Влияние факта возмещения ущерба на признание деяния малозначительным
Шумаков Сергей Александрович
Аннотация
Рассматривается юридическое значение возмещения ущерба, причиненного деянием, формально обладающим признаками преступления, при признании его малозначительным. Вопреки сложившимся представлениям об отсутствии такого значения аргументирован вывод, что возмещение вреда подлежит обязательному учету при решении вопроса о применении ч. 2 ст. 14 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Ключевые слова: уголовная ответственность, преступление, возмещение вреда, малозначительность, последствия, общественная опасность.
Abstract
Effect of the fact of compensation for damages on recognition of the act as insignificant
The article considers the legal significance of compensation for damage caused by an act that formally has the characteristics of a crime, if it is recognized as insignificant. Contrary to the prevailing ideas about the absence of such a value, the conclusion is reasoned that compensation for harm is subject to mandatory accounting when deciding on the application of pt. 2 of art. 14 of the Criminal Code of the Russian Federation.
Keywords: criminal liability, crime, compensation for harm, insignificance, consequences, public danger.
Одним из фундаментальных положений современного российского уголовного права является понятие преступления, регламентированное ч. 1 ст. 14 УК РФ. При этом вторая часть данной статьи содержит своего рода исключение из общего правила, когда деяние, формально обладающее признаками преступления, в силу малозначительности не представляющее общественной опасности, преступлением не признается. Данное положение представляет собой, по сути, специальное основание, исключающее уголовную ответственность.
Несмотря на длительную историю существования предписания о малозначительности деяния, многие его правоприменительные аспекты имеют дискуссионный характер. В уголовно-правовой науке не выработана стройная система критериев применения ч. 2 ст. 14 УК РФ, не отличается однообразием и следственно-судебная практика в этой области. В частности, противоречивые решения нередко принимаются в связи с юридической оценкой возмещения вреда при признании деяния малозначительным.
В теории уголовного права отмечается, что незначительность причиненного преступлением ущерба может выступать основанием для признания конкретного деяния малозначительным [1, с. 96]. Как свидетельствуют результаты анализа материалов правоприменительной практики, именно отсутствие или незначительность причиненного преступлением ущерба в превалирующем большинстве случаев расценивается в качестве обстоятельства, предопределяющего констатацию малозначительности деяния. В связи с этим закономерно возникает вопрос о том, можно ли учитывать факт возмещения причиненного преступлением ущерба при признании деяния малозначительным. Имеются основания полагать, что при прочих равных условиях деяние, не причинившее ущерб, и деяние, ущерб от которого возмещен, будут обладать приблизительно равным уровнем социальной вредоносности.
В юридической литературе традиционно указывается на недопустимость учета признаков личности при констатации малозначительности деяния. А возмещение причиненного преступлением ущерба обычно трактуется в качестве признака, характеризующего личность виновного. По мнению Д.Ю. Корсуна, любое поведение лица после совершения им преступления не подлежит учету при решении вопроса о применении ч. 2 ст. 14 УК РФ. К возможным вариациям такого поведения автор относит признание вины, явку с повинной, возмещение вреда или иное заглаживание причиненного ущерба. Он отмечает, что подобные проявления поведения человека, конечно же, положительно характеризуют личность виновного, но не совершенное им деяние, поэтому они не должны учитываться при признании деяния малозначительным [2, с. 73].
На наш взгляд, подобные утверждения в целом заслуживают поддержки. Признаки личности виновного оказывают весьма опосредованное влияние на уровень общественной опасности деяния, если вообще оказывают. Вместе с тем, сомнения возникают в связи с отнесением к характеристикам личности виновного факта возмещения ущерба. Конечно же, в данном случае присутствует субъективный компонент, состоящий в стремлении лица минимизировать причиненный преступлением вред, т.е. соответствующая позитивная мотивация. Например, признание вины и явка с повинной являются безусловными характеристиками личности виновного, чего нельзя сказать о возмещении ущерба. При этом признание вины и явка с повинной уже никак не отражаются на совершенном лицом деянии. Объективно они могут способствовать только уголовно-процессуальной деятельности по расследованию преступления. В свою очередь, возмещение ущерба, причиненного деянием, непосредственно влияет на свойства такого деяния. В результате компенсации вреда восстанавливаются ранее нарушенные интересы пострадавшей стороны.
При этом далеко не всегда вопросы возмещения ущерба рассматриваются именно в контексте личности [3, с. 336-337]. Как пишет Ч.М. Багиров, «при оценке деяния субъекта как малозначительного, т.е., по сути, при определении уголовной противоправности содеянного, личность лица учету подлежать не должна. При обосновании уголовной ответственности нас интересует, прежде всего, поведение (деяние)» [4, с. 78]. Однако возмещение ущерба является поведением, непосредственно относящимся к совершенному деянию. В отличие от каких-либо иных вариантов постпреступного поведения лица именно возмещение вреда неразрывно связано с социально-юридическими свойствами самого деяния. В подобных ситуациях происходит восстановление порядка вещей, имевшего место до совершения виновным деяния, формально подпадающего под признаки определенного преступления.
Некоторые авторы все же не ограничиваются исключительно объективным содержанием деяния при определении обусловливающих малозначительность факторов. В частности, Д.Ю. Корсун пишет, что признание деяния малозначительным следует основывать на совокупности объективных и субъективных признаков. К первым он относит объем причиненного ущерба, степень реализации деяния, способ и обстановку совершения деяния, а ко вторым - содержание вины, положительные мотивы и цели поведения [2, с. 84]. В то же время так же, как и незавершенные мотивы и цели деяния, которые могут наличествовать и после его совершения, возмещение ущерба в определенной степени проявляется в совершенном деянии. Ретроспективный характер такого проявления не снижает социально-правовую роль возмещения ущерба.
Косвенным подтверждением тому, что возмещение ущерба влияет на уровень общественной опасности совершенного лицом деяния, может служить мнение о том, что ч. 2 ст. 14 УК РФ отчасти воспроизводит предписания об освобождении от уголовной ответственности. Так, критикуя наличие в российском уголовном законе положений, предусмотренных ч. 2 ст. 14 УК РФ, А.П. Козлов проводит параллели малозначительности деяния с основаниями освобождения от уголовной ответственности, например, с установленным ст. 76 УК РФ [5, с. 770]. Тем самым автор в определенной степени допускает, что возмещение ущерба, выступающее обязательным условием освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим, может влиять на признание деяния малозначительным.
Важно подчеркнуть, что практика применения нормы о малозначительности деяния зачастую учитывает факт возмещения причиненного преступлением ущерба. Например, Д.Ю. Корсун со ссылкой на результаты собственных исследований признает, что в 19% случаев суды при признании деяния малозначительным учитывают посткриминальное поведение субъекта [2, с. 75]. Имеются основания утверждать, что данные показатели являются весьма высокими. Особенно если учитывать, что не во всех случаях в результате деяний, формально обладающих признаками преступлений, причиняется конкретизированный вред, который потенциально может быть нивелирован (имущественный, материальный ущерб). Речь ведется о вреде, который в действительности не может быть компенсирован в принципе. Например, в случаях совершения каких-либо преступлений с формальной конструкцией объективной стороны (фиктивная регистрация по месту жительства и т.п.) или преступлений, где отсутствует потерпевший. Получается, что суды при признании деяния малозначительным очень часто анализируют вопрос о возмещении ущерба в тех ситуациях, когда это возможно. На наш взгляд, такой подход является вполне логичным, оправданным и закономерным. Принятие решения о признании деяния малозначительным без учета факта возмещения имеющегося ущерба может повлечь объективное недовольство потерпевшего. Цели правосудия в данном случае будут достигнуты не в полной мере.
Обращение к материалам судебной практики показывает, что в современных условиях обозначенная доля судебных актов о признании деяния малозначительным может быть еще выше. Так, К., привлекавшаяся ранее к административной ответственности по ч. 2 ст. 7.27 КоАП РФ, обвинялась в совершении мелкого хищения чужого имущества из магазина - мороженого в количестве двух штук общей стоимостью 413 рублей 78 копеек, что фактически существенного вреда общественным отношениям не причинило, о чем говорит также и содержание апелляционного представления, в котором анализируются сведения о доходах соответствующей торговой сети за 2019 г., превышающих триллион рублей. Более того, как установлено судом, ущерб К. полностью возместила в добровольном порядке.
Соглашаясь с выводами обжалуемого постановления, суд апелляционной инстанции, анализируя обстоятельства совершенного К. деяния, считает, что это деяние действительно не причинило существенного вреда общественным отношениям, хотя формально и подпадает под признаки преступления, предусмотренного ст. 158.1 УК РФ, но в силу малозначительности не представляет достаточной общественной опасности, которая бы позволила признать его преступлением [6]. Ссылки на возмещение причиненного преступлением ущерба являются весьма распространенной практикой.
Анализируя судебные решения подобного рода, необходимо отметить, что факт возмещения ущерба, как правило, не выдается за базовое обстоятельство, послужившее цели признания деяния малозначительным. Однако упоминание о возмещении ущерба встречается весьма часто. Можно предположить, что судебная практика условно «ограничивает» значение возмещения вреда под давлением доктрины уголовного права. Текст уголовного закона не предусматривает прямых ограничений для учета возмещения ущерба при признании деяния малозначительным.
Конституционным Судом РФ выражена следующая юридическая позиция относительно малозначительности деяния в уголовном праве. Норма о малозначительности деяния согласована с положениями отечественного уголовного закона о справедливости, в соответствии с которыми уголовно-правовое воздействие на лицо должно быть соразмерно характеристикам совершенного им деяния и его личности (ч. 1 ст. 6 УК РФ). Таким путем обеспечивается надлежащая уголовно-правовая оценка содеянного, которая исключает наказание и иные меры уголовно-правового характера, не адекватные уровню общественной опасности деяния, обусловленному признаками причиненного вреда и иных последствий, способами, орудиями и средствами совершения деяния, обстановкой, степенью участия виновного, его ролью и вкладом в достижение преступного результата, признаками, квалифицирующими конкретное деяние, а также значимостью нарушенного объекта для потерпевшего от преступления [7]. Невозмещенный ущерб, как представляется, предопределит невозможность признания уголовно-правового воздействия на лицо, совершившее деяние, формально обладающее признаками конкретного преступления, справедливым.
Говоря о последствиях преступления, стоит отметить, что некоторые их типы могут развиваться фактически за рамками состава преступления. Например, в случаях причинения вреда здоровью окончательная оценка содеянного может быть дана спустя время. В таком контексте потенциального развития тяжести общественно опасных последствий совершенного лицом деяния возмещение ущерба также должно иметь юридическое значение, несмотря на его нахождение за рамками состава преступления. юридический уголовный малозначительный преступление
Представляется, что приводимые нами доводы могут быть проиллюстрированы примером, когда в одном деле деяние признается малозначительным и вред возмещается, а в другом (приблизительно тождественном по своим признакам первому) также квалифицируется с учетом ч. 2 ст. 14 УК РФ, но ущерб от деяния не возмещается. Казалось бы, оба случая полностью «укладываются» в доминирующую позицию относительно понимания малозначительности деяния в уголовном праве. Однако, на наш взгляд, оставление факта возмещения ущерба без правовой оценки в изложенных ситуациях абсолютно неприемлемо. Для того чтобы в полной мере выполнить задачи уголовного права в виде охраны прав и свобод человека и гражданина, собственности от преступных посягательств (ч. 1 ст. 2 УК РФ), несомненно, требуется обеспечить возмещение причиненного преступлением ущерба. И лицо, виновное в совершении такого деяния, пусть и с весьма несущественным вредом, должно знать и понимать, что возможность его непривлечения к уголовной ответственности находится в зависимости, в том числе, и от факта произведенного им возмещения ущерба.
По нашему мнению, теоретические изыскания, обосновывающие «выведение» факта возмещения ущерба при признании деяния малозначительным из поля факторов, влияющих на принятие такого решения, являются искусственными и ограничивающими конструктивные идеи об имеющемся юридическом значении факта возмещения ущерба, в том числе и в разрезе потенциальной возможности признания деяния малозначительным.
Следует отметить, что скрупулезный анализ ряда правовых позиций высших судебных инстанций позволяет обратить внимание на отдельные моменты, которые могут быть истолкованы не иначе как признание влияния факта возмещения ущерба на уровень общественной опасности совершенного лицом деяния.
Так, применительно к ст. 76.2 УК РФ Конституционным Судом РФ сформулированы следующие разъяснения. Вопросы определения критериев, свидетельствующих об «уменьшении общественной опасности» содеянного, в целях решения вопроса об освобождении виновного от уголовной ответственности находятся в компетенции федерального законодателя. При формулировании таких критериев учитываются задачи уголовного права. По мнению Конституционного Суда РФ, вывод о возможности освобождения лица от уголовной ответственности должен строиться с учетом фактических обстоятельств дела. Судом должно быть принято справедливое и мотивированное решение, в котором надлежит учитывать объект преступления, обстановку и способ совершения преступления, конкретные действия по возмещению причиненного ущерба или по заглаживанию иного вреда, личность виновного, смягчающие и отягчающие обстоятельства. При этом Конституционный Суд РФ прямо ссылается на «изменение степени общественной опасности деяния» в результате возмещения ущерба или иного заглаживания причиненного вреда [8].