«Не совершенен? Не можешь определиться? Страдаешь? Должно быть, ты - глагол» интернет коммуникация игровой метаязыковый мем
Для моделирования метаязыковой игре- мы, описывающей поведение нерешительного человека, используются конструктивный принцип ассоциативного отождествления с опорой на грамматические аллюзии:
- краткое прилагательное (Не совершенен?) в значении «не достигший совершенства в чем-л.» аллюзивно идентифицируется с семантикой несовершенного вида глагола как обозначением незаконченного (незавершенного) действия;
- выражение Не можешь определиться? в значении «принимать какое-л. решение, делать выбор» отсылает к терминологическому обозначению инфинитива как неопределенной формы глагола;
- словоформа Страдаешь? выступает игровым идентификатором, отождествляющим страдание как эмоциональное состояние человека, не способного самостоятельно принять решение, с грамматической семантикой страдательного залога;
- базовый игровой идентификатор (Должно быть, ты - глагол) выводит на поверхность все описанные выше грамматические импликатуры, выступая ключом к их декодированию. Заключительная фраза строится по принципу ассоциативной провокации, где категориальная семантика глагола как части речи (обозначение действия в самых разных его проявлениях) подчеркнута еще и возможностью буквального прочтения вводного оборота должно быть (с одной стороны, это вывод с оттенком предположительности, иронически характеризующий человека нерешительного, не способного к самостоятельным действиям; с другой стороны, это призыв к потенциальному адресату «изменить» себя, ср. прецедентный смысл гамлетовской фразы быть или не быть - вот в чем вопрос).
В целом моделирование и декодирование данной метаязыковой игремы основывается на метафорической аналогии между семантикой грамматических категорий глагола и психологическими характеристиками человека.
Иногда подобными метаязыковыми игремами на просторах Рунета оказываются грамматические феномены не только русского, но и иностранного (преимущественно английского) языка. См., например, обыгрывание прецедентного текста в следующей трансформе: «Есть только миг между нашим прошлым и будущим, именно он называется present continuous»
В данном примере обыгрываемым прототипом выступают особенности выражения морфологической категории времени в английском языке, где времена группы continuous указывают на действие, длящееся в момент речи в настоящем, прошлом и будущем. Игровой коррелят Present Continuous обозначает настоящее длительное время, заменяя собой фрагмент трансформированной (прецедентной) песенной строки: «Есть только миг между прошлым и будущим, именно он называется жизнь». Таким образом, «present continuous» становится маркером игровой трансформы, актуализируя вместе с введенным в исходный текст местоимением (нашим прошлым и будущим) иронический смысл сиюминутности и недолговечности любовных отношений между партнерами, которые имеют ценность именно «здесь и сейчас».
Популярным принципом моделирования универсальных метаязыковых игрем оказывается «ассоциативное наложение», когда отсылка к прототипу создает «эффект двойного смысла фразы (второй ассоциативный план ее восприятия)» [Гридина 2013: 64].
Применительно к грамматической семантике эффект ассоциативного наложения достигается, в частности, обыгрыванием частеречной принадлежности омоформ:
А что, если в названии вина „душа монаха" слово „душа" - деепричастие?.
Комический эффект создается наложением значений совпадающих форм этимологически родственных, но уже не связанных по смыслу существительного и деепричастия, вследствие чего при восприятии названия возникает импликатура «вино, оказывающее убийственное воздействие на служителей церкви»). Ср. обыгрывание омоформ того же существительного душа (в род. п. ед.ч.) и глагола душить в повелительном наклонении (форме 2 л. ед.ч.) в составе следующего метаязыкового мема, отсылающего к известной цитате: «Есть такое прекрасное выражение: „Души прекрасные порывы". Так вот, «души» - это глагол».
При этом актуализируется смысл, противоположный исходному прецеденту из стихотворения А.С. Пушкина «К Чаадаеву» (ср.: «Мой друг, отчизне посвятим души прекрасные порывы» и души прекрасные порывы как «предостережение от проявлений „свободомыслия“, инициативы, очевидно влекущей за собой печальные последствия»). В обоих случаях комический эффект достигается, когда читателю предъявляется грамматический код, нарушающий прогноз «прочтения» словоформы.
Универсальные метаязыковые игремы понятны большинству пользователей, изучающих русский язык даже в средней школе, хотя смысловая глубина восприятия игровых импликатур у участников интернет-общения, безусловно, разная.
В этом отношении особенно показательны игровые мемы, ориентированные на элитарного адресата, преимущественно филолога, владеющего специальными знаниями о языке. Таковы, например, игровые метатексты, порождаемые участниками популярной в социальной сети группы «Филологическая дева» [Филологическая дева]. См., в частности, игровые реплики интернет-переписки, непосредственно отражающие специфику обучения на филологическом факультете: «ни дня без текста», «у кого бодун, у меня Бодуэн», «парней так много холостых, а я люблю Булгакова» и др.
Рассмотрим некоторые примеры подобных метаязыковых мемов с использованием специальной лингвистической терминологии в качестве игрового элемента экспрессивного разговорного дискурса и молодежного сленга: Ты мне нужен, как аффиксы связанному корню.
В основе данной игровой трансформы - отсылка к феноменам из области морфемики и словообразования. Функция связанного корня (радиксоида), употребляемого только в сочетании с аффиксами (ср. одежда, раздеть, надеть), в данном случае отождествляется с идеей неразрывной связи между близкими людьми, когда один не может существовать без другого. Ср. ассоциативно всплывающую разговорную фразему с антонимичным значением и отрицательной коннотацией (нужен /кто - кому/, как собаке пятая нога), что создает возможность двоякого «прочтения» метаязыкового мема (с одной стороны, связанный корень не может существовать без аффиксов, с другой - именно аффиксы ограничивают «свободу» его самостоятельной реализации). Такая оценочная амбивалентность побуждает адресата языковой игры к углубленной лингворефлексии.
У меня компаратив - у тебя корпоратив. Я в читалку, ты в кабак - нам не встретиться никак!
Данный мем построен на игре созвучных рифмующихся лексем, представленных в ситуативно-оценочной «оппозиции» друг к другу. Компаратив как специальный лингвистический термин, обозначающий сравнительную степень прилагательного или наречия, становится маркером интеллектуального занятия (получения высшего образования) в противовес ассоциату корпоратив, который в данном контексте маркирует ситуацию пустого времяпрепровождения на шумных тусовках с выпивкой (см. «я в читалку, ты в кабак»). Мем, выражающий несовпадение интересов, выступающих препятствием к встрече, может использоваться и как шутливая форма отказа от общения, и как сожаление по поводу нескладывающихся отношений. Игровой эффект усиливается аллюзией на прецедентный текст (строки из песни О. Газманова «Морячка»: «Ты морячка, я моряк, ...ты на суше, я на море, нам не встретиться никак»), в котором задана обыгрываемая тема.
Игровое поле метаязыкового мема характеризуется ассоциативной многомерностью, которая может создаваться средствами описания единиц разных уровней, моделирующими (часто в совокупности) игровой метатекст. Рассмотрим в дополнение к уже приведенным выше мемам, созданным в рамках интернет-группы «Филологическая дева», пример обыгрывания метаязыка фонетики, проецируемого в область семантики многозначного слова.
Я палатализую тебя с закрытыми глазами, ты же согласный.
Прототипом данного метаязыкового мема выступает термин палатализация как обозначение процесса артикуляции мягких согласных (подъем средней части спинки языка к твердому нёбу). Ср. также исторические процессы палатализации твердых согласных в общеславянском языке (процессы смягчения заднеязычных перед гласными переднего ряда и смягчение разных согласных перед йотом).
Отметим окказиональность формы и значения глагола палатализовать, употребление которого в форме 1 л. будущего времени, а также сочетаемость с управляемым местоимением (палатализую тебя) является игровой грамматической аномалией, приобретающей переносный смысл («подчинить кого-л. своему влиянию, вызвать в ком-то интерес к себе; воздействовать на кого-л., сделав его податливым, мягким»). Данная метафорическая пресуппозиция отождествляется с ситуацией «завоевания» девушкой своего избранника, подкрепляясь «ассоциативным наложением» двух значений слова согласный:
1) метаязыковое значение «консонантный звук языка, речи»;
2) «дающий, выражающий согласие с чем- /кем-л.».
Игровой эффект усиливается использованием фразеологизма «с закрытыми глазами» (делать что-л.) - о том, что не составляет для субъекта никакого труда, отработано до автоматизма (в данном случае это импликатура, намекающая на типовую ситуацию - способность опытной женщины расположить к себе мужчину и склонность мужчины влюбляться в женщин). Ср. в этой связи пушкинское «Ах, обмануть меня не трудно, я сам обманываться рад...» («Признание»). И хотя такая аллюзия в данном случае вряд ли имелась в виду создателями мема, нельзя исключить ее появления в сознании «элитарного» адресата.
Отклики пользователей социальной сети на данный мем открывают не только различные нюансы его интерпретации, но и углубляют ассоциативный план метаязыковой рефлексии. Таково, например, стихотворение Насти Волковой «Палатализация» как реакция на проанализированный выше мем:
Ты - согласный из местоимения „мы", я - гласная, слог образуется мною; Но нужен согласный... вся на эмоциях - Сердцем от верха до самого донца, Палатализацию жажду освоить И опыты ставить, но только с тобой, И не различая ни света, ни тьмы На ощупь - вкус - запах принять этот бой. Ты - согласный из местоимения „мы“. Я - гласная, шире и шире осклаблюсь. Читай по глазам моим: „мы“ - моя слабость. И вот - в спину метит мне неудача: Согласный мой стал неподатлив и тверд. Чего-то, похоже, во мне недостаточно... Дрожу пред тобой, словно спазмы струны - Расстроена я, не берется аккорд [Волкова].
В этой стихотворной «реплике» заданная тема получает трактовку не столько шутливо-саркастическую, сколько личностно-интимную, грустно-ироническую. Игровая метарефлексия, заданная ситуативным перекодированием смысла исходных лингвистических терминов (палатализация и согласный), развивается через отождествление отношений в паре с местоимением мы, подобных отношениям двух звуков в этом слове, где женское начало в слоге воплощает гласная, а мужское - согласный (составляющие неразделимое единство). Палатализация в данной сюжетообразующей версии игрового текста - это опыт испытания чувств (ср. желание лирической героини «смягчить твердость» не готового ответить на ее любовь избранника), стремление к достижению гармонии (полному слиянию, взаимопониманию), когда можно читать мысли друг друга по глазам, когда все понятно без слов. Достичь этого согласия порой так же трудно, как взять стройный аккорд. Последняя фраза обыгрывает многозначность словоформы расстроена - о музыкальном инструменте (гитаре) и настроении, чувствах (человека).
Обобщая сказанное, отметим, что специфика метаязыковых игрем в полной мере подтверждает тот факт, что «отношения и структуру реального языка (языка-объекта) можно сформулировать на языке символов (метаязыке)» [Барт 1994: 131], и это особенно актуально для различных субъязыков Интернета. В интернет-коммуникации при создании метаязыковых игрем (мемов) происходит ассоциативное отождествление «языка-объекта» (модели лингвистического описания языковых феноменов) и характеризуемых внеязыковых реалий.
Повышенная рефлексия пользователей Сети над содержанием метаязыковых игрем, углубляя ассоциативный план восприятия описываемых ими обыденных явлений, выступает как естественный элемент интернет- общения, насыщенный выводимыми оценочными импликатурами.
Метаязыковой аспект интернет-коммуникации - особая зона проявления вербальной креативности, многогранное, сложное явление, некий «симбиоз» представлений о языке в их проекции на сферу социальных и межличностных отношений, отражаемых сознанием пользователей Сети.
Источники и литература
1. Волкова Настя. Палатализация [Электронный ресурс] // Стихи.ру: сайт. 2011. 29 авг.
2. Капризный ленгвист [Электронный ресурс] // ВКонтакте.
3. Филологическая дева [Электронный ресурс] // ВКонтакте.
4. Я в компании себя чувствую... [Электронный ресурс].
5. Барт р. Литература и метаязык // Избранные работы: Семиотика. Поэтика / Р. Барт. - М., 1994.
6. Гридина Т.А. Мотивационная рефлексия как вид метаязыковой деятельности ребенка // Детская речь как предмет лингвистического изучения: тез. конф. (31 мая - 2 июня 2004). - СПб., 2004.
7. Гридина Т.А. Языковая игра в художественном тексте: моногр. 3-е изд., испр. и доп. / ФГБОУ ВПО «Урал. гос. пед. Ун.». - Екатеринбург, 2013. 254 с.
8. Гридина Т.А. Языковая игра: стереотип и творчество: моногр. / Урал. гос. пед. ун-т. - Екатеринбург, 1996.
9. Гридина Т.А. Приколы «Русского радио»: новые жанры медиадискурса в свете традиционной смеховой культуры // Политическая лингвистика. 2014. №2 (48). С. 34-38.
10. Кронгауз М. Самоучитель олбанского. - М., 2013.
11. Мечковская Н.Б. Естественный язык и метаязыковая рефлексия в век Интернета // Русский язык в научном освещении. 2006. №2 (12). C. 165-185.
12. Шмелёва Т.В. Языковая рефлексия // Теоретические и прикладные аспекты речевого общения. 1999. Вып. 1 (8). С. 108-110.
13. Щурина Ю.В. Интернет-мемы как феномен интернет-коммуникации // Научный диалог. Филология. 2012. №3.
Materials / References
1. Volkova Nastya. Palatalization [Electronic resource] // Stikhi.ru: website. 2011. Aug. 29. [Palatalizatsiya // Stikhi.ru: sayt. 2011. 29 avg.].