Между тем в практике государственной управленческой деятельности нередко требуется именно временное привлечение на государственную службу специалистов, обладающих особыми познаниями в определенных сферах, для решения конкретных вопросов. Возможны также и ситуации временного увеличения объема работ какого-либо государственного органа (например, в период проведения реформ), притом что заранее известно, что впоследствии этот объем уменьшится. Действующее законодательство в таком случае не позволяет привлекать на службу граждан по срочным служебным контрактам.
Нам представляется, что публичный характер государственной службы требует закрепления в законодательстве возможности заключения срочных служебных контрактов в любых случаях, если это диктуется государственной необходимостью. Представитель нанимателя в связи с этим должен быть наделен правом принятия решения о немотивированном выборе между срочным и бессрочным служебным контрактом. Конечно, при этом будет несколько ущемлен частный интерес лиц, принимаемых на государственную гражданскую службу, однако, как уже отмечалось выше, по нашему мнению, в данном случае публичный интерес должен иметь большее значение.
В связи с этим предложено изложить ч. 3 ст. 25 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» в следующей редакции:
«3. Срочный служебный контракт заключается по решению представителя нанимателя».
Часть 4 ст. 25 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» исключить.
Еще одна проблема действующего законодательства о срочных служебных контрактах связана с установлением минимального и максимального сроков их действия. Срок срочного служебного контракта установлен ч. 2 ст. 25 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации». В соответствии с имеющимися там положениями срочный служебный контракт может заключаться на срок от одного года до пяти лет. Данная норма отличается от имеющейся в ст. 58 ТК РФ, согласно которой срок срочного трудового договора не может превышать 5 лет. Таким образом, законодательство о государственной гражданской службе в отличие от трудового устанавливает не только максимальный, но и минимальный срок срочного служебного контракта.
Появление данной нормы не имеет каких-либо объяснений и порождает достаточно серьезные проблемы на практике. Дело в том, что в государственно-служебной деятельности нередко приходится сталкиваться с ситуациями, когда имеется объективная необходимость заключить срочный служебный контракт на срок менее одного года. Так, например, срочный служебный контракт заключается «для замещения должности гражданской службы на период отсутствия гражданского служащего, за которым в соответствии с настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами сохраняется должность гражданской службы». Например, такие контракты заключаются в случае ухода гражданского служащего, занимающего должность гражданской службы на постоянной основе, в отпуск по беременности и родам и в отпуск по уходу за ребенком. Обычно в таких случаях речь идет о нескольких годах.
В то же время, например, сотрудница, находящаяся в отпуске по беременности и родам, может не уходить в отпуск по уходу за ребенком, а выйти на гражданскую службу вскоре после родов. В таком случае на ее место должен быть принят гражданский служащий на срок два-три месяца. Однако заключение служебных контрактов на такой срок не допускается, так как минимальный срок служебного контракта составляет один год. В результате кадровым службам органов государственной власти приходится заключать с временно принимаемым гражданским служащим срочный служебный контракт сроком на один год и расторгать его через два-три месяца в соответствии с ч. 3 ст. 35 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации»: «срочный служебный контракт, заключенный на период замещения отсутствующего гражданского служащего, за которым в соответствии с настоящим Федеральным законом сохраняется должность гражданской службы, расторгается с выходом этого гражданского служащего на службу, гражданский служащий, замещавший указанную должность, освобождается от замещаемой должности гражданской службы и увольняется с гражданской службы».
В связи с этим более оптимальным было бы внесение изменений в ч. 2 ст. 25 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации», изложив ее в следующей редакции:
«2. Срочный служебный контракт на срок до пяти лет заключается, если иной срок не установлен настоящим Федеральным законом».
Анализ некоторых нормативных актов позволяет сделать вывод, что законодатель не поддерживает идею о возможности совместительства на государственной гражданской службе. Так, согласно ч. 2 ст. 37 Федерального закона от 08.05.1994 N 3-ФЗ «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» помощник члена Совета Федерации, депутата Государственной Думы по работе соответственно в Совете Федерации, Государственной Думе, работающий по срочному служебному контракту, является федеральным государственным гражданским служащим категории «помощники (советники)», замещающим ведущую должность федеральной государственной гражданской службы. Законодательство о государственной гражданской службе Российской Федерации распространяется на таких помощников в полном объеме. При этом ч. 3 той же статьи устанавливает, что помощники члена Совета Федерации, депутата Государственной Думы, работающие по срочному трудовому договору, могут работать как на постоянной основе, так и по совместительству. Как представляется, совокупность приведенных норм позволяет сделать вывод, что в них содержится завуалированный запрет на работу помощников членов Совета Федерации, депутатов Государственной Думы, являющихся государственными служащими, по совместительству.
Тем не менее, данный запрет установлен в законе не прямо и к тому же касается только конкретной категории гражданских служащих. В отношении же других служащих возможность приема на службу на условиях внешнего совместительства теоретически (с учетом применяемых субсидиарно норм ТК РФ) сохраняется. Такая ситуация представляется нам абсолютно неправильной по причинам, приведенным выше. В связи с этим мы считаем необходимым внести изменения в ст. 23 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации», дополнив ее ч. 4 следующего содержания:
«4. Запрещается заключать служебный контракт по совместительству с лицом, уже заключившим контракт (трудовой договор) о службе (работе) в ином государственном органе либо у иного работодателя».
Иная ситуация, с нашей точки зрения, имеет место с внутренним совместительством на государственной гражданской службе. Внутренним совместительством будет являться ситуация, когда государственный гражданский служащий, замещающий должность на основании служебного контракта, одновременно заключит служебный контракт о работе по совместительству по другой должности в том же государственном органе.
В практике государственно-служебной деятельности могут складываться ситуации, когда именно внутреннее совместительство будет наиболее рациональным решением. Можно, например, представить следующую. В отделе органа государственной власти служат несколько служащих, замещающих одинаковые должности и выполняющих в принципе однотипную работу. Один (одна) из них уходит в отпуск по уходу за ребенком. В отделе образуется вакантная должность, которая в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 22 и п. 2 ч. 4 ст. 25 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» должна быть замещена без проведения конкурса. При этом специфика рассматриваемой должности допускает выполнение обязанностей по ней за пределами нормальной работы государственного органа (например, в вечернее время). В принципе в такой ситуации можно принять на государственную гражданскую службу гражданина на условиях срочного служебного контракта. Однако, в особенности если речь идет об одной из младших должностей государственной гражданской службы, найти желающих ее замещать ограниченный и вдобавок неопределенный срок может оказаться не так легко. К тому же вновь принятому служащему в любом случае потребуется время для того, чтобы вникнуть в возложенные на него обязанности, что неизбежно отразится на качестве их выполнения. Теоретически в такой ситуации можно использовать механизм не совместительства, а совмещения должностей, однако, если объем должностных обязанностей отсутствующего служащего достаточно велик, эффективно выполнять их в пределах нормальной продолжительности рабочего времени у других служащих на протяжении длительного срока вряд ли получится. В такой ситуации, как нам представляется, наиболее удачным решением было бы заключение служебных контрактов по совместительству с другими служащими того же отдела, выполняющими аналогичные или схожие обязанности, разумеется, при условии их согласия на это.
Конечно, определенные недостатки службы по совместительству даже в приведенным выше примере остаются, однако, как нам представляется, в данном случае положительные моменты заключения контракта о службе по совместительству перевешивают отрицательные.
В связи с этим нам представляется, что служебные контракты о службе по внутреннему совместительству имеют право на существование в системе государственной гражданской службы в Российской Федерации. Конечно, заключение их возможно далеко не всегда (о чем уже писалось выше) и должно быть обставлено рядом условий. Все это требует, на наш взгляд, формирования в законодательстве о государственной гражданской службе института служебных контрактов по совместительству, в котором решались бы указанные вопросы.
На основании вышеизложенного предлагается дополнить Федеральный закон «О государственной гражданской службе Российской Федерации» статьей 27.1 следующего содержания:
«Статья 27.1 Особенности осуществления служебной деятельности по совместительству
. С гражданским служащим может быть заключен срочный либо бессрочный служебный контракт о замещении должности государственной гражданской службы по совместительству в том же государственном органе, в котором он уже осуществляет служебную деятельность.
. Особенности заключения такого контракта устанавливаются для федеральных гражданских служащих указами Президента Российской Федерации, а для гражданских служащих субъектов Российской Федерации - законами соответствующих субъектов».
Существенным условием служебного контракта является дата начала исполнения должностных обязанностей. Интересно, что Федеральный закон «О государственной гражданской службе РФ», в отличие от трудового законодательства, не содержит указания о последствиях невключения данного условия в служебный контракт. Согласно статье 61 ТК РФ, если в трудовом договоре не определен день начала работы, то работник должен приступить к работе на следующий рабочий день после вступления договора в силу. Между тем данный вопрос имеет большое практическое значение. Так, в трудовом законодательстве существует институт аннулирования трудового договора, т.е. фактически признания его незаключенным. В соответствии со статьей 61 ТК РФ если работник не приступил к работе в установленный день начала работы, то работодатель имеет право аннулировать трудовой договор. Аннулированный трудовой договор считается незаключенным. Этот институт имеет значение, когда заключивший трудовой договор работник по неизвестным причинам на работу не явился. Работодатель при этом оказывается в весьма сложной ситуации, поскольку до выяснения причин отсутствия работника на работе он не вправе расторгнуть с ним договор (например, за прогул). Для разрешения этой ситуации, которая вполне может иметь место и на государственной службе, и существует норма об аннулировании трудового соглашения. Как нам представляется, в силу принципа субсидиарного регулирования эта норма трудового законодательства может применяться и в отношении гражданского служащего. Вместе с тем такое аннулирование возможно, если установлена дата начала работы или службы.
Интересным представляется и вопрос об определении даты начала исполнения служебных обязанностей в том случае, когда с гражданским служащим, достигшим 60 лет, служебный контракт на неопределенный срок перезаключается на срочный в соответствии с ч. 5 ст. 25 Закона.
Прежде всего, что отмечается в специальной литературе, не совсем понятно, что именно законодатель имел в виду, используя слово «перезаключение» служебного контракта. «Применив новый термин «перезаключение» служебного контракта, Закон не определяет, что следует понимать под этим термином. Если учесть, что данное положение Закона содержится в статье, регламентирующей срок служебного контракта, то можно предположить, что речь идет только о его сроке». При таком подходе под перезаключением служебного контракта, очевидно, следует понимать внесение в него изменения, касающегося только его срока (неопределенный срок меняется на срок определенный). При этом все другие условия служебного контракта, видимо, должны быть сохранены. В контексте данной логической линии в специальной литературе отмечается: «Если гражданский служащий продолжает исполнение должностных обязанностей по прежней должности гражданской службы, то в прежний служебный контракт должны быть внесены изменения, связанные с датой окончания действия служебного контракта. Условие контракта о дате начала исполнения должностных обязанностей в этом случае не подвергается изменениям. Дату окончания действия служебного контракта следует указать конкретно (число, месяц, год)».
Также, Федеральный закон «О государственной гражданской службе РФ» содержит перечень «условно обязательных» или «казуально обязательных» условий служебного контракта. Несмотря на то, что законодатель относит их к факультативным или дополнительным условиям, они, по нашему мнению, будут обязательны в конкретной ситуации или при наличии определенных обстоятельств. Например, условие о неразглашении сведений, составляющих государственную и иную охраняемую федеральным законом тайну, и служебной информации в целом, т.е. для всех гражданских служащих, не является обязательным. Обязательным оно будет, если должностным регламентом предусмотрено, что соответствующий гражданский служащий в своей служебной деятельности использует такие сведения или информацию.
В связи с этим возникает вопрос о последствиях отказа гражданского служащего включить в служебный контракт указанные условия. Гипотетически такой отказ вполне возможен, поскольку Закон прямо называет данные условия дополнительными, которые могут включаться или не включаться в содержание контракта по соглашению сторон. Положение здесь осложняется тем, что поступление на государственную службу опосредовано процедурами, которые носят выраженный публично-правовой характер. Так, по общему правилу поступление на гражданскую службу осуществляется на конкурсной основе. При этом, как справедливо отмечает А.В. Гусев, «...при вступлении в служебно-трудовые отношения государственный орган - работодатель не наделен свободой выбора, а обязан произвести соответствующее назначение и заключить трудовой договор именно с тем гражданином, который в соответствии с предписаниями законодательства получил право доступа к данной должности государственной службы».
Представим себе следующую ситуацию: гражданин прошел конкурсные процедуры на замещение вакантной должности гражданской службы и по решению конкурсной комиссии был объявлен победителем. Согласно п. 23 Положения о конкурсе на замещение вакантной должности государственной гражданской службы, по результатам конкурса издается акт представителя нанимателя о назначении победителя конкурса на вакантную должность гражданской службы и заключается служебный контракт с победителем конкурса. В данном случае представитель нанимателя обязан по результатам конкурса издать акт о назначении такого гражданского служащего на должность. После чего ему предлагается подписать служебный контракт, однако победитель конкурса - теперь уже гражданский служащий отказывается включить в контракт условие о неразглашении охраняемой законом тайны. Между тем должность, на которую он уже назначен, предполагает работу с подобного рода сведениями. Полагаем, что представитель нанимателя окажется в весьма непростой ситуации: с одной стороны, он не может допустить такого гражданского служащего к исполнению служебных обязанностей, а с другой - нет оснований для отмены акта о назначении на должность. Проблема связана с тем, что закон предоставляет сторонам право согласовать данное условие в контракте, но не предусматривает такой обязанности.