Имеются также существенные диспропорции в развитии центральных и восточных регионов страны: Сибири и Дальнего Востока. Несмотря на имеющиеся значительные природные ресурсы на их территориях из-за низкой занятости, закрытия многих промышленных и развала сельскохозяйственных предприятий, а также соответствующего снижения качества жизни происходит миграция населения из этих регионов на запад страны. А следом возникает прямая угроза, как экономике регионов, так и территориальной целостности страны, так как вследствие снижения численности населения тут же возникает проблема нелегальной иммиграции. В свою очередь, нелегальная иммиграция создает множество политических, экономических и социальных проблем и не только на Дальнем Востоке и в Сибири, но на территории всей страны.
Проблемы с обеспеченностью рабочей силы будут только возрастать, если не решать демографическую проблему. По данным Госкомстата России, с 1992 г. и на протяжении последующих двадцати лет в России идет непрерывная убыль населения. Она колеблется в диапазоне от двухсот тысяч до почти одного миллиона человек в год и в сумме за эти годы составила более 13 млн чел. Потери населения нивелировались частично за счет миграционного прироста в первую очередь из республик бывшего Советского Союза. Если бы не этот прирост, то численность населения РФ составляла бы не 146 млн чел., а 133 млн чел. или 130 млн чел., если считать без Крыма. Далее в течение трех лет наблюдался небольшой прирост населения. Рекордным был 2014 г., в котором число жителей увеличилось на 33,7 тыс. чел. Однако уже в 2015 г. опять начинает падать рождаемость, а дальше произошел обвал: число родившихся в 2016 г. уменьшилось на 55 тыс. чел. В 2017 г. число родившихся сократилось уже на 200 тыс., а общая убыль населения за год достигла цифры в 134,4 тыс. чел.
Одной из острейших проблем, как свидетельствует та же статистика, остается низкая продолжительность жизни у мужчин и их высокая смертность в трудоспособном возрасте. Основными факторами снижения смертности являются: устойчивый рост уровня жизни и доходов населения, повышение доступности и качества медицинских услуг, сокращение потребления вредных для здоровья продуктов и улучшение экологической обстановки.
Между тем, как признают сами официальные власти, указанные факторы в реальной жизни практически отсутствуют. Из-за последствий экономического кризиса и осуществляемых правительством в последние годы «реформ» обращает на себя внимание рост бедности населения. Если взять за уровень бедности хотя бы 20 тыс. р. в месяц, а не официальный прожиточный минимум, то число живущих за чертой бедности будет почти 63 млн чел. (43 % населения). Это в три раза превышает официальные данные о числе бедных -- 20 млн чел.
В России денежные доходы на душу населения в 2018 г. составили 32,6 тыс. р., вместо требуемых в реальности 58,5 тыс. р. По данным Росстата расходы населения превышают доходы, что не дает возможности для преобладающей части населения получить доступ к качественному здравоохранению, полноценному досугу и отдыху, достойному образованию. Наряду с этим возникает социальное и имущественное неравенство, снижается культурный уровень населения и растет социально-экономическая поляризация общества, когда большая часть доходов сосредотачивается у относительно небольшой части населения крупных олигархов и высших политических деятелей.
Доступность медицинского обслуживания в РФ неуклонно снижается. В результате проводимой правительством «оптимизации» расходов бюджета за период 2000--2016 гг. по данным Росстата число больниц в стране сократилось в два раза -- с 10,7 тыс. до 5,4 тыс. В сельской местности ликвидированы почти все фельдшерские пункты, а в малых городах закрыты районные больницы. Качество не только бесплатной, но и платной медицинской помощи оставляет желать лучшего.
Нарастают и углубляются, особенно в связи с пандемией, негативные явления в системе образования. Так, в последние годы, в России наблюдается кризис перепроизводства выпускников с высшим образованием при одновременно упавшем качестве подготовки и разрушении учебных заведений, готовивших рабочие кадры для работы на предприятиях. В результате возникла огромная профессиональная ниша, которую заполняют иностранные работники. Сегодня многие отрасли существуют только благодаря опыту и знаниям специалистов, подготовленных системой советского образования и техническому наследию Совестного Союза. По ориентировочным расчетам численность служащих в сфере государственного управления более чем в четыре раза превышает занятость в сфере НИОКР и составляет примерно третью часть занятых в обрабатывающей промышленности. При этом, доля высококвалифицированных рабочих кадров составляет 3--5 % общего числа рабочих против 40--50 % в развитых странах.
Дополнительные проблемы в экономике РФ возникли в связи с пандемий COVID-19, которая вызвала спад в мировой экономике. В этой связи весьма интересным является прогноз экспертов Всемирного банка о состоянии и развитии российской экономики на пороге 2021 г. В их числе главными, как нам представляется, являются следующие прогнозные данные. По всем показателям Россия движется к рецессии -- в 2020 г. в большинстве секторов зафиксирован отрицательный рост (в том числе в обрабатывающем секторе -- на 10 %, добыча полезных ископаемых -- на 3,2 %). Сокращение доходов бюджета и ослабление рубля как результат пандемии характеризуется дефицитом федерального бюджеты за полгода в размере 406,6 млрд р. в сравнении с его профицитом 1 283 млрд р. за аналогичный период прошлого года, падение курса рубля с начала года на 11 %. Кризисные явления в банковском секторе, обусловлены ростом доли проблемных кредитов из-за ухудшения финансового положения домохозяйств и предприятий на фоне снижения деловой активности и роста безработицы (6,1 % по сравнению с 4,5 % годом ранее, что соответствует росту безработных на 1,1 млн чел.). Сокращение ВВП в 2020 г. на 6 % (даже при положительном его росте в 2020 г. прежний его уровень вернется лишь в 2022 г.). Бюджет в этот же период станет дефицитным. Причем, в случае развития неблагоприятного сценария ВВП России может сократиться на 9,6 % и восстановиться лишь на 0,1 % в 2021 г.1
Рассмотренные выше результаты проводимой за все эти годы политики не могут считаться неожиданными. Дело в том, что ставка была сделана в расчете на безусловное претворение в жизнь тезиса о необратимости проводимых реформ. Его суть -- достижение точки невозврата к прежней формации. Главной целью реформ, независимо от озвучиваемых правительственных деклараций, было создание узкого слоя частных собственников как социальной базы нынешнего строя для чего был использован механизм передела собственности и незаконного присвоения доходов от приватизации государственного имущества. В ходе реализации намеченного реформаторами плана был разрушен ряд основополагающих устоев в организации управления, что и обусловило возникновение многих негативных явлений в экономике [6]: «необоснованная ликвидация ранее существующей системы государственного нормативного регулирования; отсутствие производственной демократии, заключающейся в участии наемных работников в управлении производством; отсутствие социального партнерства на различных уровнях управления».
Под видом внедрения рыночной системы хозяйствования социальное государство неоправданно отодвинуто и продолжает задвигаться на задний план. Зато на первый план выдвигаются интересы олигархии. Это уже привело к разрушению целостного механизма управления социально-экономическим развитием. При этом единое пространство РФ все более становится неоднородным со всех точек зрения, что ведет к разобщению ее субъектов, угрожая самому существованию государства. Кроме того, в условиях дефицита источников финансирования наибольшие шансы на успех имеет селективная политика, определяющая приоритеты в развитии конкретный отраслей и территорий. Все это невозможно без кардинального усиления государственного регулирования, обеспечением жесткого контроля за соблюдением Конституции РФ и законов, регламентирующих основы федеративного устройства государства.
Усиление роли государства невозможно без создания соответствующей институциональной среды и формирования новых управленческих структур и перестройки механизма управления.
Несмотря на то, что растаяли надежды на всесилие рыночных регуляторов, долгое время страна находилась в режиме оперативного регулирования, прекратилась разработка долгосрочных прогнозов и перспективных планов. Лишь в 1999г. был создан Центр стратегических разработок, а в 2000г. представлен проект «Основные направления социально-экономического развития Российской Федерации на долгосрочную перспективу». Тем не менее, до сего времени, наступающий очередной кризис правительством трактуется только как финансовый. Также как и в начале рыночных реформ, страна находится в «ручном управлении», а у власти отсутствует реальная программа перехода к социально эффективной стратегии развития. И это не внушает надежды на изменение курса: «Отсутствие у правительства РФ программы трансформации стратегии в социально эффективную стратегию является на сегодня главной угрозой безопасности России» [7, с. 311].
В качестве первоочередных обязательных условий для разработки и реализации социально ориентированной программы стратегического социально-экономического развития следует выделить:
— законодательное оформление передачи под государственный контроль основных добывающих отраслей промышленности, которые в настоящий период обеспечивают значительную долю в ВВП страны;
— законодательное оформление и введение в обязательную практику системы государственного нормативного регулирования, в том числе: при распределении ВВП на оплату труда работников, инвестиций предприятиям, дивидендов акционерам, налоговых поступлений государству и др.;
— законодательное обеспечение государственного регулирования курса валют, а также контроля над ценообразованием на сырьевые и энергетические ресурсы;
— законодательное оформление отраслевых приоритетов при проведении модернизации российской экономики с учетом возможностей ее инновационного развития.
Усиление роли государственного регулирования предполагает изменение подходов к обоснованию наиболее рациональных направлений развития экономики и социальной сферы. Например, было бы целесообразно сформировать систему долгосрочного прогнозирования, учитывающую тенденции научно-технического и экономического развития, а также геополитические изменения и их влияние на положение России в мировом сообществе.
Декларируемый властями в последние годы прирост ВВП и промышленного производства вряд ли можно считать устойчивой тенденцией при том небольшом периоде времени, за который они наблюдались. Да и сами факторы, воздействующие на темпы экономического роста в РФ, носят преимущественно конъюнктурный характер (рост цен на углеводороды, замораживание цен на товары и услуги естественных монополий и др.). Кроме того, доля отраслей обрабатывающей промышленности уже давно находится за допустимым порогом экономической безопасности, а возможный уровень инвестиций с учетом пандемии явно недостаточен при указанном выше износе основных фондов и нужд их технологической модернизации. До сих пор нет и отлаженного механизма, обеспечивающего процесс инновационного развития экономики.
Таким образом, к настоящему времени экспортно-ориентированная модель роста экономики, опирающаяся на форсированную добычу углеводородов и консервативную макроэкономическую политику практически себя исчерпала.
Если в предыдущий период экономический рост главным образом определялся девальвацией рубля и ростом экспортных доходов от энергосырьевых товаров, то теперь эффект девальвации рубля уже исчерпан, а возможности увеличения экспорта энергоресурсов тем более ограничены. Поэтому переход к новой модели экономического роста не только неизбежен, но и объективно необходим. Ее основой должна стать диверсификация экономики в интересах большинства общества и поиск инвестиционно-инновационных источников роста при контролируемой инфляции.
Список использованной литературы
1. Робертс П.К. Греческий урок для России / П.К. Робертс // Вести.ги. URL: https:// www.vestifinance.ru/articles/60264.
2. Российский статистический ежегодник: стат. сб. / редкол.: В.Л. Соколин [и др.]. Москва: Госкомстат, 2001. 642 с.
3. Мониторинг экономического развития России в период с 1991 по 2010 гг.: опыт циклического анализа макроэкономической динамики / В.А. Цветков, Л.А. Аносова, К.Х. Зоидов, А.В. Большаков // Annual Report on BRICS' Social-Economic Development / ed. Lin Yueqin, Zhou Wen. URL: http://www.ipr-ras.ru/articles/brics-2011-ch3.
4. Савяк H.H. Источники инвестирования экономики Российской Федерации / Н.Н. Савяк // Экономические исследования и разработки. 2019. № 10. С. 58-66.
5. Инвестиции в России. 2017: стат. сб. / редкол.: А.Л. Кевеш [и др.]. Москва: Росстат, 2017. 188 с.
6. Литвиненко В.А. Проблемы социально-экономического развития России и инновационные пути их решения / В.А. Литвиненко, А.Н. Иткинд // Современная наука: актуальные проблемы теории и практики. Серия: Экономика и Право. 2014. № 7. С. 40-46.
7. Ведута Е.Н. Стратегия и экономическая политика государства / Е.Н. Ведута. Москва: Академический Проект, 2004. 461 с.
References
1. Roberts P.G. Greece's Lesson for Russia. Vesti.ru. Available at: https://www.vestifi- nance.ru/articles/60264. (In Russian).
2. Sokolin V.L. (ed.). Rossiiskii statisticheskii ezhegodnik [Russian Statistical Annual Publication]. Moscow, Goskomstat Publ., 2001. 642 p.
3. Tsvetkov V.A., Anosova L.A., Zoidov K.Kh., Bolshakov A.V. Monitoring of Russia's Economic Development in the Period from 1991 to 2010: Experience of Cyclical Analysis of Macroeconomic Dynamics. In Lin Yueqin, Zhou Wen. Annual Report on BRICS' Social-Economic Development. Available at: http://www.ipr-ras.ru/articles/brics-2011-ch3.
4. Savyak N.N. Sources of Investment of the Russian Federation Economy. Ekonomich- eskie issledovaniya i razrabotki = Economic Development Research Journal, 2019, no. 10, pp. 58-66. (In Russian).
5. Kevesh A.L. (ed.). Investitsii v Rossii. 2017 [Investment in Russia. 2010]. Moscow, Rosstat Publ., 2017. 188 p.
6. Litvinenko V.A., Itkind A.N. Problems of Socio-Economic Development of Russia and Innovative Ways to Address Them. Sovremennaya nauka: aktual'nye problemy teorii i prak- tiki. Seriya: Ekonomika i Pravo = Modern Science: actual problems of theory and practice. Series: Law and Economics, 2014, no. 7, pp. 40-46. (In Russian).
7. Veduta E.N. Strategiya i ekonomicheskaya politika gosudarstva [Strategy an State Economic Policy]. Moscow, Akademicheskii Proekt Publ., 2004. 461 p.