Васил Казанджиев. «Невозможно создавать что бы то ни было, и особенно музыку, без любви к людям, природе, миру...»
Бобрина Мария Сергеевна
Артист концертного агентства «Neue Sterne Classical Artist», стажер, Московская государственная консерватория имени П. И. Чайковского
Bobrina Mariya s.
Artist of Konzertdirektion «Neue Sterne Classical Artist», Trainee, Moscow Tchaikovsky State Conservatory
Аннотация
Статья посвящена стилистическим особенностям музыки Васила Казанджиева (р. 1934), выдающегося современного болгарского композитора, дирижера, педагога, академика Болгарской академии наук, автора семи симфоний и большого количества крупных произведений для симфонического оркестра, множества опусов для камерных составов и хоровых сочинений. Яркий, индивидуальный, узнаваемый стиль Казанджиева -- результат непрерывной эволюции его творческого мышления, на которое оказали существенное влияние авангардные техники композиции -- сонорика, алеаторика, 12-тоновое письмо. В последние десятилетия в музыке Казанджиева отчетливо ощутимы тенденции постмодерна. В статье также подчеркивается ведущее значение в формировании стиля композитора болгарской национальной музыкальной традиции, представленной фольклорным музицированием, церковным наследием страны, а также достижениями композиторской школы Болгарии рубежа XIX--XX веков.
казанджиев музыка фольклорный
Summary
This article considers the stylistic features of Vassil Kazandjiev's music. Born in 1934, Kazandjiev is a prominent contemporary Bulgarian composer, conductor, teacher, and academic at the Bulgarian Academy of Sciences. He has written seven symphonies and many other pieces for orchestra, as well as a number of chamber and choral works. Kazandjiev's bright, individual, and recognisable style is the result of an unbroken evolution in his creative thought. It is influenced by avant-garde compositional methods such as sonorism, aleatory, and twelve-tone techniques. In recent decades a new postmodernist tendency has arisen in Kazandjiev's music. This article outlines the significance of Bulgaria's national musical heritage for Kazandjiev's stylistic evolution, including folklore, church traditions, and the national compositional school of the 19th and 20th centuries.
Ключевые слова: Васил Казанджиев, современная болгарская музыка, авангард, техники композиции XX века, постмодернизм.
Key words: Vassil Kazandjiev, contemporary Bulgarian music, avant-garde, 20th-century compositional techniques, postmodernism.
Вообще, для меня великая музыка в основе своей романтична. <...> Что остается в истории, что имеет значение? То, что заключает в себе самостоятельно слово, что индивидуально и неповторимо. Это является привилегией только самых великих талантов1.
Среди композиторов, чье творчество уже при жизни автора становится классикой, сегодня выделяется фигура выдающегося болгарского композитора, дирижера и педагога Васила Казанджиева (р. 1934) (ил. 1). Яркий самобытный художник, соприкоснувшийся со многими музыкальными тенденциями своего времени, Васил Казанджиев обращается к актуальным темам современности и вечным темам человеческого бытия.
Наряду с другими болгарскими композиторами -- К. Илиевым и Л. Нико- ловым, И. Спасовым и С. Пиронковым, Г. Тутевым и Э. Табаковым, Г. Мин- чевым и К. Кюркчийским -- Васил Казанджиев вошел в число авангардистов, которым удалось создать яркий индивидуальный стиль. Многообразны стилистические истоки музыки Казанджиева. Так, композитор говорит о сущности своей творческой личности, открытой многообразным влияниям -- источникам его стиля: «Константин Илиев и Добрин Петков Цит. по: Божикова М. Васил Казанджиев / Науч. ред. Ц. Йорданова. София: Българска Академия на науките, Институт за изкуствознание, 1999. С. 255. Перевод с болгарского язы-ка фрагментов книги, статей и интервью, упоминаемых в сносках, выполнен автором статьи. К. Илиев и Д. Петков -- видные болгарские музыканты XX века, первые учителя В. Ка-занджиева. Константин Илиев (1924--1988) -- болгарский дирижер, композитор, музыкальный критик и педагог. Добрин Петков (1923--1987) -- болгарский дирижер, скрипач и пианист. считали меня немного эклектичным, открытым для любых влияний, начиная со Стравинского, Бартока, Шостаковича, Хиндемита. Конечно, все произведения Нововенской школы -- Шенберга, больше всего Веберна; „Воццека“ -- я выучил наизусть, еще будучи студентом. Немного позже я углубился в источники Средневековья, болгарских песнопений, а также фольклора»1. В претворенном, иногда аллюзийном виде творчество композитора обнаруживает связи с искусством прошлых эпох и новейшими композиторскими техниками.
Стилевые новации состоят, по мнению композитора, не столько в создании новых техник композиции, сколько в оригинальной манере претворения сложившихся типов мышления. Это можно заключить из его высказывания о глубоко почитаемом им В. А. Моцарте: «Он не то чтобы новатор или творец выразительных средств, но он применяет гениальным образом завоевания эпохи. Они так представлены в его произведениях, что забываешь, кто что открыл, а вспоминаешь только произведения самого Моцарта» Разговор с Васил Казанджиев от Мария Черноокова. 28 октомври 2008. URL: http://www. classical-bg.com/articles/comments/vassil_kazandjiev_interview/ (дата обращения: 28.09.2019). Божикова М. Васил Казанджиев. С. 255..
Сегодня личность В. Казанджиева воспринимается как «легендарная... обладающая широтой творческих интересов» Божикова М. Васил Казанджиев и пути его композиторского мышления // Болгарское искусство ХХ века: Сборник статей / Ред.-сост. В. Н. Федотова. М.: Государственный инсти-
тут искусствознания, 2015. С. 234., а его стиль оценивается современниками как зрелый, яркий, отмеченный печатью неповторимого своеобразия. Вызревание собственной художественной концепции, накопление музыкально-выразительных средств, которые постепенно формировали его индивидуальный стиль, -- осознанный процесс его творческой эволюции. Тенденции авангарда второй волны в музыке Казанджиева, представленные свободной серийностью, сонорикой, алеаторикой, сочетаются с идиомами болгарского музыкального языка, берущими начало в фольклорном и церковном национальном искусстве, в традициях болгарской композиторской школы. При этом стиль Казанджиева во многом опирается и на основные концепты общеевропейской традиции.
Ярким примером индивидуального сочетания средств выразительности, свойственных послевоенному авангарду, и характерных элементов болгарского музыкального языка может послужить цикл Казанджиева «Афоризмы» для флейты и тубы (2011)1. Так, в пьесе № 4 характерные для болгарских танцев метры 9/8, 7/8 и нерегулярные акценты уживаются с принципом свободной двенадцатитоновости (пример 1) Подробнее об этом цикле см.: Бояджиева-Вылева Р. И. «Афоризмы» Васила Казанджи-ева для флейты и тубы и экспериментальные техники звукоизвлечения и ансамблевого му-зицирования // Ученые записки РАМ им. Гнесиных. 2015. № 4 (15). С. 64--71. Пример приводится по статье Р. Бояджиевой-Вылевой. Ей, а также Н. Темнискову как первым исполнителям маэстро посвятил свой цикл.. Основные конструктивные элементы мелодии пьесы -- тритон и септима -- отвечают принципам зву- коорганизации музыки XX века, при этом отдельные мотивы напоминают попевки в рамках малообъемных звукорядов, что отсылает к национальной музыкальной традиции. Название цикла, миниатюрные формы, а также общий для пьес скерцозный оттенок связывают их с фортепианными циклами С. Прокофьева «Сарказмы» и «Мимолетности».
Период становления творчества Казанджиева (до 1957 года) На периодизацию творчества композитора существует несколько точек зрения. Одна из них предложена биографом и исследователем творчества Казанджиева Миленой Божи- ковой. См.: Божикова М. Васил Казанджиев и пути его композиторского мышления. С. 240-- 241. Вторую, несколько отличающуюся, приводит сам композитор в интервью от 2008 года. См.: Разговор с Васил Казанджиев от Мария Черноокова. характеризуется склонностью к освоению техник письма XX века. Еще во время обучения в гимназии в его родном городе Русе, а затем в Болгарской государственной консерватории в классе выдающегося болгарского композитора П. Владигерова в таких сочинениях, как первые две симфонии, Концерт «Complexi sonori», Соната и Токката для фортепиано, Симфониетта, происходит формирование эстетических и композиционно-технических принципов, которые и впоследствии останутся определяющими в творчестве Казанджиева.
Пример 1. В. Казанджиев. Афоризмы (№ 4)
Пример 2. В. Казанджиев. Токката для фортепиано (начало)
Пример 3а. В. Казанджиев. Токката для фортепиано
ALLEGRO BARBARO ALLEGRO BARBARO
Пример 3б. Б. Барток. «Allegro barbaro»
Токката для фортепиано (1957) -- одно из показательных сочинений раннего периода творчества Казанджиева. Музыка Токкаты живая, энергичная, брутальная. Она воспринимается как поток активного движения, который рождается из одного короткого мотива и постепенно разрастается до безостановочного движения мелких длительностей. Начало пьесы представляет собой, таким образом, ритмическую прогрессию (пример 2).
В конце пьесы этот поток будто низвергается в ту глубину, праоснову, из которой он был рожден.
В пьесе претворяется одна из наиболее ярких особенностей народной болгарской музыки -- метрическое разнообразие. Наряду с простыми размерами 2/4, 3/4, 4/4, 3/8, часто встречаются 5/8, 7/8, 8/8, 9/8, 10/16, 12/16, 14/16; встречаются и более сложные комбинации. Эти размеры являются основой различных танцев. Б. Барток называет их «болгарскими ритмами». Кстати, во вступлении Токкаты используется определенная гармоническая отсылка к музыке Бартока, а именно -- к широко известной пьесе «Allegro barbaro». Речь идет о политональной гармонии, сочетающей в единовременном звучании тональности a-moll и fis-moll (примеры 3а, 3б).
По окончании консерватории Казанджиев начинает свой творческий путь как дирижер и композитор. К этому времени относятся поиски оригинальных способов сочетания серийности с сонорикой и алеаторикой1. Его лич-ные склонности развивались и под влиянием впечатлений от посещения «Варшавской осени», а также фестивалей современной музыки в Дармштадте, Загребе и Донауэшингене. К этому времени относится признание его как интересного, перспективного композитора как на родине, так и за рубежом. В 1957 году за свою Симфониетту он был удостоен II премии на VI Международном юношеском фестивале в Москве и похвалы от председателя жюри Дмитрия Шостаковича.
К концу 1960-х годов в творчестве Казанджиева окончательно вызревает индивидуальная стилевая концепция, в которой нашли отражение различные направления и техники музыки XX века, свойственные послевоенному авангарду, с элементами фольклорного музицирования и старинного церковного искусства Болгарии. Именно в конце 1960-х -- начале 1970-х годов появляются, пожалуй, самые известные концептуальные произведения Казанджиева -- «Живые иконы» (1970), которые были исполнены на конкурсе «Международная трибуна композиторов» в Париже, «Картины Болгарии»
(1971), «Праздничная музыка» (1972). Эти творения полным образом представили обновленную фольклорную традицию и инициировали новое отношение к фольклору как к комплексу идиоматических свойств.
Национальные истоки творчества Казанджиева проявляются в обращении к национальным сюжетам, в интонационном строе, в работе с фольклорным и старинным церковным тематизмом, опоре на национальную классику предшествующего периода.
Фольклорный материал, ориентация на его претворение композитором, фольклористом, музыковедом Д. Христовым1 и его последователями, их принципы работы с этим материалом -- важнейший стилевой исток творчества Казанджиева. При этом основные принципы взаимодействия музыки Казанджиева с болгарской фольклорной традицией соответствуют также и сформулированным в свое время Б. Бартоком методам работы с национальным музыкальным материалом См. об этом: Нейчева Л. В. Болгарское музыкальное искусство как национально-стилевая парадигма в культуре XX -- начала XXI веков. Дис. ... канд. иск.: 17.00.03 / Одесская нацио-нальная музыкальная академия им. А. В. Неждановой. Одесса, 2016. С. 144--150. Подробное описание методов работы Казанджиева с фольклорным материалом см.: Бо- жикова М. Васил Казанджиев. С. 245--246.: от цитирования до свободного претворения отдельных признаков фольклорного первоисточника. Следуя заветам Бартока, Казан- джиев находит свой индивидуальный способ претворения языковых особенностей музыкального фольклора в контексте современной лексики. Композитор использует такие фольклорные идиомы, как маленькие амбитусы, микрохроматику, модальную гармонию, нетемперированные звучности, характерные скачки в каденциях, напоминающие возгласы. Национальная специфика выражается в музыке Казанджиева также благодаря принципу нефиксированной нотной записи, импровизационной свободе метроритма, линеарному многоголосию, ритмическим особенностям, среди которых -- изощренность ритмических рисунков, непериодичность, асимметричность структур.
Богатейшая церковная музыка Болгарии также оказала большое влияние на формирование стиля композитора. Так, во время работы над музыкой к спектаклю «Иванко» в Театре армии Казанджиев обращается к творчеству знаковой фигуры древней болгарской музыки -- Иоанна Кукузеля. Композитор изучил огромное количество византийских, греческих, славянских, русских песнопений в исполнении мужского хора «Иоанн Кукузель» в церкви Святой Софии.
Итогом этого глубокого увлечения явилось обращение к символическим знакам церковной музыки в свободной их трактовке в таких сочинениях, как «Картины Болгарии», «Живые иконы», «Апокалипсис», «Триумф колоколов», Второй струнный квартет, «Affresci sacri». Национальные черты ярко проявляются и в названиях частей крупных циклических сочинений, например: «Рильский монастырь», «Великое Тырново» и «Кукерский танец» -- первая, вторая и шестая части цикла «Картины Болгарии» для струнных, флейт и ударных. Композитор воспроизводит и характерные жанровые признаки танцев, плачей (финал «Апокалипсиса»), ритуалов («Праздничная музыка»). Для Казанджиева обращение к религиозной тематике означало выстраивание авторской концепции во всеохватности жизненных и художественных явлений, представляющих картину мира. Как об этом пишет Н. А. Гаврилова: «История церкви -- это и история жизни народа, болгарского государства, история культуры и искусства и музыкальной традиции на всех этапах ее формирования и эволюции на пути к XXI веку»1.
Процесс вживания в традиции отечественной сакральной музыки, пожалуй, наиболее ярко отразился в цикле семи пьес для камерного оркестра «Живые иконы» (1970), приуроченном к открытию музея древних икон в Кафедральном патриаршем соборе Болгарской православной церкви -- Софийской крипты Гаврилова Н. А. О роли церкви в формировании традиции болгарской музыки // Музы-кальная академия. 2017. № 2. С. 73. Подробнее о цикле см.: Гаврилова Н. А. О роли церкви в формировании традиции бол-гарской музыки. С. 75.. Главные действующие лица, а также основные события Священной истории, которым соответствуют названия частей цикла («Богородица Путе- водительница», «Благовещение», «Рождество», «Распятие», «Преображение», «Страшный суд», «Христос Пантократор»), оживают на страницах партитуры Казанджиева в особом монологическом высказывании, проникнутом глубокими и сакральными чувственными откровениями. Так, первую часть цикла («Богородица Путеводительница») открывает особая «тема-символ», словно отгораживающая слушателя от внешнего мира и погружающая в оцепенелое созерцание. Она отражает взгляд Богородицы, направленный из глубины времен, вызывающий священный трепет и благоговение перед святыней (ил. 2). Форма первой части складывается из шести фрагментов, по-разному раскрывающих основной музыкальный образ, тему-символ, подобно тому как постепенно разворачивается в деталях общая композиция иконы См. подробнее: Любимов А. И. Васил Казанджиев. «Живые иконы»: Логика драматургии цикла. Курсовая работа. МГК им. П. И. Чайковского, науч. рук. -- д-р иск., проф. Н. А. Гаври-лова. М., 2007. С. 16--19..