С учетом среднего значения индекса напряженности «Реактивного образования», равного 37,1%, можно судить о негативном отношении пациентов с соматизированными тревожно-фобическими расстройствами к собственному заболеванию. Негативное отношение к заболеванию формируется в силу того, что механизм действия «Реактивного образования» заключается в преобразовании неприемлемых для личности эмоций, мыслей, тенденций о желательности болезни на прямопротивоположные. Следовательно, отрицательная оценка болезни может быть результатом преобразования отношения к болезни, как к вторичной выгоде.
Низкие значения индекса напряженности «Регрессии» (26,8%) позволяют судить об отрицательном отношении к болезни. Оно складывается по причине того, что пациенты с соматизированными тревожно-фобическими расстройствами в личностном плане переходят на более раннюю стадию развития, характеризующуюся инфантильной позицией по отношению к болезни, не позволяющей в полной мере оценить исходящую от нее угрозу для здоровья и негативное влияние на качество жизни.
Зависимость фактора «Оценки» болезни от «Замещения» является обратнопропорциональной: чем выше будут средние значения индекса напряженности механизма психологической защиты, тем меньше - значения «Оценки» болезни, т.е., отрицательнее отношение к болезни. Показатели «Замещения» у пациентов с соматизированными тревожно-фобическими расстройствами составили 63,9%. Следовательно, негативное отношение к расстройству обосновывается действием этого механизма, которое проявляется в склонности к разрядке подавленных эмоций: враждебности, гнева, которые направляются на объекты, более доступные, чем те, что вызвали отрицательные эмоции и чувства. К примеру, у пациентов с соматизированными тревожно-фобическими расстройствами негативные эмоции, мысли могут изначально вызваться ограничениями, связанными с лечебным процессом (как вариант, необходимость своевременного принятия лекарств), но позже они перенаправляются на саму болезнь, обуславливая отрицательное отношение к ней.
На фактор «Сила» болезни пациентов с соматизированными тревожно-фобическими расстройствами влияют такие механизмы психологической защиты, как «Реактивное образование» (r=0,75; р?0,01), «Замещение» (r=0,62; р?0,01) и «Отрицание» (r=-0,32; р?0,05).
Прямопропорциональными являются зависимости фактора «Силы» болезни от «Реактивного образования» и «Замещения».
В случае «Реактивного образования», чем более высокой будет вероятность предотвращения выражения неприятных или неприемлемых для личности мыслей, чувств или поступков путем преувеличенного развития противоположных стремлений, тем больше будет возрастать выраженность эмоциональных переживаний по поводу соматизированного тревожно-фобического расстройства. К тому же чрезмерная эмоциональная вовлеченность в болезнь, подчеркнутая озабоченность собственным заболеванием может обуславливаться существованием противоположных тенденций, характеризующихся чувством покорности, безысходности в связи с болезнью, что частично объясняет восприятие интенсивности болезни выше, чем ресурсов собственного здоровья.
Высокие показатели «Замещения» у пациентов с соматизированными тревожно-фобическими расстройствами в сочетании с предположением, что тревога, беспокойство, страхи перенаправляются на внутреннюю телесную реальность, в область организма, с первоначального объекта, вызвавшего их, обеспечивают пристальное внимание к соматовегетативным нарушениям. Таким образом, это обуславливает яркую эмоциональную выраженность болезненных переживаний.
Обратнопропорциональная зависимость фактора «Силы» болезни и механизма психологической защиты «Отрицание» говорит о том, что чем меньше пациенты с соматизированными тревожно-фобическими расстройствами используют данный механизм, тем выше интенсивность эмоциональных переживаний по поводу болезни. И в действительности, у пациентов среднее значение индекса напряженности «Отрицания» невелико (28,8%), а показатели фактора «Силы» болезни достаточно высоки (1,8). Подобная низкая способность пациента с соматизированным тревожно-фобическим расстройством игнорировать какие-либо фрустрирующие обстоятельства, внутренние импульсы, стороны самого себя, связанные с заболеванием, приводит развитию глубокой эмоциональной погруженности в болезнь.
На фактор «Активности» (1,34) болезни влияют такие механизмы психологической защиты, как «Проекция» (r=0,86; р?0,01) и «Интеллектуализация» (r=0,59; р?0,01).
Зависимости «Проекции» и «Интеллектуализации» и фактора «Активности» болезни являются прямопропорциональными, т.е., чем чаще пациенты с соматизированными тревожно-фобическими расстройствами прибегают к использованию данных механизмов психологической защиты, тем больше изменчивость, динамичность болезни, ее проявленность в различных жизненных сферах человека. В отношении «Проекции» (среднее значение индекса напряженности равно 49,5%) высокая изменчивость заболевания связана с локализацией неосознаваемых эмоций, мыслей во вне, с их приписыванием другим людям, перемещением на другие сферы, только после которого они становятся фактом сознания как бы вторично. В этом случае, чем больше пациент склонен проецировать свои тревогу, опасения, страхи по поводу влияния соматизированных тревожно-фобических расстройств на различные сферы собственной жизни, тем выше будет выраженность болезни, ее изменчивости и динамики в них. В случае «Интеллектуализации», чем более низким является создание неверных, но приемлемых для личности объяснений своего или чужого поведения, действий или переживаний с использованием вероятных причин для их оправдания, тем меньшими будут характеристики активности заболевания.
Влияние копинг-стратегий на внутреннюю картину болезни пациентов с соматизированными тревожно-фобическими расстройствами представлено в таблицах 14, 15.
Таблица 14. Показатели коэффициента корреляции между значениями эмоциональных, когнитивных и поведенческих копинг-стратегий и факторами «Оценки», «Силы» и «Активности».
В соответствии с таблицей 14 на фактор «Оценка» болезни влияют когнитивные копинг-стратегии (r=0,36; р?0,01). Коэффициент корреляции между этими показателями является прямопропорциональным: чем чаще пациенты с соматизированными тревожно-фобическими расстройствами используют когнитивные копинг-стратегии (59,9%), тем негативнее формируется отношение к болезни (-1,97). Это можно объяснить таким образом: чем отрицательнее отношение к собственному заболеванию, тем адекватнее пациент оценивает имеющиеся при нем нарушения, а адекватность оценки, прежде всего, будет обеспечиваться когнитивной формами переработки информации.
На фактор «Сила» болезни влияют эмоциональные (r=0,38; р?0,05) и поведенческие (r=0,47; р?0,01) копинг-стратегии. Зависимость между этими показателями является прямопропорциональной: чем больше пациенты с соматизированными тревожно-фобическими расстройствами применяют копинг-стратегии в эмоциональной (57,1%) и поведенческой (82,8%) сфере, тем интенсивнее будет эмоциональная вовлеченность в болезнь. Показатели фактора «Силы» болезни обусловлены и непосредственным переживанием болезни и вовлечением в активность, с ней связанную, что объясняется использованием форм эмоционального и поведенческого копинга.
Эмоциональные и поведенческие варианты копинг-стратегий оказывают влияние и на фактор «Активности» болезни. Если высокие показатели изменчивости, динамичности, проявленности болезни в различных жизненных сферах напрямую зависят от большого числа усилий в эмоциональной сфере (r=0,43; р?0,01), то в поведенческой сфере (r=-0,33; р?0,01), прежде всего, от эффективности предпринимаемых действий, которая зависит от адаптивности избираемых копинг-стратегий.
Таблица 15. Показатели коэффициента корреляции между значениями адаптивных, относительно адаптивных и неадаптивных копинг-стратегий и факторами «Оценки», «Силы» и «Активности».
Согласно таблице 15 на внутреннюю картину болезни влияют адаптивные и неадаптивные копинг-стратегии. Адаптивные формы копинга связаны с фактором «Сила» (r=-0,32; р?0,05), неадаптивные с фактором «Активности» (r=0,54; р?0,01).
Зависимость неадаптивных копинг-стратегий и фактора «Силы» у пациентов оказалась обратнопропорциональной: чем меньше применение неадаптивных копинг-стратегий, тем выше выраженность эмоциональных переживания относительно соматизированного тревожно-фобического расстройства. Действительно, неадаптивные формы копинга являются наиболее используемыми (85,7%) у пациентов с соматизированными тревожно-фобическими расстройствами при достаточно высоких значениях эмоциональной вовлеченности в болезнь.
Зависимость адаптивных форм копинга и фактора «Активности» является прямопропорциональной: чем более часто использование адаптивных копинг-стратегий, тем более выражены изменчивость, динамичность и проявленность болезненного состояния. Применение адаптивных вариантов копинга является достоверно более редким, чем у здоровых людей, что объясняет характеристики активности болезни у пациентов с соматизированными тревожно-фобическими расстройствами.
Подытоживая все вышесказанное относительно влияния механизмов психологической защиты и копинг-стратегий на внутреннюю картину болезни пациентов с соматизированными тревожно-фобическими расстройствами, можно прийти к следующим выводам.
На фактор «Оценки» болезни оказывают влияние такие механизмы психологической защиты, как «Реактивное образование», «Регрессия», и копинг-стратегии в когнитивной сфере.
На фактор «Силы» болезни - такие виды психологической защиты, как «Реактивное образование», «Замещение» и «Отрицание» и адаптивные копинг-стратегии в эмоциональной и поведенческой сферах.
На фактор «Активности» болезни влияют механизмы «Проекции» и «Интеллектуализации», а также неадаптивные копинг-стратегии в эмоциональной и поведенческой сферах.
1. Механизмами психологической защиты, используемыми пациентами с соматизированными тревожно-фобическими расстройствами достоверно чаще, чем здоровыми людьми, являются «Замещение», «Проекция» и «Реактивное образование». Значительно реже в сравнении со здоровыми людьми используются психологические защиты «Интеллектуализация» и «Отрицание». Сверхнапряженно используются механизмы «Замещение», «Компенсация» и «Проекция». Общий индекс напряженности использования механизмов психологической защиты достоверно выше у пациентов с соматизированными тревожно-фобическими расстройствами в сравнении со здоровыми людьми.
2. Особенности структуры копинг-поведения пациентов с соматизированными тревожно-фобическими расстройствами заключаются, прежде всего, в большем, чем здоровые люди, применении неадаптивных копинг-стратегий и меньшем - адаптивных. Частое использование неадаптивных форм копинга отмечается в поведенческой сфере - «Активное избегание», в эмоциональной сфере - «Покорность». Такие адаптивные копинг-стратегий, как «Сохранение самообладания» в когнитивной сфере, «Оптимизм» и «Протест» - в эмоциональной и «Сотрудничество» - в поведенческой используются достоверно реже, чем здоровыми люльми.
3. Внутренняя картина болезни пациентов с соматизированными тревожно-фобическими расстройствами характеризуется неадекватностью. Они чрезмерно эмоционально вовлечены в болезнь и оценивают ее интенсивность выше собственных ресурсов здоровья. У больных преобладает отрицательное отношение к заболеванию при недостаточной ценности и значимости здоровья. Наблюдается сочетание достаточно высокой изменчивости, динамичности, проявленности заболевания в различных жизненных сферах с активной, но малопродуктивной деятельностью в отношении выздоровления.
4. Влияние механизмов психологической защиты и копинг-стратегий на внутреннюю картину болезни пациентов с соматизированными тревожно-фобическими расстройствами заключается в том, что:
· негативное отношение к болезни связано с такими механизмами психологической защиты, как «Реактивное образование», «Регрессия», и копинг-стратегими в когнитивной сфере;
· чрезмерную эмоциональную вовлеченность в болезнь обуславливают такие виды психологической защиты, как «Реактивное образование», «Замещение» и «Отрицание» и адаптивные копинг-стратегии в эмоциональной и поведенческой сферах;
· высокая изменчивость, динамичность, проявленность болезненного состояния объясняется действием «Проекции» и «Интеллектуализации», а также неадаптивные копинг-стратегии в эмоциональной и поведенческой сферах.
Заключение
стратегия тревожный болезнь психологический
Целью нашего исследования являлось изучение влияния психологических защит и копинг-стратегий пациентов с тревожно-фобическими расстройствами на их внутреннюю картину болезни. В соответствии с поставленными задачами была проанализирована литература, касающаяся тревожно-фобических расстройств, проблематики механизмов психологической защиты, копинг-поведения, и внутренней картины болезни.
Под тревожно-фобическими расстройствами понимается ряд невротических расстройств (к которым, согласно МКБ-10, относятся агорафобия (F40.0), социальная фобия (F40.1), изолированная (специфическая) фобия (F40.2), паническое расстройство (F41.0), генерализованное тревожное расстройство (F41.1)), ведущими симптомами которых выступают тревога или страхи. Соотношение психических (собственно, тревога или страхи) и соматовегетативных симптомов определяет в каждом конкретном случае четко очерченную клиническую картину тревожно-фобического расстройства. При этом, в случае преобладания соматических эквивалентов тревоги, пациент уверен в наличии соматического заболевания. Восприятие пациентом собственного заболевания отражает понятие внутренней картины болезни, которая представляет собой целостное образование, отражающее особенности переживаний пациента в связи с болезнью, ее личностный смысл. Необходимым условием поддержания оптимальной внутренней картины здоровья и формирования адекватной внутренней картины болезни являются механизмы психологической защиты и копинг-поведения. Несмотря на тождественность этих механизмов, их роль в процессе адаптации к соматизированному тревожно-фобическому расстройству неодинакова.