Выборы президента: борьба людей, идей или знаков/смыслов
Ю.А. Зуляр
Аннотация. Анализируются прошедшие президентские выборы как результат созданной в России и от них не зависящей политической системы. Система отлажена таким образом, что не позволяет менять режимы - система и режим неотделимы друг от друга. Организовано упрощение политической системы с точки зрения либеральной модели, но творческое ее развитие в сравнении с советской.
Ключевые слова: президентские выборы 2018 г., В. В. Путин, избирательный маркетинг, политическая культура, политическая психология.
The Presidential Elections: Fight of People, Ideas or Symbols/Meanings. Yu. A. Zulyar
Abstract. The analysis of the recent presidential elections has been given viewing them as the result of the established in Russia political system not depending upon the elections. The system works in the way that it becomes impossible to change the regime - the system and the regime are inseparable within the former one. In terms of a liberal model, the political system has been simplified but it has become more creative compared to the Soviet one.
Keywords: 2018 presidential elections, V. V. Putin, electoral marketing, political culture, political psychology.
Выборы президента России прошли, результат был предопределен, неожиданностей в основном не произошло. Эту страницу российской истории уже можно перевернуть, но быстро забыть не удастся. Казалось бы, с точки зрения политологического анализа здесь немного интересных сюжетов, которые можно раскрывать по горячим следам. Любопытные факты, конечно, появятся, но не раньше прихода нового президента, т. е. через шесть лет. Однако, чтобы найти интересующее потом, искать следует уже сейчас.
Выборы первого лица страны - это всегда поиск человека-лидера, и значит, это борьба людей, желающих занять единственное в своем роде место. Таких людей не может быть мало, и претендентов однозначно великое множество. И действительно, желающих претендовать на этот пост оказалось, по данным ЦИК на начало января 2018 г., 64 человека, а ведь далеко не все желающие попали в этот список [12].
На финишную прямую вышли восемь кандидатов: С. Н. Бабурин (выдвинут «Российским общенародным союзом»), П. Н. Грудинин (КПРФ), В. В. Жириновский (ЛДПР), В. В. Путин (выдвинут инициативной группой в порядке самовыдвижения), К. А. Собчак («Гражданская инициатива»), М. А. Сурайкин («Коммунисты России»), Б. Ю. Титов («Партия Роста»), Г. А. Явлинский («Яблоко») [10]. Из несостоявшихся кандидатов реальный интерес представлял только А. А. Навальный.
Итоговый список впечатляет: восемь - это не два и не три. Хотя это не самое большое количество претендентов. В 2000 г., на первых выборах с участием Путина, их было 11. Но на самом деле еще до выборов было понятно, что реальных претендентов совсем не девять (включая Навального), а один. Конечно, можно строить разные модели и схемы на предмет того, кто бы смог стать реальным конкурентом Путина, если бы... Но политика - «это искусство возможного», поэтому никто не стал, так как в данном реальном процессе этого не могло быть.
Вот здесь-то и начинается настоящая интрига: а почему на прошедших выборах у Путина не могло оказаться реального конкурента? Можно много рассуждать по поводу «почему?». Но делать это нет нужды, ибо ответ известен - потому что в современной России такая политическая система. Ее конфигурация обеспечивает достаточную консолидацию правящего класса и персональную ориентацию для выдвижения всего одного кандидата. Второго равного этому классу по влиянию политического субъекта в стране нет, поэтому и другую равноценную кандидатуру выдвинуть некому. Безусловно, политических акторов в стране хватает, но на статус системного субъекта они пока реально претендовать не могут.
Хорошо это или плохо - это вопрос не научный, такова существующая в стране политическая практика. В реальной политике никто своей властью добровольно не делится, а недобровольный дележ возможен только через революцию или реальное разделение правящего класса, т. е. в результате политического кризиса существующей в России системы. Но революционной ситуации у нас, к счастью, не наблюдается, это вселяет умеренный оптимизм по поводу того, что у страны есть будущее. Есть ли в стране и мире желающие устроить революцию в России? Есть, и их огромное количество, но пока они на это не способны.
Становятся ли лидерами народа (общества) случайные люди? Нет, не становятся. А руководителями страны, пусть не часто, но бывают. Вспомним хотя бы первого и последнего президента СССР. Вот здесь мы подходим к феномену Путина и прошедших выборов президента России. В ходе этого плебисцита народ (не побоюсь этого слова) выбирал не только и не столько президента своей страны, сколько своего лидера, если хотите - вождя.
Понять природу процессов, происходящих сейчас в нашей стране, могут аналитики-немцы, да еще, может быть, французы, пережившие в своей истории похожие процессы. Возможно, в отдаленной перспективе и американцы. Народ - термин не политологический, но есть несколько ситуаций, когда он им становится, сейчас именно такой случай. Что могут испытывать граждане великой страны, которые в рамках жизни одного политического поколения ее потеряли? И утратили не в результате проигранной ими несправедливой войны или чудовищных природных катаклизмов, а как-то неожиданно и непостижимо «дурацким» образом. В большинстве они жаждут реванша. И не только те, кто жил в Великом Союзе, но и наши дети и внуки, которые зачастую острее моих современников переживают эту утрату.
Боль потери притупляется надеждой на возвращение утраченного. Когда это социальная потеря, надежда всегда представляется в виде героя, вождя нации. Но вождями случайно не становятся, их обретают, и не сразу, и не вдруг, а в процессе их борьбы «за народное дело». Это тебе не избрание, даже демократическим образом, президента - первого чиновника, это процесс сакральный, это дело веры, а не расчета. Безусловно, чаще всего вера слепа, но ей видеть и не нужно, она знает и сердцем чувствует - это Он.
Российское общество, «нахлебавшись» в 1990-е гг. чужих идей и практик, быстро осознало, что это не его, что его обманули, как дикаря на стеклянных бусах. Люди разбегались, сводили счеты с жизнью, болезненно уживались с новой реальностью, но боль утраты не исчезла, а осталась в подсознании и неосознанно передавалась детям и внукам. И народ ждал своего мессию. Это бывает не у каждого народа, но бывает, и такой народ способен ждать долго, очень долго. И мессия не приходит - его назначает народ. Можно очень долго и рационально, опираясь на науку и здравый смысл, объяснять, что это не герой, а просто человек, волей случая вознесенный над толпой. Это бесполезно, в этот момент на историческую арену выходит коллективное бессознательное - архетип Героя. Особенно это естественно для народа, для которого единственная истинная ценность - это героизм за Народ, за Родину, за Веру.
Несмотря на то что политику изучает политическая наука, далеко не все в ней подлежит научному анализу. Особенно он бессилен в объяснении таких ситуаций, когда основными становятся иррациональные мотивы.
По мнению Т. Становой, команда действовавшего президента не использовала административный ресурс, чтобы не дискредитировать гарантированную победу. Вопреки политологической теории в этих выборах был лишь один политический субъект - избирающийся Путин. Ему нужна была только высокая явка, и над решением этой задачи работали все кандидаты и их команды, бизнес и даже оппозиция. В ходе этого избирательного марафона руководство крупных компаний оказалось частью не внешнего, а внутреннего механизма мобилизации явки [17].
Таким образом, мы видим, что прошедшие президентские выборы не были конкуренцией людей, это и не выборы были в традиционном смысле - это был референдум в поддержку действующего президента как настоящего и единственного в данное время лидера.
Были ли прошедшие выборы конкуренцией идей и идеологий? Вопрос более сложный, хотя в последнее время, после распада СССР, проблема борьбы идеологий выпала из массового сознания. В странах Европы стали распространенной практикой коалиционные правительства правых и левых, и на выборы партии идут не как защитники конкретного класса или под идеологическими знаменами и лозунгами. Вместе с тем совсем не очевидно, что даже в самых демократических странах политическая и государственная идеологии исчезли из политического пространства. Они трансформировались и мимикрировали, так как пропаганду заменили манипулированием.
А что же в России? В стране традиционно конкурируют две идеологии: «западников» и «евразийцев», т. е. в переводе на программные лозунги это «Россия - часть Запада, и мы должны быть как они» и «Мы не Восток и не Запад, мы уникальная цивилизация». В современных условиях к ним прибавились еще две пары: «государственники» и «демократы-федералисты», а также «сторонники социального государства» и «сторонники либерально рыночного». Идеологии, сформировавшиеся в странах современной демократии, у нас преобразуются в нечто иное по смыслу, но сходное по звучанию и понятийному аппарату.
Какие же идеологические концепции вынесли на суд избирателей кандидаты в президенты? И здесь мы увидели все атрибуты идеологического дискурса и оттенки идеологического спектра. Самый левый из кандидатов - позиционирующий себя как наследника партии Ленина - Сталина, радикал и коммунист М. А. Сурайкин, вступивший в КПРФ в 18 лет. И все же с трудом верится в его искренность и преданность делу ренессанса СССР. Как кандидат исторических наук он знает, что это невозможно, а как предприниматель - что это чревато потерей собственности. А его «Десять сталинских ударов по капитализму и американскому империализму» [14] в устах 39-летнего политика похоже на издевательство или на надругательство над теми, кто помнит эту риторику. И за его радикально левацкой риторикой, или, как говаривал В. И. Ленин, «политической трескотней», нет никакой идеологии. И собранные им 0,68 % голосов [15] - красноречивое свидетельство, что не я один придерживаюсь такого мнения.
Кандидат от Российского общенародного союза С. Н. Бабурин позиционирует себя в качестве приверженца идеологии русского национализма, а выдвинувшая его партия определяет себя как национал-консервативную. Идеологический лозунг Бабурина - «Русский выбор» [14]. Бабурин - один из семи депутатов Верховного совета России, проголосовавших в декабре 1991 г. против ратификации Беловежских соглашений о роспуске СССР. Он сторонник социального государства, национализации элит и создания «русского мира». Казалось бы, националистическая идеология и социальный популизм - беспроигрышные карты, но результат у него оказался самым низким - 0,65 % [15].
Следующий представитель радикальных идеологий - директор совхоза им. В. И. Ленина П. Н. Грудинин - на полтора года младше Бабурина, никогда не был членом КПРФ, но патриот и государственник [1]. Грудинин не раз отмечал, что полностью поддерживает идеологию коммунистов и является сталинистом.
Как выдвиженец КПРФ, он, во всяком случае публично, поддерживает политику и программу данной партии. В своей программе «20 шагов Павла Грудинина» кандидат выдвинул требования создания социального государства и, как предприниматель, защиты отечественного бизнеса [14]. Вполне социал-демократическая позиция.
Грудинин - самый противоречивый кандидат, что является результатом его идеологически невозможного статуса коммуниста-капиталиста. И ему, так же как и Сурайкину, многие не поверили. Один его лозунг чего стоит: «За всех!» [2]. Так в политической борьбе не бывает, если ты на словах за всех, значит, на деле ни за кого. Как мне представляется, эксперимент КПРФ по обновлению имиджа не удался, о чем свидетельствует поддержка кандидата в 11,77 % голосов избирателей [15]. Разговоры о том, что его результат был сфальсифицирован, опровергает ситуация в Иркутской области - традиционно протестном регионе, возглавляемом губернатором-коммунистом, где Грудинин набрал 15,9 % [8]. А Г. А. Зюганов в 2012 г. в Иркутской области набрал 22,57% голосов [5].
Следующий радикально оригинальный политик - В. В. Жириновский, кандидат с самым большим политическим стажем, участвовавший в шести президентских выборах.
В основе программы лидера ЛДПР лежит, с одной стороны, государственный патернализм, а с другой - идеи реваншизма. А также либерализм - в виде требований по расширению политических свобод и социализм - в виде требований справедливого распределения доходов и пересмотра итогов приватизации. Он пытается угодить всем и призывает к историческому примирению «белых» и «красных» и многое другое в виде полного набора [2]. Идеологически Жириновский одновременно и ультрапатриот, и антилиберал [1]. И обязательный публичный скандал, на этот раз с Бабуриным и Собчак. Но его политическое кредо эпатажного популиста на этот раз поддержали немногие - всего 5,65 % проголосовавших [15].
В качестве центриста-прагматика выступил победитель - В. В. Путин, набравший 76,69 % [15]. Вместо программы действовавший президент отчитался за предшествовавший период и рассказал о планах на следующий срок и далее. Над ним не довлеет бремя президентов - ограниченность сроков, он скорее похож на генсеков ЦК, излагавших очередной этап движения по «вечному пути». И это импонировало многим избирателям, так как возвращало уже подзабытое понятие - «социальный оптимизм».
Остальные три претендента, значащиеся в общественном сознании и в политической журналистике как правые, представляли разные крылья либерализма. Ближе всех к центру расположился 57-летний бизнесмен и лидер «Партии Роста» Б. Ю. Титов. Он выступил как неолиберал-государственник, бизнесмен-патриот [1]. Пытаясь позиционировать себя в качестве представителя богатых граждан, большинство которых голосуют за Путина, он не добился большого успеха, получив поддержку 0,76 % проголосовавших [15].