Лексемы, связанные с понятийной оппозицией ПК, в истории языка достаточно рано и последовательно обнаруживают связь с понятиями `Бог, божественное' и `дьявол, нечистая сила'. Уже в древнерусском языке возникают устойчивые сочетания правая вЬра и кривая вЬра, на базе которых образуются соответствующие сложения для обозначения православия как истинной веры и ереси как отклонения от нее. Характерно, что для УС, фразеологизация которых основана на переносном значении лексем подгрупп ПК, можно говорить об общей сильной положительной / отрицательной коннотации. Как пишет Р. М. Цейтлин, «в основе - противопоставление добра (истинного, Бога), прямого, правдивого, справедливого, и зла (антипода Бога), кривого, неправдивого, несправедливого» [Цейтлин, 1996, с. 191].
1.2 Фразеологизация основана на метафорическом осмыслении словосочетания
Отдельную группу составляют сочетания, в которых переносное значение образуется на основе метафорического осмысления словосочетания в целом, т. е. фактически фразеологизмы в узком смысле. Здесь можно выделить следующие модели.
Прямизна / кривизна пути - правда / ложь, вранье. Ряд сочетаний исходно обозначает прямую, кратчайшую / кривую, объездную дорогу. Собственно, такие сочетания могут быть интерпретированы и как свободные, но нельзя не указать на частую совместную встречаемость лексем прямой (прямохожий, прямоезжий) путь и кривая (окольная) дорога (дороженька). Образ прямого пути оказывается очень важным в славянском восприятии прямизны и служит основой образования переносных значений сочетаний прямым/ кривым путем, см.: прямая дорога, прямой путь `о правильных и честных средствах достижения чего-л.; о честной жизни кого-л.'; кривым путем `о непрямых, обходных средствах достижения чего-л.'. Именно образ прямого пути лежал в основе понятия прямизны в древности (ср. современное понятие о прямой линии в основе современного понятия о прямизне). Принципиальна гипотеза Р. М. Цейтлин о том, что изначально путь мыслился именно прямым, понятие пути как проложенной, ведущей, прямой (кратчайшей) дороги восходит к глубокой древности, что находит отражение и в этимологии ряда лексем со значением пути, дороги, тропы, прохода в индоевропейских языках, в том числе и славянских [Цейтлин, 1996, с. 141]. Положительная оценка прямого пути имеет место и в пословицах (Бог дал путь, а чорт кинул крюк), и в семантике лексем, связанных с обозначением собственно пути (см. беспутный `не имеющий пути, дороги' > перен. `безрассудный', `легкомысленный', лексемы с корнем -блуд-, обозначающие отклонения от прямого пути в прямом и переносном смысле, и др.).
Ввиду метафоричности древних текстов, обусловленной библейской образностью, в ряде случаев трудно провести границу между прямой и переносной семантикой сочетаний, обозначающих прямой / кривой путь, см.: Поиде по правьдь- нууму пути и приложи стръпътьная на правость и жестокъ въ пути гладъкы (Псалт. Чуд., Х1 в.) [СлРЯ, т. 18, с. 120]. На сложность подобных контекстов в связи с «возможностью двоякого толкования слова в контексте... разноплановостью понятийно-семантических категорий... причудливым совмещением абстрактных обобщений христианской догматики и реальных фактов, возможных в действительности» обращает внимание Н. Г. Михайловская как раз в связи с выяснением значения сочетания правый путь [Михайловская, 1968, с. 99]. Однако восприятие прямого пути как правильного образа жизни, несомненно, имело место уже в древнейший период.
Ехать на «кривой» лошади (с физическими недостатками) - полагаться на судьбу, случай. Истории русских фразеологизмов куда кривая вывезет (выведет, вынесет) `так, как случится', кривая вывезет (вынесет) `кому-л. повезет', на кривой не объедешь (в пословицах) `не избежишь встречи (как судьбы)' вызывала интерес многих исследователей. В «Историко-этимологическом словаре»
А.К. Бириха, В. М. Мокиенко, Л. И. Степановой представлено пять версий происхождения этого выражения: исходная его форма может быть реконструирована как «на кривой лошади не объедешь» или «как на кривой козе не объедешь», лексема же кривая интерпретируется как `слепая и старая (лошадь)'; как `хромая (лошадь)'; в связи с кривыми, гнутыми оглоблями; в связи с окольным, кривым путем [Русская фразеология, с. 358]. Нам кажется убедительной версия В. М. Мокиенко, по которой кривая - `хромая лошадь' [Мокиенко, 1998, с. 272-279], т. е. версия в связи с древней мифологической семантикой кривого как ущербного. В памятниках русского языка выражение не обнаруживается, фиксируется в письменных источниках только с XIX в.
Кривизна мышц, искривленное выражение лица - ложь, неискренность.
В некоторых устойчивых сочетаниях, включающих прилагательные подгруппы кривизны, метафоризация возникает на основе осмысления соответствующего выражения лица, мимики, гримасы как выражения неискренности: криво улыбаться, усмехаться `улыбаться неискренно, принужденно', косая (кривая) улыбка, усмешка `неискренняя, принужденная улыбка, усмешка, выражающие презрение, недовольство', косой взгляд `подозрительное, недоверчивое; недовольное выражение лица'. В памятниках русского языка такие сочетания не фиксируются, возникая позже с появлением внимания к внутренней, эмоциональной жизни человека. Ср. в «Словаре русского языка ХУШ в.» с пометой «входящее в употребление» указаны лексемы кривляться (значение `становиться кривым', напротив, устаревает), кривляние, кривляка и УС кривить рот, нос, губы `делать гримасы' [СРЯ 18 в., т. 11, с. 13]. Представляется, однако, что такая семантика может быть рассмотрена и в связи с древней, мифологической семантикой ущерба, присущей лексемам подгруппы кривизны: см. Избави насъ, Боже, отъ лыса, коса, рыжа и кривоноса![Даль,т.2, с. 194].Д.К.Зеленин пишет:«Урусских кое-гдеизвестно подставное имя для черта - косой. Косой же возьми! (брань). Косой означает в великорусских говорах также и врага, кто косо смотрит» [Зеленин, 1930, с. 96].
Согнутая спина - тяжелый труд. В памятниках русского языка дона- ционального периода УС с такой семантикой неизвестны, однако в диалектах и в современном русском языке фиксируются обороты, в которых переносное значение `тяжело работать, трудиться' возникает на основе характерной позы: гнуть спину (хребет, горб) `выполнять тяжелую работу, трудиться до изнеможения, без отдыха' (ср. горбатиться), работать не разгибая спины `трудиться без отдыха' (ср синонимичное работать не покладая рук) и др.
2. Устойчивые сочетания, ономасиологически связанные с понятиями «прямое» и «кривое»
Большинство УС, обозначающих физическое свойство прямизны / кривизны, образуются на основе описания характерной формы или сравнения с предметом, имеющим такую форму.
В «Словаре фразеологических синонимов русского языка» в качестве синонимов к прилагательному кривоногий в современном русском языке указываются сочетания ножки как кавычки, ноги колесом, ноги как дуги, ноги ижицей, ноги в разные стороны играют [Бирих и др., 2009, с. 23]. В «Словаре сравнений русского языка» В. М. Мокиенко приводит сравнения со значениями `прямой' и `кривой', демонстрирующие образность восприятия этих качеств. Таких сравнений значительно больше в подгруппе прямизны: см. прямой как (верстовой) столб, веха, жердь, кол, линейка, свеча, свечка, стрела, струна, струнка, шест; прям как дуга [Мокиенко, 2003, с. 570], ср.: кривой как полумесяц, как турецкий ятаган [Там же, с. 545].
Механизм образования таких сочетаний близок адвербиализации в истории языка существительных с семантикой `предмет характерной формы' в форме творительного падежа единственного числа в истории языка. См. появление в языке ХУ-ХУП вв. новых лексем крюкомъ `в виде крюка, искривлённо': И отъ того удара жилы и персты сволокло крюкомъ (АХУ I, 1687 г.) [СлРЯ, т. 8, с. 98], лок- темъ `в виде локтя, с изгибом, излучиной': А за рЬкою Боронежемъ на локтииё, что поворотила рЬка отъ Борщевой слободы къ монастырю локтемъ на берегу на дубъ (Тамб. арх. XXV, 1664 г.) [СлРЯ, т. 8, с. 277], изгибью `с извивами, извилисто': Пала в реку Вычегду река Немь; протоку Неми реки 470 верст, текла изгибью криво (Кн. Б. Чертежу (С), 1627 г.) [СлРЯ, т. 6, с. 135], калачемъ `круто загнутые'; коломъ `прямо, вертикально': И коломъ поставльше верху леду древеса велика (Пролог, ХУ в.) [СлРЯ, т. 7, с. 231].
Такие наречия никогда не обозначали направление (ср. наречие прямо), только форму. Само их появление показывает процесс осмысления абстрактного физического свойства на основе конкретных представлений. В этом же русле находится и образование УС со значениями `прямой / кривой' в современном языке на базе обозначения формы характерных предметов.
Таким образом, изучение УС, связанных с полем прямизны - кривизны, поясняет восприятие этих свойств, культурную семантику соответствующих понятий. Языковой материал демонстрирует, что прямизна воспринималась как абстрактное, непосредственное, однотипное (имеющее небольшое количество конкретных проявлений), положительно воспринимаемое качество, в основе которого в древности лежал образ прямого пути и которое было интерпретировано в связи с правдой, честностью, Богом и божественным, нормой, здоровьем, полноценностью, а кривизна - как конкретное, опосредованное, разнотипное отрицательно оцениваемое свойство, интерпретируемое в связи с ложью, дьяволом, нечистой силой, болезнью, ущербом, а также тяжелой работой.
Список литературы
прямое кривое категориальная оппозиция
1. Зеленин Д.К. Табу слов у народов восточной Европы и северной Азии // Сб. Музея антропологии и этнографии. Л.: Изд-во АН СССР, 1930. Т. 9, вып. 2. С. 3166.
2. Колесов В.В. Семантический синкретизм как категория языка // Вестн. Ленингр. гос. ун-та. Сер. 2. История. Языкознание. Литературоведение. 1991. № 2. С. 40-49.
3. Лисицына Т.А. Пространственные образы жизненного мира в языке науки и искусства ХУШ века // Исторический источник: человек и пространство: Тез. докл. и сообщений науч. конф., Москва, 3-5 февраля 1997 г. М., 1997. С. 132-135.
4. Михайловская Н.Г. О тематическом употреблении некоторых синонимичных прилагательных в языке древнерусских памятников Х1-ХУ11 веков // Русская историческая лесикология: Сб. ст. / Под ред. С. Г. Бархударова. М.: Наука, 1968. С. 96-103.
5. Мокиенко В.М. От авося до ятя. Почему так говорят?: Справ. по русской идиоматике. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 1998. 512 с.
6. Соколовская Л. В. История слов с корнем -лук- / -ляк- в русском языке Х1- ХХ вв. (семантический аспект): Автореф. дис. ... канд. филол. наук. Пермь: Перм. гос. ун-т, 1996. 16 с.
7. Супрун А. Е. Введение в славянскую филологию. Минск: Выш. шк., 1989. 432 с.
8. Толстая С. М. Культурная семантика славянского *kriv- // Слово и культура: Памяти Н. И. Толстого / Под ред. Т. А. Агапкиной, А. Ф. Журавлевой, С. М. Толстой. М.: Индрин, 1998. Т. 2. С. 215-230.
9. Цейтлин Р. М. Корневые лексико-семантические группы со значениями прямизны - кривизны в древних славянских языках // Старобългаристика. 1990. № 1. С. 91-105.
10. Цейтлин Р. М. Сравнительная лексикология славянских языков Х/Х1-Х1У/ХУ вв. М.: Наука, 1996. 232 с.
11. Ягунова Е. В., Пивоварова Л. М. От коллокаций к конструкциям // Русский язык: конструкционные и лексико-семантические подходы / Отв. ред. С. С. Сай. СПб., 2011. (Acta linguistica Petropolitana; Тр. ИЛИ РАН / Отв. ред. Н. Н. Казанский).
12. Leeuwen-Turnovcova I. Rechts und Links in Europa. Berlin, 1990. 280 S.
13. Leeuwen-Turnovcova I. Krumm und Drehen im Kulturparadigma der Ordnung // Znakolog. 1991. No. 3. S. 131-166.
14. Leeuwen-Turnovcova I. Warum ist das Recht gerade? // Zeitshrift fur slavische Philologie. 1992. No. 51. S. 52-73.
15. Список словарей и картотек
16. Бирих А. К., Мокиенко В. М., Степанова Л. И. Словарь фразеологических синонимов русского языка / Под ред. В. М. Мокиенко. М.: АСТ-пресс Книга, 2009.
17. Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4 т. 4-е изд., стереотип. М.: Рус. яз.: Медиа, 2007.
18. КДРС - Картотека древнерусского словаря (Институт русского языка им. В. В. Виноградова).
19. КСОРЯ - Картотека «Словаря обиходного русского языка Московской Руси XVI-XVII вв.» (СПбГУ, Межкафедральный словарный кабинет им. проф. Б. А. Ларина).
20. Мокиенко В. М. Словарь сравнений русского языка. СПб.: Норинт, 2003.
21. ПОС - Псковский областной словарь с историческими данными. Т. 1-26. Л.; СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 1967-.
22. СлРЯ - Словарь русского языка XI-XVII вв. Т. 1-30. М.: Наука, 1975-.
23. СОРЯ - Словарь обиходного русского языка Московской Руси XVI-XVII вв. Т. 1-7. СПб.: Наука. 2004-.
24. СРНГ - Словарь русских народных говоров. Т. 1-43. Л., СПб.: Наука. 1965-.
25. СРЯ 18 в. - Словарь русского языка XVIII века. Т. 1-20. Л.; СПб.: Наука, 1984-.
26. Русская фразеология - Бирих А. К., Мокиенко В. М., Степанова Л. И. Русская фразеология: Историко-этимологический словарь. М.: АСТ: Астрель, 2005.
Список источников
1. Аз. пов. - Орлов А. Исторические и поэтические повести об Азове. Тексты. М., 1906.
2. АМГ - Акты Московского государства. СПб.: Изд-во Академии наук, 18901901.
3. Арх. Гамеля - Собрание Гамеля // ЛОИИ. Ф. Г75.
4. Арх. Стр. - Архив П. М. Строева. Пг., 1915, 1917 // РИБ. Т. 32, 35.
5. АФЗХ - Акты феодального землевладения и хозяйства Х1У-ХУ1 вв. / Подгот. к печати Л. В. Черепнин, А. А. Зимин. Ч. 1-11. М., 1951-1956.
6. АХУ I - Акты Холмогорской и Устюжской епархиий. Ч. 1. (РИБ. Т. 12). СПб., 1890.
7. В-К III - Вести-Куранты 1645-1646, 1648 гг. / Изд. подгот. Н. И. Тарабасова,
8. Г. Демьянов; под ред. С. И. Коткова. М., 1980.
9. Выходы ц. в. к. - Выходы государей царей и великих князей Михаила Феодо- ровича, Алексея Михайловича, Федора Алексеевича всея Русии самодержцев (1632-1682 гг.) / Сообщ. П. М. Строев. М., 1844.
10. Гр. Наз. с толк. Ник. Ир. - 16 слов Григория Богослова с толкованиями Никиты Ираклийского // ГИМ. Син. № 954. Л. 1-213 [XIV в.].
11. ДАИ - Дополнения к Актам историческим, собр. и изд. Археограф. комиссией. Т. 2-12. СПб., 1846-1875.
12. Кн. Б. Чертежу (С) - Книга Большому Чертежу / Подгот. к печати и ред. К. Б. Сербиной. М.; Л., 1950.
13. Кн. расх. куш. Андр. - Расходная книга Патриаршего приказа кушаньям, подававшимся патриарху Адриану и разного чина лицам с сентября 1698 по август 1699 г. / Под ред. А. А. Титова. СПб., 1890.