Для раскрытия содержания данного условия применения негаторного иска стоит привести пример. Им может быть положение п. 1 информационного письма Президиума ВАС РФ от 15 января 2013 г. № 153, где сказано, что требование о демонтаже торгового прилавка с оборудованием, установленного в холле нежилого здания, квалифицировано судом как негаторный иск. При рассмотрении дела судом было установлено, что по окончании детской ярмарки, которая проводилась в холле на первом этаже здания центра детского творчества, все продавцы - участники ярмарки, кроме ответчика, демонтировали свои прилавки, что и послужило причиной обращения истца в суд. Несмотря на административный штраф, наложенный за нарушение правил организации деятельности по продаже товаров на розничных рынках, предприниматель торговую деятельность не прекратил и продолжает деятельность более трех с половиной лет. Интерес истца в обращении в суд с требованием о демонтаже прилавка заключается в том, чтобы демонтаж осуществлялся не за его счет, а за счет ответчика, с использованием механизма государственного принуждения. Судом требование было удовлетворено.
8. Носит реальный характер. Негаторный иск предъявляется, когда собственнику создаются помехи в нормальном использовании своей вещи. При этом нарушение должно носить реальный характер, а не быть надуманным.
Сложность вызывает решение вопроса о том, насколько реальна помеха в пользовании вещью, или эти действия ответчика не создают помеху, а просто нежелательны для собственника. Оценка реальности помехи в пользовании вещью не может быть нормативно регламентирована, а должна производиться судом в каждом конкретном случае исходя из обстоятельств дела.
Судебная практика исходит из того, что негаторное требование подлежит удовлетворению при доказанности того, что препятствия в осуществлении субъективного права имеют реальный характер См.: определения ВАС РФ от 30.09.2010 № ВАС-12819/10 по делу № А60-45673/2009- С12, от 20.03.2013 № ВАС-3442/13 по делу № А03-12999/2012; постановления АС Во-сточно-Сибирского округа от 25.06.2015 № Ф02-2571/2015 по делу № А19-20457/2012, АС Северо-Западного округа от 12.07.2017 № Ф07-5943/2017 по делу № А21-5169/2016, от 12.09.2017 № Ф07-9671/2017 по делу № А42-8682/2016, ФАС Северо-Кавказского округа от 30.09.2004 № Ф08-3831/04, от 09.01.2008 № Ф08-8546/07, фАс Уральского округа от 10.12.2008 № Ф09-9210/08-С6; апелляционные определения Кемеровского областного суда от 23.05.2017 по делу № 33-5499/2017, Московского областного суда от 30.04.2014 по делу № 33-9722, Санкт-Петербургского городского суда от 15.12.2016 № 33-25201/2016 по делу № 2-4921/2016.. Конечно, в практике арбитражных судов предпринимались попытки фиксации иных условий, помимо реальности, но они не нашли широкой поддержки. Так, ФАС Западно-Сибирского округа в постановлении от 31 августа 2009 г. № Ф04- 5245/2009(18768-А45-45) указал, что способы защиты по негаторному требованию должны быть разумными и соразмерными, а нарушение должно затрагивать право на имущество не косвенно, а непосредственно.
В качестве критерия, позволяющего определить мнимость или реальность нарушения, предложено устанавливать возможность использования истцом своей вещи альтернативным путем, при котором затруднения, вызванные действиями ответчика, были бы незаметны. Правовое основание такого разграничения реальности и мнимости нарушения состоит в ссылке на п. 1 ст. 1 ГК РФ, где закреплены такие основополагающие идеи, как равенство участников гражданских отношений, недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимость беспрепятственного осуществления гражданских прав.
Примерно из такого же критерия исходят в своей практике и другие арбитражные суды кассационной инстанции. Скажем, ФАС Московского округа в постановлении от 16 октября 2008 № КГ-А40/9491-08-А указал, что суд первой инстанции обоснованно отказал в иске об устранении препятствий в пользовании имуществом путем сноса заграждения, установленного в арке между двумя секциями многоквартирного дома, поскольку проезд, где установлено заграждение, не является единственным проездом в помещение гаража, принадлежащего истцу, что исключает необходимость обременения прав собственника земельного участка, на котором расположен объект.
В судебной практике можно встретить и более яркие примеры, когда нарушение явно носит мнимый характер. Так, в постановлении Президиума ВАС РФ от 7 августа 2001 г. № 760/01 по делу № 6440/99-19 сказано, что отсутствие у лица необходимых материальных средств для того, чтобы выгородить выделенный ему участок и оборудовать собственную проходную, не может по смыслу ст. 304 ГК РФ служить основанием для возложения на другое лицо обязанности предоставить первому право пользования частью земельного участка последнего.
При решении вопроса о реальности причиняемых собственнику помех следует обратить внимание на критерии обоснованности негаторного притязания, предложенные А.В. Люшнёй. Он полагает, что при решении данного вопроса необходимо руководствоваться следующими критериями. Во-первых, соотнесение конфликтной ситуации с обстоятельствами. Например, жители мегаполисов должны терпеть шум, дым, мусор, который их окружает в большем количестве, нежели жителей безлюдных местностей.
Во-вторых, первичность. В соответствии с принципом prior in tempus potior in jus (первый по времени сильнее по праву) субъект, первым начавший осуществление какой-либо деятельности, которая впоследствии не понравилась иному лицу, имеет иммунитет в продолжении своих действий. Однако это правило не должно применяться, если прекращение помех возможно без особых затрат или вообще без таковых, а также если причиной обращения истца за защитой стало увеличение уровня помех.
В-третьих, разумность. Данное понятие трудно определить четко и однозначно. В законодательстве многих европейских стран есть только общие положения, раскрывающие суть этого понятия (ст. 844 ГК Италии, § 906 ГГУ, ст. 143 Закона «О вещном праве» Эстонии). Исходя из этих норм, разумность должна соотноситься с обычной человеческой жизнедеятельностью, местными обстоятельствами, необходимостью. Отсюда следует, что суд должен принимать во внимание не только права пострадавшего собственника, но и действия нарушителя.
В-четвертых, баланс интересов. Удовлетворение негаторного иска только лишь по одному факту причинения помех вряд ли оправданно. В условиях современной жизни те или иные помехи являются неизбежностью. При принятии решения о запрете определенной деятельности суду следует принять во внимание не только интерес потерпевшей стороны в ее прекращении, но и интерес другой стороны в продолжении своих занятий. Возможно, запрет спорной деятельности в большей степени нанесет ущерб положению правонарушителя, нежели защитит права собственника.
В-пятых, необходимо также учитывать уровень вредного воздействия. Основанием для запрета помех должно являться только такое воздействие, которое превышает обычно допустимые нормы (обычная допустимость зачастую устанавливается непосредственно судом в процессе анализа разумности, местных обстоятельств, обычаев применительно к каждому конкретному спору) [5. C. 148-149].
В судебной практике встречаются курьезные ситуации с определением реальности или мнимости нарушения. Так, в постановлении от 6 июля 2006 г. № Ф08-2980/06 ФАС Северо-Кавказского округа суд пришел к выводу, что попадание дождевой воды в помещение истца вследствие состояния крыши здания, принадлежащего ответчику, не является основанием для удовлетворения негаторного иска.
Долгое время не могли служить основанием для удовлетворения негаторного иска действия, которые хотя бы и чинили препятствия истцу, но с которыми он в свое время согласился. Так, в постановлении ФАС ЗападноСибирского округа от 9 марта 2006 г. № А43-5426/2005-12-166 суд отказал в удовлетворении негаторного иска, так как установил, что истец, заключая договор купли-продажи станции, знал о возведении административного здания вплотную к приобретаемому им объекту, в том числе и о наличии строящихся конструкций, нависающих над крышей станции и кирпичной вставки.
Ситуация по таким категориям дел изменилась с принятием постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 29 апреля 2010 г. № 10/22. В нем в п. 48 говорится, что отсутствие возражений предыдущего собственника имущества против нарушений права собственности, не связанных с лишением владения, само по себе не может являться основанием для отказа в удовлетворении иска нового собственника об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения.
удовлетворение негаторный иск
Литература
1. Суханов Е.А. Вещное право: научно-познавательный очерк. М.: Статут, 2017. 560 с.
2. Усачева К.А. Негаторный иск в исторической и сравнительно-правовой перспективе // Вестник гражданского права. 2013. № 6. С. 84-130.
3. Краснова С.А. Система способов защиты вещных прав. М.: ИНФРА-М, 2013. 148 с.
4. Muller K. Sachenrecht. Kцln: Carl Heymanns Verlag KG, 1997. 1087 S.
5. Люшня А.В. Защитные возможности негаторного иска // Закон. 2007. № 2. С. 141-150.
6. Скловский К. Защита права собственности и других вещных прав: вопросы практики // Хозяйство и право. 2010. № 8. С. 3-15.
7. Ерохова М.А., Усачева К.А. Комментарий к Обзору судебной практики по некоторым вопросам защиты прав собственника от нарушений, не связанных с лишением владения // Вестник ВАС РФ. 2013. № 8. С. 90-116.
8. Baur F., Stьmer R. Sachenrecht. Mьnchen: C.H. Beck, 2009. 1086 S.
9. Picker E. Der negatorische Beseitigungsanspruch. Bonn: Rцhrscheid. 1972. 184 S.
10. Podshivalov T. Protection of Property Rights Based on the Doctrine of Piercing the Corporate Veil in the Russian Case Law // Russian Law Journal. 2018. Vol 6, № 2. P. 39-72.
11. Скловский К.И. Применение законодательства о собственности. Трудные вопросы. М.: Статут, 2016. 365 с.
References
1. Sukhanov, E.A. (2017) Veshchnoepravo [Property law]. Moscow: Statut.
2. Usacheva, K.A. (2013) Negatornyy isk v istoricheskoy i sravnitel'no-pravovoy perspektive [Actio negatoria in the historical and comparative legal perspective]. Vestnik gra- zhdanskogo prava - Civil Law Review. 6. pp. 84-130.
3. Krasnova, S.A. (2013) Sistema sposobov zashchity veshchnykh prav [A system of ways to protect property rights]. Moscow: INFRA-M.
4. Muller, K. (1997) Sachenrecht. Cologne: Carl Heymanns Verlag KG.
5. Lyushnya, A.V. (2007) Zashchitnye vozmozhnosti negatornogo iska [Protective capabilities of a nugatory action]. Zakon. 2. pp. 141-150.
6. Sklovskiy, K. (2010) Zashchita prava sobstvennosti i drugikh veshchnykh prav: voprosy praktiki [Protection of property rights and other material rights: issues of practice]. Khozyaystvo i pravo - Business and Law. 8. pp. 3-15.
7. Erokhova, M.A. & Usacheva, K.A. (2013) Kommentariy k Obzoru sudebnoy praktiki po nekotorym voprosam zashchity prav sobstvennika ot narusheniy, ne svyazannykh s lisheniem vladeniya [Commentary on the Review of Judicial Practice on some issues of protecting the rights of the owner from violations not related to deprivation of possession]. Vestnik VASRF. 8. pp. 90-116.
8. Baur, F. & Stьmer, R. (2009) Sachenrecht. Munich: C.H. Beck.
9. Picker, E. (1972) Der negatorische Beseitigungsanspruch. Bonn: Rцhrscheid.
10. Podshivalov, T. (2018) Protection of Property Rights Based on the Doctrine of Piercing the Corporate Veil in the Russian Case Law. Russian Law Journal. 6(2). pp. 39-72. DOI: 10.17589/2309-8678-2018-6-2-39-72
11. Sklovsky, K.I. (2016) Primenenie zakonodatel'stva o sobstvennosti. Trudnye voprosy [Application of property law. Difficult questions]. Moscow: Statut.