Еще одной вероятной причиной интеграции новорелигиозных общин является однородность социально-демографического состава этих новорелигиозных групп: большинство последователей в них являются людьми среднего возраста, больше половины - с высшим образованием.
Каковы же этические и мировоззренческие установки, являющиеся производными от их религиозной идентичности, обеспечивающие успешность взаимодействия между различными новорелигиозными общинами?
Во-первых, экологичность в самом широком понимании. Все три типа новорелигиозных общин ориентированы на практику сельского хозяйства и образ жизни, не наносящий вред природе. Наиболее ярко это выражено у анастасиевцев, для которых гармония с природой является базовым принципом: сами родовые поместья определяются ими как «экопоселения» - поселения, в которых реализуются следующие принципы: лесовосстановление, минимизация энергопотребления, неистощительные технологии обработки земли, запрет на использование ядохимикатов. Виссарионовцы изначально ориентировались на полностью ручной труд, но в настоящее время некоторые из них пользуются сельскохозяйственной техникой, хотя эталоном все же считается сведение использования этой техники к минимуму.
Во-вторых, это то, что условно можно обозначить как определенный стиль здорового образа жизни - негативное отношение к интоксикациям, в том числе алкоголю и курению, а также вегетарианство. В настоящее время в общинах отсутствует какой-либо строгий устав (хотя в поселениях анастасиевцев эти правила носят более жесткий характер), но подавляющее большинство общинников действительно не употребляют алкоголь, не курят и являются вегетарианцами разной степени - считается, что это способствует поддержанию сознания в должной чистоте, необходимой для «самоосознания».
В-третьих, это антиконсьюмеризм. В каком-то смысле новорелигиозные общины являются протестом против «общества потребления»: они ориентированы на индивидуальное мастерство в производстве товаров, на минимизацию материальных потребностей, на самообеспечение. Крайней формой антиконсьюмеризма является попытка ануровцев отказаться от денег и от того, что можно купить за деньги. И в целом, образ потребителя - это некая антитеза тому типу личности, который общинники стремятся культивировать в себе и своих детях. Концепция отрицания потребительского образа жизни дополняется идеей самообеспечения (а значит, ограничения потребностей), которая интересным образом перекликается с разделяемой во всех общинах убежденностью о возможном апокалипсисе, который может постичь индустриальный мир.
В-четвертых, это законопослушность. Вопреки прогнозам СМИ и антикультистов, последователи данных НРД до крайности законопослушны (это отмечают и имеющие с виссарионовцами дело чиновники районной администрации). С одной стороны, это диктуют им их религиозные убеждения, с другой, поскольку они являются объектами пристального внимания силовых структур, они в какой-то мере вынуждены быть предельно внимательными к соблюдению норм Гражданского кодекса (не говоря уже об уголовном).
В-пятых, широта взглядов/толерантность в отношении других религий и религиозных движений, являющаяся производной от определенного мировоззренческого синкретизма, который можно охарактеризовать следующим неявным императивом: «Кто бы какой религии ни придерживался, лишь бы человек был хороший». Свой путь к спасению, разумеется, считается в конечном счете наиболее совершенным, но и за другими признается право на существование в том ключе, что «люди разные, а Бог создал разные пути приближения к нему для разных людей».
Эта широта взглядов имеет еще одно следствие - подавляющее большинство общинников сохранили связи со своими семьями, а некоторые и с социальным окружением (друзья, бизнес-связи) вне общины. У виссарионовцев распространенным является вариант, когда пожилые родители переезжают в ту же деревню, где живут их дети, но сами при этом последователями Виссариона не становятся; часто приезжают, например, на лето, родственники. Для ануровцев родственники вне общины - серьезный источник материальной поддержки. Таким образом, жители общин на настоящий момент не стремятся к социальной изоляции и не поддерживают ее.
В-шестых, это сходные паттерны взаимодействия между мужчинами и женщинами, похожие модели семьи. И наставления Виссариона о семейной жизни, и советы лидера ануровцев, и аудиозаписи лекций по семейной психологии, которые имеют хождение у анастасиевцев, несут в себе сходные мотивы. Подразумевается, что семья имеет высокую ценность и что наиболее гармоничной является модель семьи, которую условно можно назвать патриархальной (сложно сказать, откуда берется такое представление о семье, скорее, это определенная реконструкция, мифологизация «традиционной семьи»). Сфера ответственности мужчины в этой семье - это постижение религиозных истин, самосознание, а также материальное обеспечение семьи. Сфера ответственности женщины - забота о детях и муже, создание определенной эмоциональной атмосферы в семье, организация семейного быта (в том числе огород). Общинники резко негативно относятся к абортам, как правило, число детей в их семьях больше среднестатистического по стране (2-3 ребенка и больше). Имеются определенные нюансы в этой сфере жизни у разных движений, в частности, видение семьи у ануровцев немного отличается от того, что существует у виссарионовцев и анастасиевцев. С одной стороны, это такая же реконструкция «традиционной семьи», где женщина отвечает за эмоциональную сферу, а мужчина за обеспечение семьи, постройку дома. Но модель эта уже ближе не к «патриархальной», а «матриархальной», считается, что женщина обладает бульшей интуицией, ей больше открыто в плане духовного видения, что женская энергия неявно управляет как отношениями в семье, так и отношениями между людьми. Собственно, основным лидером общины является женщина (которая осуществляет не прямое руководство, а подчеркивая свою роль «матери»), старейшины тоже женщины, женщины договариваются о проводимых в разных городах спектаклях и т.д.
В-седьмых, это похожее отношение к институту образования. Представители всех трех общин стремятся к реализации альтернативных моделей дошкольного и среднего образования, распространено использование методик Вальдорфа, Монтессори, во всех трех общинах организованы свои детские сады. В общине виссарионовцев созданы свои школы, одна из которых прошла государственную аккредитацию, занимаясь в других, дети числятся на домашнем обучении. После окончания этих школ дети иногда продолжают учебу в средних профессиональных и высших учебных заведениях (к сожалению, статистика отсутствует), иногда нет, но среднее образование подавляющее большинство из них получает либо в своих школах, либо дома; государственное образование рассматривается как неэффективное по временным затратам. Большое внимание уделяется прикладным искусствам, которые либо встраиваются в занятия в школе, либо проводятся в форме кружков. В то же время большинство общинников (в особенности это касается виссарионовцев) стремится не полностью выпадать из государственной системы образования - даже если дети не посещают школу, они выходят на получение государственного аттестата о среднем образовании (в основном через форму домашнего обучения). Наиболее радикальны здесь ануровцы - некоторые дети, в частности дочери самих лидеров общины, не получили аттестатов об образовании. У тех анастасиевцев, которые проживают в поселении, некоторые дети посещают начальную областную школу, свои школа и детский сад пока только находятся в проекте - в силу молодости общины; дети тех, кто живет в городе, посещают обычные школы и зачастую кружки.
В-восьмых, это специфическая интерпретация того, что связано с жизнедеятельностью и здоровьем человека. Во всех общинах считается, что «духовный образ жизни» обостряет способность человека видеть и лечить болезни, соответственно, во всех общинах имеется очень много «целителей», имеющих своих клиентов и за пределами общин. Зачастую их практика похожа на консультацию психотерапевта, иногда она дополняется гомеопатией и лечением травами. В то же время в серьезных случаях представители всех общин обращаются в государственные поликлиники, правда, происходит это редко. В большинстве случаев роды проходят в домашних условиях, летальных исходов не наблюдалось.
В-девятых, это принципы организации и управления общинами. Присутствие во всех трех общинах является делом сугубо добровольным; менеджеры, необходимые для координирования общих вопросов, в общинах не назначаются «сверху», а выбираются «снизу». Во многих ситуациях это делает менеджмент менее эффективным, потому что фактически нет механизмов, чтобы обеспечить единство поведения, выполнение принятого решения. Приходится искать решение вопросов, касающихся всех (например, дороги, или строительство, или денежные отчисления в пользу общины, или плата учителям), путем согласования их со всеми и ожидать, что человек будет выполнять условленное исходя из его доброй воли, ответственности, воспитанности. У ануровцев и в Церкви Последнего завета многие вопросы по взаимодействию решаются благодаря наличию абсолютного авторитета, их регулирующего.
Если лидер общины перестает быть авторитетом для какого-либо последователя, довольно сложно найти способы для того, чтобы с ним договориться или чтобы исключить его из общины.
Интересно, что во всех трех общинах взят курс на минимальную управленческую структуру; в большей степени она проявлена в Церкви Последнего завета, но и там она предельно упрощена - это общие собрания в каждой деревне, старосты как представители деревень, выбираемые общим собранием, человек, отвечающий за вопросы взаимодействия с внешним миром - администрацией, прессой и т.д., его заместитель и юридический глава церкви, отвечающий за широкий спектр проблем, связанных, опять же, с представительством общины во внешнем мире; большинство вопросов внутренней жизни общины решаются на собраниях. У ануровцев все регулируется через Наталью Ивановну (организатор общины), она абсолютный авторитет для всех ануровцев, причем ее позиция - это позиция не авторитарного лидера, но «всеобщей матери»; существует также определенный круг «старших», которые именуются «хранителями» (сакральный смысл этого статуса заключается в том, что эти люди имеют контакт с учителями и являются «хранителями внутреннего духовного огня»). Хранители также отвечают за разные сферы жизни общины и также пользуются определенным авторитетом в бытовых вопросах.
Поскольку все эти мировоззренческие принципы близки, это обеспечивает представителям разных новорелигиозных общин основу для взаимодействия друг с другом.
Итак, представляется интересным, что, обладая различным религиозным мировоззрением, последователи этих движений установили довольно схожие нормы поведения и социальные и этические установки, хотя выбранные ими экономические стратегии, как показало исследование, несколько отличаются.
Экономические стратегии новорелигиозных сибирских общин
В мировоззрении всех трех общин заложены идеи независимости от денег, минимизации этой стороны жизни, но реализуется это стремление поразному. Две исследуемые общины (Церковь Последнего завета и анастасиевцы) выбрали примерно одинаковый путь - обеспечение независимости за счет экономического благосостояния, тогда как ануровцев отличает довольно специфическое отношение к этой стороне жизни - определенная «отреченность» от денег и финансовой успешности.
В отличие от анастасиевцев и виссарионовцев ануровцы не ориентированы на экономическое благополучие. В целом, они очень негативно относятся к деньгам, считая их «злом, очень плохо влияющим на отношения между людьми…», и стараются обходиться без них. Систему экономических отношений внутри общины они именуют «системой «дар»» - подразумевается, что люди должны не продавать друг другу необходимое, а дарить. Эта система в какой-то мере работает, причем без какого-либо внешнего администрирования, поскольку число последователей невелико, и ее удается осуществлять на уровне дружбы, межличностных взаимоотношений. Смысл системы не только в том, чтобы обмениваться недостающими продуктами, одеждой и т.д., помогая друг другу, - но она задает также принцип общения с внешним миром. Так, ануровцы не берут деньги за свои спектакли и за распространяемые диски с песнями, выступая, они также не арендуют помещения, но договариваются с администраторами различных залов. Поскольку приоритетной для себя деятельностью они считают творческую, то огородничество не культивируется - в отличие от двух других общин, ануровцы не выращивают и не собирают ничего на продажу и даже не пытаются сделать пользование землей более эффективным. Особенно это проявлялось в первые годы формирования общины, поскольку люди переехали из городов, имея слабый опыт огородничества, соответственно, «первые пару лет жили впроголодь». Сейчас выращивается стандартный минимум - овощи, картошка, при этом нет общей сельскохозяйственной работы, общих полей, у каждого свои огороды, и нет стремления сделать эту часть своей жизни приносящей бульшую выгоду. религиозный община мировоззрение ануровец
Одна или две семьи держат несколько коров, молоко которых распределяется по всей общине. Когда коров только завели и молока было мало, оно распределялось только между детьми.
Очевидно, что абсолютное неприятие денег сделало бы существование общины невозможным: требуются финансы на материалы для постройки и поддержания домов, на коммунальные платежи, на бензин для машины, у кого она есть, но эти расходы действительно сведены до минимума. Одежда, по возможности, шьется или ремонтируется вручную, переезды с театром осуществляются тоже довольно часто посредством «договоренности». Летом организуется бесплатная для общинников столовая, функционирует бесплатная швейная мастерская.
Какой-то минимум денег попадает в общину из таких источников, как пенсии, от работающих членов семей за пределами общины и пожертвования тех последователей, которые не переехали в свое время в Мыски из Новокузнецка, но остались с Натальей Ивановной в хороших отношениях. Кроме того, денежных, «корыстных» отношений сторонятся в большей степени в том случае, если они имеют место за пределами общины. В частности, от своих деньги принимаются, но в целом речь идет об очень незначительных суммах, поэтому, видимо, внутри общины деньги «проще нейтрализуются».
Приобщение человека к «корыстной деятельности» может стать причиной серьезного конфликта. Так, одна из ануровских художниц начала продавать свои картины, в результате ее исключили из общины, точнее, возникшие разногласия не позволили ей продолжать общаться с общинниками: деньги и заработки представляют собой одно из немногих категорических табу.
Те дома, которые были построены после переезда в Мыски, возводились с помощью всех членов общины. Все костюмы, реквизит для театральных выступлений создаются своими руками, хотя помимо театральной деятельности и строительной, никакие ремесла особо не изучаются и не культивируются.
«Экономическая программа» виссарионовцев, складывающаяся из наставлений Виссариона также состоит в сведении финансовых операций к минимуму, но деньги используются как средство обращения с внешним миром (а иногда и между собой). Очень не рекомендуется давать и брать деньги в долг или в залог, хотя такое случается. В целом, присутствует понимание того, что расходы должны минимизироваться.
Источники доходов у общинников разные: небольшое число общинников имеет постоянную работу (но многие стоят на очереди в центре занятости), часть уже на пенсии, в основном мужчины выезжают на заработки на один или несколько месяцев в году. Есть и такие, у кого имеется бизнес за пределами общины. Статистики нет, но процентов 60-70 мужчин заняты какими-то ремеслами. Наиболее распространено лозоплетение (им и женщины занимаются), так как требует меньших материальных и физических затрат. Есть кузнецы, столяры, гончары, бондари. В преддверии возможных катаклизмов грядущих лет общинники стремятся развить все навыки, необходимые для выживания и самообеспечения в условиях глобального энергетического кризиса. Внутри общины мастера дарят свои изделия или реализуют путем натурального обмена, в мир продают - на ярмарках мастеров, на заказ, через знакомых, цены на изделия в интервью старались не озвучивать, но, по слухам, стоят их изделия недешево.