Нижегородский государственный университет им. Н.И. Лобачевского, г. Нижний Новгород
Типология и пути пленных в Византийской империи IX-XII вв.
В.А. Грозова
Аннотация
пленный римский византийский империя
Войны Византийской империи привлекают пристальное внимание многих ученых, и лишь немногие исследования сосредотачивают внимание на положении пленных - тех людей, которые в результате военных действий лишались свободы и были вынуждены находиться на вражеской территории. Установлена преемственность традиции обращения с пленными между Римской и Византийской империями. Автор предпринимает попытку типологизировать византийских пленных на основании предшествующих исследований, где критериями являются статус пленного, условия захвата, и предлагает выделить новые категории, такие как почетные пленники и перебежчики. В рамках статьи автором были рассмотрены наиболее известные сюжеты с участием пленных и установлены закономерности, которые предопределили различные условия их содержания и их дальнейшие судьбы, среди которых социальный статус пленника, его религиозная принадлежность и личное отношение правителей к пленным. Наиболее вероятными и распространенными практиками в отношении пленников были обмены и выкупы, дарование свободы и возможность ведения сельского хозяйства в отдаленных фемах, т.е. культурная ассимиляция, или служба при дворе императора в случае смены религии, либо служба в хозяйствах богатых семей и получение статуса раба. Автор приходит к выводу, что с X в. в византийском обществе наблюдается тенденция к более гуманному отношению к пленникам, и попыткам избегать массового порабощения и умерщвления тех, кто лишался свободы в результате военных столкновений. В ходе исследования удалось выявить перспективы изучения плена как части военной антропологии.
Ключевые слова: Византийская империя, плен, военные трактаты, культурная ассимиляция, почетные пленники, обмен пленными, военная антропология, арабо-византийские войны, Абу Фирас, Анемас, Самона.
Typology and ways of prisoners in the Byzantine Empire of the IX-XII centuries
Vera A. Grozova, Lobachevsky State University, Nizhniy Novgorod
Abstract
The wars of the Byzantine Empire attract the close attention of many scientists, and only a few studies focus on the situation of prisoners - people who were deprived of their freedom as a result of military actions and were forced to stay in enemy territory. The continuity of the tradition of the treatment of prisoners between the Roman and Byzantine Empires has been established. The author attempts to typologize the Byzantine prisoners based on previous studies, where the criteria were the status of the prisoner, the conditions of capture, and proposes to identify new categories, such as honorary prisoners and defectors. In the article, the author examined the most famous plots involving prisoners and established patterns that predetermined various conditions of their detention and future destinies, including social status, religious affiliation and personal attitude of the rulers to the prisoners. The most likely and widespread practices in relation to captives were exchanges and ransoms, the granting of freedom and the possibility of farming in remote femes, i.e. cultural assimilation or service at the court of the emperor in case of change of religion, or service on farms of rich families and obtaining the status of a slave.
The author concludes that since the 10th century there had been a tendency in Byzantine society towards a more humane attitude to prisoners, and attempts to avoid mass enslavement and killing of those who were deprived of their freedom as a result of military clashes. The study also revealed the prospects for studying captivity as part of military anthropology.
Keywords: Byzantine Empire, captivity, military treatises, cultural assimilation, honorary prisoners, prisoner exchange, military anthropology, Arab-Byzantine wars, Abu Firas, Anemas, Samona.
Введение
Изучение византийской истории по сей день остается популярным и перспективным направлением для гуманитарных исследований, но несмотря на уже сложившиеся как в отечественной, так и зарубежной историографии традиции изучения Византийской империи, до сих пор наука не обращалась к теме пленных, которые в результате военных кампаний теряли личную свободу и были вынуждены продолжительное время, а в некоторых случаях и пожизненно, находиться на территории Византии. Практика захвата в плен как неотъемлемая часть любой военной кампании является одним из важнейших аспектов изучения истории и военной антропологии, однако до настоящего момента в науке не было предпринято попыток систематизации существующих источниковых данных, которые с разных сторон раскрывали бы особенности византийского плена, его развитие в русле гуманистического направления, что является показателем новизны настоящей работы.
Пленение является «многофункциональной» практикой, которая позволяет узнавать стратегически важные сведения об армии и планах противника, заполучить предмет дипломатического торга, если речь идет о захвате высокопоставленных лиц, а также вывести часть задействованных войск противника из условного поля битвы. Поэтому актуальность темы плена как явления, сопровождающего любой военный конфликт, обусловлена непрекращающимися вооруженными столкновениями, происходящими на протяжении истории. Плен - это явление многомерное, затрагивающее различные государственные структуры, военные силы, уровень культурной и дипломатической коммуникации между государствами, поэтому изучение плена как одного из аспектов военной антропологии позволит исследователям расширить тематическое поле истории и антропологии войны.
Целью нашей работы является выявление определенных категорий пленных, захваченных византийскими войсками и определение возможных вариантов их дальнейших судеб в период с IX по XII вв.
Приступая к аналитической части работы, нам необходимо дать определения центральным для нас терминам. 1) Плен - это временное или в некоторых случаях пожизненное состояние ограничения свободы человека при котором он не имеет возможности покинуть место своего содержания и свободно передвигаться. В отношении людей плен может быть представлен арестом или захватом и дальнейшим содержанием под стражей или надзором. 2) Пленник или пленный - это человек, чья свобода временно или пожизненно ограничена в результате их захвата во время военных столкновений. В рамках настоящего исследования термин пленники или пленные мы будем использовать для обобщенного названия тех людей, которые были захвачены в плен византийской армией вне зависимости от их социальной, профессиональной (комбатанты, некомбатанты, мирные жители) и конфессиональной принадлежности. Для обозначения профессиональных воинов, которые были захвачены в ходе битвы, во время осады городов или сезонных набегов мы будем использовать термин военнопленные. К их числу относятся как комбатанты, так и некомбатанты - то есть те лица, деятельность которых связана с военной подготовкой, стратегией или обеспечением провизией, но непосредственного участия в битвах они не принимали.
Типология византийских пленников
Византийские авторы обозначали акт пленения (как военных, так и мирных жителей) глаголами аіхраАюхі^ю (брать в плен), аvфpanoфiЗo (обращать или продавать в рабство), фouаoo (покорять, обращать в рабство), Јюур^ю (брать живьем, захватывать в плен), арпа^ю (захватывать), ДapЯavo (хватать, брать с собой, уводить), aipйo (хватать, захватывать), хырою (завладеть, захватывать в плен, пленять) и их производными. Пленник мог обозначаться терминами aixpаАoxoз (добытый в бою, захваченный на войне), аvфpаnoфov (обращенный в рабство военнопленный), фoptаАoxoз (добытый копьем, захваченный на войне) или же просто - фoщAoз и фuxарюv (раб) Шукуров 2020, 15.. Взятие в плен было достаточно распространенной практикой для Византийской империи, а потому обыденный характер этого явления предопределил редкое упоминание, а порой, и полное отсутствие упоминаний о пленных как об участниках исторического процесса в военных трактатах, законодательных актах и в исторических сочинениях рассматриваемого нами периода. Показателем сложности изучения византийского плена является также использование клишированных, однотипных и довольно абстрактных упоминаний о присутствии пленников в различных источниках.
Особая тактика массового взятия противников в плен сложилась еще в рамках античной военной истории и была обоснована в рамках теории «золотого моста», которая гласит, что поверженных врагов не следует лишать возможности для спасения бегством, а напротив, необходимо создать для них все условия для бегства Кучма 1984, 92.. Ее объяснение сводится к тому, что окруженное войско противника способно к быстрому сплочению перед угрозой смерти, к отчаянному безрассудству и героизму Там же. 92., в то время как разрозненные группы или отдельный человек, поддавшиеся панике, являются более легкой добычей, более того, оставшись один на один с врагом, победители сражения имели возможность получить важную стратегическую информацию о численности армии противника или о дальнейших планах наступления. Эта теория действительно находит свое подтверждение в некоторых византийских источниках. Наиболее известный сюжет - история взятия византийцами Крита под командованием Никифора Фоки в 960 году, которая была описана Львом Дьяконом во Второй книге его «Истории»: «[Критяне], вспомнив о том, что грозит им пленение и рабство, плотно сомкнули строй, с поразительным мужеством встретили устремившуюся через пролом в стене фалангу ромеев и, презирая опасность, с нечеловеческой яростью вступили в бой за свою жизнь. [...] и враги обратились в бегство, рассыпавшись по узким проходам между домами» Лев Диакон 1988, 18..
Византия, как преемница Римской империи во многом следовала ее военным традициям и тактике. Этот тезис касается и порабощения захваченных противников, которые являлись основным источником рабства в Римской империи, а следовательно, захваченные в плен во время войн противники практически сразу приобретали статус раба. В дальнейшем их судьба могла развиваться в трех направлениях: во-первых, это призыв на военную службу, во-вторых, работа в поместьях богатых римлян и, в-третьих, - работа в домашних хозяйствах Basta 2017, 56.. В Византийской империи практиковалась обратная система: попадая в плен, человек не становился рабом сразу же, а пленение необязательно приводило к порабощению и последующей продаже пленника - его могли выкупить или обменять, т.е. освободить Прим. автора: более подробно о различиях статуса раба и пленника: Rotman 2012, 25-46..
Ю. Ротман Юваль Ротман (Youval Rotman) - израильский ученый, историк, темой исследования которого является византийское рабство. Он один из немногих ученых, который уделил достаточно пристальное внимание изучению присутствия византийских пленников в повседневной жизни и определил их место в системе работорговли в пределах Средиземноморского мира. выделил четыре типа пленных в Византийской империи: 1) это профессиональные солдаты, взятые в плен во время проведения военных действий, 2) во-вторых, это жители конкретного города или региона, которые были захвачены врагом (в данном случае, византийцами) после военного поражения, 3) население, захваченное во время набегов и кратковременных локальных столкновений, 4) и последний тип - это лица, захваченные пиратами Rotman 2009, 27.. В основе типологизации Ю. Ротмана лежат условия захвата и одновременно профессиональная деятельность (солдаты или мирные жители). Вторая и третья группы могут показаться схожими, однако, не являются одинаковыми по своей сути. Вторая категория отличается тем, что захват происходит сразу после поражения врага - либо в результате какого-либо сражения, либо после удачной осады города или иного населенного пункта. К третьей категории относятся те пленные, которые были захвачены во время боя и вынуждены наравне с военной добычей перемещаться с вражеской армией по мере развития военных действий на линии фронта. Четвертая категория пленников, на наш взгляд, наиболее сложна для изучения. Это связано с тем, что большинство пиратов, как византийских, так и мусульманских, редко отождествляли себя с существующей властью, а соответственно, ей не подчинялись.
Мы имеем возможность расширить предложенную Ю. Ротманом типологию и выделить еще одну категорию - это почетные пленники, к которым относились высокопоставленные чиновники, эмиры или губернаторы, знатные лица вражеской стороны, которые были взяты византийцами во время военных действий. Обособление категории «привилегированных» пленников поможет выявить особенности их статуса на территории Византии, их возможности в условиях ограничения свободы, более того, пребывание почетных пленников на территории империи являлось значительным преимуществом для византийских правителей как во время переговоров, так и во время процессов обмена пленными. Наглядным примером почетного пленника может являться сводная сестра болгарского царя Бориса I (прав. 852-889 гг.) - Анна, дочь Персиана. В IV книге жизнеописания царей содержатся сведения о том, что Анна была захвачена ромеями и содержалась при императорском дворе, где ее обучили грамоте Продолжатель Феофана 1992, 72., и, соответственно, основам христианского вероучения. Анна добровольно приняла христианскую веру, находясь в Византии, что впоследствии в значительной степени повлияло на решение Бориса I о крещении Болгарии.
Почетные пленники близки по статусу почетным заложникам, которых мы не можем напрямую отнести ни к группе пленных, ни к группе дипломатов или послов, поскольку они обладали личной свободной, подчинялись напрямую императору, имели ряд привилегий по сравнению с почетными пленными, и при этом являлись гарантом соблюдения каких-либо договоренностей. Их также отличал от статуса пленника и тот факт, что они проживали на территории императорского дворца в соответствующих их статусу условиях, имели право на получение качественного образования. Отличительной и, пожалуй, главной чертой почетных заложников являлся договорной характер их пребывания в Византии - то есть правители самостоятельно выбирали кандидатуру почетного пленника вне военных действий. В рамках настоящего исследования, нам необходимо отметить данную категорию, но в силу того, что почетные заложники не имели взаимодействия с вооруженными силами, мы подробно останавливаться на них не будем.
Необходимо также отметить такую категорию лиц, как перебежчики, которые могли быть отнесены к лицам, попавшим в плен по «собственной воле», а не в результате целенаправленного захвата или договоренностей между правителями. О перебежчиках нам сообщает Кевкамен Кевкамен 2003, 139. и выделяет среди них тех, кто перебежал «по хитрости или по замыслу врагов» и тех, кто «надеялся на благодеяния» византийских генералов. Тактика действия с такими людьми была схожа с той, которая применялась в отношении пленных, поскольку изначально к ним не было сформировано доверия. Формально перебежчики могли получить свободу, но как минимум до окончания военных действий оставались под присмотром армии. К сожалению, в источниках информация о перебежчиках встречается очень редко, и нам доступны лишь военные трактаты, которые описывают тактику поведения по отношению к ним.