Наряду с рассмотренными формами совершения сделок законом введена дополнительная стадия совершения отдельных видов сделок - государственная регистрация.
Обязательность государственной регистрации предусмотрена ГК для сделок с землей и другим недвижимым имуществом. Государственная регистрация сделок с движимым имуществом определенного вида может быть введена законом.
Закон различает регистрацию прав на недвижимое имущество и регистрацию сделок с недвижимым имуществом. В отношении сделок, влекущих переход права собственности, требование о государственной регистрации самой сделки, как правило, отсутствует, поскольку регистрации подлежит переход права собственности. Исключение составляют договоры продажи жилых помещений (п. 2 ст. 558 ГК), предприятий (п. 3 ст. 560 ГК), а также договор, предусматривающий отчуждение недвижимого имущества под выплату ренты (ст. 584 ГК). Государственной регистрации подлежат договор об ипотеке (п. 3 ст. 339 ГК), договор аренды здания или сооружения, заключенный на срок свыше одного года (п. 2 ст. 651 ГК), договор аренды предприятия (п. 2 ст. 658 ГК) Пункт 2 ст. 1017 ГК предусматривает, что передача недвижимого имущества в доверительное управление подлежит государственной регистрации в том же порядке, что и переход права собственности на это имущество. Что же касается самого договора о передаче недвижимого имущества в доверительное управление, то его государственная регистрация ст. 1017 ГК не предусматривается.
Таким образом, соблюдение нотариальной формы и требования о государственной регистрации является обязательным условием действительности сделки при условии, что законом либо соглашением сторон предусмотрена нотариальная форма сделки либо законом установлена ее обязательная государственная регистрация (п. 1 ст. 165 ГК).
Под содержанием сделки как основанием возникновения гражданских правоотношений следует понимать совокупность составляющих ее условий. Для действительности сделки необходимо, чтобы содержание сделки соответствовало требованиям закона и иных правовых актов, т.е. не нарушало ни запретительных, ни предписывающих норм действующего законодательства.
В соответствии со ст. 3 ГК под правовыми актами понимаются указы Президента Российской Федерации и постановления Правительства Российской Федерации. Следовательно, министерства и иные федеральные органы исполнительной власти не вправе устанавливать требования к содержанию совершаемых сделок, за исключением случаев, когда этим органам подобные полномочия делегированы законом либо иным правовым актом. Сделки по содержанию могут отличаться от установленных законодательством диспозитивных норм либо вообще не быть предусмотренными законом, но во всяком случае они должны соответствовать общим началам и смыслу гражданского законодательства. Поскольку законом предусмотрена недействительность сделок, противных основам правопорядка и нравственности, следует полагать, что противоречие содержания сделки основам правопорядка и нравственности также может считаться основанием недействительности сделки.
2.3 Основания недействительности сделок и правовые последствия признания их недействительности
Закон не дает понятия недействительной сделки. Такое понятие выработано в теории права и звучит следующим образом. Недействительными сделками являются действия физических и юридических лиц, хотя и направленные на установление, изменение или прекращение гражданского правоотношения, но не создающие этих последствий вследствие несоответствия совершенных действий требованиям закона.
Недействительная сделка не способна породить желаемые сторонами последствия, но при соответствующих условиях порождает нежелаемые последствия. Последние представляют собой определенные санкции, вызванные противоправным характером совершаемой сделки.
Само понятие "недействительной сделки" не является общепризнанным. Некоторые авторы высказываются, относительно того, можно ли вообще говорить о недействительной сделке: "если сделка недействительна, значит сделки нет, если же сделка существует, она не может быть недействительной".
Сделка, будучи юридическим фактом включает в себя помимо фактов еще и фактический состав и юридические последствия, вытекающие из самих сделок (фактов). Замена недействительной сделки понятием недействительной воли и волеизъявлением необоснованным является и потому, что фактический состав сделки не ограничивается лишь волей и волеизъявлением определенного содержания. Так, сделка займа помимо воли и волеизъявления (дать и взять взаймы), предполагает еще и передачу денег. Это тоже волеизъявление, но волеизъявление другого содержания. Необходимость разграничения фактического состава и юридических последствий необходимо и потому, что нельзя сказать, что недействительная сделка не влечет никаких юридических последствий, ибо она влечет последствия: двусторонняя регистрация, односторонняя регистрация и т.д. Следовательно, недействительная сделка как юридический факт существует. И не нужно объяснять все это отношение таким образом, что недействительной сделки не существует, а отрицательные последствия проистекают из других юридиических фактов, как то из неправомерных действий стороны из неосновательного обогащения. Более того, замена недействительной сделки понятием недействительной воли является неоправданным и потому, что в некоторых случаях недействительная сделка порождает даже положительные юридические последствия, т.е. те самые, на которые направлена воля сторон, но эти последствия могут быть уничтожены по просьбе заинтересованного лица (напр., сделка, совершенная под влиянием существенного заблуждения).
В этих случаях уже никакого сомнения в существовании недействительной сделки как юридического факта быть не может. Факт никак не может превратиться в "не факт". Раз воля выражена и направлена на определенный результат, этот факт наступил и не наступившим быть не может. Факт может быть безразличным с точки зрения права, но недействительным быть не может. Другое дело - это последствия, которые связаны с фактом. Они могут наступить, а могут и не наступить, в этом последнем случае и будет иметь место недействительная сделка. Таким образом, факт существования недействительных сделок не представляет собой логической бессмыслицы. Замена понятия недействительной сделки недействительной волей является не только неправильным по вышеуказанным соображениям, но оно и бесцельно, потому что не имеет никакого практического значения. Так как ГК РФ предусматривает понятие недействительной сделки, то нет необходимости изменять это понятие на какое либо другое.
Статья 166 ГК воспроизводит традиционное деление недействительных сделок на оспоримые и ничтожные. Терминологию - ничтожность и оспоримость сделки - вообще нельзя признать удачной. В юридической литературе было обращено внимание на несоизмеримость категорий ничтожности и оспоримости. Оспоримость указывает на необходимость совершения действия для того, чтобы устранить юридические последствия сделки, а ничтожность указывает на результат, получающийся от сделки (вернее - на отсутствие результата). Кроме того, противопоставление оспоримых и ничтожных сделок не вяжется с тем, что оспоримая сделка в результате оспаривания становится ничтожной. Оспоримость представляет собой как бы последующую ничтожность с обратной силой.
Термин "ничтожность" является не подходящим, на мой взгляд и потому, что он наводит на мысль, что в данном случае не получается ничего, что из ничтожной сделки не возникает никаких юридических последствий. В действительности же ничтожность сделки означает, что сделка не установила, не изменила, не прекратила того правоотношения, которые имели в виду лица, заключавшие сделку.
Ничтожная сделка не порождает тех юридических последствий, которые свойственны сделкам данного рода. Но некоторые другие юридические последствия из ничтожной сделки могут возникнуть (напр., обязанность стороны, получившей что-либо от другой стороны на основании ничтожной сделки, передать полученное в доход государства). Нет лишь тех последствий, какие желают стороны; сделка не возымела того действия, какое свойственно сделке данного типа.
Таким образом, с этой стороны термин "ничтожная сделка" оказывается в значительной мере условным. Противопоставление ничтожным сделкам оспоримых сделок не покоится на принципиальной основе: если оспаривание осуществляется, оно приводит к "ничтожности" сделки, при этом не с момента оспаривания, а по общему правилу, с момента совершения сделки, т.е. с обратной силой. Следовательно, по конечному результату между ничтожной и оспоримой сделкой разницы нет; различие сводится к тому, что в одном случае суд действует независимо от чьей-либо просьбы, по своей инициативе, лишь бы до его сведения дошло обстоятельство, служащее причиной недействительности сделки, а в другом - необходимо заявление заинтересованной стороны.
В соответствии с терминологией Гражданского Кодекса можно среди недействительных сделок провести разграничение сделок на абсолютно недействительных, т.е. недействительных в силу закона, и относительно недействительных, которые становятся недействительными в силу признания суда по специальному заявлению заинтересованного лица.
Деление недействительных сделок на оспоримые и ничтожные вполне оправдано, т.к. передает сущность различных категорий недействительных сделок. В одних случаях сделка недействительна сама по себе с самого начала ее совершения, и суд обязан объявить ее таковой, установив те обстоятельства, в силу которых должна быть аннулирована. В других случаях сделка может быть признана недействительной, но только при условии возбуждения против нее спора. Оспоримой является сделка, недействительная в силу решения суда на основании иска, заявленного стороной и иными лицами, указанными в ГК. Так, в случае спора о том, что сделка совершена под влиянием заблуждения одной из сторон, она может быть признана недействительной при доказанности дефектов воли со стороны, считающей себя введенной в заблуждение. Без заявления потерпевшего это установлено быть не может.
Ничтожной признается сделка, недействительная с самого начала ее совершения независимо от решения суда. Так, если суд обнаружит, что сделка совершена без соблюдения нотариальной формы, предусмотренной для данного вида сделок (напр., дарение), то он признает ее недействительной исходя из самого факта как такового.
В юридической литературе существует точка зрения, что для признания ничтожных сделок недействительными нет необходимости даже обращаться в суд. Более того, и суд, и все другие органы и лица, соприкасаясь с этими сделками, должны исходить из того, что они недействительны.
Но вместе с тем существует точка зрения, что положение п.1 ст.166 ГК о том, что ничтожная сделка является недействительной независимо от признания ее таковой судом, вовсе не означает, что установить факт ничтожности может любое лицо без обращения в судебные органы. Данная точка зрения мотивируется тем, что для установления факта ничтожности сделки необходимо указать наличие обстоятельств, влекущих за собой ничтожность сделки.
Например, для установления факта ничтожности притворной сделки необходимо доказать умысел стороны на совершение сделки с целью прикрыть другую сделку. Лицо, устанавливающее факт ничтожности сделки оценивает доказательства и в конечном итоге применяет норму права, т.е. фактически осуществляет правосудие.
А согласно ст.118 Конституции РФ правосудие в РФ осуществляется только судом. Представляется, что и та и другая точка зрения имеет право на существование. Только в одном случае суд констатирует ничтожность сделки, а в других случаях любой иной правоохранительный орган, соприкасаясь с ничтожной сделкой, должен исходить из того, что она недействительна, применяя соответствующие последствия.
Существующая судебно-арбитражная практика определила конкретный перечень заинтересованных лиц в случае ничтожности сделки. Ими признаются стороны в сделке, их правопреемники, собственники имущества, незаконно переданного по сделке, другие законные владельцы, кредиторы, должники (по указанным ранее сделкам). Даже в отношении акционеров, оспаривающих ничтожные сделки, заключенные обществом, Высший Арбитражный Суд РФ высказался следующим образом: под заинтересованным лицом по смыслу п. 2 ст. 166 ГК РФ следует понимать лицо, имеющее юридически значимый интерес в данном деле. Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой. Акционер не является стороной оспариваемой сделки и не представил доказательств, подтверждающих нарушение сделкой его прав, а также наличие признаков, свидетельствующих о заинтересованности в ее совершении. С учетом изложенных обстоятельств Высший Арбитражный Суд РФ пришел к выводу об отсутствии у акционера права оспаривать такую сделку Постановление Президиума ВАС РФ от 28 июля 2006 г. N 3226/12.
Кроме того, необходимо обратить внимание на противоречие в основных положениях закона, касающихся ничтожности сделки. С одной стороны, о ничтожности может заявить только заинтересованное лицо. Данное обстоятельство само по себе уже предполагает судебный порядок (суд устанавливает наличие интереса). Однако следующее положение о том, что ничтожная сделка недействительна независимо от признания ее таковой судом, означает не что иное как "сделка недействительна независимо от воли заинтересованных лиц и суда".