Мещеряки (выделено в оригинале. - О. С.) или Мещера, турко-финское или лучше сказать отчасти отатарившееся, отчасти обрусевшее финское племя, уцелевшее ныне только в бывшей Оренбургской, в Пермской, Пензенской и Саратовской г-иях... [Семенов 1867: 231].
В целом глаголы с указанным префиксом регулярны, частотны и универсальны в отношении употребительности. В определенном смысле их можно назвать стилистически немаркированными, нейтральными.
Количественная модификация степени признака, выраженного префиксальными отэтнонимными глаголами
Принятая практика уточнения характеристики глагола с помощью иных лексических средств в контексте тем не менее не исключает возможности выражения градационных отношений самим глаголом, что свойственно ему как части речи [Земская 1992: 23].
Для рассматриваемой группы лексики количественная модификация степени признака с наибольшей очевидностью представлена в глаголах с префиксоидом полу-, в целом не очень частотныхВ исследованном материале представлено тридцать употреблений пяти лексических единиц.:
Вдруг, как бы случайно, назначен был командиром полка - полковник Шварц, один из тех грубых, жестоких, полуобрусевших немцев-фронтовиков, которые в старое (и, скажем, совершенно прошедшее) время принесли много и много зла России вообще и русскому воинству в частности [Семевский 1869: 174].
В ряде случаев префикс полу- выступает в своем прямом (количественном) значении: "Их <литовцев> держава (...) напротив того составляла враждебное Руси государство, у котораго не даром же все время и столицей была не "матерь русских городов" Киев, а полурусская и полуополяченная Вильна..." [Павлов 1900: 298]. Однако утверждение о том, что отдельные значения лексико-семантической парадигмы префикса реализуются в соответствии с коммуникативной заданно- стью высказывания [Сергеева 1984: 54], справедливо в отношении отэтнонимных глаголов с префиксом полу-. Важно отметить, что "в составе образований широко реализуется и переносное значение" [Востокова 1984: 16], т. е. семантика глагола не передает, как в примере выше, точного обозначения степени модификации признака. В следующем примере лексема полуословаченный используется как уточнение общеупотребительной ословаченный и с указанием лишь на неполноту признака:
Что касается той ословаченной или полуословаченной Руси, о которой выше была речь, то Бидерман так выражается об ней. [Будилович 1903: 274].
Изучение префикса по- имеет длительную историю в отечественной лингвистике. Считается, что вторичная приставка по- является основным средством выражения значения слабой интенсивности, неполноты [Дмитриева 2005: 132].
В отдельных случаях такое значение можно увидеть в отэтнонимной глагольной лексикеПо числу употреблений глаголы с приставкой по- занимают 2-е место после глаголов с приставкой о- (об-). Было исследовано более 250 употреблений 14 подобных глаголов.:
Но в самом городе, где до жизни коснулась уж греческая и турецкая цивилизация, и болгары потурчили свой костюм так же, как погречили родные обычаи и язык, многие болгары ходят в европейском костюме с феской на голове, и скорее похожи на турок, чем на болгар или европейцев [Каравелов 1868: 252].
В приведенном примере значение слабой интенсивности со всей очевидностью присуще первому глаголу - потурчили, т. е. `немного отурчили, поскольку речь идет о частичном изменении костюма на турецкий лад (европейский костюм, а на голове феска), и предположительно - исходя из логики событий - второму (по- гречили): вряд ли болгары полностью переиначили родной язык на греческий манер.
Тем не менее при анализе отэтнонимной глагольной лексики не создается впечатления о выражении приставкой по- исключительно значения неполноты, ср.:
Апр. 2-е. Братислава. (...) то беда, что борода тут в Венгрии почти без исключения признак злодейской души: это люди, которые бы хотели помадьярить весь свет. И что тут должны терпеть Словаки, беда да и только [Срезневский 1893: 348].
Обычно этому препятствуют содержание текста и некоторые лексические средства в контексте, напр. наблюдение о бороде в Венгрии, отличающей людей злодейской души, которые хотят помадьярить всех и вся, в предшествующем примере или наречие окончательно и контекстуальная синонимия единиц погреченная и потерянная для славянства в следующем:
Македония, еще так недавно казавшаяся окончательно погреченною и потерянною для славянства, быстро, на глазах, становилась болгарскою. [К.И. 1903: 41].
Довольно часто глаголы с приставкой по- употребляются в контекстах, в которых они могут быть заменены глаголами с приставкой о- (об-): погречить - огре- чить, потурчить - отурчить, иногда даже контактно, выступая в качестве репрезентантов синонимичных словообразовательных моделей:
.во вновь приобретенныя земли посылались дубровницкие чиновники, (...) из местных же жителей избирались только местныя низшия власти: при таком порядке дел скорее эти земли могли поитальяниться, чем Дубровник ославяниться [Макушев 1867: 298].
Представляется, что данные факты говорят о проявлении такой степени интенсивности, как тотальная. Русская грамматика определяет значение тотального способа действия как значение предельной полноты, интенсивности действия [РГ 1980: 602]. Подобное употребление префикса по- (хотя и не частотное) описывается и в других исследованиях, посвященных изучению формирования у него интенсивных значений в истории русского языка [Годизова 2017].
"С глаголами антропоцентричной семантики приставка по- может сообщать некоторую модальность, указывая на возможность, желательность продолжения (распространения) действия" [Ли 2013: 158]. Такой вывод о еще одной особенности семантики глаголов с приставкой по- в текстах XIX в. нашел подтверждение и в исследованном нами материале (10 % употреблений), антропоцентричность которого не вызывает сомнений:
.болгарская пропаганда создала экзархию не для того, чтобы защитить православную паству от сребролюбивых греческих владык, а для своей частной цели, чтобы поболга- рить македонское население. Для достижения своей корыстной цели болгарская пропаганда употребляет те же самыя средства, как пропаганда католическая или протестантская. С представителями тех пропаганд болгары вошли в соглашение, все из за того, чтобы только поболгарить македонян [Воскресенский 1893: 585].
Глаголы с приставкой пере-, несмотря на их незначительное количество в исследованном материале (17 употреблений четырех лексем), представляют собой достаточно пеструю картину.
Считается, что первичной функцией русских глагольных префиксов является выражение пространственных отношений. Так, у отэтнонимных глаголов с префиксом пере- внутренняя связь с первичными пространственными значениями ощущается наиболее отчетливо.
Семантика "преобразования предмета" [Палевски 1978: 15] отмечается в большинстве примеров (88 %):
Время, которое я проводил в сем веселом месте, подало случай полькам меня пере- полячить и ежели я в последствии моей жизни сделался смел с женщинами, то источник оной есть из сего моего Шкловскаго пребывания [Пишчевич 1885: 31].
Это значение кажется нам достаточно близким к самому общему для рассматриваемых глаголов, выражаемому с помощью приставки о- (об-), поэтому отношения, связывающие пары глаголов с приставками о(б)- и пере- (обрусеть - перерусеть, ополячить - переполячить, офранцузить - перефранцузить), можно считать синонимическими. В контекстах типа вышеприведенного (подало случай полькам меня переполячить) теоретически возможна замена глагола (подало случай полькам меня ополячить), поскольку и тот и другой подходят под толкование, которое иногда встречается в текстах XIX в. для пояснения отэтнонимных глаголов - переделать на иностранный лад / усвоить иностранный язык, костюм, манеру.
О близости подобных глаголов свидетельствует и следующий контекст:
Ха, ха, ха, разсмеялась снова княжна, я выдумала новое слово: есть слово обрусить, но я выдумала слово: перерусить... и ничего, удачно (...), мне предстоит еще много выдумать [Мещерский 1885: 123].
Утверждение героини романа: есть слово обрусить, но я выдумала слово: перерусить - не соответствует реальному положению дел, поскольку слово уже существовало, однако подобное метаязыковое комментирование словопроизводства важно, так как характеризует словотворческий потенциал говорящего и - что более важно - особенности словоупотребления: перерусить более экспрессивно, чем обрусить, оно возникает у героини в момент эмоционального напряжения.
Несмотря на малочисленность глаголов с приставкой пере-, их объединяет общая черта - употребление в одном типе дискурса: все обнаруженные примеры используются в эго-документах или в речи героев художественного произведения. По-видимому, данное обстоятельство позволяет говорить о представленности семантической категории интенсивности не только объективной составляющей (мера признака), но и субъективно-прагматической (экспрессивность, оценочность).
Поскольку подобные глаголы создаются по продуктивной словообразовательной модели, их экспрессивный потенциал может быть интерпретирован как слабый, однако решающее значение здесь будет играть фактор употребления. В примере ниже экспрессивность неузуального глагола активно поддерживается контекстуальными элементами, подчеркивающими радикальный характер процесса "переполячения":
...капитан Деконский женился на старшей дочери г-на Депрерадовича. Сей Деконский был Поляк, желавший переполячить невоспитанную упрямую Сербку, из чего рождались многия неприятности для спины его супруги. И так в сем городе тогда были две комедии: одна в доме г-на Деконскаго, а другая в доме г-на Шмита, в обеих не без палочных ударов было [Пишчевич 1885: 97].
Так, характеристика объекта воздействия передается через имена прилагательные невоспитанная, упрямая, способ воздействия - через палочные удары, последствия - как неприятности для спины; оценка действия переполячить дана через горько-ироничную номинацию комедия. Таким образом, экспрессивность слова в данном примере повышается, поскольку имеет сочетанный характер - ингерентная экспрессивность, по самой их природе свойственная окказиональным словам, и адгерентная - проявляющаяся в соответствующем контексте.
Лексический потенциал приставок позволяет передавать разнообразные смыслы и тем самым обеспечивает семантическую емкость префиксальных образований. Даже единичные употребления некоторых приставочных отэтнонимных глаголов обогащают наши представления о семантико-словообразовательных процессах в русском языке соответствующего периода.
Яркой экспрессивностью обладает окказиональный глагол перегречить, имеющий значение `превзойти, опередить кого-либо в осуществлении действия' [Па- левски 1978: 15]:
Один <русский писатель> пишет роман девственной Дианы с белым козлом, другой - лезбийския похождения нимф и сатиресс. Я готов предложить премию тому, кто отыщет мне в античной литературе темы этих мифологических клевет. Греков перегречили! Знай наших! Это уже - по эллинским канвам пошло вышивать русское распутство [Амфитеатров 1908: 15].
Представленное в лексикографическом источнике семантическое описание глагола с префиксом пере- (Перерусить (выделено в оригинале. - О. С.), сделать что невлад поруски, некстати прикинуться русаком [Даль 1865: 71]) с несколько иной семантикой - `избыточность, чрезмерность осуществления процесса' [Па- левски 1978: 15] - в нашем материале подтверждения не нашло, однако скидывать его со счетов не стоит, поскольку оно устойчиво закреплено в языковом сознании носителей русского языка [Серышева 2014].
Несмотря на ограниченность материала (5 употреблений двух лексем), значение префикса из(с)- в отэтнонимных глаголах можно с уверенностью определить как характеристику действия со стороны интенсивности в ее наивысшем проявлении - тотальной. Обнаруженные лексемы - изрусеть и исфранцузиться - являются непереходными глаголами, представляющими состояние с помощью разных грамматических средств: "...они <народные слова> оскорбят разве только изрусев- шее ухо чопорнаго слушателя" [Даль 1880: XXI].
Ряд исследователей считает, что "экспрессивная лексика сосредоточена на тех участках лексической системы, которые обозначают отклонения от нормы явления" [Мусиенко 2007: 193]. Для глаголов с данным префиксом следует констатировать взаимосвязь интенсивности как характеристики проявления глагольного действия (состояния) и стилистической окраски (экспрессивности). Интересно отметить, что выполняемая экспрессивной лексикой функция воздействия в процессе словотворчества оказывается причиной своеобразного "нарушения" структурно-словообразовательных параметров: так, одно и то же значение `перестать быть русским по привычкам, обычаям, культуре, языку' передается глаголами с одной приставкой, но разными мотивирующими наименованиями этноса, ср.: