3. У нас раньше солому вытягивали из соломенных крыш и если сваты пришли к девушке, то по улице солому разбрасывали, чтобы и другие девушки быстрее выходили замуж. Рассыпать могли любую солому, которую находили. А когда [во время сватовства] пили первую чарку в доме невесты, [то зрители], стоящие под окном, тянули солому, чтобы девушки замуж шли. Это делалось на «заповины» [СЕВ, ГЗП, ПЕА] (Клепачи).
1. Делали свадьбу. Сейчас снова стали избегать постного времени, а раньше, в семидесятые годы, не соблюдали этого, делали как кто хотел, кто специально, а кто по незнанию. Была специальная женщина, она готовила «вэлен» фату для невесты, сколько я помню, одна пожилая женщина делала эту фату. Свадебные чины от жениха, молодые парни, назывались «чашники», а подружки невесты «дружки». Утром [в день свадьбы] собирались, приезжал жених со своей командой, с музыкой, со сватом, а сваха вешала на него полотенце, на шапку цепляла красивую «кветку», давали еще пляла да шапки кветку красивую, зробленую такую, давали яшчэ такий ручник, мыли руки, ешчэ завязывали, як багатая невеста, то ана магла и чатыри, и пьяць ручников завьязаць свату. Пазнавали, якая нявеста, дажэ и па ручниках, вышывали, хто харошый ручник вышыя, у каго просто белыя. Прыходз^ жаних. Пака яго бацька и маци пытали, ци можна зайци я хату (там специальные были слава, сват гаварь тады ужэ), их вяли за стоу нявесту выводзили, жэниха выводзили. Ани там сядали, па чарцэ выпивали, яставали, паехали да вянца. А тады з вянца прыязжали, снова шли я хату и свадзьба там дале прадалжалась адзин дзень.
А ужэ на другий дзень зранку зноя сьват шоу ему зноя ручник навьязывали, и ужэ дзялили каравай у нявесты, пад каравай клали, канешна, грошы, дарыли падарки. Ну и ужэ тады зноя трэба было атходзиць да [дома] жэниха, зноя сват брау, звьязывая руки маладым и вадз кругом стала с этыми песьнями, за иконай сьваха шла, кали маци, кали там кросная маци, а тады ужэ вяли нявесту па сяле. На другий дзень пока дараць каравай, прыязжают ад жэниха, называюць «казаки». Первый день у нявесты, у жэниха тожэ сабираюцца трохи госци якие, но на першый дзень меньше их было. Казаки йетые прыязжаюць, хутка будуць весци нявесту да жэниха, шли чы ехали, яњ ужэ шли убрйные. Мужчыну адзявали я нявесту, жэншчыну я жэниха, дохтор бы там, цыганка, зарэ помню, як я нас мужчыны были высокие-высокие, худые ишли, адзели белае плацье он такий худый и белыя гольфы да калена, такие з бельявых прышчэпок серожки попрычэпывали, мы ямирали [со смеху]... Этые казаки ишли [в дом невесты], то хто што мог украсци на дваре невесты, ясё забирали, куры там ци што, ужэ знали, крали. Была у нас свадзьба я Сухопале, а нявеста з Андриянами, и мы сабралиса, кажуць, нявесту прывязуць, паехали тые казаки па дарозе: «Давай такое полотенце, мыли руки, полотенце завязывали на нем. Если невеста была богатой, то она могла и четыре, и пять полотенец свату повязать. По этим полотенцам судили о том, какая невеста, так как у некоторых были вышитые полотенца, а у кого-то простые белые. Приходил жених. Пока его отец или мать спрашивали, можно ли зайти в дом (для этого были специальные слова, их говорил сват), их вели за стол, выводили жениха и невесту. Они садились, выпивали по чарке, вставали и ехали к венцу. А когда приезжали из церкви, снова шли в дом и свадьба продолжалась там дальше один день.
А на следующий день с утра снова сват шел и ему снова повязывали полотенце, и уже делили в доме невесты каравай, под него клали, конечно, деньги и дарили подарки. И снова нужно было возвращаться в дом жениха, снова сват брал, связывал молодым руки и водил их вокруг стола с песнями, за иконой шла сваха, иногда мать или крестная, и тогда уже вели невесту по селу. На второй день, пока делили каравай, приезжают представители от жениха, их называют «казаки». Первый день свадьбы отмечали у невесты, у жениха тоже собиралось немного гостей, но в первый день их было меньше. Эти «казаки» приезжают, [и значит] уже скоро поведут невесту к жениху, все шли или ехали, и все уже были нарядные и ряженые. Мужчину переодевали в невесту, женщину в жениха, был там доктор, цыганка, помню, у нас мужчины были высокие и худые, [и на одного] надели белое платье, он худой и у него белые гольфы по колено, из бельевых прищепок серьги прицеплены и мы умирали со смеху... Эти «казаки» шли в дом невесты и старались что-нибудь украсть на ее подворье, все забирали, кур или еще что. Была у нас свадьба в Сухополе, а невеста с Андриановки, мы собрались, говорят, невесту привезут, поехали «казаки» по дороге: «Давай поезаедзем да Светы, можэ што украдзем». Были я и тры такие жэншчыны и баянист з нами, с баянам заехали, а там [на подворье] такий сабака; мы варота аткрыли и стали спявіць, и схаваяся той сабака у буду, а мы украли, много чаго пазабирали. Да хаты прыезжае той сват и кажэ: «Дзевчаты, вы были у меня сегодня на двари?» «Были, там усе пазабирали». «А гдзе сабака мой?» Я кажу: «У будзе» «Не паверу, кольки лет жыву, чужый чаловек на двор не ступиу йешчо, а той сабак не вылез з будки».
И ужэ [когда] прывозили нявесту; нявесту бацька и маци устрэчали на парозе хлебом соллю, маладых, да венца-то ехали адзельна у разных машинах, або на конях раней, а назад ужэ шли разам. Устрэчали и гуляли <...> кольки здужали. Два дня. Болей не було, но прыходзили [некоторые опять], мо хто што, гармошку ци скарпэты сгубиу.
Пакуль вэлен адзявали, садзили на дзежку, и тожэ накрывали дзежку кажухом и ужэ ей косу дзяучата заплятали, цвяты, вйлен адзявали, а як прыходзила да жэниха [невеста], маци прыходзила, быу абычай такий, маци прыходзила, знимала фату и завьязывала на голаву хустку, ужэ пацэшылася фатой, ужэ жэнчына.
[Смотрели ли, «честная» невеста или нет?] Не, у нас не глядзели. Ну, сразу як прыходзяць [из церкви], павенчалися, и ужэ им слали адзельную комнату, адзельную давали, штоб маладые спали на аучыне, на кажуху [РЕА] (Ровбицк).
2. У пост нельзя рабиць свадзьбу, и рабили свадзьбу, ужэ Троица прыдзе. после Каляд назывался Мясаед, тады разрэшэно, посьле поста, не рабили у пост. А на Троицу наибольшэ было свадзьбоу, павозками ехали вянчацца, тады не расписывали, раньшэ рэгистрыравали у цэркви.
И Уот ужэ тады жаних с нявестаю не спяць, пакуль не павянчаюцца, вот дем к Свете, может, что-нибудь украдем». Была я, еще три женщины и баянист, а на том подворье была собака, которая сразу спряталась в будку, когда мы открыли ворота и начали петь песни, и мы много чего украли. Потом приезжает сват домой и говорит: «Девки, вы были у меня сегодня?» «Были, все позабирали». «А где была моя собака?» Я говорю: «В будке» «Не поверю, сколько живу, чужой человек на двор не ступил еще, а [в этот раз] собака даже из будки не вылезла».
И когда привозили невесту, молодых встречали отец и мать на пороге хлебом и солью; в церковь молодые ехали в разных машинах или раньше на конях, а назад уже шли вместе. Их встречали и праздновали <...> сколько могли. Два дня. Больше не было, но некоторые приходили и после, чтобы найти свои потерянные вещи гармошку или носки.
Когда невесте одевали фату, ее сажали на накрытую кожухом (тулупом из овчины) хлебную дежу и девчата заплетали ей косу, [украшали] цветами, одевали фату, а когда невеста приходила в дом жениха, то мать жениха по обычаю снимала фату с невесты и повязывала ей на голову платок, что означало, что она уже женщина.
Невинность невесты не проверяли, после венчания молодым выделяли отдельную комнату и стелили постель на кожуху, на овчине [РЕА] (Ровбицк).
2. В пост нельзя справлять свадьбу и делали свадьбу после Троицы, после Коляд в Мясоед, тогда разрешено, после поста, а в пост не делали. Чаще всего свадьбы справляли на Троицу, ехали на повозках венчаться в церковь, тогда не расписывали, а раньше регистрировали в церкви.
И вот тогда жених с невестой не спят вместе, пока не повенчаются; в день ужэ яны, прыязжае жаних ужэ на свадзьбу, я той дзень ужэ вянчацца, и яны робяць, хлопцы, маладзёж браму строяць и бяруць «паваротну» с жениха выкуп за нявесту ён плациць; а патом маци [жениха] ужэ благаславит их. Жаних не бачыць нявесту, яњ садяцца за стоя, жаних са сваей дружынай, шіфер там старшый, этыя свахи ужэ садяцца и сваты, и тады выходзиць ужэ нявеста са сваею дружынаю, и тая дружына вымае платочки на руку, прыдзержываець, и тыя дзяячата ужэ ясе чэрэз платочки здароваюцца, и тады ужэ ани сядуць, выпьюць; маладые не пьюць, бо паедуць да вянца, трэба венчацца; тады маци с бацькай благаславяць, абходзяць тры раза стала яся ета дружына, и маци с бацькай, становяцца на калени яны [молодые], и иконаю благаславяць, и едуць ужэ венчацца. [Какой иконой благословляли?] Сваей дамашнею. Зарэ и зіраз я хаце. Паблагаславиць ана [мать] иконай и так перэхрэсциць. И ужэ паедуць вянчацца, ужэ павенчаюцца и тады гуляюць свадзьбу. Дараць, прыказываюць хто як здумау, дараць маладым, шуцяць, ясё. И садзицца маладая; да, выходзиць тады ана с хаты, сыплець жыто. Едут да маладога, сыплюць жыто, кабы аставалася я хаце жыццё, и яна сыплець, тады канфет не было, не сыпали канфетами, а сыпали жытом, а тада заяжджае туда [к жениху], там апяць брама и фьсе бяруць «паваротну» з их, а тады паднимаюць на скамеечке маладзёж и маладых, и шафяроу, и шафяркця ясих, садзяць на скамеечку и вразе [вместе поднимают]. И тады ужэ идуць да маладого, садзяцца, выпъюць, пасядзяць за сталом, патом ужэ идуць я клуб гуляць, и я хатах гуляли, и патом ужэ садзяцца другой раз за стоу, и ана [невеста] ужэ дариць радню. Дариць им якие матэръялы, каму на рубашку, каму платок; патом сьвякровь адзяляе: ци плацце, и фартухи вышытые свадьбы, венчания, парни, молодежь делала «ворота» «браму» и брали с жениха выкуп за невесту «поворотну», он ее платил и мать жениха благославляла молодых. Жених не должен [сразу] видеть невесту, все садятся за стол, жених со своей «дружиной», старший шафер, свахи и сваты; а тогда уже выходит невеста со своей «дружиной», и все подруги невесты здороваются через платочки, которые они вынимают. Все садятся за стол и выпивают. Молодые не пьют, так как им еще ехать венчаться, тогда родители благославляют молодых, все обходят три раза вокруг стола, молодые становятся на колени и родители их благославляют своей домашней иконой (той, которая висит в доме). Благословит их мать иконой и так перекрестит, после чего они уже едут в церковь, венчаются и после гуляют свадьбу. Дарят подарки, говорят, кто как придумал, шутят, все. Выходит молодая из своего дома, когда едет в дом жениха, сыплет жито, чтобы оставалось в доме житье, жизнь. Тогда конфет не было и сыпали зерном, а когда приезжают к жениху, там снова уже сделаны «ворота» и все снова с них берут выкуп «поворотну». И тогда поднимают на скамеечке молодежь и молодых, и шаферов, и шаферков, всех вместе поднимают. И тогда уже идут в дом жениха, садится за стол, пьют, сидят за столом, потом идут в клуб гулять и в домах праздновали, и в другой раз садятся за стол, а невеста одаривает родню [жениха]. Дарит им какой-нибудь материал, кому рубашку, кому платок, потом дарит подарок свекрови: или платье и фартуки вышитые повязывали свекрови, и платок, все. А свекровь снимает с невесты фату и завязывает ей платочек, и тогда невеста танцует, и уже все. Еще выпьют и расходятся. Еще вам не сказала. Когда повенчаются, только тогда бывает брачная ночь, а так, как сейчас нельзя было заниматься сексом. [Провепадзьвязывали сьвякрови, и хустку, яcл. А яна [свекровь] тады ей здымае фату и завьязывае платочек, завьяжэ платочек, и я [невеста] там танцую... и яcл ужэ. Яшчэ кажуць выпиць, и расходяца. И яшчэ я вам не сказала. Як павянчаюцца, тады ужэ брачна ночь, а так яны. нельзя было трахацца, як щас. [Проверяли ли девственность?] Пра гэто у нас не чували. И раней не було у нас гэтай установы. А и было вcйяк, гуляюць, гуляюць и нагуляюць. И не хоча язяць [замуж парень], и аставалися с дзетками дзиячата. И тады ужэ их не хацели браць [замуж] [РНП] (Юндилы).
3. [Что делали на свадьбе, чтобы иметь детей?] Ну, садзили невесту на кажух, штоб она была багата, я дастатку, а кали каравай пекли, ну не то, штобы много дзяцей было, а там такие были: невеста загадывала, што ана хочет, чтобы первым были чи хлопец, чи дзйячынка; як упрыгожвали каравай, хто кладе першую кветку, той павинен адзець мужчынскую шапку на голаву. Коб мальчик радзияcа першый. Вот тае у нас было [БВВ] (Оранчицы).
4. Когда жэняцца, были свадзьбы, у нас едуць на роспись, вянчйцца адной дарогой, а назад едуць другой. Той самой дарогай не ехали. У нас на Варанйлавичы ехали, а ужэ едзець абратно, на Ружаны ехали, напрымер; нашы ужэ дзеци жанилися [СЕВ, ПЕА] (Клепачи).
Посещение родительского дома
Нявеста жыве [в семье мужа], да дома [родительского] не ходзиць, нельзя было, бо йетае была прычына [плохо живут]. И вот ана ужэ цэлую нядзелю жыве я мужыка, а ужэ я васкрасенье едуць я госци [к родителям невесты], гэто «с пиратами» называлося, с пирагами ани едуць да яе бацькоя и ужэ там гуляюць, и ужэ после гэтаго пьюць тую бутылку, што навьязала ана [невеста красную] ленту [на ряли ли девственность?] Про это у нас не слышали, и манеры такой не было. А бывало по-разному, бывает, что гуляют парень с девушкой и нагуляют, и он не хочет брать замуж беременную, и девушки оставались с детьми. И тогда другие тоже не хотели на них жениться [РНП] (Юндилы).
1. На свадьбе сажали невесту на кожух, чтобы она жила богато, а когда каравай пекли, то невеста загадывала, какого пола ребенка она хочет родить первым: мальчика или девочку. И когда украшали каравай, тот, кто кладет на него первый цветок, должен был надеть на себя мужскую шапку, чтобы первым родился мальчик. Вот такое у нас было [БВВ] (Оранчицы).
2. Когда женятся, к венцу у нас ехали одной дорогой, а обратно другой. Этой самой дорогой не ехали. У нас на Ворониловичи ехали венчаться, а обратно дорогой на Ружаны, когда, например, наши дети женились [СЕВ, ПЕА] (Клепачи).
Невеста после свадьбы живет в семье мужа, до родительского дома нельзя было ходить, это бы означало, что они плохо живут. И вот она живет целую неделю у мужа, а уже в воскресенье ехали в гости к родителям невесты, это называлось «с пирогами». С пирогами они едут к родителям и там отмечают, и уже после этого распивают ту самую бутылку, на которую невеста на помолвке привязала заручинах], и тую бутылку ужэ расьпиваюць. А ён [сват] цэлую сьвадзьбу тую бутылку носиць ци у кармане, ци перад сабой, каб нихто не украу як украдзе, то трэба выкупляць. И на йетых пирагах пьюць тую бутылку. Разапьюць, и свадзьбе канец. И ужэ жывуць, здароуе, дзяцей нажываюць [РНП] (Юндилы).
Красную ленту. А сват должен всю свадьбу эту бутылку носить в кармане или перед собой и следить, чтобы ее никто не украл, а если украдут, то ее нужно выкупать. И на этих «пирогах» распивали ту бутылку, выпьют и свадьбе конец. И уже молодые живут, здоровье, детей наживают [РНП] (Юндилы).
Родины
Беременность
1. [Что снится к беременности?] Рыба к прыбыли, на рэбёнка заяц, на рэбёнка, як бачыш зайца ци паймаеш. Мне сьницца, я заберэменела, тада ни узи, не было ничаго, паймала я аднаго зайца, адного большэнькаго, другого меньшэнькаго, думаю, что гэто точна близнята. Адзин радзиуса 3.400, а другий 2.700. А кони, як бачыш, як красного каня, бяжыць, по улице ци што, то кажуць, гэто пажар можэ быць, а як белаго, гэта на пакойника, гаварыли [РНП] (Юндилы).
2. Рыба [во сне] гэто, казали, прыбыли, а ешчо, казали, як маладая жэнчына, то к берэменносци як налавила рыбы у фартух [РЕИ] (Ровбицк).
3. [Чего нельзя делать беременной?] На похараны не нада идци и на кладбишчэ не идци, а есьли хто близкий, брат или сестра, то перад тым, как выносюць пакойника, ей трэба было выцци самой первой, не бачыць, як яго несуць. И на пажар кались тожэ, казали, ни у коем случае. Нельзя было на пажар [смотреть], и абычно глядзиш на агонь, и в перваю очэраць рукой [схватишься за себя, за лицо], и будуць пятна [у ребенка]. [Можно ли переступать через веревку?] Ни вузла ниякого не браць у руки, не развьязываць. Нельзя, казали, што берэменным хрэсциць дзецей. [Можно ли отказать беременной в просьбе?] Мышы, казали, паядуць. Берэменным нельзя атказываць, а то мышы съядяць усё [РЕИ] (Ровбицк).
1. Сон о рыбе [предвещает] прибыль, к ребенку снится заяц, если его видишь или поймаеш. Когда я забеременела, а тогда не было УЗИ, мне приснилось, что я поймала двух зайцев: одного побольше, другого поменьше. И думала, что это предвещает рождение близнецов. И точно, один родился 3.400, другой 2.700. А если во сне видишь, как по улице бежит красный конь, то говорят, что может быть пожар, а белый конь снится к покойнику [РНП] (Юндилы).
2. Видеть во сне рыбу, говорили, к прибыли, а если это сон молодой женщины, то это к беременности, если она во сне наловила рыбы в фартук [РЕИ] (Ровбицк).
3. Беременной нельзя ходить на похороны и на кладбище, а если умер близкий родственник, брат или сестра, то при выносе нужно было выйти из дома самой первой и не смотреть, как его несут. И на пожар тоже, говорили, нельзя смотреть; обычно, когда глядиш на огонь, можешь схватиться рукой себе за лицо, тогда у ребенка могут появиться на лице красные пятна. Нельзя брать в руки никаких узлов и нельзя их развязывать. Говорили, что беременным нельзя крестить детей. Беременным нельзя отказать в просьбе, иначе мыши что-нибудь погрызут [РЕИ] (Ровбицк).