Видеопротоколирование как основа цифровизации уголовного судопроизводства
Рамалданов Ханбулат Хизриевич,
В статье обозначена проблема, связанная с фиксацией хода и результатов следственных действий. Автором делается акцент на необходимости поэтапного ухода от традиционного (бумажного) формата закрепления хода и результатов следственного действия к видеопротоколированию при производстве таких следственных действий, как: следственный эксперимент, обыск и проверка показаний на месте. Отмечены негативные факторы, влияющие на качество, всесторонность, информативность и объективность производства следственных действий при их фиксации традиционным (бумажным) форматом протокола. В случае внедрения видеопротоколирования в данной работе обозначены проблемные вопросы и возможные пути их решения, а также положительный эффект от его внедрения. Обосновывается дополнение УПК РФ новой статьей 181.1 «Видеопротоколирование следственного эксперимента, обыска и проверки показаний на месте».
Ключевые слова: цифровизация, цифровые технологии, уголовное судопроизводство, электронное уголовное дело, следственный эксперимент, обыск, проверка показаний на месте, видеопротоколирование, видеопротокол.
Ramaldanov Khanbulat Khizrievich
VIDEO-RECORDING AS A BASIS FOR DIGITALIZATION OF CRIMINAL PROCEEDINGS
The article outlines the problem associated with recording the course and results of investigative actions. The author emphasizes the needfor a gradual transition from the traditional (paper) format for recording the course and results of the investigative action to video recording in the production of investigative actions such as: the investigative experiment, search and verification of evidence on the spot. Negative factors affecting the quality, comprehensiveness, information value and objectivity of investigative actions during their fixation by traditional (paper) protocol format were marked. In case of introduction of video-recording this article indicates problematic issues and possible ways of their solution as well as positive effect of its introduction. New article 181.1 «Videorecording of the investigative experiment, search and examination of the evidence on the spot» of the Criminal Procedure Code of the Russian Federation was substantiated.
Keywords: digitalization, digital technologies, criminal procedure, electronic criminal case, investigative experiment, search, examination of evidence on the spot, videorecording
Вопросы, связанные с цифровизацией уголовного процесса, весьма активно обсуждаются в научном сообществе. Данный интерес связан с динамичным развитием цифровых технологий, а также всеобъемлющей цифровизацией общественных отношений. Безусловно, столь стремительное развитие и тотальное внедрение цифровых технологий не может не коснуться и отечественного уголовного процесса. Следовательно, с учетом современных реалий перед научным сообществом и действующими сотрудниками стоит задача, связанная с решением проблем, которые могут возникнуть при цифровиза- ции уголовно-процессуального законодательства.
В.Ю. Стельмах пишет, что «одной из центральных проблем для уголовно-процессуальной науки и правоприменительной практики является проблема доказывания и доказательств. Доказывание по уголовному делу состоит в получении сведений, имеющих отношению к преступному событию. Соответственно, только в результате доказывания по делу может быть принято решение» [1].
На этапе современного развития цифровых технологий для модернизации уголовного судопроизводства считаем необходимым начать с процессуального документа, фиксирующего ход и результаты следственного действия. Следует указать, что в научном сообществе активно обсуждается вопрос, связанный c отказом от «традиционного» бумажного протокола следственного действия и переходом к его более современным аналогам.
П.П. Ищенко также обоснованно заметил, что «основным направлением совершенствования российского уголовного процесса должна стать его цифровизация, предполагающая полный или частичный отказ от письменных технологий «оформления» доказательств. Предложения использовать для процессуального закрепления хода и результатов следственных действий не «перо и бумагу», а ставшие общедоступными цифровые технологии, в последние годы во многих странах были реализованы практически» [2]. Об этом же говорит и С.В. Зуев, который считает, что «бумажный тип документирования в уголовном процессе следует признать не иначе, как архетипом» [3].
Так, Л.Н. Масленникова считает, что «оптимизация уголовного судопроизводства путем использования цифровых технологий позволит уйти от бумажной волокиты, необоснованного отказа в возбуждении уголовного дела, необоснованного приостановления и прекращения дел, защитит конституционное право граждан на доступ к правосудию» [4].
В настоящее время согласно ч. 2 ст. 166 УПК РФ протокол может быть написан от руки или изготовлен с помощью технических средств. Независимо от способа изготовления протокол все равно оформляется на бумажном носителе.
Думается, что для улучшения качества и эффективности расследуемых преступлений следует начать именно с протокола следственного действия. Ни для кого не секрет, что его составление является тяжелой и рутинной работой. Эффективность фиксации хода и результатов следственного действия зависит от опыта, мотивированности, внимательности и квалификации дознавателя или следователя, т. е. от субъективных факторов. Последние определяют, что является важной и имеющей отношение к материалам уголовного дела информацией, а что нет. Не стоит забывать, что для суда, рассматривающего уголовное дело по существу, любые сведения могут иметь весомое значение. В обоснование нашей позиции считаем возможным привести следующий пример.
В рамках расследования преступления может возникнуть необходимость в производстве обысков одновременно в нескольких жилых помещениях. Это весьма сложно сделать, особенно при расследовании преступления не группой следователей или дознавателей, а одним должностным лицом. Разумеется, лицо, в производстве которого находится уголовное дело, не сможет одновременно провести обыски во всех жилых помещениях. Для решения данной проблемы им (в соответствии со ст. 41 УПК РФ) органу дознания будет направлено поручение о производстве обысков силами иных сотрудников правоохранительного органа. Вполне допустимо, что дознаватель / оперативный сотрудник, исполняющий поручение лица, расследующего уголовное дело, не погружен в его тонкости и не знаком с важными деталями, на которые стоит обратить внимание.
Следовательно, высока вероятность возникновения ситуации, при которой обнаруженные документы, предметы, имеющие доказательственное значение, попросту не будут изъяты и в протоколе следственного действия не указаны. При этом наиболее заинтересованное в раскрытии преступления должностное лицо так и останется в неведении относительно существования потенциальных доказательств. Современное уголовное судопроизводство не может дать универсальный рецепт решения описанной проблемы, чего нельзя сказать о научном сообществе.
Учеными-процессуалистами весьма активно исследуется вопрос, связанный с видеопротоколированием следственных действий. Разумеется, данный интерес возник в связи с тем, что цифровые технологии используются во всех сферах жизнедеятельности. Относительно данного тезиса П.П. Ищенко пишет, что «в современных условиях протокол, как способ фиксации хода и результатов следственных действий, может быть с успехом заменен, к примеру, видеозаписью, защищенной от изменений криптографической защитой, сохраняемой и приобщаемой к электронному уголовному делу в цифровом формате» [5].
О.В. Качалова «разделяет данную идею в целом (ввиду более высокой степени информативности и достоверности видеопротокола по сравнению с традиционным бумажным). Однако нельзя не отметить, что при использовании видео- или аудиопротокола, в случае возможной замены традиционного «бумажного» протокола следственного действия, быстрый поиск и получение необходимой конкретной «точечной» информации на электронных носителях могут быть затруднены. Поиск информации, которая при визуальном просмотре протокола следственного действия занимает весьма непродолжительное время, при просмотре (прослушивании) видео- и аудиопротокола займет гораздо большее количество времени. Просмотр видеозаписи следственных действий может занять больше времени, чем чтение его протокола. Например, трудно представить, что видеозапись обыска в помещении, который длился в течение 24 часов, будет просматриваться следователем, прокурором, судом в течение этого же времени. С учетом высокой служебной нагрузки следователей, прокуроров, судей процесс просмотра видеопротоколов следственных действий может превратиться в формальность» [6].
Одним из вариантов решения данной проблемы О.В. Качалова видит постепенный переход на видеопротоколирование следственных действий с сохранением дублирующей системы традиционного протоколирования в течение определенного времени. Кроме этого предлагает на уровне нормативного регулирования определить необходимость составления краткого протокола-справки, в котором будут отражаться наиболее существенные обстоятельства произведенного следственного действия [6].
Сложно не согласиться с О.В. Качаловой относительно обоснованности постановки обозначенной проблемы. Для ее решения предлагаем использовать систему тайм-код последовательность числовых кодов, генерируемых с регулярными интервалами системой синхронизации времени. Тайм-код используется в производстве видео, управлении показом и других приложениях, которые требуют временной координации или протоколирования записи или действий [7], т. е. создание эпизодов видеозаписи (см. рисунок 1).
Рис. 1
Другими словами, необходимо указывать временные метки и названия эпизодов (названиями эпизодов могут быть, к примеру, предъявление постановления суда или дознавателя участвующему лицу, разъяснение прав и обязанностей участникам следственного действия, изъятие документов или предметов, имеющих потенциальное доказательственное значение, заявления, жалобы, дополнения к следственному действию и др.). Тем самым дознаватель / следователь, прокурор, судья или сторона защиты при ознакомлении со следственным действием смогут либо просмотреть его целиком, либо те его фрагменты, которые интересуют любую из сторон уголовного судопроизводства в конкретный момент времени.
Имеет смысл рассмотреть возможность производства таких следственных действий, как следственный эксперимент, обыск и проверка показаний на месте с применением видеопротоколирования, предполагающего замену традиционного бумажного формата протокола.
На наш взгляд, видеопротоколирование будет способствовать модернизации процессуального порядка производства следственного действия следующим образом:
- существенно сократит время составления протокола;
- повысит объективность;
- улучшит информативность;
- исключит влияние человеческого фактора в виде банального пропуска подписей участников следственного действия в протоколе, т. к. их личность, права и обязанности будут верифицированы и зачитаны под видеозапись, которая и будет являться видеопротоколом;
- исключит субъективизм в фиксации обстоятельств проводимого следственного действия со стороны должностного лица;
- будет гарантировать соблюдение прав и законных интересов участников следственного действия.
Предлагаемые нововведения в случае их законодательного закрепления и применения в практической деятельности могут привести к возникновению ряда сложностей. Например, исходя из положений ч. 15 ст. 182 УПК РФ, копия протокола вручается лицу, в помещении которого был произведен обыск, либо совершеннолетнему члену его семьи. Если обыск производился в помещении организации, то копия протокола вручается под расписку представителю администрации соответствующей организации. Возникает вопрос, каким образом следователь или дознаватель сможет вручить копию видеопротокола?
Предложим возможные варианты решения данной проблемы:
- предоставление возможности снятия копии видеопротокола на личный электронный носитель лица, у которого производится обыск. Такой вариант тяжело осуществим, таит опасности, во-первых, есть большая вероятность удаления, изменения или искажения видеозаписи в силу «заражения» электронного носителя информации программами-вирусами; во-вторых, электронный носитель информации может отсутствовать у лица, в жилище или помещении которого производится следственное действие;
- направление копии видеопротокола на электронную почту лица, у которого проводится обыск, при наличии такой возможности у последнего. Здесь также возникает вопрос, связанный с недопустимостью разглашения данных предварительного расследования. Возможен несанкционированный доступ к электронной почте со стороны заинтересованных лиц. Новостные ленты постоянно пестрят заголовками об утечке информации у организаций, оказывающих разного рода услуги. Не стоит сбрасывать со счетов и то, что участвующее лицо может ошибиться в указании адреса электронной почты, или что размер пересылаемого по электронной почте файла будет превышать все возможные для почтового сервиса лимиты. Все перечисленное приведет к невозможности соблюдения прав и законных интересов человека и гражданина. К примеру, предположим, что в жилище у подставного лица, оформившего на себя организацию, которая занимается внешнеэкономической деятельностью, проведен обыск. Организаторы данного преступления в целях получения информации (какие документы или предметы были изъяты в ходе обыска) могут получить несанкционированный доступ к электронной почте и завладеть необходимыми им сведениями;
- предоставление дознавателем / следователем копии видеопротокола на USB-флеш- накопителе. Данный способ передачи копии является возможным, но оснащение сотрудников правоохранительных органов USB- флеш-накопителями в большом объеме с точки зрения расходования бюджетных средств видится трудноосуществимым.