Мы сказали, что в объективном смысле частное право есть совокупность норм, определяющих взаимные отношения друг к другу отдельных лиц как таковых, a не как членов известного общества или известного государства.
Те крайне разнородные по содержанию правомочия, которые гарантируются лицу этими нормами, будут его частными правами в смысле субъективном. Эти субъективные права до крайности разнообразны по своему содержанию. Нормы объективного права должны быть приноровлены естественно к этому разнообразию и, стало быть, также разнообразны. Чтобы с ними ознакомиться, изучать их, необходимо классифицировать их, т.е. как субъективные права, так и регулирующие их нормы привести в известную систему. Такие системы были созданы еще римскими юристами, и одна из них, по-видимому, ставшая в существенных чертах общепринятой, именно система юриста Гая, принята была в изданном Юстинианом учебнике «Институции». В основу этой системы Гай положил изречение: Omne jus quo utimur vel ad personas pertinet, vel ad res, vel ad actiones --т.е. все право касается или лиц, или вещей (объектов права) и исков (т.е. средств защиты прав). Следуя этому, римский юрист первую книгу своего учебника посвящает учению о лицах, вторую и третью -- учению о вещах как объектах права, a последнюю -- учению о средствах судебной защиты права. Таков же, как мы сказали, с небольшими изменениями и порядок изложения юстиниановых институций. Чтобы ближе ознакомиться с этим порядком, просмотрите заглавия титулов в юстиниановом учебнике:
1- й титул -- о справедливости и о праве;
2- й -- о праве естественном, общенародном и цивильном. Мы уже объясняли, как произошли эти разные виды римского объективного права и в чем их различие.
После этих двух вводных в учение о праве титулов, третий титул и последующие трактуют о лицах, a именно:
3- й титул -- о праве лиц;
4- й -- о свободнорожденных;
5- й -- о вольноотпущенных (излагаются способы отпущению на волю и права патроната, принадлежащие бывшему хозяину по отношению к отпущеннику);
6- й и 7-й -- кто и по каким причинам не может отпускать на волю;
8- й -- о лицах самостоятельных -- sui Juris, и подвластных -- alieni Juris;
9- й -- об отеческой власти;
10- й -- о браке, конкубинате и способах узаконения незаконных детей;
11- й -- об усыновлениях;
12- й -- какими способами прекращается отеческая власть;
13— 22-й -- об опеке (виды, способы установления и т.д.);
23--26-й -- о попечительстве над несовершеннолетними.
Книга II.
1- й титул -- о разделении и свойстве вещей;
2— 4-й -- о вещах бестелесных т.е. правах, входящих в состав имущества лица, в частности о правах на пользование чужими вещами;
6--9-й -- о способах приобретения отдельных вещей (специально о давности, о дарениях, о том, кому позволяется отчуждать вещи и кому нет, о том, через кого мы приобретаем);
10--25-й титулы -- о способах приобретения совокупности вещей, a именно о приобретении завещанием наследства и отказов, или легатов.
Книга III.
Продолжение способов приобретения совокупности вещей:
1--9-й титулы -- о наследовании без завещания, т.е. по закону;
10--12-й -- некоторые другие виды приобретений;
13--29-й и с 1-го по 5-й тип.
Книга IV.
Об обязательствах, как способах приобретения вещей, т.е. об установлении или возникновении обязательств.
С 6-го титула -- об исках, хотя здесь же трактуются некоторые случаи возникновения обязательств, ранее пропущенные.
Такова система изложения частных прав, называемая римской или институционной. Это во всяком случае, при всех ее несовершенствах, научная система, которая оказала влияние и на современную юридическую литературу, и на современные кодексы. Значительная часть учебников римского права, изданных в ХТХ веке во Франции, составлена по этой системе, хотя иногда и с некоторыми отклонениями. Даже наше гражданское законодательство подверглось влиянию этой системы.
Недостатки этой системы давно замечены. Совершенно справедливо, что все права касаются или лиц, или вещей, т.е. объектов права, входящих в состав нашего имущества, и это ведет к различению прав личных и имущественных, но личные права, если исключить из них те, которые принадлежат лицу как члену семейного союза, в сущности, представляют собою условия, при которых данное лицо может вступать в частноправовые отношения с другими лицами. Понятие об этих личных правах сводится, таким образом, к понятию об общих условиях, требуемых от субъекта для обладания правами, иначе к понятию о правоспособности человека. Таким образом, в этом отделе, который излагает права, касающиеся лиц, не приходится группировать и перечислять эти права. Что же касается права, относящегося до вещей, иначе -- обширной области имущественных прав, то они крайне разнообразны по своему предмету, и данная система, рассматривая эти права главным образом с точки зрения способов их приобретения, не дает возможности обозреть их полно и классифицировать по внутреннему содержанию. Собственно говоря, в институционной системе систематического в строгом смысле, т.е. проникнутого одной общей идеей, изложения мы не находим. Мы имеем здесь только схему, т.е. разделение всего надлежащего материала по рубрикам, и притом это разделение неудобно еще в том отношении, что оно не дает возможности при изложении известного института права указать его место в ряду других и выяснить взаимную зависимость различных институтов.
Неудобства этой римской, или институционной, схемы и вызвали замену ее другой, ныне более распространенной системой изложения институтов частного права, которая получила название германской, ибо появилась в Германии и разработана главным образом германскими учеными. Называют ее еще пандектной не потому, что она представляет какое-либо сходство с системой расположения юстиниановых пандект, или дигест (тут нет ничего общего), a потому, что по этой системе излагались в немецких и других университетах курсы пандектного права, т.е. римского права в том его виде, в котором оно было реципировано на западе. Первым применил эту систему известный германский юрист Густав Гуго. При построении ее он исходил из следующих соображений.
Человек для удовлетворения своих потребностей нуждается прежде всего в материальных объектах внешнего мира, вещах и подчиняет их своему господству, овладевает ими. Объективное право, или правовой порядок, заставляет уважать присвоенную человеком власть над вещами, и, таким образом, отношение, бывшее сначала чисто фактическим, преобразуется в правовое отношение. Охраняя и гарантируя эту власть человека над материальными вещами, объективное право признает эту власть субъективным правом данного человека. Совокупность норм, определяющих эту власть субъекта над материальными вещами, и составляет то, что называют в объективном смысле вещным правом. Предоставляемые же и гарантируемые субъекту этими нормами субъективные управомочия будут называться вещными правами в субъективном смысле. Совокупность этих прав и составит первую группу их в общей сумме всех субъективных прав. В системе объективного гражданского права нормы права вещного составят первый отдел. Субъективные права, рассматриваемые в этом отделе, довольно разнообразны.
Так, господство человека над материальной вещью может быть всесторонним, полным, т.е. простираться на все ее стороны и все ее качества, -- тогда оно называется собственностью или правом собственности. Или же оно может касаться одной какой-либо стороны, одного какого-либо качества вещи, принадлежащей в собственность другому, например: субъекту нужно только право проходить через чужой двор или право проезжать через чужое поле, брать в чужом пруду воду и т.д. В этом случае говорят о правах на чужие вещи, которые могут быть довольно разнообразны, но при всем разнообразии будут носить тот общий всем вещным правам признак, что господство лица над вещью для использования какой-либо ее стороны, какого-либо качества будет непосредственным, это будет юридическое отношение лица к вещи, a не лица к лицу.
Людям нужно множество вещей, количество их в природе ограничено, и, сверх того, никто не в состоянии произвести нужные ему вещи без помощи других людей, услугами которых необходимо пользоваться. Отсюда необходимость обмена услуг и необходимость таких отношений между людьми, при которых воля и действие одного подчинялись бы действию другого, одно лицо имело бы право требовать от другого выполнения действия, имеющего для первого интерес, a другое обязано было бы это действие выполнить. Отношения этого рода будут отношениями между людьми, субъектами прав и называются обязательствами, a совокупность правил, определяющих эти отношения, составляет второй отдел гражданского права -- право обязательственное.
Так как из вещей материальных, нам принадлежащих, и из принадлежащих нам обязательственных требований состоит наше имущество, то оба эти отдела гражданского права обнимаются общим понятием права имущественного.
Права имущественные в субъективном смысле не одни входят в состав гражданских, или частных, прав лица. Не менее важную группу последних составляют права, принадлежащие лицу как члену семейного союза. Совокупность норм, определяющих положение лица в союзе семейном и регулирующих отношения между членами семьи, образует третий отдел гражданского права -- право семейное.
Затем ни в одном из развитых обществ имущественные юридические отношения человека не прекращаются с его смертью, a обыкновенно переходят к другим лицам. Совокупность правил, определяющих посмертный переход имущества от умершего к живым, составляет четвертый отдел объективного гражданского права -- право наследственное.
Таким образом субъективные права лиц Густав Гуго располагает по четырем группам и все институты гражданского права делит при изложении на три отдела:
1) права имущественные с подразделением их на вещные и обязательственные;
2) права семейные, куда войдут: институт брака с вытекающими из него личными и имущественными отношениями супругов, институт родительской власти; права, вытекающие из родственных отношений; права и обязательства, вытекающие из опеки и попечительства над лицами, в них нуждающимися;
3) право наследственное.
Мы не станем сейчас разбирать, насколько правильно это разделение всех частных субъективных прав на четыре группы и институтов объективного права на четыре отдела, и какие в него ныне надо внести поправки. Упомянем только, что в существенной своей основе это указанное более века тому назад деление институтов гражданского права и субъективных частных прав удержалось доныне во всех учебниках не только пандектного права, или системы права римского, но и вообще в учебниках гражданского права отдельных народов и оказало влияние на распределение материала, т.е. на систему новейших кодексов.
Однако одно разделение всех гражданских прав на эти четыре группы еще не составляет главного удобства пандектной системы изложения. Дело в том, что в объективном праве независимо от правил, применимых к известного только рода отношениям и распределяемых таким образом по указанным отделам, существуют правила, общие для всех юридических отношений безразлично. Повторять их всякий раз было бы утомительно и бесполезно; кроме того, правила эти важно знать ранее, чем приступаешь к изучению отдельных институтов и определений права. Так, прежде всего необходимо дать точное понятие о самых нормах, правилах объективного права, о видах этих норм, познакомить с источниками этих норм, со степенью их обязательной силы, со способами их возникновения и отмены, с условиями применения их во времени, в пространстве, с правилами толкования их...
Затем надо знать те условия, при которых человек может вступать в правовые отношения, т.е. условия правоспособности лица, далее -- условия, при которых вещи способны стать объектами права, a также необходимо и указание различных видов вещей.
Потом необходимо дать общее понятие о сущности и общих свойствах принадлежащих субъекту прав, об их возникновении, прекращении и изменении, о фактах, с которыми эти последствия связываются, т.е. о фактах, вызывающих возникновение, прекращение и изменение субъективных прав, наконец, нужно изложить учение об осуществлении и охранении субъективных прав. Все это должно быть изложено ранее рассмотрения отдельных видов прав гражданских и составляет так называемое общее учение о них. Словом, курсы римского гражданского права, изложенные по пандектной системе, распадаются поэтому обыкновенно на части общую и особенную; причем последняя делится на 4 отдела:
1) право вещное;
2) право обязательственное;
3) право семейное и
4) право наследственное.
Этого же порядка изложения будем держаться и мы.
Однако, прежде чем приступить к изложению общей части системы римского права, следует хотя бы в беглом очерке изложить вам историю нашей науки и в заключение перечислить те пособия, которыми вам удобно было бы пользоваться при изучении системы римского права.
С постепенным развитием римского законодательства и римской юриспруденции, вплоть до законодательной деятельности Юстиниана вы, конечно, знакомы из курса истории. Знакомы, конечно, вы и с тем положением, в котором римское право находилось в варварских королевствах, образовавшихся на развалинах римской империи. Разного рода сборники римского права, особенно lex Romana Visigothorum, продолжали, как вы знаете, применяться на западе в качестве действующего права. О научной обработке этого права в варварскую эпоху не было, конечно, и речи. Составлявшиеся иногда частными лицами сборники и выписки, с целью ознакомления с римским правом, не имеют никакого научного значения. Вплоть до ХИ века, со времени занятия Италии лангобардами, римское право, можно сказать, постепенно забывается. Самые источники его утрачиваются. Вновь возбуждается интерес к римскому праву лишь в ХИ веке в северной Италии. Городские северно-итальянские общины, сохранив некоторое наследие древнеримской культуры, к ХИ веку достигли довольно высокой степени благосостояния, развив особенно свою торговлю. Быстро развившийся экономический оборот требовал и развитого права. Источники римского права являлись в этом случае как бы готовой сокровищницей, из которой надо было уметь черпать то, что нужно. Уменье это, однако, не могло даться легко. Уже в конце ХІ века один болонский судья Пепо занимался толкованием римских законов, но начало тщательному изучению римского права положил основатель болонской школы юристов Ирнерий.