Статья: Взаимодействие ребенка с родителем: судебно-психологические экспертные оценки

Цель -- выявить информативные показатели метода исследования взаимодействия ребенка с родителем, которые имеют значение для судебно-экспертного определения способности ребенка к выработке и принятию самостоятельных решений по вопросам, затрагивающим его интересы.

Программа исследования. Материал и методы.

Диагностика взаимоотношений ребенка с членами семьи может осуществляться разными способами. И.М. Марковская [16] подразделяет методы диагностики детско-родительских отношений и взаимодействия на четыре группы: беседа, проективные методы, опросники, наблюдение поведения и взаимодействия. Психологический анализ реальных детско- родительских взаимоотношений является ведущим методом СПЭ и КСППЭ и может осуществляться как в опосредованной (анализ материалов гражданского дела) [24], так и в непосредственной форме -- при наблюдении общения ребенка с родителем в ходе экспертизы и при использовании пробы на совместную деятельность [12]. Непосредственное наблюдение может быть формализовано. Существуют эффективные шкалы наблюдения взаимодействия родителя с младенцем (Social interaction rating Scale, Manchester Assessment of Caregiver- Infant, The parent-child early relational assessment). В консультативной семейной практике разработано несколько вариантов формализованного наблюдения [5], среди которых можно выделить направление, дифференцирующее когнитивные (деятельностные) и эмоциональные параметры диадического взаимодействия ребенка и родителя [3; 11; 26; 28]. ребенок судебная экспертиза психологический

Ранее нами была апробирована система показателей метода исследования взаимодействия ребенка и родителя для совместно и раздельно проживающих родителей, участников судебного спора о воспитании ребенка [24]. Настоящая статья посвящена диагностической информативности особенностей взаимодействия ребенка, имеющей значение для судебно-экспертной оценки способности ребенка к выработке и принятию самостоятельных решений по вопросам, затрагивающим его интересы.

Протокол метода включает социально-демографические характеристики, экспертные решения и две группы данных. Первая группа отражает данные, выявленные в ходе судебной экспертизы (вне специальной пробы на взаимодействие): отношение к совместно проживающему родителю; декларируемое и реальное отношение к отдельно проживающему родителю; соответствие поведения, направленного на родителя, при проведении пробы на совместную деятельность и вне ее; откликаемость на невербальные и эмоциональные проявления родителя. Вторая группа содержит данные о поведенческих и эмоциональных особенностях, полученные в пробе на взаимодействие и с совместно, и с отдельно проживающим родителем. К поведенческим относятся: характер ожидания пробы на взаимодействие, структура взаимодействия, распределение ролей при совместном выполнении заданий, особенности контроля поведения родителя и совместной деятельности. Эмоциональные параметры включают следующие рубрики: желание поддерживать взаимодействие, дистанция между ребенком и родителем, особенности эмоционального принятия, реакции на замечания родителя и на промежуточный и конечный результаты совместной деятельности.

Задания в пробе на взаимодействие были стандартными (совместное творчество, конструирование, решение задач и головоломок и т. п.), давались семьям с учетом возрастных возможностей детей.

Метод апробирован на 66 детях в возрасте от 4 до 15 лет, проходивших КСППЭ по делам об определении места жительства ребенка или порядка встреч отдельно проживающего родителя при раздельном проживании родителей в ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В.П. Сербского» Минздрава России и в КГБУЗ «Красноярский краевой психоневрологический диспансер № 1» в 2020--2021 гг. (сплошная выборка). Из них в отношении 28 детей комиссией экспертов было определено, что они не способны к принятию самостоятельных решений по вопросам, затрагивающим их интересы, вследствие индуцированного состояния, обусловленного действиями совместно проживающего родителя, направленными на формирование у ребенка негативного образа второго родителя. В этой группе -- 23 мальчика, 5 девочек; 11 детей -- старше 10 лет; 17 детей проживают с матерью, 11 -- с отцом. Средний срок раздельного проживания с одним из родителей -- полтора года. У 38 детей способность к принятию самостоятельных решений по сути судебного спора между родителями была не нарушена. Среди них 17 мальчиков, 21 девочка; 26 детей проживают с матерью, 12 -- с отцом. Средний срок раздельного проживания с одним из родителей -- год и 9 месяцев.

Диагностическая информативность показателей, извлеченных их протоколов метода наблюдения взаимодействия ребенка и родителя, определялась при помощи вычисления информационной меры Кульбака. Надежность апробируемого метода проверялась методом Вальда: суммировались диагностические коэффициенты наиболее информативных признаков, расположенных в порядке убывания меры информативности, до достижения определенного порога, позволяющего отнести конкретного ребенка к той или иной группе, на уровнях значимости 0,05 и 0,01 [6].

Результаты и обсуждение

Сравнительный анализ особенностей взаимодействия индуцированных детей с совместно и отдельно проживающими родителями выявил рад информативных показателей, достаточно четко дифференцирующих особенности детско-родительских взаимоотношений (табл. 1). Наиболее значимым оказался параметр ожидания пробы на взаимодействие (которая обычно проводится после беседы и экспериментально-психологического обследования) с родителем, к которому у ребенка утрачено позитивное отношение: оно, в отличие от позитивного настроя в ожидании совместной деятельности с родителем-индуктором, -- напряженное. При этом следует отметить, что с началом реального взаимодействия с отдельно проживающим родителем поведение ребенка может несколько меняться. Он переходит от сформированного индуцирующим родителем ожидаемого и одобряемого им поведения, обеспечивающего ему психологический комфорт, к самостоятельному взаимодействию с другим родителем. Вне контроля совместно проживающего родителя у ребенка актуализируются прошлый опыт, истинные воспоминания и эмоции, он находится в условиях, когда в значительной степени сам должен решить «задачу на смысл», утвердиться или поставить под сомнение декларируемое отношение.

Значимо отличаются такие особенности взаимодействия индуцированного ребенка с отдельно проживающим родителем, как далекая физическая дистанция при выполнении заданий, непринятие подчиненного положения при попытках доминирования отца или матери, игнорирование этого родителя, его чувств, эмоциональных проявлений и замечаний. Вследствие непринятия отдельно проживающего родителя часть индуцированных детей обнаруживают парадоксальную реакцию: они выражают неудовольствие при успешных результатах совместного выполнения заданий.

Таблица 1. Информативность показателей при взаимодействии индуцированных детей с совместно и отдельно проживающими родителями

Проверка эффективности применения информативных показателей метода при диагностике индуцированного состояния и нарушения способности к выработке самостоятельных решений по вопросам определения места жительства или встреч с отдельно проживающим родителем показала достаточно высокую их диагностическую значимость (табл. 2).

Таблица 2. Результаты проверки диагностической значимости метода исследования взаимодействия индуцированного ребенка с совместно и отдельно проживающим родителем (%)

Для выбора показателей, значимо дифференцирующих индуцированных и не индуцированных детей, на следующем этапе было проведен сравнительный анализ особенностей их взаимодействия, как с совместно, так и отдельно проживающим родителем.

При сопоставлении данных, полученных при взаимодействии детей с совместно проживающим родителем, информативными оказались следующие параметры. В группе индуцированных детей в структуре взаимодействия проявляется доминирование родителя или ребенка. Они защищаются или оправдываются в ответ на замечания родителя, не понимают его чувств, ответственность возлагают либо на партнера, либо на себя (а не принимают совместную ответственность), раздражаются и злятся при неуспешном выполнении заданий. Для не индуцированных детей характерны принятие совместной ответственности и поддержка партнера при взаимодействии, сотрудничество в структуре взаимодействия с эмпатией и сопереживанием, с адекватной реакцией на промежуточный и конечный результаты. Тем не менее, по методу Вальда (на уровне значимости 0,05) процент неопределенных отнесений составляет 100 для не индуцированных и 82,14 -- для индуцированных детей.

Основные критерии судебно-психологического экспертного определения индуцированного состояния ребенка, как показывают результаты исследования (табл. 3), выявляются при анализе взаимодействия с отдельно проживающим родителем.

Таблица 3. Информативность показателей при взаимодействии индуцированных и не индуцированных детей с отдельно проживающим родителем