«Баку-1501» Азизы Джафарзаде и «Пенталогия о короле Артуре» Мэри Стюарт имеют столько же различий, сколько и сходства в образе жизни правителей, их судьбах, принципах правления и основах прихода к власти. В качестве наглядного примера мы хотели бы сравнить историко-легендарного короля Артура и Шах Исмаила Хатаи. Как известно, сохранились как исторический факт сведения о правлении Шах Исмаила Хатаи, а также написанные им стихи. Однако подлинность существования короля Артура всегда была предметом споров. Так, Джон Т. Кок подчеркивает тот факт, что имя Артура впервые было просто упомянуто в VI в. в поэме «Гододдин» поэта Анейра.
«Go chore brein du ar uur caer-ceni bei ef Arthur - rug c [um n] erthi ig [cl] isur, ig kynnor guernor - Guaur(dur).
Он сбивал ворон перед стенами укрепленного города - хотя он не был Артуром - единственный образ героизма в памяти, ольха (щит / заслон) перед барьером - Гварддур. <…> Фраза «Он не был Артуром» означает, что Артур был более искусным истребителем своих врагов. <…> Утверждение, что главный герой стиха не был храбрым, как Артур, было необычным сравнением в ранней похвальный валлийской поэзии. <…> Потому что слово Артур рифмуется, а обычная последняя рифма - ur не была свойственна ранней валлийской поэзии и в то же время, как последний слог мужского имени встречается очень редко. Вряд ли Артур будет заменен другим героем в тексте» [Koch, 2012, p. 51-52]. Таким образом, первый источник об Артуре, который в стихе «Гододдин» представлен героическим воином, также можно рассматривать как начало использования этого имени в других произведениях. Следует отметить, что Азиза Джафарзаде, когда начала писать исторический роман «Баку-1501», с целью изучения источников о Шах Исмаиле в библиотеках отправилась в Багдад, и в своем романе писатель описала военные походы шаха Исмаила только в Баку и Ширван.
Когда рассматриваем произведения писателей «Баку-1501» и «Пенталогию о короле Артуре», видим, что Артур, до четырнадцати лет не знавший о своем происхождении, с младенчества был помещен под опеку Мерлина своей матерью, королевой Игрейн, в целях защиты его от врагов отца. Мерлин, в свою очередь, считая, что враги прознают об этом, оставляет младенца с его няней Моравик, и мальчика в 4 года дают на усыновление к Эктору. В результате приключившихся с ним трагических событий 7-летний Исмаил попал к врагам, смог вырваться из их рук, его спрятали. С одной стороны, Артур прожил счастливое детство, а с другой, - перенесенные страдания и смерть близких Исмаила сделали его заложником чувства мести. Интересно, что не ведавший о своей будущей миссии Артур и сознающий свои обязанности и цели Исмаил приходят к власти в одном и том возрасте.
Кроме того, хочется отметить, что отношение к роману Азизы Джафарзаде «Баку - 1501» было неоднозначным. Анализ известного писателя, исследователя, доктора филологических наук, профессора Гулу Халилова дает возможность спрогнозировать то впечатление, которое может произвести на людей чтение романа: «Борьба Хатаи полностью интерпретируется как результат личной мести, ведущей к массовым убийствам невинных людей. Самое меньшее, Шах Хатаи представляется как поэт, охотник, фехтовальщик, кутила, человек, играющий судьбами людей, падишах, занятой во дворце только рабынями и наложницами… В романе его политическая государственная сознательность, интеллект, патриотизм и героизм снижены и показаны как что-то неэффективное, малозначимое» [Халилов, 1986, с. 287].
Акиф Гусейнов оценивает отношение к Шах Исмаилу Хатаи Азизы ханум в романе «Баку-1501» следующим образом: «<…> при воссоздании характера Шаха Исмаила, она не только сумела отойти от односторонности и пристрастия, но также показала, наряду с достоинствами образа, положительными сторонами его деятельности, и его недостатки, уделила серьезное внимание отображению национального сознания и патриотизма героя. В романе Шах Исмаил характеризуется как правитель Азербайджана, основатель Азербайджанского государства» [Гусейнов, 1986, с. 221].
То, что данное произведение вызывает разные мнения как среди критиков, литературоведов, так и среди читателей, можно рассматривать как успех писателя. Здесь важную роль играет понятие перспективы, а также концепция понимания и восприятия событий. В целом можно прийти к выводу, что необходимо учитывать перенесенную Шах Исмаилом в детстве психологическую травму и среду, в которой он воспитывался. В романе также подчеркивается, что группа людей ради осуществления своих целей и замыслов воспользовалась именем династии Исмаила (т.е. Сефевидов), и его характером, то есть невыдержанностью. В произведении так отмечается намерение использовать готовую взорваться в любой момент бомбу по назначению: «Я воспитал в нем такое жестокое сердце, что даже палач будет тосковать. Око жизни, должно быть, еще не видело такого. Ему будет стыдно быть поэтом. <…> Простаки очень чтят, верят в род шейха Сафияддина. Они пойдут за ним вслепую. Нам это и нужно» [Джафарзаде, 2019, с. 75]. В творчестве Азизы Джафарзаде Шах Исмаил представлен и как храбрый полководец, и как жертва развития исторической трагедии. В романе «Беда» писатель рассказывает, что когда Эсма спросила Хамзу Мирзу о причине выбора его прадедом псевдонима «Хатаи», то получила следующий ответ: «<…> Иногда говорили, что он взял это прозвище из-за ряда ошибок, совершенных в молодости» [Джафарзаде, 2016, с. 55].
Одно из самых достойных произведений, показывающих древние исторические корни нашего народа, «Гора гуннов», было написано в 1981 г. Азиза ханум как-то на поминках в Шамахе слышит баяты матери, оплакивающей своего молодого сына, грустную, тоскливую песню с причитаниями.
Gal gedak Hun dagina, Пойдем на гору Гун,
Ya§ tokak Hun dagina. Поплачем на горе Гун,
Oglu olan ananin, Мать умершего сына,
Qan damar qundagina Прольет кровь на колыбель
Этот печальный крик матери подтолкнул автора к созданию повести «Гора гуннов». В повести упоминаются древнетюркские племена гунны, бунны, огузы, кипчаки, карлуки, падары, чигилы и др. «Гунны считаются одним из первых кочевых тюркских племен, пришедших в Азербайджан в раннем средневековье и вступивших в контакт с местным народом, называемым турками, жившим здесь с древних времен» [Гусейнли, 2018, с. 46]. Следует отметить, что кочевые гунны в основном занимались коневодством и скотоводством. Поскольку они не имели своей письменности, первые сведения о них были получены из китайских письменных источников, и, учитывая сомнительный характер таких сообщений, достоверность информации может быть поставлена под большой вопрос.
Есть много причин для появления Великой Китайской стены - одного из величайших чудес света. Одна из причин - это создание границы между кочевыми народами, но говорят также, что территории в северном Китае подвергались внезапным нападениям и набегам древних гуннов. Бюлент Окай пишет в своей статье «Другое мнение о причинах строительства Великой Китайской стены», что «увеличение числа принудительных работ, повышение налогов, постоянный страх быть несправедливо осужденным и приговоренным к работе на границе, боязнь за свои жизни не давали житья китайскому народу. У них была только одна надежда на спасение - бежать в земли гуннов и построить там новое поселение. Великая Китайская стена была похожа на тюремную стену, построенную, чтобы не дать всем этим людям сбежать» [Бюлент, 1993]. Фактически передача власти от одного китайского и кочевого народа к другому, усиление и ослабление управления, а также многолетнее строительство Великой Китайской стены доказывают справедливость такого суждения.
Хотя в повести «Гора гуннов» не указан точный исторический отрезок времени, авторская разработка периода распада древнего тюркоязычного племени гуннов и их переселения в Азербайджан указывает на то, что события охватывают примерно IV в. «Как письменные источники, так и археологические находки доказывают проживание гуннов на северо-востоке Азербайджана с IV века» [Гусейнли, 2018, с. 47-48].
Вилаят Гулиев в статье «Наша проза и история» так пишет о повести «Гора гуннов»: «Повесть «Гора гуннов» трудно назвать историческим произведением в полном смысле этого слова. Мифологические элементы в этой работе достаточно сильны» [Гулиев, 1984, с. 173]. Конечно, одним из главных моментов, который совпадает в «Пенталогии о короле Артура» Мэри Стюарт и «Горой гуннов» Азизы Джафарзаде, является неизбежность мотивов легенд. Это нормально, учитывая отдаленность времени. Помимо описанных историками событий, существует также вероятность того, что они иногда представляют собой совокупность выводов, сделанных в результате влияния какой-либо исторической личности или основанных на индивидуальных мнениях, причем лживых, что говорит о незнании сути видимых событий. В общем, ярким примером этого может быть наличие исторических противоречий. Статья «Наша проза и история» продолжается следующим образом: «Здесь хотелось бы отметить одно достоинство произведения - его успешное развитие в литературном плане. Именно благодаря этой добродетели можно ощутить дух и веяние эпохи, отделенной от нашего времени тысячами лет» [Гулиев, 1984, с. 173]. В. Гулиев также упоминает здесь об употреблении писателем архаичных слов. Например, народ - будун, бабушка - эчу, племя - бой и т.д. Говоря об истории «Горы гуннов», автор говорит: «<…> хотел бы заговорить древнетюркскими словами в диалогах, которые узнал от Бала Салгун - лу <…> Махмуд Кашгари <…> когда говорил от авторе, говорил на нашем теперешнем языке… и эти рассуждения и для меня, и читателей были так приятны <…> И без арабских, персидских слов наш турецкий прекрасен» [«К 75-летию Азизы Джафарзаде», 1996].
Следует отметить, что и Мэри Стюарт, чтобы не отдалить своих читателей, особенно неанглоязычных, от созданного ею волшебства, учитывая период написания произведения, уделяла особое внимание языку и историческим именам. Стиль языка, используемый Мэри Стюарт в «Пенталогии», отображающий историческую эпоху, оценивается следующим образом: «М. Стюарт стремится воссоздать образ мыслей тех далеких времен, особенную физиономию эпохи без отрыва от живого языка. Писательнице нет необходимости прибегать к «сплошной» архаизации. В пенталогии «дух темных веков» воссоздается с помощью очень немногих, но типических языковых примет изображаемой эпохи, которые связаны с ее бытом и духовной культурой. На фоне исторически нейтрального языка писательница вкрапляет в текст языковые особенности описываемого времени: латинские, валлийские и англосаксонские слова и выражения» [Анисимов, 2007, с. 112].
Когда обращаем внимание на события в повести, видим, что высокие человеческие качества некоторых вождей могут работать против них разными способами, что и происходит с Альпекином, сыном старого Хагана. Это же можно ясно наблюдать и в «Пенталогии о короле Артуре». Мужество и лидерство Артура также привели к появлению врагов, которых было не меньше тех, кто его любил; он столкнулся также с предательством своих сестер, сына, супруги, друга и некоторых из соратников. Как видится, и Альпекин, и король Артур были преданы своими родственниками, и, какими бы болезненными ни были последствия, оба воителя остались верны своим убеждениям. То, что Альпекин умный, храбрый, волевой и сильный, и что вероятность использовать его, словно игрушку, послушное орудие в будущем равна нулю, не нравилось дядям Хансу и Гансу. И поскольку их приход к власти утопичен, они прибегают к различным уловкам для укрепления положения старшего сына старого Хагана Гюнтекина. Конечно же, причиной попытки привести Гюнтекина к власти была его послушность и безропотность.
Повторяется не только история, но и человеческая натура. Первый заговор против Альпекина провалился, и в результате старый Хаган решил, что согласно древним тюркским традициям на трон взойдет победитель состязания кызговду, и победа Альпекина тем самым доказала его заслуженное право наследовать каганат. Столкнувшийся с предательством Альпекин после этого инцидента решил расстаться со своими духовно чуждыми, но близкими родственниками - «доблестные и храбрые люди не могут смело жить в стране, где обман и предательство нашли себе место» [Джафарзаде, 1983, с. 27]. Таким образом, он покинул родную землю, поселился со своими последователями в Прикаспии, недалеко от места слияния Араза и Куры.
Тургут Деде, который изображен как положительный герой в повести «Гора гуннов», занимает здесь особое место. Подобно тому, как Тургут Деде поддерживал Альпекина, также и Мерлин из романа Мэри Стюарт всегда направлял короля Артура советами, защищал его от опасностей. Во время переселения кочевья Тургут Деде и его внучка Айла также присоединились к Альпекину. У Альпекина и Айлы появляется сын по имени Йолгутлук, однако Айла умирает при родах. То же самое происходит с королем Артуром, который также теряет свою первую жену и сына.
Писатель-исследователь Азиза Джафарзаде ясно и всесторонне описывает исторические традиции гуннов. В целом художественное изображение свадеб и траура, а также некоторых верований, поклонения гуннов богу неба и богине Хумай, осуществление обрядов, которые отличаются от современных, поэтическое описание запрета прыгать через огонь создает условия для представления общей картины периода. «Мнение писателя о необходимости оберегать общетюркские ценности, возрождать славную историю тюрков, уточнить роль и миссию гуннов в нашей истории, помимо своего художественного решения в произведении, формируется на научной основе, а мировоззрение писателя как ученого, его национальные ценности и приоритеты наглядно передаются читателю» [Гашимов, 2021].