С.Н. Булгаков о формировании национальной идентичности в контексте концепции соборности
А.В. Тонковидова,
П.Е. Бойко
В статье изучается вопрос теоретических оснований национальной идентичности посредством рассмотрения булгаковской концепции соборности, согласно которой национальность трактуется как натуральная соборность, или ступень в достижении истинной соборности в церкви. Соборность, реализующаяся через национальный аскетизм, определяется как основной момент развития национальной идентичности в разных типах социальностей: церковной, светской, церковно-светской. На основе учения С.Н. Булгакова определяется взаимосвязь национальной, личной и религиозной идентичности, делается вывод о значимой роли национальной солидарности, соборности в формировании национальной идентичности. Исходя из булгаковских текстов выделены этапы формирования национальной идентичности, в процессе прохождения которых формируется национальное самосознание, приравниваемое к личному самосознанию, и способы национальной идентификации. Прослеживается диалектическая взаимосвязь между государственностью, соборностью, национальной идентичностью. булгаков соборность религиозный
Ключевые слова: натуральная соборность; национальное чувство; национальный дух; национальное самосознание; национальная вера.
В современном обществе национальная идентичность, на наш взгляд, формируется в диалектическом, а подчас антиномичном противопоставлении концепту глобализации, стиранию национальностей, утрате самой возможности актуализации у человека такой формы идентичности, как национальная идентичность. Одновременно с этим, в условиях изменяющегося мира нарастает тенденция укрепления патриотизма, патриотического чувства у граждан России, формирующегося в аспекте национальной идентичности. В связи с этим важно отметить то значение, которое несет в себе булгаковское учение о соборности для раскрытия механизмов национальной индентичности личности, формирования национального сознания и современной шкалы духовных ценностей.
Национальную идентичность мы можем рассматривать как одну из форм комплекса социальной идентичности, или определенного личностного конструкта, который, по Э. Эриксону, выражает связь личности и общества [6]. В русской философии данная связь определяется самобытным термином «соборность» в работах ряда русских философов, в числе которых мы можем отметить С.Н. Булгакова, в философской системе которого, по мнению К. Брекнера, именно личность задает границы понимания социальности [8, с. 43-53], и общественное бытие, соборное бытие являются главными чертами христианства [7, с. 171-197]. Р. Цвален в своих исследованиях наследия С.Н. Булгакова проанализировала разработанный им концепт личности, которую можно обозначить как тринитарную и положить в основание модели социальной идентификации и идентичности [9, с. 53-60]. В.Е. Фомин, А.А. Тесля в своих работах обращаются к булгаковским произведениям, отмечая значимость его концепции в рассмотрении проблемы национальности, но не уделяют особого внимания соборному аспекту [4-5]. В данной работе нашей целью выступает рассмотрение вопроса национальной идентичности на основе булгаковской концепции соборности. С.Н. Булгаков пишет, что в основе каждой национальности, которая приравнивается к исторической силе, лежат три главных момента: природа национальности, ценности национальности, идея национальности [2, с. 320]. По С.Н. Булгакову, мы не можем определять нацию такими характеристиками, как коллективное понятие или логическая абстракция [2, с. 322]. С.Н. Булгаков пишет, что в соборности присутствует иерархия, и национальность, наряду с народом, классом, человечеством, государством, выступает натуральным единством, натуральной соборностью, в которой преодолевается «индивидуалистическое отъединение от целого», или ступенью на пути к единой, истинно кафолической соборности в церкви [2, с. 329-330].
Народность, отождествляемая с верой, рассматривается С.Н. Булгаковым в отношении основополагающего момента для возникновения государственности и хозяйственности. Национальная идентичность связана с таким феноменом, выделяемым С.Н. Булгаковым, как национальное чувство, т. е. ощущение нации в себе и себя в нации [2, с. 322]. «Всечеловечество слагается из наций, а нации из племен и семей» [2, с. 326], -- пишет С.Н. Булгаков. Всечеловечество как абстрактное понятие существовать не может, так как действительность конкретна [2, с. 327]. По мнению С.Н. Булгакова, национальная идентичность связана с таким понятием, как «отцовство», что означает «персонификацию национальностей», «национальности родятся», тем самым происходит преодоление исторической грани, рождение национальностей [Там же]. Существует диалектический переход от одного качества -- «этнографическая смесь», к другому качеству -- «национальность». Национальности невозможно создать посредством идеологии в связи с тем, что, по С.Н. Булгакову, они выступают в качестве ее основы [2, с. 327].
С.Н. Булгаков выделяет два подхода к определению нации: это или набор фактов, которые имманентно присущи жизни нации, или некое субстанциональное начало, творческое, актуализирующееся в социальной реальности. Нация -- это, прежде всего, начало творческое и живое. Нация сравнивается с духовным организмом. И все члены данного организма находятся в связи друг с другом [2, с. 322].
Таким образом, на основе выделенных С.Н. Булгаковым подходов к вопросу национальности мы можем определить два подхода к национальной идентичности. В соответствии с первым подходом национальная идентичность есть лишь абстрактное понятие. Первостепенен человек вообще, некое абстрактное человечество. Национальность всего лишь акциденция данных понятий [2, с. 326]. Проблемой в этом случае является существование национального вместе со всечеловеческим [2, с. 326]. Здесь возможна национальная идентификация не конкретного человека, личности, а абстрактного. Национальная идентичность на данном уровне может актуализоваться слабо, как степень «общей одаренности», «культурных способностей» [2, с. 344].
Во втором случае мы осознаем себя членами нации в связи с тем, что человек реально относится к нации, связан с ней духовным родством [2, с. 324]. Причем национальная идентичность в данном случае не зависит от сознания личности. Сама национальная идентичность выступает актуализацией нации. Здесь можно увидеть диалектический подход, в соответствии с которым личность человека лишь обнаруживает подлинную, субстанциальную личность [2, с. 325]. В данном случае возникает проблема существования общечеловеческого в национальном, всеобщего в конкретном [2, с. 326]. Возможна к актуализации национальная идентичность конкретного человека в опыте повседневности [2, с. 327]. Национальная идентичность с позиций данного подхода связана с такими чувствами, как «отцовство, сыновство, национальность», которые осознаются как идеи в рефлексии, приходя из опыта повседневной жизни [Там же]. На этом уровне общечеловеческое рождается из индивидуального, национального духа [2, с. 345].
На основе текстов С.Н. Булгакова мы можем определить такие способы национальной идентификации, как «интуитивное переживание действительности» и «мистический опыт», что мы можем постигать в продуктах творчества, национальной феноменологии, к которой С.Н. Булгаков относит народный язык, лирику, эпос, искусство, обычаи [2, с. 328].
На наш взгляд, в булгаковских текстах можно определить следующие этапы формирования национальной идентичности, уровни ее раскрытия у личности: национальный инстинкт, национальное сознание, национальное самопознание, что влечет рождение нового национального творчества [2, с. 329]. Мы можем отметить, что в соответствии со взглядами С.Н. Булгакова национальная идентичность связана с возникновением национального призвания, национального мессионизма как форма сознания национальной индивидуальности, в которой деятельностно проявляется национальное самосознание [2, с. 330-331].
Национальный дух, национальное самосознание С.Н. Булгаков практически отождествляет с личным самосознанием. Таким образом, мы можем сделать вывод, что национальная идентичность выступает одной из форм личной идентичности. С национальной идентичностью, на наш взгляд, связаны такие понятия, определяемые С.Н. Булгаковым, как национальный дух, выражаемый через национальное творчество, национальное чувство, выходящее за пределы инстинктивного самопознания, идеал национального призвания [2, с. 331]. Национальное самосознание диалектически развивается, растет вместе с нацией в историческом контексте. Национальная идентичность, на наш взгляд, связана с религиозной идентичностью, что прослеживается в творчестве С.Н. Булгакова, который пишет, что национальное самоопределение -- это частный случай религиозно-философского мировоззрения [Там же]. Основанием социальности выступает, по С.Н. Булгакову, религия; таким образом, на первый план социальности, в том числе и светской, на наш взгляд, выводится религиозная идентификация в связи с тем, что в соответствии с булгаковскими текстами политика, право, хозяйство являются производными от религии [3, с. 96].
Сама народность, с которой происходит процесс социальной идентификации, имеет внешнюю и внутреннюю стороны. С внешней стороны народность -- это этнографический материал, с внутренней -- носительница идеального призвания [2, с. 332]. Народность есть идеальная ценность. Выразителями духа народности выступают герои и святые, именно в них реализуется миссия народа [Там же]. С.Н. Булгаков отмечает, что национальное чувство, национальная вера и национальный мессианизм, которые, с нашей точки зрения, являются частью национальной идентичности, могут стать причиной отдаления от соборности и кафоличности через переход национального мессианизма в национальную исключительность, национализм при абсолютизации «избранности», которая может быть преодолена через «национальный аскетизм» [2, с. 334]. Понятие избранности нетождественно понятию «привилегированность», оно предполагает смирение, духовный труд, обостренное чувство ответственности, требовательности к самому себе [Там же]. В противном случае соборность теряется, на ее место выходит индивидуализм.
В текстах С.Н. Булгакова можно найти освещение вопроса национальности в диалектическом отношении к государственности. Национальная идентичность, как правило, возникает в государстве, которое является средством нации [2, с. 337]. Государство -- это «дом для народности» [2, с. 338]. Государства создаются путем объединения наций, «государства национальны», пишет С.Н. Булгаков [2, с. 335]. Национальная идентичность в рамках одного государства возникает в ситуации как солидарности, или соборности, так и соревнования [Там же]. Между национальностями возникают как нравственные отношения, так и политические. Национальная идентичность в векторе, направленном на государство, актуализуется в «заботе о государстве, о внешней безопасности и мощи, о внутреннем благосостоянии» [2, с. 338]. Руководящим становится «национальный эгоизм», понимаемый как ощущение национально-государственного самосохранения, ограниченный «национальным аскетизмом» [2, с. 339].
Вопрос национальной идентичности связан с вопросом национального большинства и национального меньшинства. С.Н. Булгаков пишет о том, что, как правило, государство, в том числе и многонациональное, создается одной нацией, превалирующей в нем. Даже при политическом равноправии наций космополитизм, или мультикультурализм, может привести к «моральному бойкоту», «самобойкоту» национального самосознания, чреватым духовной слабостью превалирующей нации [2, с. 336]. Национальная идентичность включает в себя общенациональные и общечеловеческие черты в их диалектической взаимосвязи [2, с. 344].
В рамках национальной идентичности возможен, на наш взгляд, рост индивидуализма, способствующего усилению национального чувства отдельных национальностей в государстве. Развиваются отдельные проявления патриотизма, на основе которых вырастает общегосударственный патриотизм [2, с. 337]. Национальная солидарность, соборность, согласно текстам С.Н. Булгакова, проникает сквозь социальную дифференциацию, в том числе и классовую [2, с. 340]. Развитая национальная идентичность сказывается на развитии хозяйственной, экономической идентичности [2, с. 338].
Большое значение, на наш взгляд, в формировании национальной идентичности играет культурное творчество. Душа национальности проявляется в языке и народной вере [2, с. 341]. Национальные религии выступают носителями самосознания народов [Там же]. Религия не может быть атрибутом народности, но народность может быть рассмотрена как уникальная форма, в которой воплощается религия [2, с. 343]. Посредством национальности по-особому воспринимается божественная полнота, божественная сущность [2, с. 344]. Национальная идентичность, в соответствии с текстами С.Н. Булгакова, строится на базе «религиозно-культурных оснований» [2, с. 310].
Нами было сделано допущение, что в одном историческом пласте могут существовать несколько типов социальностей: церковная, светская и церковносветская. Рассматривая эти типы социальностей на основе изучения текстов С.Н. Булгакова, мы пришли к выводу, что национальная идентичность, которая возникает в обозначенных нами социальностях, может быть определена традицией и культурой, в основании которой находится или индивидуализм-коллективизм в церковной и светской социальностях, или соборность в церковно-светской социальности.
При рассмотрении обозначенной нами церковной социальности с опорой на работы С.Н. Булгакова было определено, что значение национальной идентичности в ней стирается. Нужно отметить, что национальная идентичность в церковной социальности приобретает религиозный оттенок, возникает идея «избранности», религиозный моноидеизм [1, с. 186]. В церковной социальности, по С.Н. Булгакову, возникает самоназвание «избранный народ», из чего следует, что возможно разделение, при котором весь нехристианский мир выносится за рамки «избранного народа» [1, с. 286]. Национальное подменяется религиозным.
В светской социальности с возрастанием индивидуализма, коллективизма происходит рост местного патриотизма, усиление национального чувства. Все это приводит к борьбе национальностей, которая охватывает все сферы общества [2, с. 336]. С.Н. Булгаков отмечает, что возможно возникновение «лжесоборности» в виде народа, класса, человечества, государства на уровне, с нашей точки зрения, светской социальности, когда реализуется замена данными категориями подлинной соборности [2, с. 329].
В том случае, если ценности в светской социальности провозглашаются имманентными миру и человеку, соборность теряется, происходит восстановление индивидуализма. Следствием этого могут стать глобализационные процессы и вместе с ними стремление к сохранению и передаче с помощью традиций своих уникальных национальных черт.
С.Н. Булгаков пишет, что отрицательное значение несет в себе стремление народов к национальной автономии, сохранению исключительно национальных черт, в результате чего, на наш взгляд, может быть утрачена возможность соборности [2, с. 311].
Можно сделать вывод, что это ведет к тому, что ценностная шкала, которая имманентно присуща той или иной национальности, не будет актуальна вне данной национальности. Но вместе с тем у людей, живущих в обозначенной культуре, возникает стойкая уверенность в том, что те ценности, которые руководят их жизнью, могут быть приемлемы и вне их национальной культуры. Если мы сделаем допущение об абсолютности культур, то придем к тезису о непроницаемости культур. Если культура абсолютна, то не может быть другой абсолютной культуры.