А.Я. Гуревич, например, под картиной мира понимает весь комплекс представлений человека о его природном, социальном и духовном окружении. Базовыми составляющими картины мира являются культурные категории, которые он разделяет на космические, или универсальные (пространство, время и т.п.), и социальные (собственность, право, труд и т.п.). Картина мира - это исторически обусловленные способы осмысления мира, и каждая историческая эпоха формирует свою картину мира [Гуревич 1984]. Действительно, в этом смысле мы очень сильно отличаемся от наших предков, живших в ту или иную эпоху и имевших несколько иные или, быть может, даже кардинально отличающиеся от современных ценности и взгляды. В таком определении Гуревич четко дает понять, чем для него является понятие «картина мира» и что он под ним подразумевает. Однако, в данном случае наблюдается определенная непроработанность определения, и недостаток кроется в том, что сам автор называет универсальными категориями. Дело в том, что если мы, например, говорим о таких категориях, как пространство и время, в рамках научных терминов и понятий и жестко определяем те границы применимости, для которых данные понятия могут быть использованы, мы получаем скорее научную картину мира. Если же мы этого не учитываем, то получаем «наивную» картину мира. Мы видим, что, обращая внимание на такие нюансы, мы так или иначе снова приходим к неоднозначности и неуниверсальности содержимого «картины мира».
Как уже было отмечено, это понятие широко используется представителями различных научных областей: лингвистики, философии, математики, химии, физики. В настоящее время очень распространено противопоставление двух уже упомянутых систем понятий - научных (используемых в физике, химии, логике и пр.), в совокупности образующих научную картину мира, и «наивных» (наивная физика, химия, логика), используемых человеком независимо от уровня его знаний, образования и владения понятиями и составляющими научной картины мира. Научная картина мира (НКМ) представляет собой «логизированный свод дискурсивных знаний о внешней действительности, человеке, обществе, который на данный момент утвердился в науке» [Касевич 2004:77]. Наивную картину мира (НВКМ), напротив, составляют только те реальные представления о мире и человеке, которые принадлежат членам конкретного культурно-исторического сообщества на определенном этапе его развития. В.Б. Касевич считает, что противопоставление этих картин мира не является чем-то абсолютным. По мере развития общества научная картина мира проникает в самые разные его уголки, тем самым позволяя все большему количеству членов данного общества понять и принять то, из чего состоит научная картина мира. Однако «существенной остается функциональная разница между двумя типами картины мира - научной и наивной: сколь бы ни вбирала в себя последняя элементы научного знания, ее задача заключается в том, чтобы служить своего рода базой данных и базой знаний, без которых невозможно принятие любых повседневных решений как текущего, так и долговременного характера» [Касевич 2004: 78]. Таким образом, можно сделать вывод о том, что наивная картина мира является результатом деятельности человека и отвечает его практическим потребностям, а научная картина мира - результатом развития различных научных направлений, которые в первую очередь стремятся получить наиболее полные и точные знания.
Известный физик-теоретик, отец-основатель квантовой теории Макс Планк (1858 - 1947), например, считал, что формирование картины мира проходит в два этапа. На первом этапе происходит чувственное, субъективное, многообразное восприятие мира, а на втором этапе - замена этого субъективного многообразия объективным законом, универсальным знанием о мире [Планк 1958]. Да, такая точка зрения обычно характерна для представителей естественных и точных наук, которые в итоге стараются найти всему логическое объяснение и по возможности установить и описать соответствующие закономерности. Такие идеи, безусловно, имеют право на существование, и, более того, лежат в основе любого научного исследования. Наблюдение, гипотеза, решение - есть основные составляющие прогресса. И существование «формального» математического языка, способного описать максимальное количество явлений, дает человеку удивительные и уникальные в своем роде возможности, формирующие наши представления о мире, пространстве и времени, Вселенной. Мы видим, что Макс Планк не столько разделяет научную и наивную картины мира, сколько представляет их в качестве этапов формирования единой, целостной картины. Такая трактовка процесса формирования картины мира представляется, быть может, наиболее естественной, поскольку включает в себя все необходимые для формирования картины мира компоненты.
Другой очень известный ученый, один из крупнейших философов XX века Мартин Хайдеггер (1889-1976) напротив, в большей мере акцентирует наше внимание на роли человека познающего, который описывает и изменяет этот мир. Наука о мире - это наука о человеке. Именно человек изображает мир как картину, понимает мир как картину, покоряет мир как картину [Хайдеггер 1985]. Он отмечает также, что картина мира не является всецело естественнонаучным понятием, а представляет собой то, что напрямую зависит от познающего этот мир человека. Как уже отмечалось ранее, мы вполне можем определять понятие «картина мира» по-разному. Тот факт, что картина мира не является абсолютным результатом научной деятельности, никак не оспаривается, и, более того, еще раз подтверждает точку зрения, высказанную Максом Планком. Сначала было субъективное восприятие, а потом уже объективный закон, замешанный на идеи антропоцентризма Хайдеггера.
Таким образом, можно попытаться дать свое определение рассматриваемому нами явлению: картина мира - есть n-уровневое, многоаспектное созданное человеком динамическое образование, формирующееся в результате сложных эмоциональных и интеллектуальных процессов и состоящее из субъективного, чувственного базиса и естественнонаучной надстройки. Немного поясним наше определение: как уже отмечалось ранее, существует возможность двояко трактовать понятие «картина мира». В первом случае под картиной мира следует понимать то единое, что включает в себя все наши представления о мире, все объективное и субъективное. Это и дает нам право говорить о двухуровневой системе, про которую писал Планк. Во втором же случае мы имеем дело не с какой-либо глобальной картиной мира, а лишь с отдельными картинами, сформировавшимися в различных областях. Их можно рассматривать в качестве отдельных картин, а не фрагментов, что и позволяет нам определить количество уровней данных явлений. Если речь идет о сфере, связанной с естественными и точными науками, говорим о двухуровневой системе, если же обо всем остальном - об одноуровневой.
Нельзя не отметить и то, что многие ученые и философы сходятся на том, что научную картину мира не стоит понимать в узком смысле, поскольку она является «отражением коллективного знания о мире, который включает и природу, и общество, и человека как общественное существо» [Корнилов 2003: 10]. Такая трактовка научной картины мира выходит за пределы естествознания и уже скорее соответствует понятию «общая научная картина мира», которая подразумевает единство человека и этого мира.
С «картиной мира» связаны такие понятия, как модель мира и образ мира. Модель мира является определенного рода схемой, которая заполняется отображенными в сознании объектами окружающего мира. Таким образом, модель мира отражает содержание картины мира, и «в результате приобретения нового индивидуального опыта, в процессе наращивания своего когнитивного потенциала индивид приобретает новые знания, приходит к новым умозаключениям. Его картина расширяется, и, соответственно, меняется модель мира» [Хомякова, Петухова 2014:76].
Если модель мира является схемой, то образ мира - отображением предметного мира в психике человека. Формирование образа мира индивида происходит постепенно. Это сложный интеллектуально-эмоциональный процесс, состоящий из размышлений, оценки действительности, умозаключений, эмоциональных переживаний. «Образ мира - иерархическая структура когнитивных репрезентаций; гипотеза о типичном состоянии реальности. Это структура, в которой закрепляются все когнитивные приобретения субъекта. Итак, образ мира - иерархическая система когнитивных репрезентаций. А картина мира - это система образов» [Маслова 2004: 63]. Осознавая что дифференциация понятий «картина мира» и «образ мира» не представляет особенной практической ценности и является актуальной только в рамках научных теорий, Н.Ф. Алефиренко считает, что образ мира - это «действующая, пульсирующая картина мира, способная изменяться в результате работы “деятельного ума”, это систематизированная совокупность образов, через которые осознается не только сам мир, но и характер ценностей, особенности миропонимания, оценка событий, объектов отображаемой действительности субъектом» [Алефиренко 2010: 132].
Познавая объективную реальность, человек создает свою собственную картину мира. Источники ее формирования могут быть следующими (по В.В. Морковкину):
. Врожденное знание - на данном уровне человек не сильно отличается от животного;
. Знание как результат человеческой деятельности (общение человека с обществом, природой);
. Знание как результат общения человека с различного рода текстами;
4. Знание как результат мышления;
5. Знание как наследство - «когнитивное наследство, предоставляемый этносом стартовый капитал» [32, с. 32-43].
Картина мира в определенном смысле может быть
глобальной, поскольку все люди так или иначе в чем-то похожи друг на друга, да
и процессы мышления также не сильно разняться. Однако у представителей разных
эпох, социальных групп, слоев, возрастов и профессий вполне могут быть разные
взгляды, разное миропонимание и мировоззрение. Или, скажем, у людей, который
говорят на разных языках, могут быть одинаковые взгляды на жизнь, а у людей,
говорящих на одном языке, - разные. Вариантов настолько много, что провести
какой-то подсчет было бы не просто сложной задачей, а очень сложной или даже
невыполнимой. Именно поэтому, когда речь идет о картинах мира, мы обязательно
делаем акцент на том, что данное понятие несет в себе достаточно широкий спектр
различных компонентов и составляющих, таких как общечеловеческие, социальные,
личностные, интеллектуальные, национальные. Вариантов великое множество, и это
множество несчетно.
.2 Концептуальная и языковая картины мира
Далее мы рассмотрим такие очень важные понятия, как концептуальная и языковая картины мира. В современной лингвистике вопрос соотношения и взаимосвязи языка и мышления до сих пор остается одной их важнейших проблем. В современной лингвистике принято различать концептуальную и языковую картины мира. Концептуальная картина мира (ККМ) состоит из образов, представлений, понятий, установок и оценок и складывается как в предметной и познавательной деятельности человека, так и в ходе ознакомления человека со всеми многочисленными описаниями мира, предлагаемыми ему другими людьми в виде разнообразных речевых произведений, т.е. письменных и устных текстов [Кубрякова 1988: 143]. Знания, составляющие концептуальную картину мира, принято дифференцировать на языковые, внеязыковые (знания о контексте ситуации и адресате) и общефоновые знания. ККМ представляет собой непрерывно конструируемую систему информации (мнений и знаний), которой располагает индивид о действительном или возможном мире [Павиленис 1983].
Необходимо отметить то, что концептуальная картина мира включает в себя также эмоционально-оценочный, мотивационный и другие аспекты сознания. Таким образом, правильнее будет рассматривать понятия «картина мира» и «концептуальная картина мира» как тождественные.
Как уже отмечалось ранее, помимо понятий «картина мира» и «концептуальная картина мира» существует также такой объект, как «языковая картина мира». Интерес к этому понятию проявлялся еще в работах В. Гумбольдта. Одним из основоположников современной теории о языковой картине мира считается германский ученый И. Гердер. Языковая картина мира (ЯКМ) - это совокупность всех знаний о мире, запечатленных в языковой форме. Также ЯКМ можно определить как представление о действительности, отражённое в языковых знаках, «языковое членение мира», «особый способ мировидения», выражающийся различными языковыми средствами [Апресян 1995: 8; Кронгауз 2005: 85]. Многие ученые, например, под ЯКМ понимают некую совокупность вербализованных знаний человека о мире. ЯКМ содержит модели строя данного языка, его лексикон и образует особый уровень сознания, определенное представление о действительности, отраженное в языковых значениях [Хомякова, Петухова 2014:83]. Обращая внимание на тот факт, что в данном диссертационном исследовании наблюдается смешение компонентов научного и публицистического жанров повествования, необходимо отметить, что фрагмент воссоздаваемой нами языковой картины мира имеет многоуровневый характер и, соответственно, отражается в огромном количестве языковых значений.
Любая картина мира, и это ни для кого не секрет, формируется всеми его носителями, то есть она коллективна. Несмотря на то, что у каждого человека присутствует собственное миропонимание, мировоззрение, взгляды, формирующиеся в процессе жизнедеятельности, все это так или иначе связано с той средой, в которой этот человек живет. Карл Маркс, например, говорил о том, что «не сознание людей определяет их бытие, а, наоборот, их общественное бытие определяет сознание людей» [Маркс, Энгельс 1959: 7]. В.А. Маслова утверждает, что человек воспринимает мир именно через призму родного языка, который детерминирует его мышление и поведение [30]. А по мнению В. Гумбольдта, «различные языки являются для нации органами их оригинального мышления и восприятия». И действительно, наше мнение ни в коей мере нельзя считать независимым от всего. Оно формируется не только индивидом, но и коллективом, социумом, обществом. Такая взаимосвязь свойственна и ЯКМ, поэтому-то любая языковая личность должна строить свое высказывание в соответствие с этой коллективной картиной мира.
ЯКМ является антропоцентричным образованием, поскольку в центре всего так или иначе стоит человек, его деятельность, его особенности. Мы не можем рассматривать язык, не учитывая его носителей, сферы деятельности, которые тесно связаны с человеком. Такая антропоцентрическая парадигма обусловлена тем, что «язык, будучи человеческим установлением, не может быть понят и объяснен вне связи с его создателем и пользователем» [Кравченко 1996: 6]. Основные положения данной парадигмы берут свое начало в идеях В. фон Гумбольдта и Э. Бенвениста. Стоит отметить, что особую ценность имело гумбольдтовское понимание языка как «мира, лежащего между миром внешних явлений и внутренним миром человека» [Гумбольдт 1984: 304], как средства, «заложенного в самой природе человека и необходимого для развития его духовных сил и формирования мировоззрения» [Гумбольдт 1984: 51]. В. фон Гумбольдт впервые отметил, что «человек становится человеком только через язык, в котором действуют творческие первосилы человека, его глубинные возможности. Язык есть единая духовная энергия народа» [Гумбольдт 1984: 314]. Э. Бенвенист, например, одну из частей «Общей лингвистики» назвал - «Человек в языке» (1974). В своей работе ученый излагал идеи о том, что в мире существует только человек с языком, человек, постоянно находящийся в процессе общения с другим человеком, и язык, таким образом, всецело принадлежит определению человека [Бенвенист 1974]. Отечественные лингвисты отмечают, что об антропоцентризме как главном принципе современной лингвистической науки заговорил Ю.С. Степанов, анализируя концепцию упомянутого ранее Э. Бенвениста: «Язык создан по мерке человека, и этот масштаб запечатлен в самой организации языка; в соответствии с ним язык и должен изучаться. Поэтому в своем главном стволе лингвистика всегда будет наукой о языке в человеке и о человеке в языке» [Степанов 2002: 15]. Более того, согласно Ю.С. Степанову, «субъективность в языке есть способность говорящего присваивать себе язык в процессе его применения, отражающаяся в самом языке в виде особой черты его устройства: в том, что целые классы языковых элементов - местоимения первого лица, названные глаголы, и др. - имеют особую референтную соотнесенность, являются ''аутореферентным''» [Степанов 2002: 10]. В каком-то смысле субъективность открывает для нас совсем иное свойство языка: язык как семиотическая система, основные референционные точки которой находятся в соответствии с говорящим. Э. Бенвенист как раз и называет это свойство «человек в языке».
Возвращаясь к вопросу о взаимосвязи ККМ и ЯКМ, стоит отметить, что отечественные философы (Р.И. Павиленис и др.) и лингвисты (Г.В. Колшанский, В.Н. Телия, В.И. Постовалова и др.) различают концептуальную и языковую картину мира.
В последнее время говорят о картине мира, отделяя концептуальную картину мира от языковой картины мира с различных точек зрения [Колшанский 1990]. Однако с точки зрения Морковкина В.В. противопоставление этих двух «картин» не вполне корректно «ввиду формальной разноплановости, разнонаправленности этих терминов. Термин «языковая картина мира» указывает на то, что носителем картины мира является язык, а «концептуальная картина мира» указывает на то, из каких элементов складывается обсуждаемый гносеологический объект» [Морковкин, Морковкина 1996: 52]. Концептуальная картина мира определяется как существующее в сознании отдельного индивида (человека) целостное представление об объективном мире и месте человека в нем. При таком понимании ККМ может иметь определенные границы.