Следует учитывать, что содержание и восприятие информации зависит не только от того, каким носителем она представлена и каким способом она кодирована, но и от того, какой системой она воспринимается, поскольку разность смыслов информации зависит от системы, в которую поступает один и тот же сигнал. В зависимости от системы восприятия один и тот же объект может выступать носителем различной информации. Так, рукописный текст по-разному воспринимается обычным читателем, графологом, химиком, криминалистом и т. д. В некоторых случаях информация может отражать качества её носителя, например, цвет предмета или его форму. В данном случае качество предмета можно рассматривать как определённую информацию, записанную в данном предмете [10, с. 320-323]. Так, государственную тайну может представлять смысл сообщаемых, разглашаемых в личной беседе или записанных в ходе прослушивания телефонных переговоров сведений и информация, отражающая характеристики того или иного образца вещества, детали и т. п.
Сущность информации как объекта материального мира можно проиллюстрировать на примере характеристики предмета преступления, предусмотренного ст. 2172 УК РФ. Исходя из характеристик предмета преступления, предусмотренного указанной нормой, можно сделать вывод, что содержательная часть документа - экспертизы промышленной безопасности - выражена в заведомо недостоверной информации, в силу чего информацию, облечённую в форму документа (в материальной или цифровой форме) следует признавать предметом преступления. Информация, отражённая на материальном носителе - документе, обусловливает трансформацию общественных отношений и, как следствие, неизбежно приводит к причинению вреда объектам, находящимся под охраной уголовного закона. В свою очередь, предмет преступления, предусмотренного ст. 242 УК РФ, должен обладать информационными свойствами, а именно, порнографические материалы, признаваемые предметом преступления, должны содержать именно информацию порнографического характера, которая соответствующим образом воспринимается и осознаётся людьми. Признание материалов порнографическими, как известно, происходит на основании экспертного заключения, для вынесения которого изучается именно содержательная, информационная составляющая такого рода материалов, после чего даётся заключение, является ли исследуемый материал предметом преступления.
Учитывая изложенное выше, исходя из материальной сущности предмета преступления, можем определить содержание и дать следующую дефиницию понятия: «Предмет преступления» - это материальные объекты (вещество, энергия, информация), посредством манипуляций с которыми осуществляется посягательство на охраняемые уголовным законом общественные отношения».
Исходя из указанного определения, отражающего материальную сущность и содержательное видовое разнообразие предмета преступления, считаем необходимым обратить внимание на имеющееся сегодня в законодательстве и уголовно-правовой науке безосновательное отнесение некоторых нематериальных объектов к данной категории.
Так, в частности, учёные предлагают относить к предмету преступлений против собственности наряду с вещами также и имущественные права (носящие как вещный, так и обязательственный характер, обладающие потребительской стоимостью) [11, с. 75-78]. Отечественное уголовное законодательство в качестве предмета, например, мошенничества (ст. 159 УК РФ) предусматривает имущество, право на имущество, а предмета вымогательства (ст. 163 УК РФ) - имущество, право на имущество, а также действия имущественного характера.
Во-первых, следует категорически возразить против законодательного закрепления в качестве предмета преступления наряду с имуществом права на имущество. Отделение вещи от субъективного права на вещь невозможно с точки зрения цивилистической доктрины и законодательства.
Во-вторых, признание в качестве предмета преступления такой юридической фикции, как имущественные права, не является целесообразным и противоречит материальной природе предмета преступления. Безусловно, имущественные права, имеющие характер требований (в том числе безналичные денежные средства, бездокументарные ценные бумаги, цифровые права) могут выступать элементом общественных отношений в сфере экономики. Соответственно, привнося негативные изменения в данные общественные отношения (например, связанные с переходом права требования от одного лица другому и т. п.), преступное деяние может причинять им вред. Однако механизм причинения вреда охраняемым уголовным законом общественным отношениям не связан в данном случае с манипуляциями с каким-либо предметом преступления.
Совершить кражу имущественных прав просто физически невозможно. Таким образом, на наш взгляд, предметом кражи могут выступать исключительно вещи. При этом, на имущественные права может быть осуществлено преступное посягательство, например, путём мошенничества. В данном случае виновное лицо может похитить какую-либо вещь путём обмана или злоупотребления доверием, либо приобрести имущественное право путём обмана или злоупотребления доверием.
Указание на то, что в качестве имущества как предмета преступлений против собственности следует рассматривать «...овеществлённые в документах права требования, а также имущественные права в случаях, когда они входят в неделимый объект права собственности» Вишнякова Н. В. Объект и предмет преступлений против собственности: автореф. дис.... канд. юрид. наук. - Омск, 2003. - 26 с. Коргулев А. Г. Предмет преступления в современном уголовном праве: компаративный анализ аналитической философии и экзистенциализма: автореф. дис.... канд. юрид. наук. - Краснодар, 2021. - 30 с., представляется нам «абстрактной абстракцией».
В-третьих, при принуждении лица к осуществлению «действий имущественного характера», на наш взгляд, следует вести речь не о преступлении против собственности, а о преступлении против свободы, чести и достоинства, как то: использование рабского труда, либо принуждение к совершению сделки или отказу от её совершения и пр.
Отдельно следует возразить против признания человека предметом преступления. Так, некоторые авторы утверждают, что «потерпев - ший в российском уголовном праве, как признак объекта преступления - это субъект (обязательный участник) уголовно-правовых отношений», и его следует рассматривать в качестве «одушевлённой разновидности предмета»11.
Имея, безусловно, биологическую основу существования как живого организма, человек является биосоциальным существом [12, с. 63-73], которому присущи сознание, воля и душа. В силу указанных характеристик человек выступает субъектом социального взаимодействия, т. е. общественных отношений. И сведение всей человеческой сущности в случае совершения в отношении того или иного лица преступления к «роли» предмета, на наш взгляд, недопустимо.
Актуальным сегодня является вопрос о признании в качестве предмета преступления внутренних органов и тканей человека. Сфера трансплантации внутренних органов человека и его тканей является одной из наиболее криминализированных [13, с. 22-27], что ставит пред отечественным законодателем задачу, связанную с регламентацией и соответственно охраной общественных отношений в сфере трансплантологии. Если вопрос с законодательной регламентацией трансплантологии внутренних органов человека разрешён Законом Российской Федерации от 22 декабря 1992 г. № 4180-I «О трансплантации органов и (или) тканей человека», то уголовно-правовая охрана общественных отношений в сфере трансплантации обеспечивается лишь п. «м» ч. 2 ст. 105 УК РФ и ст. 120 УК РФ. Уголовно-правовая охрана общественных отношений в сфере трансплантологии, как нам представляется, не соответствует правилам и принципам криминализации общественно опасных деяний, существующие нормы не обеспечивают необходимую правовую защиту таких отношений, в результате чего в отечественной теории уголовного права остается открытым вопрос относительно признания внутренних органов человека и его тканей в качестве предмета преступления. Указанные обстоятельства свидетельствуют о необходимости внесения дополнения в УК РФ в части установления уголовной ответственности за незаконные действия с донорскими органами и тканями человека.
Мы полагаем, что внутренние органы человека, его ткани могут выступать предметом преступления в силу того, что они обладают признаками, которые присущи объектам материального мира, они имеют физическое выражение, обладают определённой стоимостью [14, с. 216-221], могут быть предметом сделки купли-продажи, иных возмездных сделок при условии их изъятия в пригодном для трансплантации состоянии либо использования иным образом (например, для изучения). Однако отметим, что внутренние органы человека, его ткани в случае их анатомического повреждения, не связанного с последующим изъятием в целях трансплантации, не могут выступать в качестве предметов преступлений, предусмотренных ст. 111-118 УК РФ, а также иных статей УК РФ, в которых телесные повреждения (вред здоровью) предусмотрены в качестве конструктивных признаков объективной стороны преступлений. Тело умершего человека является предметом преступления, предусмотренного ст. 244 УК РФ.
Заключение
Роль предмета в механизме совершения преступления и, соответственно, его значение для уголовно-правовой квалификации определяется тем, что посредством воздействия (манипуляции) на предмет преступления осуществляется посягательство на объект преступления. При определении предмета преступления как понятия, содержательно относящегося, безусловно, к миру материального, следует исходить из того, что абсолютно весь окружающий нас материальный мир есть соединение трёх его составляющих - вещества, энергии и информации. Под предметом преступления следует понимать материальные объекты (вещество, энергию, информацию), посредством манипуляций с которыми осуществляется посягательство на охраняемые уголовным законом общественные отношения. В законодательстве и уголовно-правовой науке некоторые нематериальные объекты безосновательно отнесены к категории «предмет преступления». При этом не получают надлежащего уголовно-правового отражения в качестве такового такие объекты материального мира, как органы и ткани человека, электроэнергия и другие.
Список литературы
1. Улезько С. И. Предмет преступления, предмет общественного отношения, предмет преступного воздействия / Проблемы противодействия организованной преступности в экономической сфере: материалы регион. науч.-практ. конф. проф.-преподават. состава, апр. 2004 г. Ростов н/Д: Изд-во РГЭУ «РИНХ», 2004 (Азов: ООО Изд-во ТАНА). С. 58-62.
2. Пудовочкин Ю. Е., Игнатов А. Н., Кашкаров А. А. Полиобъектные составы преступлений // Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки. 2017. № 1. С. 118-123.
3. Филимонов В. Д. Охранительная функция уголовного права. Санкт-Петербург: Юридический центр Пресс, 2003. 198 с.
4. Хилюта В. В. Предмет преступления в науке уголовного права: проблемы и противоречия // Журнал российского права. № 7. 2016. С/ 70-79.
5. Загородников Н. И. Понятие объекта преступления в советском уголовном праве // Труды ВЮА. Вып. XIII. Москва: РИО ВЮА, 1951. С. 32-46.
6. Брайнин Я. М. Некоторые вопросы учения о составе преступления в советском уголовном праве // Юридический сборник № 4: сборник статей. Киев: Издательство Киевского государственного университета, 1950. С. 58-59.
7. Трайнин А. Н. Общее учение о составе преступления. Москва: Госюриздат 1957. 364 с.
8. Фролов Е. А. Спорные вопросы общего учения об объекте преступления // Сборник учёных трудов. Вып. 10 / редкол.: Галиакбаров Р. М., Давыдов П. М., Кофман В. И., Ливчак Б. Ф., Мелехова А. К., Недобоева А. Е., Петрищева Г. И., Прохоров В. Т., Свинкина А. И., Черданцев А. Ф.; отв. за вып.: Семенов В. М. Свердловск, 1969. С. 184-225.
9. Ляпунов А. А. Проблемы теоретической и прикладной кибернетики. Москва: Наука, 1980. 335 с.
10. Улезько С. И. Понятие предмета в преступлениях против собственности в современном уголовном праве // Общество и право. 2015. № 1 (51). С. 75-78.
11. Игнатов А. Н. О биосоциальной природе преступности // Вестник Санкт-Петербургского университета. Право. 2016. № 1. С. 63-73.
12. Гришин Д. А., Хомякова М. А. Криминальная трансплантация и коллизии российского законодательства // Российское право: образование, практика, наука. 2018. № 2. С. 22-27.
13. Рыжкова Е. В., Сокол В. О. Чёрная трансплантология. Незаконное изъятие органов // Наука и знание: конкурентный потенциал общества, науки и бизнеса в условиях глобального мира: сб. ст. по итогам науч.практ. конф. (Новороссийский филиал Московского гуманитарно-экономического университета, 8 апреля 2016 года) / отв. ред. Т. А. Куткович. Ставрополь: Логос, 2016. С. 216-221.
References
1. Ulez'ko S. I. Predmet prestupleniya, predmet obshchestvennogo otnosheniya, predmet prestupnogo vozdeystviya / Problemy protivodeystviya organizovannoy prestupnosti v ekonomicheskoy sfere: materialy region. nauch.-prakt. konf. prof.-prepodavat. sostava, apr. 2004 g. redkol.: Ulez'ko S. I (otv. red.), Volochay S. N., Podroykina I. A. Rostov n/D, 2004. S. 58-62.