100 ISSN 1997-2911. № 12 (66) 2016. Ч. 4
УДК 81.1; 008:361
Гуандунский университет международных исследований, Китайская народная республика
Ивановский государственный университет
ТИПОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ КОГНИТИВНОГО СОЗНАНИЯ СУБЪЕКТА-ЛОГОЦЕНТРИКА В РУССКОЙ РОК-КУЛЬТУРЕ
Иванов Дмитрий Игоревич
В рамках авторской лингвокультурологической теории синтетической языковой личности (СЯЛ) [7], созданной на материале исследований русской рок-культуры, особую роль играет логоцентрическая модель СЯЛ, актуализирующаяся в «героическую» эпоху русского рока (1980-е) и характеризующаяся системной идеецентричностью, глобальностью проблематики, мятежно-романтическим (герой, пророк, шаман и др.) типажом поэтической личности, воспринимающей себя как носителя трагической истины, а свою творческую деятельность - как миссию. Структуру СЯЛ, включающую в себя различные компоненты (вербальный, артикуляционный, музыкальный, имиджевый) и уровни (вербально-семиотический, когнитивнопрагматический, ассоциативно-интерпретационный), выстраивает единая когнитивно-прагматическая программа (КПП) - целостная динамическая система когнитивно-прагматических установок представителей рок-коллектива. Логоцентрическая модель СЯЛ формируется на базе когнитивного взаимодействия двух типов субъектов: субъекта-источника и субъекта-интерпретатора. В рамках логоцентрической модели субъектисточник, генерирующий КПП, занимает доминирующее положение и стремится путем передачи этой программы воздействовать на воспринимающее сознание читателя-слушателя-зрителя. Поэтому актуальным и значимым представляется разговор о конкретном наполнении понятия «логоцентрический» применительно к указанному типу субъекта-источника (субъекта-логоцентрика). Целью данной статьи является типологическая характеристика когнитивного сознания субъекта-логоцентрика в русской рок-культуре. Основные задачи: характеристика принципа «Великого Логоса» и его роли для указанного типа сознания; рассмотрение конкретных типологических особенностей когнитивного сознания логоцентрика; установление связи между когнитивным движением и жизнью (судьбой) рок-поэта. Новизна работы обеспечивается полностью авторским характером всей теории во всех ее ключевых компонентах от синтетической языковой личности как таковой до конкретной логоцентрической модели.
Исторически субъект-логоцентрик («новый культурно-антропологический тип» [15, с. 13]) приходит на смену личности с мифологическим мышлением, основанным на принципах синкретизма, цикличности пространства и времени и тотальном неразличении универсальных бинарных оппозиций [11; 14]. Формирование целостной когнитивной системы личности можно условно назвать «логоцентрическим прорывом», ознаменовавшим выход на принципиально новую ступень когнитивной самоидентификации личности: для индивидуума «принцип поклонения местным богам и их кормления посредством жертвоприношений сменяется принципом служения идеям, сакральным или социальным инстанциям, воплощающим некий положительный космологический принцип, неизменно объединяющий начала Истины и Блага. Принцип этот определяется в условиях утверждения панэтизма как ключевого признака логоцентрической культуры. Придание фундаментального значения разделению добра и зла и понимание этих категорий как онтологических…» [15, с. 14]. Данные процессы носят глобальный характер и находят свое отражение не только в западно-европейской (Логос), но и восточной (Дао) цивилизации. Е.Ю. Мархель, размышляя о соотношении данных понятий, указывает: «Разница заключается в том, что Логос - это воплощение разумного мирового закона (отображаемого в слове), а Дао - это метод, способ бытия мира, “Путь”. Сходство состоит в том, что Дао и Логос труднопостигаемы для человека. Но постичь их необходимо, ибо это закон жизни, который ведет человека к гармонии» [13, с. 44].
Однако, на наш взгляд, обозначенное отличие представляется весьма условным. Дело в том, что Логос - это не только простое, абстрагированное «воплощение разумного мирового закона», но и своеобразный духовно-нравственный ориентир, высшая цель когнитивных (внутренних) и деятельностных (внешних) интенций и устремлений личности, которые, в свою очередь, взаимообусловлены этим законом. Другими словами, Логос (так же, как и Дао [4]) «предлагает» человеку сделать выбор, но ситуация потенциального выбора «не диктуется», не навязывается. Человек сам определяет, нужен ему этот выбор или нет, и между чем и чем выбирать. Соответственно, от того, каким будет выбор человека, зависит и направление его пути (когнитивного / социального движения, развития личности) и сам путь (реальный / потенциальный) в целом. Причем специфика его прохождения, «проживания» (в рамках логоцентрической-даосистской парадигмы) полностью контролируется законами жестко структурированной, иерархической, идеецентричной системы координат, которая воспринимается человеком как высшая ценность, а служение выбранной идее - как истинная свобода. Можно сказать, что Логос и Дао дополняют друг друга и представляют собой различные интерпретации единой метацивилизационной, когнитивно-прагматической, духовно-нравственной матрицы, на базе которой формируется специфический тип порождающего субъекта.
Итак, в основе моделирования субъекта-источника логоцентрического типа лежит комплекс базовых универсальных представлений о материальной и духовной природе устройства мира [5; 12; 16], глубоко укорененных в сознании человека. Этот принцип можно назвать «Великим Логосом», трансцендентальным фундаментальным основанием бытия вселенной, представляющим собой некое средостение между Абсолютным и Относительным. Подчеркнем, что принцип логоцентризма (как и сама личность и культура) основан на непрерывном духовном развитии, движении. При этом он, пронизывая все Сущее, одновременно синтезирует в себе разнонаправленные, противоположные (конструктивные / деструктивные) категории: «Всеобщий закон бытия - борьба. Логос проявляется через борьбу и постепенно ведет все вещи к изменению. С одной стороны, Логос - это борьба, война, с другой - это гармония, согласующая борющиеся противоположности» [13, с. 43].
Это позволяет говорить о том, что Логос одухотворяет, «динамизирует», «разгоняет» и «заряжает» личность, выступая в качестве особого энергетического духовно-когнитивного катализатора. Важно, что процесс активации логоцентрической программы начинается уже на «доязыковом», «доструктурном» уровне когнитивного сознания субъекта-источника, в котором в нерасчлененном, первозданном виде реализуются разнообразные субстраты «досмысловых» («метасмысловых») форм когнитивно-ментальных информационных кодов (первообразов). В результате все компоненты этого уровня наполняются специфической энергией Логоса, и он автоматически становится основным доминирующим принципом моделирования и когнитивной картины мира, а также всей индивидуальной когнитивной системы сознания субъекта-логоцентрика.
Однако здесь же следует сказать о том, что Логос не только одухотворяет и «заряжает» личность, но и определяет специфику формирования структурных особенностей и функционирования как «внутренних» (когнитивно-прагматических), так и «внешних» (деятельностных) интенций когнитивного сознания порождающего субъекта-логоцентрика.
Разумеется, Логос в философской, религиозной и научной интерпретациях предстает перед нами во многих обличьях: Логос-Слово, Логос-Мировой Разум, Логос-Вселенский Закон, Логос-Божественное первоначало Мира [1, с. 159-161; 8, с. 82; 15, с. 13]. Однако принципиальным в данном контексте является то, что в большинстве представленных интерпретаций Логос воспринимается как некое абстрактное, универсальное, принципиально деперсонифицированное первоначало, так как всё «лежит не в индивидуальном существовании, а в вечном и общем, не в душе, колеблющейся между разумом и плотью, а в чистом, беспримесном универсальном Логосе, который как вечный огонь поглощает все индивидуальное» [17, с. 69]. В то же время предпринимались попытки персонификации Логоса. Уже в философии Филона появляются мысли о том, что «Логос, производящий все мировое многообразие, выполняет индивидуализирующую функцию <…> Христианскому учению о Логосе в учении Филона соответствовала мысль о Логосе как творце, устроителе мира, промыслителе о мире, а также попытка персонификации Логоса» [Цит. по: 1, с. 161-162].
Однако, на наш взгляд, процесс «полной» тотальной персонификации Логоса активизируется только в момент формирования еще одной его инкарнации: Логос-Культура. Ведь Логос, проникая в пространство культуры, наполняет ее своей энергией и активизирует процесс запуска логоцентрической парадигмы культуры [15]. Когнитивным центром культуры этого типа, как известно, является креативная личность (поэта, писателя, художника, философа, музыканта, ученого и т.д.), берущего на себя божественную миссию по преображению мира. Соответственно, проникая в пространство культуры, логоцентрические тенденции постепенно становятся ключевым системообразующим компонентом когнитивного сознания личности. Здесь и происходит процесс персонификации и смысловой конкретизации Логоса. Только в структуре сознания личности Логос обретает различные конкретные духовные (идеи, смыслы, концепты - концептуальносмысловой уровень когнитивного сознания) и «вещественные» знаковые формы (грамматические формы различных языковых систем и письменность в целом, язык музыки, язык мимики и жестов, система жестов артикуляционных и отдельные компоненты имиджевой системы - лексико(знаково)-семантический и коммуникативный уровни когнитивного сознания).
Важно, что процесс персонификации Логоса осуществляется самой личностью (без посредника). В основе этого процесса лежит ситуация осознанного «когнитивного выбора», который делает личность в соответствии со своими духовными, морально-эстетическими особенностями и уровнем развития своих когнитивных компетенций и способностей. Каждый человек сам решает, какому «Богу», какой идее / комплексу идей ему служить, то есть какой «фрагмент» метакогнитивной программы Великого Логоса активизировать в рамках своего сознания и своей когнитивно-прагматической программы.
Рассмотрим некоторые типологические особенности когнитивного сознания субъекта-источника логоцентрического типа.
1. Когнитивное сознание логоцентрика работает по принципам жесткой дуалистической («парной») модели. Это определяет поляризационный характер воплощения всех концептуально-смысловых структур. То есть когнитивное сознание формируется на основе универсальных бинарных оппозиций, прежде всего оппозиции Добро - Зло. А. А. Пелипенко замечает: «Истина и ложь, Творец и творение, Бог и Дьявол, Свет и Тьма: все эти оппозиции - в логоцентризме - суть корреляты всеохватной панэтической оппозиции добра и зла, прилагаемые к тем или иным аспектам жизни» [Там же, с. 12-13].
2. Когнитивное сознание логоцентрика векторно по своей природе. Оно обладает четкой направленностью. Логоцентрик, ощущая глубинное противоречие между Сущим (тем, что есть) и Должным (тем, что должно быть), движется от реального к идеальному. Причем «семантическое поле Должного обретается через коррелирующие концепты: Истины, Блага, единственно правильного порядка вещей, идеала идеалов, и вожделенного, лишенного противоречий бытия. Должное - ипостась духовного Абсолюта…» [Там же, с. 13].
Интересно то, что обретение (достижение) Должного, воспринимаемое логоцентриком как основная целевая установка его КПП, должно быть реализовано именно в пространстве Сущего (в реальности). Для логоцентрической модели СЯЛ в русском роке это аксиома (при всей возможной иронии, сниженности образов, связанной и с трезвым осознанием реальности, и с романтическим двоемирием): «Волосатыми глазами шьют дела, куют детей. / Запрягают летом сани и похожи на людей. / Эй, пpокашлись, вша живая, спой негромко под луной, / Как я на груди сарая спал счастливый и хмельной. / Снились времена другие - мир без дури и войны. / Девы - стройные, нагие, парни - трезвые умы. / Что принёс благие вести пьяный ангел на крыле. / Все мы, на перине - вместе строим небо на земле» [18].
По Шевчуку, логоцентрик должен найти (построить), обрести «небо на земле», а затем указать субъектуинтерпретатору, вовлеченному в структуру СЯЛ субъекта-источника, каким путем он должен двигаться. Однако именно здесь и возникает главное противоречие: невозможность четко определить истинную форму Абсолюта, так как «Должное нигде и никогда точно не формулируется и не определяется <…> бежит от любых ясных определений» [15, с. 13]. Именно поэтому (что четко видно из истории русской рок-культуры) субъект-источник логоцентрического типа, ставя перед собой глобальную (предельно абстрактную) цель, достичь ее не в состоянии. Например, борьба рок-героев 1980-х за «ослепительно красивую Победу» методами тотальной войны всего со всем (в том числе и самим собой) обернулась не просто катастрофическим поражением, но дестабилизацией всей духовно-эстетической и когнитивной системы в целом [6]. Победа отождествилась с Бедой, и эта парадоксальность закономерна, так как любая попытка совместить Сущее и Должное в пространстве Сущего (вспомним «небо на земле») абсурдна. Очевидно, что само Сущее не может принять Должное. Части оппозиционной концептуальной пары отражаются друг в друге, но при этом не отождествляются, и любая попытка совмещения дестабилизирует оппозицию, разрушая базовые принципы существования всей когнитивной системы логоцентрического типа.
3. Векторная (узконаправленная) природа когнитивного сознания логоцентрика приводит к абсолютизации принципа бинаризма, который в пространстве рассматриваемой когнитивной системы становится фундаментальным (базовым) основанием его моделирования. Подчеркнем, что феномен абсолютизации принципа бинаризма зачастую приобретает свойства тотальности. В результате возникает парадоксальная ситуация. С одной стороны, постулирование бинарной модели как единственно верной способствует жесткой и последовательной иерархизации и целостности всех уровней когнитивной системы, отторгающей любые «чуждые» («чужеродные») концептуально-информационные коды (бинарная структура служит своеобразным «когнитивным фильтром»). С другой стороны, «тотализированный» принцип бинаризма приводит к активизации процесса внутреннего когнитивного расщепления порождающего сознания. Причем «запуск» этого процесса зачастую просто не ощущается субъектом-источником, так как первоначально он активизируется еще на доструктурном уровне когнитивного сознания личности.
Ярким примером актуализации данных процессов является когнитивное сознание и КПП лидера рокгруппы «Алиса» К. Кинчева. Дело в том, что данная КПП изначально создавалась субъектом-источником как целостная иерархическая система когнитивно-прагматических установок, последовательно реализующая процесс «вертикального» движения от Сущего к Должному. Условно эту программу можно назвать «Героическая КПП преображения личности и мира» в соответствии с законами Великого Логоса-Истины, Бога, Свободы и т.д. Но со временем (уже после активации КПП) субъект-источник начинает сначала ощущать, а затем уже и осознавать, что когнитивное сознание его личности, «сжатое» «законсервированное» в рамках бинарной системы, не укладывается в неё. Принцип гармонизации когнитивного сознания и КПП оказывается незавершенным. Подчеркнем, что это вполне объяснимо, если учитывать двойственный характер самого принципа моделирования когнитивных систем и установок личности К. Кинчева [7, с. 332-333].