2 Минералогические лексемы как способ передачи светоцветовых характеристик

§ 3. Особенности функционирования слова в художественной (поэтической) речи

Глава 2. Специфика функционирования лексем, репрезентирующих стихию света, в поэтической системе М. Волошина

§ 1. Лексема свет и ее производные в номинативно-текстовой функции как способ репрезентации стихии света

1.1 Природа

.2 Человек

1.2.1 Внешний свет (искусственный)

.2.2 Внутренний свет (авторские интенции)

.3 Бог

§ 2. Цветообозначения как способ репрезентации стихии света

.1 Природа

.2 Человек

§ 3. Минералогическая лексика как способ репрезентации стихии света

§ 4. Наименования природных источников света и их производные

.1 Особенности функционирования наименований природных источников света в категории «Природа»

§ 5. Концептуально-образная значимость символики солнца

Заключение

Библиография

Приложение

ВВЕДЕНИЕ

Обращаясь к проблеме индивидуального стиля автора, необходимо учитывать, что каждая творческая личность является, прежде всего, членом языкового сообщества, поэтому творческий аспект языка неотделим от специфики национальной культуры. В художественном произведении должны отражаться «следы исторического своеобразия жизни автора, своеобразия его биографии, стиль его поведения, его миропонимание» [Виноградов 1961: 35]. Исследуя язык писателя, мы вступаем на мост, ведущий от языка как чего-то внеличного, общего, надындивидуального к самой личности пишущего. Если в его творениях наблюдается повторяемость тех или иных отличительных примет словоупотребления, то «эти приметы вызывают в нас представление об их едином и постоянном источнике, и именно он как цельная и конкретная культурная данность становится центром нашего внимания» [Винокур 1991: 42].

Актуальность исследования определяется, прежде всего, обращением к проблеме индивидуально-авторского стиля, который является основной категорией в сфере лингвистического изучения художественного текста. «В стиле писателя, - пишет Виноградов В. В., - соответственно его художественным замыслам, объединены, внутренне связаны и эстетически оправданы все использованные художником языковые средства» [Виноградов 1981: 91]. Это обусловливает выбор темы дипломной работы - изучение языковой репрезентации стихии света в волошинском идиостиле.

Материалом для исследования послужили стихотворные тексты поэтических произведений Волошина. В ходе работы мы использовали научную литературу, относящуюся к области языкознания, литературоведения, культурологи, философии, живописи, религии и эстетики.

Объектом научного исследования стала художественная языковая система поэтических текстов Волошина.

Непосредственным предметом анализа являются лексемы, отражающие в своем значении семантику света, и их производные словоформы (прилагательные и наречия), извлеченные методом сплошной выборки из поэтических текстов Волошина. Всего в результате обработки материала - текстов стихотворений - было зафиксировано свыше 200 случаев употребления интересующих нас лексем.

Цель дипломной работы - рассмотреть группы лексем, служащие для репрезентации стихии света в идиостиле М.Волошина, определить специфику их функционирования в индивидуально-авторском стиле писателя на изобразительном, ассоциативном, концептуально-образном и символическом уровнях.

Достижению основной цели подчинено решению следующих задач:

· выявить языковые средства, репрезентирующие стихию света в идиостиле М.Волошина;

· выявить основные составляющие стихии света в идиостиле М.Волошина - свет природный, духовный, физический;

· показать соотнесенность элементов стихии света с категориями: Бог, Человек, Природа.

· выявить специфику языковой репрезентации каждого из этих элементов.

Структура работы. Работа состоит из Введения, двух глав, заключения, приложения и библиографического списка. Во Введении дается обоснование актуальности избранной темы, формулируются цели и задачи исследования. В первой главе (Теоретические предпосылки исследования) рассматривается значение категории света в культурной традиции - в эстетике, мифологии, живописи (§ 1), соотнесенность этой категории с категорией цвета (§ 2), которая отражена в цветообозначениях (2.1) и минералогической лексике (2.2). В § 3 рассматриваются особенности функционирования слова в художественной (поэтической) речи. Вторая глава посвящена исследованию специфики функционирования лексем, репрезентирующих стихию света, в идиостиле М.А.Волошина. На основе исследований в области эстетики, мифологии и живописи мы выделяем три категории, в которых отражена стихия света, - Природа, Человек, Бог, и далее в § 1 мы рассматриваем лексему свет и ее производные в номинативно-текстовой функции как способ репрезентации стихии света. В § 2 мы исследуем цветообозначения как способ репрезентации стихии света. В § 3 наше исследование посвящено минералогической лексике и ее способности репрезентировать исследуемую стихию, так как они выражают как свет, так и цвет описываемого предмета. В § 4 мы рассматриваем наименования природных источников света и их производные. В § 5 (Концептуально-образная значимость символики солнца) мы приходим к выводу, что наименования природных источников наиболее часто встречается у М.Волошина в образе солнца, поэтому рассматриваем символику солнца и ее значение при репрезентации стихии света.

Заключение содержит выводы по существу исследования, показывает направления и возможности дальнейшего изучения проблемы

Работа апробирована в виде статей и докладов:

. Концептуально-образная значимость символики солнца в идиостиле М.Волошина. // Проблемы филологии и журналистики: Сб. тезисов и докладов международной науч.-практич. конф. молодых ученых РГУ им. И.Канта. 20-21 апреля 2006 г./ РГУ им. И.Канта. Калининград, 2006. С.19.

. Цветообозначения как способ репрезентации стихии света в идиостиле М.Волошина. // Научная конференция студентов факультета филологии и журналистики: 13 апреля 2007 г.: Тезисы докладов/ РГУ им. И.Канта. Калининград, 2007. (В печати).

Работа состоит из 77 страниц текста, 2-х приложений в виде диаграммы и таблицы. Список литературы содержит более 100 наименований.

ГЛАВА I. ТЕОРЕТИЧЕКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ ИССЛЕДОВАНИЯ

§1. Категория света в культурной традиции

Свет представляет собой один из существенных элементов жизни. Для любого человека, как и для животного, ведущего дневной образ жизни, свет является условием для наиболее активной деятельности. «Свет раскрывает нашему восприятию сущность смены суток и времен года, которая заключается в восстановлении жизненных сил» [Арнхейм 1974: 286].

Действительно, свет является одним из наиболее впечатляющих источников наших ощущений. Не случайно на ранних стадиях развития религиозных обрядов его почитали и молились ему. Но и в современном мире трудно назвать такую область культуры, где свет не играл бы более или менее существенной роли. «Во всех культурах для людей важно зрительное восприятие и важно описание того, что они видят» [Вежбицкая 1996: 231]. Именно поэтому категория «свет» является одной из основополагающих категорий культуры.

1.1    Восприятие света в эстетике

В эстетике свет является одним из составляющих красоты. С глубины Средних веков философы ведут активные рассуждения об этой категории.

В зрелый период Средних веков Фома Аквинский напоминает, что для Красоты необходимы три вещи: пропорциональность, целостность и claritas (ясность), то есть свет и лучезарность. «Один из источников эстетики claritas, несомненно, кроется в присущем многим цивилизациям отождествление Бога со светом: семитский Ваал, египетский Ра, иранский Ахурамазда - это персонификации солнца или благотворного воздействия света, естественным образом приведшие к платоновской концепции Добра как солнца» [История красоты 2005: 102].

В своих Эннеадах (I,6) Плотин задается вопросом, почему мы считаем прекрасными цвет, свет солнца или сияние звезд, если они просты и красота их не проистекает из симметрии частей. Его ответ: «Простая красота цвета возникает благодаря преодолению светом темного начала в материи, ну а сам свет бесплотен, он - ум и идея (эйдос)» [Там же: 122].

У Псевдо-Дионисия Ареопагита (V в. н. э.) в трудах «О небесной иерархии и «О божественных именах» Бог предстает как «свет», «огонь», «светоносный источник». «А что можно сказать о солнечном свечении самом по себе? Это ведь свет, исходящий от Добра и образ Благости. Потому и воспевается Добро именами света, что оно проявляется в нем, как оригинал в образе» [Там же: 124].

Интересны исследования Роберта Гроссетеста (XIII в.) - в своем комментарии к Шестодневу он пишет: «…Как говорит Иоанн Дамаскин: «Если ты устранишь свет, все вещи сделаются неразличимы во тьме, поскольку не смогут являть свою Красоту». Значит, свет есть «Красота и упорядоченность всякой видимой твари». По слову Святого Василия, «природа сотворена так, что нет ничего приятнее для разума смертных, пользующихся ею. Первое слово Бога сотворило природу света, рассеяло тьму, сокрушило печаль и исполнило радостью и весельем каждый вид». Свет прекрасен сам по себе, ибо «его природа проста и заключает в себе всю совокупность вещей». Посему он являет замечательное единство, отличаясь гармоничной пропорциональностью вследствие своей равномерности; гармония же пропорций есть Красота. Поэтому, даже будучи лишен гармоничных пропорций телесных форм, свет прекрасен и весьма приятен для глаза. Как говорит Святой Амвросий, «природа света такова, что вся его прелесть заключается не в числе, не в мере и не в весе, как у других вещей, но в его облике. Свет делает прочие части мироздания достойными прославления» [Там же: 127].

С точки зрения ветхозаветной эстетики, свет является эстетико-гносеологической категорией, поскольку по библейской мифологии в образе света бог является миру [Трубецкой 1993: 226-227].

Р.В.Алимпиева подчеркивает, что «с понятием прекрасного в византийской христианской эстетике центральное место занимает понятие свет» [Алимпиева 1996: 9]. Таким образом, свет выступает главной модификацией прекрасного. Ни в какой другой культуре свету не придавалось такого важного значения. Наиболее глубоко разрабатывали проблему света Псевдо-Дионисий, Симеон Новый Богослов в X-XI в.в. и в поздней Византии Григорий Палама. Разработка этой проблемы осуществлялась в рамках эстетики аскетизма, сложившейся в среде византийского монашества.

Первым, у кого свет стал предметом анализа, был автор «Ареопагитик». Псевдо-Дионисий считал свет благом, образом благости. Понятием света он характеризует и видимый и духовный свет. Видимый свет способствует жизни органической, духовный же объединяет духовные силы, обращает души к истинному бытию. Духовный свет невидим сам по себе, лучи его скрываются под различными образами но именно он составляет главное содержание различных символов и образов.

В X-XI вв. проблеме света уделил внимание Симеон Новый Богослов. Так же, как Псевдо-Дионисий, он различал два вида «света» и два их источника: «чувственный» свет солнца для видения предметов материального мира и «свет умный», для узрения «мысленных вещей», источником которого является Иисус Христос.

Слияние световых сущностей объекта и субъекта характеризуется Симеоном как высшая ступень познания. Слияние происходит в душе субъекта, но душа в этот миг как бы прорывается в другие измерения и сливается с божественной сущностью.

В дальнейшем мистику света разрабатывал Григорий Палама. Он видит всю духовную сферу пронизанной светом. Главным в его учении было показать «нетварность», трансцендентность света Божественного преображения. Палама называет Христа светом, а его деятельность просвещением. Учение Святого Духа излучается в виде света, Петр и Павел предстают как два светила. Тело Христа имело внутри себя источник божественного света, который сиял из его ран и, распространяясь, преображал все вокруг. Пещера воскресения Христа была наполнена светом. Ангелы у Паламы световидны. Праведники, узрев свет более яркий, чем солнечный, станут детьми этого света… сами воссияют как солнца в царстве Отца их». Божественным сиянием и светозарностью был одарен и Адам до грехопадения. Он был облечен в «одеяние славы» и поэтому не стыдился своей наготы. В одежде божественного света он был украшен значительно роскошнее, чем те, кто носит золотые украшения и драгоценные камни, считал Палама. Именно наше первозданное естество, только еще более сильной светозарности, показал Христос ученикам на Фаворе.

Фаворский свет - «сияние сил божественной природы», он является «светом Божества и несотворенным». Если бы свет был тварным, созданным, считает Палама, то следовало бы признать в Христе три природы: Божественную, человеческую и природу этого света. Только избранным Христос явил свет, «нечто великое и таинственное». Эта доступность божественного трансцендентного света чувственному зрению утверждает и его имманентность тварному миру. Свет одновременно и имманентен и трансцендентен миру. В этом опять антиномизм как основной принцип православного мышления. Это ответ Паламы на разум и логику западных христиан. Между ориентирующимся на Греко-латинский мир калабрийским монахом Варлаамом и архиепископом Солунским Григорием Паламой произошла полемика. Суть полемики заключалась в следующем: Варлаам выдвинул положение о том, что Фаворский Свет есть тварный, вещественный свет, или мысленный образ, созданный Богом для научения своих служителей, что он не есть энергия, или сила Божия, которая бы истекала из самого существа Божия и была бы вследствие этого неотделимой от существа Божия. Фаворский Свет, как и другие «энергии» Бога он считал сотворенным и, следовательно, бесконечно далекими от божественной сущности. У Паламы, как мы отмечали, все, так или иначе причастное Богу и духовной сфере, пронизано божественным сиянием, светозарно и светоносно. Принятие аргументов паламитов (сторонники Солунского Григория Паламы) стало следствием свойственной русской культуре полярности, выражающейся в дуальной природе ее структуры. Основные культурные ценности располагаются в двуполюсном ценностном поле, разделенном резкой чертой и лишенном нейтральной аксиологической зоны. Отмеченная выше дуальность приводит к тому, что нормой становится сфера, маркирующая культурный «верх», аномалией - сфера культурного «низа». Культура западного христианства принимает аргументы Варлаама благодаря принципиальной трехчастности. Здесь существуют сферы культурного «верха» и «низа», а также нейтральная сфера. При этом данная нейтральная аксиологическая сфера становится нормой, а высоко семиотизированные сферы «верха» и «низа» вытесняются в область культурных аномалий [Успенский 1994: 220-221].

Утверждение возможности чувственного восприятия нетварного света открыло широкий простор эстетическому сознанию и художественному творчеству. Для православного сознания фаворский свет адекватен высшей красоте, которую может увидеть только христианин, очистивший свой ум. Таким образом, глубинная связь трансцендентного (нетварного) Фаворского света с красотой и славой давала сильный импульс одухотворению изобразительного искусства. Наиболее очевидна эта связь в живописи.

1.2 Восприятие света в мифологии

Солнечный свет изливается на человека как Божья благодать, и он же отвращает нечистую силу. «Светоносной, солнечной природой, по народно-христианским воззрениям, обладают Бог-Отец и Иисус Христос, Богородица, ангелы и святые, тьму же воплощают дьявольские силы» [Славянская мифология…2002: 424]. По данным мифологического словаря, «если рай располагается на востоке и именуется «пресолнечным», то ад локализуется на западе и погружен во тьму» [Там же: 424]. С точки зрения древнего мифа свет в отличие от хаоса - упорядоченная гармоничная система, управляемая вечными законами, исполненная творческих сил и божественных первоэлементов, выделение которой из хаоса знаменует начало мира. Это послужило появлению у многих художников слова мифологического восприятия мира.