Углубление продовольственного кризиса в годы Первой мировой войны (на примере Тверской губернии)
Алексей Евгеньевич Андреев
Аннотация
Анализируется деятельность тверских губернских учреждений по противодействию продовольственному кризису в годы Первой мировой войны. В связи с условиями военного времени сфера деятельности губернских учреждений значительно расширилась. Продовольственный вопрос занимал первостепенное значение, поскольку затрагивал каждого жителя губернии. Сделаны выводы об удовлетворительном состоянии продовольственного обеспечения, но низкой эффективности обязательных постановлений и иных инструментов административного регулирования обеспечения населения продуктами.
Ключевые слова: Первая мировая война, губернатор Н.Г. Бюнтинг, губернские учреждения, военные округа, земство, продовольственный кризис
Deepening of the food crisis in the years of the First World War (on the example of the Tver province) тверской губернский продовольственный
Alexey E. Andreev
Abstract
The purpose of the research is to study the activities of the Tver provincial institutions to counter the food crisis during the First World War. In order to achieve the objectives, it is necessary to analyze all existing source types available to the researcher.
The first group of sources is represented by unpublished records of administrative institutions studied in the State Archive of the Tver Region (SATR), among which are the funds of the Governor 's Office, the Tver Provincial for Military Duty of Presence, the Personal Fund of N. G. Bunting (the Tver Governor from 1906 to 1917).
Published sources include a number of documentary publications. In documentary collections "Tver province in the 20th century. Documents and materials" there are archival documents related to the formation and activities of provincial institutions. In the collection "Tver Province during World War I. 1914-1918" the documents on the organization of assistance to the front, placement of wounded soldiers and troops arriving in the province, including a part of the orders and mandatory orders of the Governor, have been systematized.
At the turn of the 19th-XX centuries there were a number of periodicals in the Tver province. The first of these was an official newspaper of the provincial administration "Tver Province Gazette" published since January 1839 until 1917 under the authority of the Tver Provincial Board. The newspaper published information on culture, economy, social life of the province, works on reconstruction of the water pipeline in Tver, construction of a bridge over the Volga River, measures to combat cholera, etc.
The methodological basis of the study is the principle of historism in the integrated study of local administrative institutions of the Tver Province, the principles of objectivity and science in the study of documents, as well as historical determinism, which results in the establishment of a sequence of development of causal relations of events.
The provision of food to the population in the context of World War I was a priority. The war that began not only caused numerous problems related to the supply of the army and the rear, but also caused a reform of the food system, although the latter was implemented late. The attempt to emerge from the food crisis through increased administrative influence failed in wartime conditions. It can be assumed that the food crisis had a significant impact on the approach of the February Revolution of 1917, as it formed an attitude towards power, as being unable to support the population and solve the most important tasks to the institution.
Keywords: The First World War, Governor N.G. Bunting, provincial institutions, military districts, zemstvo, food crisis
Российская империя готовилась к Первой мировой войне заблаговременно. Из расшифрованной секретной телеграммы министра внутренних дел, полученной Тверским Губернатором 14 июля 1914 г. в 1 час дня из Петербурга известно, что Высочайше утвержденным 13 июля постановлением Совета министров было введено в действие положение о подготовительном к войне периоде.
Тверской губернатор Н.Г. Бюнтинг предпринял немедленные действия по подготовке к войне, проинформировав подчиненные ему учреждения о поставленных перед ними задачах уже 17 июля. Из рапорта корчев- ского уездного исправника следует, что ".. .по получении телеграммы о мобилизации 17 июля, в назначенный по мобилизационному расписанию срок были оповещены чины полиции, земские начальники и учетные учреждения, а также все прочие учреждения и должностные лица о призыве запасных, и закрыта во всем уезде торговля спиртными напитками. С 6 часов утра 18 июля начали прибывать запасные на сборный пункт, при котором в помещении городского женского училища было открыто и заседание воинского присутствия. На следующий день к вечеру явка партиями была закончена. Большинство запасных были размещены в отведенных городом помещениях, частью же по частным квартирам" [1. Л. 159-160].
Российская империя вступила в войну 19 июля 1914 г. Уже на следующий день император Николай II подписал "Манифест о приведении армии и флота в военное положение" [2. С. 1]. Начало Первой мировой войны в Тверской губернии, как, впрочем, и во всей России, ознаменовалось подъемом патриотических чувств, в соборах и храмах прошли службы за победу России, которые нередко заканчивались митингами. Уездные исправники докладывали об использовании на митингах и проводах призывников национальных флагов, пении гимна, патриотическом подъеме.
Тверская губерния с 24 июля 1914 г. была объявлена на положении чрезвычайной охраны [3. С. 1], при этом губернатор получил право запрещать любые народные, общественные и частные собрания, распоряжаться о закрытии торговых или промышленных заведений. На основании его распоряжения могли арестовать на срок до одного месяца любого жителя лишь по подозрению в причастности к преступному сообществу. Министерство внутренних дел предоставило право высылать за пределы Тверской губернии политически неблагонадежных лиц. Нарушители обязательных постановлений подвергались административной ответственности.
Все губернии, области, округа или отдельные населенные местности, "входившие в район театра военных действий и имеющие особо важное значение для интересов государственных или специально военных", объявлялись на военном положении [4. С. 75]. Управление губернией было разделено на гражданскую и военную сферы, а часть западных и северо-западных уездов оказалась под юрисдикцией командующих прифронтовыми военными округами. До начала Первой мировой войны все уезды Тверской губернии подчинялись Московскому военному округу. С приближением фронта к центру Российской империи 12 уездов Тверской губернии к октябрю 1915 г. были объявлены на военном положении и переподчинены следующим военным округам:
1. Осташковский уезд -Двинскому военному округу.
2. Зубцовский, Новоторжский, Ржевский и Стариц- кий уезды - Минскому военному округу.
3. Бежецкий, Весьегонский, Вышневолоцкий, Ка- лязинский, Кашинский - Петроградскому военному округу.
4. Тверь и уезды Тверской и Корчевский - Московскому военному округу [5. Л. 18].
Постановления командующих военными округами распространялись на жителей указанных уездов, что означало двойное обязательное подчинение - губернаторской власти и военному ведомству. При приближении линии фронта к властным полномочиям местной администрации и военных округов добавлялась юрисдикция командующих фронтами: "Все части войск, управления и учреждения, расположенные ныне в присоединяемых уездах, остаются в подчинении тех главных начальников округов, в ведении коих они состояли до этого присоединения, имея в виду, что часть войск и управления Московского округа будут в течение месяца выведены из пределов присоединяемых уездов. В указанных новых пределах военные округа театра войны распределяются между фронтами следующим образом: Минский и Двинский подчиняются главнокомандующему армиями Северного фронта, Минский округ главнокомандующему Западного фронта, Киевский округ главнокомандующему армиями ЮгоЗападного фронта" [Там же. Л. 10].
Например, к Северному фронту в сентябре 1915 г. относились Осташковский, Вышневолоцкий, Бежецкий, Весьегонский, Кашинский и Калязинский уезды [6. С. 1]. Это влекло весьма существенные управленческие трудности, в общем характерные для империи в рассматриваемый период.
Командующие фронтами также имели право издавать обязательные постановления. Например, для Осташковского уезда 2 декабря 1915 г. были запрещены почтовые, телеграфные и телефонные сношения на немецком языке, выпуск на немецком языке периодических изданий. За умышленное повреждение средств связи виновные подлежали наказанию по законам военного времени [7. С. 1].
Несмотря на пересечение нескольких форм власти на некоторых территориях Тверской губернии в рассматриваемый период, наибольшими полномочиями и ответственностью обладали губернатор и аппарат МВД. На основании правил о местностях, объявленных состоящими на военном положении и в состоянии чрезвычайной охраны, тверской губернатор Н.Г. Бюнтинг издавал обязательные постановления. Многие из них носили ограничительный характер. Издавая их, власть пыталась регулировать положение в сфере, которая затрагивалась постановлением, зачастую не принимая других мер. Например, были запрещены торговые действия с военным снаряжением [8. С. 1], вывоз химических реактивов [9. С. 1], скупка серебряных и медных монет [10. С. 1]. Виновные в нарушении вышеперечисленных обязательных постановлений подвергались в административном порядке штрафу до 3 000 руб. или заключению в тюрьме до трех месяцев.
Среди многочисленных задач, поставленных перед губернской администрацией в годы Первой мировой войны, можно выделить следующие значительные разделы: забота о раненых воинах, обеспечение армии снаряжением, поддержка семей мобилизованных ратников, обустройство беженцев, контроль над военнопленными и, конечно, решение продовольственного вопроса. Попытки решения последней задачи рассмотрим более подробно, поскольку именно от него зависел уровень жизни практически всех жителей губернии.
Обеспечение населения продовольствием в условиях Первой мировой войны было одной из первоочередных задач. Начавшаяся война не только повлекла за собой многочисленные проблемы, связанные со снабжением армии и тыла, но и вызвала реформу продовольственной системы, хотя последняя реализовывалась с отставанием. Война не только забрала из крестьянских хозяйств работников, но и лишила их возможности получать необходимую агрономическую помощь, поскольку часть земского персонала призвали в качестве запасных или ратников. Оставшиеся земские служащие занимались заготовками для нужд армии, что также уменьшало агрономическую помощь населению.
В начале XX в. в числе первоочередных задач земства Тверской губернии было улучшение условий скотоводства. В годы войны этот вид деятельности прекратился. Сокращение поголовья крупного рогатого скота было вызвано неурожаем кормовых культур, потребностью в мясе со стороны тыловых учреждений и войск, возросшей потребностью в мясе в Петрограде, где находились крупные воинские соединения и тыловые учреждения. Первое сообщение о повышении цен на мясо в Тверской губернии было получено губернатором уже 29 июля 1914 г. Осташковский уездный исправник сообщал, что он обязал торговцев снизить цены до ранее существовавших [11. Л. 43, 63].
5 августа 1914 г. губернатор через "Тверские губернские ведомости" сообщал, что слухи о предстоящем отобрании у населения рогатого скота для нужд армии ложны. Сообщение содержит информацию, что в некоторых местностях губернии под влиянием этих слухов население распродавало за бесценок свой скот мясникам [12. С. 1]. Действительно, в 1914 г. реквизиций крупного рогатого скота не проводилось, а в 1915 г. в губернию активно ввозился скот беженцев из прифронтовых областей.
Неурожай 1914 г. вызвал некоторые ограничения в обеспечении скотоводческой деятельности: например, с 26 февраля 1915 г. обязательным постановлением губернатора были запрещены вывоз из Тверской губернии фуража и искусственное повышение цен на него. Все торговцы, имевшие корма для продажи, обязаны были сообщить в полицию сведения об имеющихся у них объемах [13. С. 1]. 1 ноября 1915 г. было издано обязательное постановление (по директиве командующего армиями Западного фронта), запрещавшее жителям Новоторжского, Старицкого, Ржевского и Зубцовского уездов губернии вывоз зернового фуража и сена из пределов Минского военного округа. Все подобные грузы конфисковывались [14. С. 1].
Необходимо отметить, что из всех военных округов, к которым относились уезды Тверской губернии, наиболее трудным было положение жителей, относившихся к Минскому военному округу. Все найденные сообщения о реквизициях относятся именно к уездам этого округа, наибольшее количество ограничительных обязательных постановлений, опубликованных командующими округами, также регламентировали деятельность жителей Новоторжского, Старицкого, Ржевского и Зубцовского уездов. Например, обязательное постановление "О реквизициях скота" от 1 января 1916 г. запрещало до 1 февраля продажу и увод рогатого скота именно для населения вышеперечисленных уездов [15. С. 1]. За январь у них реквизировали 12 тыс. голов крупного рогатого скота [16. С. 3]. Постановление "О реквизициях лошадей", воспрещавшее до 15 февраля 1916 г. продажу и увод лошадей [17. С. 1], также было издано для населения Минского военного округа.
Сохранились свидетельства о злоупотреблениях со стороны военных чиновников при проведении реквизиций, вследствие чего последние проводились часто и в превышающих требуемые объемы количествах. На заседании Новоторжской реквизиционной комиссии 5 января 1916 г. под председательством уездного предводителя дворянства К.В. Мошнина князь М.А. Кропоткин "...попросив слово... обрисовал тяжелое положение... Новоторжского уезда и. категорически объявил, что едва ли может быть убежден, что все жертвы, неминуемые при реквизиции, пойдут на пользу армии, так как ему ясно, и он знает из фактов, что злоупотребления интендантства приняли громадные размеры, а затем реквизированный или купленный на фронт интендантством скот и присланный сюда в голодном виде, говорит за то, что если бы не было этих злоупотреблений, то того скота было бы достаточно для прокормления армии, и тогда не нужно было бы прибегать к реквизиции, между прочим и в Новоторж- ском уезде". Кроме того, М.А. Кропоткин отметил, что ".жертвы населения огромны, в то же время чины интендантства злоупотребляют, гонят скот лучший в свои имения, а остальной, подыхающий, присылают в уезды, откуда за него другой скот от населения реквизируют" [18. Л. 2]. Предводитель дворянства согласился со сказанным и сообщил, что о тяжести реквизиции уже была направлена телеграмма в Тверь.
Мобилизация, реквизиции лошадей и крупного рогатого скота не вызывали негативной реакции основной массы населения, поскольку затрагивали не всех. Но в 1914 г. собрали низкий урожай зерновых культур, и цены на хлеб стали расти, хотя документы подтверждают рост цен и до неурожая, а просто в связи с началом войны. Например, в донесении Калязинского уездного исправника губернатору от 26 июля 1914 г. за № 1472 сообщается: "Местными торговцами призванным по мобилизации нижним чинам и их родственникам производится продажа предметов первой необходимости (белый и черный хлеб, другие товары), равно в трактирах и чайных подается чай по повышенной цене. Донеся о сем, прошу Ваше Превосходительство, не найдете ли возможность издать обязательное постановление о воспрещении торговцам повышения цен на эти предметы без всякого того основания" [19. Л. 12].