Спор Никеи и Никомидии на Халкидонском соборе за статус митрополии: гражданский аспект
Михаил Вячеславович Грацианский
Abstract
The dispute between Nicaea and Nicomedia over the status of metropolis at the council of Chalcedon: the civic aspect
Mikhail V. Gratsianskiy
Introduction. The subject of research in this paper refers to the imperial edict, conferring the title of metropolis on the city of Nicaea in 364 AD, and the imperial rescript of the same year, confirming the rights of Nicomedia to the same title and the status of the first city of the province. The documents were presented by bishops of Nicaea and Nicomedia in the course of litigation between them at the 4th Ecumenical Council in Chalcedon (451 AD). The objectives of this work are to present the translation of these documents and substantiate its correctness in comparison with other available translations into foreign languages. Further task is to identify and highlight through commenting those realities of the Roman world, which are reflected in the analyzed documents. Methods. The work is based on the application of the historical-critical method of analysing source data of the original texts, compiled in Greek.
Analysis. The article deals with the dating of the documents, the peculiarities of the terms and expressions used in them, which regard to intercity relations in Roman times, the issue of city statuses and traditional elements of the provincial ceremonies associated with the imperial cult. In this context, special attention is given to the edict for Nicaea, which is dedicated to the metropolis status of Nicaea, and deals with peculiar ceremonial issues of “coronation”, “procession”, and the office of Bithyniarch. Results. The litigation between Nicaea and Nicomedia is a clear evidence of the preservation of ancient Hellenistic and Roman traditions in the era of the Christian empire. The fact that the bishop of Nicaea at the Ecumenical Council, in justifying the ecclesiastical and administrative rights of his city, resorted to arguments drawn from the sphere of intercity relations within the framework of the traditional provincial assemblies, speaks for the connection between the institutions of provincial assemblies and church councils. The author concludes that the traditional forms of urban life, intercity relations within the province and determination of the status of cities by traditional criteria were of key importance for the position of the city in the system of the provincial church hierarchy.
Key words: Ecumenical Councils, the Council of Chalcedon, Bithynia, Nicaea, Nicomedia, the title of metropolis, Bithyniarch, the Primacy of Honour.
Аннотация
Введение. Предметом исследования в данной работе являются тексты императорского эдикта о даровании титула митрополии городу Никея в 364 г. и императорского рескрипта того же года, подтверждающего права Никомидии на такой же титул и ее статус первого города провинции. Документы были представлены епископами Никеи и Никомидии в ходе разбора тяжбы между ними на IV Вселенском соборе в Халкидоне (451 г.). Задачами данной работы является представление перевода этих документов и обоснование его правильности в сравнении с другими имеющимися переводами на иностранные языки. Далее задачей исследования являются выявление и освещение посредством комментирования тех реалий римского мира, которые отражаются в анализируемых документах. Методы. Работа основана на применении историко-критического метода обработки данных текста источника, используемого в оригинале на греческом языке.
Анализ. В статье рассматриваются вопросы датировки документов, особенности употребленных в них терминов и выражений, касающихся межполисных отношений в римское время, вопроса статуса городов и традиционных элементов провинциального церемониала, связанного с императорским культом. В этом ключе рассматриваются, прежде всего, пассажи эдикта в пользу Никеи, в которых идет речь о статусе митрополии, «венчании», «процессии» и должности вифиниарха. Результаты. Тяжба между Никеей и Никомидией является ярким свидетельством сохранения древних эллинистических и римских традиций в эпоху христианской империи. Тот факт, что епископ Никеи на Вселенском соборе в обоснование церковно-административных прав своего города прибег к аргументации, почерпнутой из сферы межполисных отношений в рамках традиционных провинциальных союзов, свидетельствует о связи между институтами провинциальных союзов и церковных соборов. Автором делается вывод о том, что традиционные формы городской жизни, межполисного взаимодействия в пределах провинции и определения статуса городов по традиционным критериям имели ключевое значение для положения города в системе провинциальной церковной иерархии.
Ключевые слова: Вселенские соборы, Халкидонский собор, Вифиния, Никея, Никомидия, титул митрополии, вифиниарх, первенство чести.
Введение
Христианизация Римской империи, протекавшая на всем пространстве Средиземноморья, представляла собой сложный и комплексный процесс, в котором элементы традиционной греко-римской культуры, сложившейся преимущественно в эпоху принципата, вступали во взаимодействие с новыми христианскими элементами, причем имел место процесс взаимной адаптации и взаимопроникновения тех и других. С этой точки зрения процесс кризиса «поздней Римской империи» может быть рассмотрен как процесс нового творческого синтеза, при котором традиционные элементы греко-римского мира встраивались в структуры христианизированного общества и государства.
Одним из ярких и заслуживающих специального рассмотрения примеров такого взаимодействия и взаимовлияния является один из эпизодов IV Вселенского собора, состоявшегося осенью 451 г. в Халкидоне. В ходе заседания собора 30 октября состоялось рассмотрение тяжбы между митрополитом Никомидии Евномием и митрополитом Никеи Анастасием. Суть претензии Евномия состояла в том, что Анастасий предпринял епископские рукоположения в пределах провинции Вифиния, каковые, по мнению Евномия, целиком относились к его компетенции как митрополита и правящего провинциального архиерея. Поскольку Анастасий, со своей стороны, представил собору документ, подтверждающий за Никеей статус митрополии, суд должен был решить, кого следовало считать правящим архиереем Вифинии, обладающим правом совершать и утверждать рукоположения провинциальных епископов [7, р. 56[415]-62[421]]. Так же, как и ряд других представленных на соборе дел, тяжба между Никомидией и Нике- ей была рассмотрена его участниками под председательством императорских чиновников, согласно повелению императора Марки- ана [37, S. 304-322]. Данный казус примечателен тем, что аргументация сторон в пользу сравнительных преимуществ своих кафедр велась посредством обращения к документам, суть которых имела сугубо «внехристианский» характер, присущий традиционным общественным и государственным институтам Римской империи I-IV веков. Таким образом, для тяжбы, вызванной сугубо каноническими причинами, ключевым оказался гражданский по своей сути аспект.
Методы. Работа основана на применении историко-критического метода обработки данных текста источника, используемого в оригинале на греческом языке 2.
Анализ
Предметом специального анализа в данной работе будут тексты представленных тяжущимися сторонами императорских указов, в которых Никея и Никомидия наделялись правами митрополий. Задачами данной работы является, прежде всего, представление перевода этих документов, а также обоснование его правильности в сравнении с другими имеющимися переводами на иностранные языки. Далее задачей исследования являются выявление и освещение посредством комментирования тех реалий римского мира, которые отражаются в анализируемых документах.
Эдикт в пользу Никеи. «Императоры кесари Флавии Валентиниан и Валент, счастливые, благочестивые Августы, вечные победители говорят никейцам. Хотя рвение наше для всех стало видным и наглядным с тех самых пор, как волею Всемогущего Мы приняли вершину империи и кормила государства Snpootov, однако в дополнение ко всему этому сбережем мы в качестве начала сего счастья то, что Ваш город, прежде наполненный и гордящийся нашим счастьем, стал всему народу причиной радости и ликования. В силу чего, поскольку встарь он был назван митрополией; и это содержится в старых законах, и, как мы законодательствуем, не может иметь никакого сомнения по причине того, что оно непоколебимо и твердо, а в будущем еще имеет быть умноженным. И наперед его увенчав, мы постановили, чтобы он в вашем городе совершал шествие. И да сохранится постоянно этот обычай, и да будет город ваш митрополией при сохранении обычая, касающегося процессии вифиниарха, ибо никто да не отнимает ничего у остальных. Волею Всемогущего да возрастет достоинство вашего города! Итак, ликуя, усугубляйте молитвы и радуйтесь тому, что эта честь была вам предоставлена [так], что впредь утихнет всякое сомнение, осознавая, что удостоились вы от наших повелений вечной милости и призрения» [7, р. 61[420].1-17].
Как указано в соборных актах, данный текст является «переводом закона», изначально составленного на латинском языке. Латинский оригинал не сохранился: приведенный в латинской версии соборных актов текст эдикта является всего лишь обратным переводом с греческого, хотя и представляет определенный интерес [8, р. 69[508].3-18]. Имеется английский перевод эдикта, выполненный Ричардом Прайсом в издании полного перевода актов Халкидонского собора [53, р. 30-31], и французский перевод Сильвена Дестефана [18, р. 219-220].
Сохранившийся греческий текст нельзя назвать прозрачным по целому ряду причин, из которых первой является его топорный стиль «подстрочного» перевода. Смысл этого текста извлекается скорее «интуитивно», чем посредством анализа его грамматической и синтаксической конструкции. Приходится думать скорее о том, что переводчик хотел сказать, нежели о том, как и что действительно сказано. В этой связи будет уместным представить нашу собственную интерпретацию текста в сравнении с имеющимися переводами и на их фоне.
Итак, главной проблемой является то, что сам сохранившийся текст является переводом. Поскольку императорские эдикты, особенно издаваемые по торжественным случаям, представляли собой довольно напыщенный и сложный латинский текст, не удивительно, что греческий перевод мог иметь определенные изъяны. Приведенный в латинской версии актов Халкидонского собора обратный перевод на латынь хотя и является полезным в ряде случаев, однако его автор также испытывал затруднения с пониманием отдельных мест греческого текста3. Так, уже в титула- туре он не опознал греческое аеРаатш как обычный эквивалент латинского Augusti и перевел его как colendi.
Впрочем, латинский перевод имеет то преимущество, что ему оказывается незнакомой проблема, связанная с состоянием греческих рукописей, из-за которого в критическом издании Эдуарда Швартца в тексте закона довольно неожиданно оказалась представлена Никомидия. И наш дословный перевод: «В силу чего, поскольку встарь он был назван митрополией, и это содержится в старых законах, и, как мы законодательствуем [то же, что было и у никомидийцев], не может иметь никакого сомнения по причине того, что оно непоколебимо и твердо, а в будущем еще имеет быть умноженным».
Очевидным образом, часть текста, взятая издателем в скобки, представляет собой вставку, которая, скорее всего, объясняется тем, что на этапе переписки в текст было внесено толкование, основанное как на приведенном ниже эдикте в пользу Никомидии, так и на соборном приговоре, признавшем за Ник мидией старейшинство титула митрополии.
Сразу подчеркнем, что сравнительно ранний латинский перевод этой вставки не знает: [9] propterea licet metropolitana olim est nominata et [10] hoc leges antiquae continent, tamen legem nobis proferentibus nulla dubitatio esse [11] poterit, eo quod haec immota et firmissima maneant et temporibus futuris augenda [8, p. 69[508]].
Соответственно в английском переводе Р. Прайса взятый Э. Швартцем в скобки кусок не учитывается: “Accordingly, since it was formerly called a metropolis, and this is contained in ancient laws, there can as a result of our legislation be no doubt but that this remains firm and unshaken and will increase in time to come...” [53, p. 30].
При этом во французском переводе С. Дестефана он целиком учитывается, причем в результате смысл меняется переводчиком на противоположный: «...не приходится сомневаться, что те же привилегии, которыми пользовались граждане Никомидии в силу наших законов, по этой причине не останутся крепкими и действительными и как следствие не будут умножены» («Comme donc elle a ete autrefois qualifee de metropole et que des lois anciennes contiennent cette disposition, il ne peut faire aucun doute que les memes privileges dont ont benefcie les citoyens de Nicomedie en vertu de nos lois, ne demeurent pour cette raison femes, valides et ne soient par la suite augmentes»: [18, p. 219]). Таким образом, из французского перевода следует, что, давая привилегии Никее, императоры одновременно наказывали Нико- мидию, отнимая у нее имеющиеся права и лишая ее новых в будущем. Впрочем, свой перевод С. Дестефан не поясняет и не сравнивает его ни с имеющимся английским переводом, ни с версией, представленной латинскими актами. По нашему мнению, французский перевод содержит ошибку, поскольку привносит отрицательный смысл в придаточное предложение причины, вводимое артиклем тф.
Определенное затруднение представляет и следующий пассаж, который одновременно является и наиболее ценным с исторической точки зрения: [10] каі sig [11] то єЈ,рд awov aтsyаvтsg ev тр upsa nosi лротєуат eBsanraapsv. Aiapsvem [12, 13] трд єлі тр лроб5ю той Biоuviapxou 5таpsvоцapg.
Уже издатель актов отмечает, что между этим пассажем и предыдущим явно имеется пропуск текста. Местоимение aniov («его»), представляющее собой винительный падеж мужского рода, указывает на какое-то лицо, речи о котором в предыдущем пассаже не было. Как следствие, Р. Прайс отмечает возможность пропуска текста, однако дает неприемлемый перевод, передавая aniov как «это» (it), как будто в тексте стояло апто: “For the future, having crowned it, we decreed its issuing in your city. Therefore let this custom be preserved for ever, and let your city be a metropolis, while maintaining the custom relating to official visits by the Bithyniarch” [53, p. 30]. Инфинитив npoievai («идти вперед») Прайс переводит как “issuing”, хотя у этого глагола нет активного значения, а издание эдикта обыкновенно описывается через другие глаголы - к примеру, єк815оо0аг, eЈ,ievai. Дальнейший перевод Прайса вполне согласуется с предложенным нами, за тем исключением, что перевод слова npooSog как «official visits» представляется нам не отражающим сути этого термина применительно к личности «вифини- арха», о которой речь у нас пойдет ниже.
Перевод С. Дестефана отмечает мужской род местоимения aniov, передавая его как «этот закон» (от греч. vopog): «Et, а l'avenir, ayant ratife cette loi, Nous avons ordonne qu'elle soit envoyee a votre cite. Que reste donc en vigueur pour toujours cette coutume et que votre cite soit metropole, tandis que la coutume relative a la visite du bithyniarque est maintenue» [18, p. 219].