20
Современные угрозы и безопасность России
Крылова И.А.
В XXI столетии в результате произошедших потрясений Россия оказалась перед лицом серьезнейших опасностей и угроз для самого ее существования. Россия ныне находится даже не в состоянии кризиса, а самой настоящей катастрофы. Речь идет фактически о возможности распада самой страны как системно развивающегося целого. Нынешнее бедственное состояние национальной безопасности обусловлено прежде всего глубочайшей экономической депрессией (не имеющей аналогов в мировой практике): значительным ослаблением обороноспособности и военной мощи; возрастанием угрозы ядерных, радиационных и технологических катастроф, а также технологической зависимости и научно-технического отставания от развитых стран; усилением ее «экологической колонизации»; тенденцией к дальнейшему ухудшению здоровья нации и продолжающемуся сокращению населения; фактической утратой продовольственной независимости и обострением в XXI веке борьбы за передел территорий и иссякающих природных ресурсов, а также нарастанием угрозы войн «нового поколения» (информационных, экономических, экологических и т. д.), объектом которых становится Россия.
Современные угрозы безопасности России носят не только внутренний, но и внешний характер, обусловленный как обострением глобальных проблем, так и процессами глобализации. Поэтому проблему безопасности России, ее положение в современном мире и то, что с ней происходит, можно понять лишь в глобальном контексте - в контексте глобальных проблем и процессов глобализации[1].
Тотальная глобализация экономических, политических, социальных и культурных отношений и процессов находит свое выражение не только в том, что те или иные черты общественного развития приобретают планетарные масштабы и появляются глобальные проблемы современности, которые отдельные страны не способны решить, опираясь только на собственный внутренний потенциал, но и в том, что достигается такой уровень единства человечества, когда безопасность, существование и развитие каждой страны и каждого народа находятся в прямой зависимости от без- опасности мира в целом. И наоборот, обеспечение международной безопасности и конструктивное решение глобальных проблем зависят от безопасности, активности действий всех стран и народов, входящих в мировое сообщество.
Традиционно, а во многих случаях и до сих пор, в государственной политике и общественном сознании вопросы безопасного развития страны ассоциируются исключительно с военной угрозой. Между тем в новом столетии значительно возрастает опасность чрезвычайных ситуаций и глобальных катастроф (ядерных, радиационных, технологических, экологических, продовольственных и других), не связанных непосредственно с международными военными конфликтами, однако не в меньшей степени влияющих на состояние и развитие нации, способных поставить под вопрос существование самого общества как системно развивающегося целого. В связи с этим со всей остротой встает вопрос о защите общества от «самого себя». То есть от стратегически не продуманных, ошибочных решений в сфере политики, экономики, науки и т. д., которые прямо или косвенно ведут к возникновению чрезвычайных ситуаций и такого рода катастроф, как, например, в России. Все это свидетельствует о необходимости философского осмысления проблемы безопасности России в контексте современных угроз, обусловленных обострением глобальных проблем и глобализа-цией, что представляет одну из актуальнейших задач социальной философии.
Угрозы экономической безопасности России вызывают серьезные опасения. То, что произошло в России, - лишь фрагмент общей перестройки общепланетарной системы и прежде всего ее экономической составляющей в условиях обострения глобальных проблем и глобализации. Одним из важнейших факторов конца XX столетия явилось формирование в результате процесса самоорганизации мировой экономики[2].
За последние десятилетия возникло 37 тысяч ТНК, имеющих 200 тысяч филиалов, которые образуют единую сеть на всей планете. Эта совокупность ТНК владеет почти третью всех производственных фондов мира, производит более 40 % общепланетарного продукта, осуществляет более половины внешнеторгового оборота, более 80 % торговли высшими технологиями и контролирует более 90 % вывоза капитала[3]. Ведущие ТНК, осуществляя свою деятельность практически во всех странах мира, охватывают более трети экспорта обрабатывающей промышленности, 3/4 мировой торговли сырьевыми товарами, 4/5 торговли новыми технологиями, представляют рабочие места десяткам миллионов человек[4]. Эти наднациональные глобальные экономические империи приобрели такую силу, по словам А. А. Зиновьева, что «от них решающим образом зависит судьба экономики национальных государств Запада, не говоря уже о прочем мире»[5], в том числе и России.
Экономика, как известно, составляет основу национальной безопасности любого государства. В свою очередь, динамика валового внутреннего продукта (ВВП) является одной из наиболее важных характеристик, по которой можно судить не только об эффективности существующей модели экономики, но и о дальнейших перспективах развития того или иного общества. Стабильный рост ВВП показывает, что в стране действует эффективная модель экономики, в результате чего увеличивается национальное богатство, происходит улучшение жизненных условий населения. Падение же ВВП означает, что обществом избрана ущербная модель развития.
Катастрофическое состояние национальной безопасности России в последнее десятилетие было обусловлено, прежде всего, глубочайшей экономической депрессией, которая привела к сокращению объемов производства более чем вдвое, а бюджетных доходов - практически на порядок. В настоящее время состояние нашего бюджета по расходам в 60 раз меньше, чем в Америке. На 1 января 1999 г. объем внешнего долга России составил 140,8 млрд долларов США. Причины столь разрушительных механизмов в нашей экономике объясняются следующим. С одной стороны, государство в последние годы почти полностью отказалось от своей ответственности за регулирование национальной денежно-кредитной политики. С другой стороны, в результате проводившейся под руководством МВФ макроэкономической политики России был нанесен ущерб в полтриллиона долларов вывезенного и утраченного капитала, спровоцирован двукратный спад производства и пятикратное сокращение инвестиций, произошли деградация производительных сил общества и обнищание населения[6]. Подобные методики МВФ (примененные в ряде стран, включая Россию) были определены Международным трибуналом в Мадриде как преступление перед народами, а не «ошибки»[7]. В конечном счете, международные финансовые структуры добиваются отказа государства России от своего суверенитета в проведении экономической политики, а также использовании природных ресурсов нашей страны. Поэтому-то Россия подвергается ныне со стороны высокоразвитых государств действию так называемой концепции «сплавления» или «асфальтирования» стран для выстраивания «нового глобального экономического пространства».
Суть ее состоит в том, что международный капитал в той или иной стране начинает массированную спекуляцию с национальной валютой и спекуляцию на рынке ценных бумаг (зачастую даже на иностранных биржах, за границей), скупая контроль за предприятиями в национальной экономике практически по «бросовым» ценам. В России за последние годы, как известно, около 70 % сделок заключено непосредственно в пользу иностранных компаний. В результате «вся капитализированная стоимость нашей экономики (особенно после «обвала 17 августа»), по словам С. Глазьева, была «под силу двум-трем крупным иностранным банкам»[8]. В результате «после нескольких скачков иностранного капитала туда-обратно национального капитала в стране просто не остается. Весь капитал становится международным, он практически доминирует во всех ключевых отраслях, и все решения, связанные в том числе с нашей национальной безопасностью, после двух-трех тактов такого процесса будут приниматься не здесь, а за границей»[9]. Таким образом, международная финансовая олигархия и транснациональный капитал (представляя собой мощную экономическую силу) стремятся не только к созданию условий для извлечения сверхприбылей и тотальному контролю над мировым рынком, но, главное - к упрочению глобального господства.
Опасность состоит в том, что в России за прошедшие годы практически исчерпан запас прочности, оставшийся от СССР. Не только вывезены за рубеж 300 млрд. долларов, но, главное, запущены механизмы разрушения страны, которые могут привести к ее уничтожению как системно развивающегося целого. Как справедливо пишет С. Глазьев, еще одну пятилетку разграбления страна просто не переживет: «…либо все останется как есть, и тогда через шесть лет развитие страны будет целиком определяться предпочтениями иностранного капитала, без шансов экономического роста на собственной научно-промышленной основе... нас ждут быстро прогрессирующая деградация экономики и общества, массовая застойная безработица, фактическое превращение России в сырьевую колонию...», либо «реализуя научно обоснованнуюпрограмму мер по кардинальному обеспечению роста производства на современной технологической основе, мы в течение двух лет выведем страну на траекторию быстрого и устойчивого социально-экономического развития с темпами роста ВВП на 10 % в год, инвестиций - не менее чем на 20 % в год, реальных доходов населения - более 15 % в год»[10]. Однако для этого требуется кардинальное изменение стратегии социально-экономического развития в соответствии с общенациональными интересами, а не частными интересами олигархических кланов и международного иностранного капитала.
В современных условиях для России (как и мира в целом) в отдельную глобальную проблему вырастает проблема технологической безопасности. В XXI веке возрастает вероятность уничтожения цивилизации в результате глобальных катастроф, имеющих техногенный характер, которые могут создавать далеко идущие экологические последствия, затрагивая территории соседних стран и даже распространяясь по всей планете. Потенциально наиболее опасными считаются: химическая промышленность, нефтепереработка, трубопроводы, транспорт и другие виды больших технических систем.
Как показали крупнейшие аварии XX века (Севедо, Бхопал, рейнская катастрофа, Чернобыль), существует реальная угроза подрыва естественных условий существования человечества в результате крупномасштабных катастроф, опасность которых статистически возрастает с ростом техносферы[11].
В этом смысле российская техносфера - изношенная, аварийная - представляет беспрецедентную опасность[12]. В связи с переводом нашей экономики на рыночные начала Россию в ближайшем будущем ожидает значительное возрастание вероятности возникновения технологических катастроф.
Во-первых, новые формы международных связей продолжают направлять российскую экономику на развитие тех отраслей, которые связаны с добычей сырья и топлива, производством материало-, энерго- и экологоемкой продукции. А эти отрасли характеризуются не только повышенным риском технологических аварий, но и особой экологической опасностью для человека и окружающей среды.
Во-вторых, повышению угрозы технологических аварий (а значит, и экологических катастроф) может способствовать и ввоз в страну зарубежных высокоотходных технологий и оборудования, не отвечающих строгим экологическим стандартам. Не меньшую опасность представляет размещение на отечественных предприятиях заказов иностранных фирм, выполнение которых предусматривает использование экологически необоснованных, а нередко даже вредных технологий.
В-третьих, ведущие страны не очень заинтересованы в усилении нашего научно-технического потенциала. Зачастую предлагаемые западными партнерами варианты развития отдельных производств в России не только не способствуют снижению техногенных нагрузок на природную среду, но фактически консервируют технологическое отставание отечественной промышленности от мирового уровня. Нередки случаи поставки экологически устаревших технологий и оборудования, а также строительства промышленных объектов «под ключ» с грубейшими нарушениями российского природоохранного законодательства.
И, наконец, необходимо учитывать возможность искусственной инициации технологических катастроф на объектах повышенной экологической опасности, в частности, с помощью «электронных закладок» либо «программных» в создаваемых программных средствах, поскольку в России в последние годы закупается импортная вычислительная техника (либо ее комплектующие узлы и детали) и информационные технологии.
Передовым странам не выгодно создавать себе в лице России конкурента на мировой арене по выпуску наукоемкой продукции (поэтому они не спешат делать крупные вложения своих средств в российскую экономику в виде прямых производственных инвестиций). Существует опасность, что в результате Россия может оказаться не только в технологической зависимости от развитых стран, но главное - в стороне от тех передовых отраслей и производств, которые будут определять лицо мировой цивилизации XXI столетия. Поэтому в решении своих проблем Россия должна полагаться на свои внутренние резервы, чтобы не допустить возникновения технологической зависимости нашей экономики от развитых стран. Тем более что технологическая безопасность тесно связана с экологической.
Для предотвращения глобальных техногенных катастроф требуется не только создание международной системы технологической безопасности, которая охватывала бы все страны мира, но и совершенно иных организационных и технологических структур современного производства. То есть речь идет о технологической революции - таком качественном изменении самого производства, которое было бы способно предотвратить негативное воздействие мощной промышленной инфраструктуры и обеспечить надлежащую экологическую безопасность природы и общества.
В нашей стране речь идет о необходимости кардинальной технологической реорганизации и модернизации всего производства (и прежде всего существующих предприятий и заводов) и его экологизации: внедрении энерго- и ресурсосберегающих, малоотходных технологий, очистного оборудования, контрольно-измерительной аппаратуры, экотехники и т. д., в первую очередь в энергетической, горнодобывающей, металлургической, химической и нефтехимической, целлюлозно-бумажной и микробиологической промышленности и т. д. Но главное, России нужен прорыв в развитии прежде всего высокотехнологичных производств (как гражданского, так и военного назначения), определяющих НТП и технологическую независимость страны. А это возможно лишь на основе приоритетного развития образования и науки (как прикладной, так и фун-даментальной), прекращения «утечки мозгов» (грозящей России интеллектуальной катастрофой) и дальнейшего разрушения ВПК в результате одностороннего конверсионного и разоруженческого процесса, влекущего за собой не только негативные социальные и экологические последствия, но и подрыв обороноспособности и национальной безопасности страны.