Таким образом, социальные и биосоциальные роли женщины могут меняться по социальным или естественным, в том числе возрастным причинам, чаще всего они сочетаются друг с другом. Но биологическая сущность женщины остаётся неизменной от рождения до смерти. И лишь в тех случаях, которые связаны с её репродуктивной функцией, мы обращаемся к её сущности как женщины.
Общаясь с женщиной, в большинстве случаев на первое место мы (за исключением крайних, открытых сексистов) ставим её социальные или биосоциальные роли. В первом случае в настоящее время биологические особенности её организма должны быть исключены из процедуры общения. Хотя и здесь возможны исключения. Ясно, что с физически трудной работой женщины не смогут справиться. Например, на космической станции для женщин-космонавтов должны быть специальные условия. В случае общения с женщиной, которая в данный момент осуществляет свои биосоциальные роли (ранее названные роли матери, возлюбленной и т.д.) должны учитываться её биологическая сущность и социальная составляющая её личности. постмодернист социальный гендерный мужчина женщина
Однако женщина одновременно и человек, и как человек, она имеет не только биологическую, но и биосоциальную сущность. Составная «био-» в данном определении не сводится ни у женщины, ни у мужчины к репродуктивной функции, хотя и включает её. Человек - это феномен реальности, который имеет биологическую морфологию, физиологию и психологию Вообще, конечно, понятия «морфология», «физиология» и «психология» являются названиями наук, но их традиционно используют и для названия изучаемых этими науками объектов. Правильнее было бы говорить «морфика», «физика» и «психика»., и одновременно социальные черты. Он обладает сознанием, самосознанием, развитым мышлением, нравственностью и способностью к творческому труду. Если биологическая сущность у мужчины и женщины различна и согласно ей эти два пола выступают как две противоположности, то биосоциальная сущность у них едина. Отметим, что не следует отождествлять биосоциальную сущность и биосоциальные роли человека, о которых говорилось ранее и которые различны для мужчины и женщины. Более подробно о биосоциальной сущности человека говорить не будем, поскольку о ней написано много.
Очень популярны высказывания феминистов, и в целом социальных конструктивистов, обращающие внимание на то, что общество навязывает женщинам и мужчинам гендерные роли, которые те вынуждены исполнять, чтобы не подвергаться осуждению окружающих. Например, М. Киммел цитирует американского биолога Рут Хаббард: «Если общество одевает половину своих детей в короткие юбки и не велит им двигаться так, чтобы были видны трусики, а другую половину - в джинсы и комбинезон, поддерживая их желание лазать на деревья, играть в мяч и другие активные дворовые игры; если позже, в юности, детей, которые носили брюки, убеждают, что “растущему мальчишке надо много есть”, в то время как дети в юбках предупреждены, что надо следить за весом и не толстеть; если половина в джинсах бегает в кроссовках или ботинках, в то время как половина в юбках ковыляет на шпильках, то эти две группы людей будут отличаться не только социально, но и биологически» [цит. по: 9, с. 78]. И это действительно так. Всё это - примеры воздействия социального на биологическое, приводящее к некоторому искажению («корректировке», согласно господствующим представлениям) биологического, но не отменяющего биологической сущности пола. Биологическая (морфологическая) сущность может изменяться (но не отрицаться) только при операциях по смене пола, очень редким, но по большей части исправляющим «ошибки природы», когда естественная психология не сочетается, или противостоит естественной физиологии и анатомии. Но и это не отменяет естественности (несоциальности) пола.
Кроме того, не надо впадать в крайности, утверждать, что все особенности воспитания мальчиков и девочек лишние, а потому им нужны одинаковые методы воспитания. Есть сферы, где требуются особые способы воспитания. Для девочек это необходимо тогда, когда их готовят к будущему материнству. Предвосхищая возражения некоторых феминисток и представителей течения чайлд-фри, уточню - возможному материнству.
Развивая мысль о том, что гендер исключительно навязан человеку господствующими культурными представлениями, Дж. Батлер утверждает: «Не только не существует причинно-следственной связи между полом и гендером, но само слово “пол” является неправильным употреблением термина, и биологическая действительность, которую мы называем полом, сама есть исторический конструкт и на самом деле является политической категорией» [4, с. 302]. Е.Б. Хитрук на основании этого высказывания делает вывод: «Поэтому на самом деле мы имеем дело не с “натуральным полом”, а с “натурализацией пола”, которая представляет собой лишь один из способов навязывания гендерной идентичности» [14, с. 145-146].
Здесь, на мой взгляд, авторы переходят границу меры: описывая навязывание обществом гендерных ролей (что действительно существует), они приходят к отрицанию биологической сущности пола.
Хитрук описывает различные стратегии «денатурализации» обоих полов. Рассмотрим кратко стратегии «денатурализации» женского пола. К таким стратегиям она относит «когнитивную», которая «разоблачает» традиционные установки о половых различиях, включающие в себя андроцентризм, биологический эссенциализм, гендерную поляризацию, обосновывающие и конструирующие тем самым социальное неравенство [13, с. 22]. На мой же взгляд, эти установки не конструируют неравенство, которое и без них реально существует, а в первую очередь оправдывают его теоретически. И уже во вторую очередь сохраняют и поддерживают его. Неравенство имеет тысячелетнюю традицию и естественную предпосылку, выражающуюся в том, что мы произошли от животных, в которых самцы играли ведущую роль.
Следующая стратегия в списке Хитрук - «концепция гендерного пересечения». Утверждается, что в её рамках «формирование гендерной идентичности рассматривается не в контексте проявления и осознания физиологической сущности, а в контексте свободы выбора, как одного из самых важных и необходимых атрибутов человеческого существования» [14, с. 24]. Здесь следует уточнить, что традиционно под гендерным пересечением понимается пересечение гендерных ролей с ролями, обусловленными принадлежностью к расе, этносу, социальному классу и прочим большим или меньшим группам. Например,
С.С. Бабаян пишет: «Гендерные стереотипы соотносятся с реальной стратификацией общества и пересекаются с этническими особенностями, возрастом, образованием, социальным статусом, условиями жизни и т. д.» [1]. С точки зрения Хитрук, пересечение гендерных ролей - это их смена на противоположные роли, которые человек свободен выбирать сам.
В качестве примера такой свободы выбора Е.Б. Хитрук приводит историю Дейдры Макклоски, которая, будучи от рождения мужчиной, ощущала себя женщиной и в 52 года стала ею [13]. То есть, Макклоски выбрала гендер по своему желанию. Думается, всё же, что в основе решения сменить пол в данном случае лежит не гендерная, а половая принадлежность, как понимал её этот индивид. Ведь авторы данного направления говорят, что гендер навязан обществом, а когда человек ставит не задачу выбрать гендер по своему желанию, что можно сделать (и часто делается) без смены пола, а сменить именно биологический пол, он тем самым ставит свой желанный пол на первое место по отношению к гендерным ролям.
Конечно, можно порадоваться тому, что Дейдра Макклоски смогла осуществить своё желание в наше, достаточно цивилизованное, но во многом ещё консервативное время.
Здесь следует обратиться к некоторым другим понятиям, вошедшим в современную научную литературу. Понятие «транссексуализм» (М. Хиршфельд, Д. Коулдвелл, Г. Бенджамин) отражает психологическое ощущение принадлежности к другому полу. Понятия «гендер» и «гендерная роль», введённые Дж. Мани, призваны разграничить принадлежность к биологическому полу и психологическое ощущение принадлежности к полу. Позднее Мани ввёл ещё одно разграничение, добавив термин «гендерная идентичность»: «Гендерная идентичность является личным ощущением гендерной роли, и гендерная роль является публичным выражением гендерной идентичности» [17]. Ещё одно распространённое понятие «гендерная дисфория» обозначает неприятие данного от рождения тела (пола). Я. Кирей-Ситникова обращает внимание на то, что это понятие в 5-й версии «Диагностического и статистического руководства по психическим расстройствам (DSM)» признаётся патологией. Она же считает, что это всего лишь «гендерная вариативность» [10, с. 14-15]. Поэтому исследователь уточняет, что в своей монографии она отказывается от медицинской терминологии и оставляет лишь понятие «трансгендерность». В самом общем понимании трансгендерность - это несоответствие между биологическим полом и гендерной идентичностью. Наверное, нужно добавить, что в основе этого несоответствия лежит несоответствие между морфологией пола и его психологическим осознанием, а причиной этого несоответствия являются некоторые естественные особенности человека и, возможно, в ряде случаев внушённые со стороны представления.
Я. Кирей-Ситникова пишет, что в современном обществе цисгендерность считается нормой, а трансгендерность - отклонением от нормы. Всё это тяжело переносится людьми, имеющими трансгендерные ощущения: «Наличие циснормативных убеждений... широко встречается у трансгендерных людей с вытекающей из наличия таких убеждений внутренней трансфобией» [Там же, с. 15]. Такую циснормативность, по её мнению, следует искоренять. На мой же взгляд, искоренять надо не циснормативность, а различные проявления ксенофобии, в том числе, ксенофобию по отношению к трансгендерам, и одновременно помогать трансгендерам преодолевать свою «внутреннюю трансфобию».
Хочется сказать несколько слов в защиту понятия «норма», которое всё больше размывается как побочное следствие борьбы за права различных групп населения, в чём-то отличных от основной массы людей. Борьба за равные права - это прогрессивное движение современной цивилизации, которое надо всячески приветствовать. Но расширение представлений о сексуальной норме, посредством включения в неё гомосексуалов и трансгендеров, неизбежно, согласно диалектическому закону перехода количественных изменений в качественные, приведёт к уничтожению самого понятия «норма». А оно человечеству пока нужно. Вспомним, хотя бы, нормы права, нормы нравственности и т.п. В медицине также есть чёткие договорённости, какие параметры (температуры, давления и прочих показаний) считать нормальными («от и до»), а какие - нарушением нормы. Хотя цифры этих параметров могут меняться, но представление о наличии нормы и её нарушений остаются неизменными.
Я не случайно в предыдущем абзаце уточнила, что речь здесь идёт лишь о сексуальной норме. Думаю, что практически каждый человек, имея большинство нормальных характеристик, обладает различными отклонениями. Например, плохо видит или слышит, имеет инвалидность, отклонения в весе и росте, психические особенности и прочее. И всё это, за исключением антиобщественного поведения, не должно вызывать осуждения и быть основанием для дискриминации. Более того, некоторые отклонения от нормы могут приветствоваться обществом. Например, необычные способности детей-вундеркиндов, повышенная переносимость вредных воздействий окружающей среды и т.д.
Да, действительно, мы всегда сверяем своё поведение с принятыми нормами, потому что живём в обществе, которое иногда называют «человеческим общежитием». Давайте задумаемся над тем, почему об одних собственных отклонениях от норм мы спокойно говорим окружающим, иногда даже с охотой, рассчитывая на сочувствие или помощь, а о других предпочитаем молчать. Имеются в виду психические заболевания и сексуальные отклонения. У меня есть некоторые предположения о причинах этого. Думаю, что к психическим отклонениям люди относятся настороженно потому, что обладатели ряда таких отклонений способны к девиантному поведению, что представляет некоторую опасность для общественного порядка. Хотя абсолютное большинство преступлений совершаются людьми с нормальной психикой. Что касается сексуальных отклонений, то одна из причин, на мой взгляд, заключается в том, что в обществе на протяжении тысячелетий существовало табу на открытое обсуждение всего, что касается секса. Мы видим, что в последнее время это табу всё больше ослабевает, особенно на Западе, где многие известные люди совершили каминг-аут. В скором времени так будет и у нас. Но есть и другая, более глубокая причина негативного отношения к гомосексуалам. Дело в том, что в основе такого отношения лежит неприязнь к ним на инстинктивном уровне, которую нам привила природа, «ставящая цель» сохранения у человека репродуктивной функции. Изменить такое отношение можно только с помощью пропаганды толерантности и воспитания.
Что касается Дейдры Макклоски, которая в 52 года стала женщиной, то это, на мой взгляд, не «вопреки биологической данности», как считает Е.Б. Хитрук [13], а именно благодаря ей. Он не сам придумал, что ему хочется быть женщиной, а что-то (учёные биологи, медики и психологи лучше это объяснят) толкало его на такой шаг. Это трагедия человека, которому приходится противостоять одновременно и биологической природе, «наградившей» человека мужским телом и женской психикой, и обществу, которое в большинстве своём не принимает права на смену пола, считает это недопустимой аномалией. Это и в самом деле биологическая аномалия, но в социальной действительности человек имеет право на смену пола, а общество не должно его за это осуждать. Однако такие ситуации - крайняя редкость и человек уже в детском возрасте сам способен осознать психологическое несоответствие с биологическим полом, если оно возникнет. При условии, если он растёт в семье, где приняты доверительные отношения, он поделится этим с родителями, которые проконсультируются с психологами, врачами и примут решение, как ему помочь.
Когда же на уроках в школе начинают продвигать идею о том, что человек сам должен выбирать свой пол (сведения о таком есть), то это может нанести огромный вред детям, которые до этого даже не задумывались о своей половой принадлежности, понимая (совершенно правильно), что это само собой разумеется. Теперь же они могут начать сомневаться, кому-то покажется, что он находится в неправильном теле и т.д. Может дойти до того, что человек поймёт необоснованность своих предположений, когда уже хирургически сменит пол, а вернуться назад уже будет нельзя. То есть, тему половой принадлежности ребёнка следует обсуждать только в том случае, если сам ребёнок начнёт реально в ней сомневаться.
На мой взгляд, само по себе выделение только двух подходов к проблемам пола неверно. Например, Е.Б. Хитрук называет две парадигмы: «классическую метафизическую», порождающую эссенциализм и натурализацию пола, и постметафизическую, способную осуществить его денатурализацию [14, с. 19 и далее]. Это и есть дуализм, который Хитрук критикует, когда говорит о бинарных оппозициях как об устаревшем подходе классической философии [Там же, с. 273]. Думается всё же, что диалектика (если не понимать её упрощённо, как только признание этих оппозиций) никогда не устареет. Естественное (синонимы: «природное», «натуральное») и социальное являются диалектическими противоположностями, которые не только исключают друг друга, но и взаимопроникают друг в друга и взаимодополняют друг друга. Следовательно, логично предположить, что возможен (более того, необходим) третий подход, который учитывает как естественные, так и социальные составляющие половой дифференциации.