Статья: Вернакулярные регионы и государственные идеологии: таврийский кейс

"Этапным в истории социалистической Херсонщины был день 21 сентября 1950 года, когда Советское правительство приняло решение о строительстве Каховской ГЭС. С этого дня открывались прекрасные перспективы развития херсонских колхозов и совхозов, превращения степей безводной Таврии в крупный район орошаемого земледелия" (Danylenko et al. 1967: 74).

Рис. 1. Почтовая марка СССР из выпуска "Великие стройки коммунизма". На марке изображена карта-схема Южно-Украинского и Северо-Крымского каналов. Год издания - 1951

Художник Евгений Гундобин

Тираж 1 000 000 шт.

Источник: Первый отечественный портал для филателистов

В годы строительства Каховского гидроузла и оросительных систем в регионе начинает появляться и "таврийская" топонимия. В 1950-х гг. в Запорожской и Херсонской областях появляются сельские поселения с названиями "Таврия", "Тавричанка" и "Таврийское". Первым в этом списке становится село Таврия в Запорожской области, основанное в 1952 г. "строителями Южно-Украинского канала", как указывается в Истории городов и сёл Украинской ССР. В 1956 г. станция Попово Приднепровской железной дороги переименовывается в ст. Таврийск. В 1957 г. первое "таврийское" название появляется и на правом берегу Днепра, то есть на территории, которая никогда не входила в состав Таврической губернии. Зато именно на правом берегу в 1957 г. была введена в эксплуатацию первая оросительная система на юге Украины, питающаяся водами Днепра - Ингулецкая.

"На карте старой Таврии появились новые трассы, связывающие левый и правый берега Днепра, - автомобильная трасса и железная дорога, построена Ингулецкая оросительная система, из Каховского водохранилища берёт начало Краснознаменский [с 2018 г. - Александровский, рукав Северо-Крымского канала - авт.] оросительный канал" (Kovaliov et al. 1958: 47).

В этой статье автор "присоединяет" Правобережье Днепра к Таврии. Жительница посёлка Таврия Херсонской обл. вспоминала, что впервые слово "Таврия" она услышала именно в контексте строительства оросительного канала:

"Когда строили канал, всё время шли передачи, что наша степь расцветёт, что это будет богатый таврийский край" (Ж, 78, Херсонская обл.).

То есть респондент спустя полстолетия воспроизвёл публицистическое клише о том, что канал "даёт жизнь тысячам гектаров плодородных таврийских степей" (DanyLenko et al. 1967).

К 1980-м гг. топоним "Таврия" распространился на территорию Нижнего Приднепровья и Приазовья, которые попали в сферу влияния Постановления Совета Министров СССР 1950 г. (Sovmin 1950). Хотя планам по созданию Южно-Украинского канала, который должен был принести днепровские воды вглубь Запорожской и Донецкой областей, не суждено было сбыться, частично они были реализованы благодаря сооружению в 1970-х гг. Каховской и Северо-Рогачицкой оросительных систем, воды которых орошают часть районов Запорожской и Херсонской областей. Но миф о преображении таврийской степи вышел за пределы орошаемых земель. В результате к 1991 г. в Днепропетровской, Донецкой, Запорожской, Херсонской областях и степном Крыму насчитывалось уже 14 населённых пунктов с "таврийскими" названиями.

После распада СССР таврийский (вернакулярный) регион продолжает расширяться. Хотя в 1992 г. тут по инерции появляется ещё одно село с названием "Таврийское", в большей степени это движение было связано уже с либерализацией экономики. В южноукраинских областях начинают регистрироваться различные фирмы и организации с "таврийскими" наименованиями, производиться продукция и организовываться массовые мероприятия с "таврийскими" названиями.

Последнее закрепление "Таврии" в украинских степях связано с упомянутой кампанией переименования 2015-2016 гг. В ее ходе таврийская топонимия стала уже инструментом декоммунизации. Кроме новых пяти сёл и посёлков с названием "Таврийское", на картах населенных пунктов Украины появились ещё и десятки "таврийских" улиц (Dukach 2018). "Таврия" стала восприниматься как крупный вернакулярный (перцепционный) регион, охватывающий большую часть степной зоны Украины, которая изначально подпадала под действие упомянутого Постановления Совмина СССР (Sovmin 1950).

Таврийская степь в мире идеологий

В 1952 г. выходит новый роман одного из самых крупных (по крайней мере, по тиражам) украинских писателей ХХ в. Олеся Гончара. Название романа - "Таврия". В нём описывается судьба полтавского подростка, который устраивается на работу к крупным землевладельцам Фальцфейнам. Роман написан в соцреалистических традициях и с классовых позиций демонстрирует, как ведомые революционерами трудящиеся восстают против эксплуататоров. Действие романа начинается на ярмарке в местечке Каховка и продолжается в имении Аскания-Нова, то есть в Северной Таврии - так в первой половине ХХ в. называли материковую часть Таврической губернии.

С первой до последней страницы роман пропитан жаждой - "весь таврийский эпос проникнут мечтой об орошении степей" (Honchar 1952). Воды не хватает никому - ни людям, ни животным, ни земле. Вода есть только у помещиков, а точнее у "таврийской леди" Софьи Фальцфейн (этот литературный персонаж имеет реальный прообраз - крупную предпринимательницу Софью Фальц-Фейн). В романе капиталисты узурпируют не только землю, но и воду. Герои романа постоянно мечтают о воде. Одни (крестьяне) о том, чтобы просто напиться, другие (интеллектуалы) - о том дне, когда "днепровская вода торжественно потечёт от Каховки в адские бурые степи Присивашья". Один из героев фактически озвучивает постановление Совмина:

"Возведя соответствующие сооружения, можно направить воды Днепра в степь самотёком. Устройство оросительной системы не только не идёт вразрез с интересами судоходства и использованием энергии порогов, а наоборот, все эти три главные проблемы края гармонически сочетаются между собой. Орошение и только орошение может спасти наш край от бесконечных засух и чёрных бурь, от катастрофических для крестьянства недородов. А для государства орошение Таврии будет равнозначно тому, что оно приобретет новый Крым или Ломбардию" (Honchar 1952).

"Таврия" О. Гончара фактически закрепила за Северной Таврией статус "полноценной" Таврии - без прилагательного "северная". Автор по-разному называет место действия романа: "таврийские буйные степи", "степная Таврия", "украинские прерии", где дует "таврийский сирокко", "наша житница, наша тревожная, вечно ищущая Таврия" (Honchar 1952). Иногда фигурируют топонимы "степи Новороссии" и "Присивашье". Но ни разу Гончар не употребил топоним "Северная Таврия".

Роман "Таврия" был очень популярным. Он много раз переиздавался миллионными тиражами, в том числе отдельно на иностранных языках и языках народов СССР, изучался в школах и вузах, а в 1959 году на экраны вышел одноимённый художественный фильм (режиссёр - Юрий Лысенко). Роман до сих пор вспоминают в интервью респонденты:

"Я читал всё, что было в нашей сельской библиотеке. И попалось мне как-то очередное издание Гончара - "Таврия". Я сразу за неё ухватился, мне понравилось название, но я не знал, что оно означает. И когда я прочитал этот роман, мне захотелось узнать, где же это место на карте. Я взял атлас и начал искать слово "Таврия". Мне было удивительно, как для ребенка, выросшего на Полесье, где проводили мелиорацию, чтобы эту воду убрать, что в Таврии была постоянная нехватка воды" (М, 55, Львов).

"Нам ещё в школе на уроках истории говорили, что мы живём в Таврийском крае. О Таврии говорили, что её при Фальц-Фейнах заселяли выходцами из Полтавщины. Что там было какое-то восстание, и людей из-за этого в Таврию переселяли", - так воспроизвела одну из сюжетных линий романа пенсионерка из Херсонской обл. В дальнейшем к теме таврийских степей и их советского преображения подключаются и другие известные украинские писатели: Максим Рыльский, Виктор Кочевский, Тэрень Масенко, Павло Загребельный, Остап Вышня, Иван Вырган (Paraskevych 2003).

В текстах 1950-70-х гг. часто противопоставляются новая орошаемая социалистическая Таврия, которая "покрыта зеленью лесонасаждений, рощ и садов", и "старая Таврия" - "полудикая окраина", над которой "нависала беспросветная тьма". Причина этих изменений - советская власть, которая смогла опровергнуть прогнозы имперских учёных:

"В средине прошлого столетия российские учёные К. Бер и Г. Гельмерсен писали, что "таврийские степи вследствие своего климата и недостатка воды всегда будут принадлежать к наиболее бедным и непригодным для обработки местностям Таврии". Но им была уготована другая судьба. Её определила Октябрьская революция, советский уклад" (Danylenko et al. 1967: 103).

О преображении края слагают песни, пишут в книгах:

"Резко преобразилась таврическая степь, когда на поля пришла живительная влага. Там, где раньше подгоняемое ветром, неслось перекати-поле, ныне раскинулись выравненные поля орошаемых массивов, поднялись густые хлеба, стеной стали кукурузные плантации, зашумели сады, сгибаясь под тяжестью плодов, засверкали на солнце увесистыми янтарными гроздями виноградники" (Motornyy 1980: 23).

Комбинация "степь-орошение-изобилие-Таврия" становится литературным клише:

Херсонщины слава - степь без границ.

В могучих турбинах - теченье Днепра.

Шумят виноградники, море бурлит --

Такой сейчас Таврия стала моя.

Каналы текут по степи жизни ради,

В садах, будто в рощах, поют соловьи,

И если у нас вы ещё не бывали,

Таврия ждёт вас, родные мои. (Alekseytsev 1962: 3, перевод с украинского - авт.)

Таким образом, новая социалистическая Таврия - это "Таврия-жница" (Bratan 1978), высокопродуктивная сельскохозяйственная степь. Идеологически орошение активно подкрепляется историческим сюжетом, практически сакрализирующим территорию Таврии. Силами советских писателей, журналистов, композиторов, режиссёров того времени проводится параллель между разгромом войск Врангеля в 1920 г., начавшегося с Каховского плацдарма, и осуществлением Сталинского плана преобразования природы на юге Украины. Плотину Каховской ГЭС сооружают там, "где били Врангеля", - говорит главный герой популярного кинофильма "Поэма про море", снятого в 1958 г. по сценарию известного кинорежиссёра Александра Довженко. Так строительство Каховского гидроузла и Северо-Крымского канала ставится в один ряд с обороной Каховского плацдарма, штурмом Перекопских укреплений и разгромом Русской армии под командованием Петра Врангеля - последней крупной военной операцией Гражданской войны. "Перекопская равнина, таврийская степь стали полем великого боя перед Крымом", - пишет лауреат Сталинской премии Юрий Яновский. "Теперь в степи, от Каховки до Сиваша, идут большие работы на том легендарном пути, по которому в свой победный поход вели свои армии Фрунзе, Ворошилов и Будённый. Скоро здесь пройдут каналы с днепровской водой. Землю, политую кровью и потом в прошлом, будут орошать днепровские воды" (KotLyar 1951), - таким пафосом наполнены тексты тех лет.

В 1978 году на пластинке всесоюзной фирмы звукозаписи "Мелодия" выходит песня Марка Боянжу "Вдоль канала", где описывается фантастический визит бойцов Красной армии из прошлого в настоящее и их диалог с мелиораторами. Красноармейцы говорят своим собеседникам из будущего, что они ещё в 1920 году сражались за то, чтобы степь стала "зелёной сказкой", на что мелиораторы отвечают:

Самый лучший памятник героям --

Мы канал построим, мы канал построим

И водой днепровской землю напоим.

Чтобы степь от края до другого края

Заиграла хлебом молодым (Boyanzhu 1978)

Красноречивым закреплением мифа о генетической связи между победами советского оружия и достижениями коммунистического труда стало открытие в 1971 году в Красноперекопске (Крым) мемориала "Три штурма Перекопа". На трёх массивных пилонах памятника можно увидеть три даты: 1920, 1944, 1963. Где 1920 г. - это год штурма белогвардейских Перекопских укреплений, 1944 г. - штурм гитлеровской линии обороны в годы Второй мировой войны, и последняя дата - это год мирного "штурма" Перекопского перешейка во время строительства Северо-Крымского канала.

"Магистральный канал проходит на юг как раз по этой звёздной трассе [Чумацкому Шляху - Н. Г.] по которой молодая революция шагала в обмотках на штурм Перекопа" (Honchar 1963).

Последний "штурм" был не совсем мирным, так во время прокладки канала работали и сапёры, обезвреживающие неразорвавшиеся боеприпасы, оставшиеся в земле с военных времён. Об этом объединяющем эпохи сюжете много писали, в том числе О. Гончар в своём удостоенном Ленинской премии романе "Тронка" (1964 г.), и посвятили сюжет в фильме "Мы разбудили тебя, степь" (1961 г., режиссёр Юрий Рябов).

В 1954 году Крымская область РСФСР передается в состав Украинской ССР, в 1957 г. - создаётся Херсонский совнархоз (государственный орган территориального управления) в составе Крымской, Николаевской и Херсонской областей (с центром в Херсоне), а в 1963 г. материковая и крымская степи соединяются единой оросительной системой в составе одного государственного органа и одной республики. Год пуска днепровской воды в Крым стал годом окончательного "воссоединения" таврийской степи.

Параллельно ещё в Советском Союзе "Таврия" становится популярным названием и массовой торговой маркой. Колхозы с названием "Таврия" стали появляться в 1950-е гг. По состоянию на 1967 г. только в Херсонской области существовало шесть колхозов с названием "Таврия" (Diachenko 1967). В населённых пунктах Запорожской, Крымской и Херсонской областей "таврийские" названия присваиваются магазинам, предприятиям общепита, гостиницам, санаториям, спортивным клубам, газетам, художественным коллективам и т. д. "Таврия" становится именем автомобиля, который массово производился на Запорожском автомобилестроительном заводе, дождевальной машины (Херсонский комбайновый завод им. Г.П. Петровского), бытовой техники: от фотоувеличителя "Таврия" (Феодосийский оптический завод) до одноимённой популярной электрошашлычницы (Новокаховский электромашиностроительный завод им. 50-летия Великой