При отсутствии умысла у стороны ей возвращается произведенное исполнение, а полученное другой стороной либо причитавшееся ей в возмещение исполненного взыскивается в доход РФ.
Контролеры на практике широко используют свое право на юридическую переквалификацию сделок Постановления ФАС Московского округа от 1 апреля 2004 г. N КГ-А41/2025-04, от 31 октября 2005 г. N КА-А40/10637-05, от 30 августа 2006 г. N КА-А40/7296-06. Это значит, что налоговики могут признать сделку несуществующей (ничтожной или оспоримой) полностью или в какой-либо ее части. Переквалификация, как правило, влечет за собой доплату налогов. Однако не по всем недействительным сделкам итогом будет доначисление обязательных платежей. В некоторых случаях наступают только гражданско-правовые последствия, то есть без дополнительной налоговой нагрузки на фирму.
То, что фирма "с целью уклонения от уплаты обязательных платежей совершила операцию, которая заведомо противна основам правопорядка или нравственности" (ст. 169 ГК), контролеры могут выяснить только по результатам выездных и камеральных проверок. Если в результате изменения юридической квалификации сделки компании начисляют налоги, пени и штрафы, основания для этого должны быть изложены в решении о привлечении фирмы к ответственности. Стоит отметить, что в случае изменения контролерами предмета сделки, заключенной фирмой с третьими лицами, взыскать налог в бесспорном порядке нельзя. Законом установлен лишь судебный порядок (абз. 6 п. 1 ст. 45 НК). То есть, для того чтобы потребовать от фирмы уплатить невнесенные суммы по мнимой или притворной сделке, контролеры должны обратиться в суд с иском не о признании ее недействительной, а о взыскании с плательщика недоимки и санкций, начисленных в результате проведения ревизии.
Ст.170 ГК предусматривает недействительность мнимой и притворной сделок. Статья вводит понятия "мнимой" и "притворной" сделки в сам текст статьи, тогда как ст.5В ГК 64г. содержит эти термины только в заголовке.
Мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие последствия. В данных сделках имеет место только волеизъявление, в основе которого нет воли совершить данную сделку иначе, как только для вида. Основным признаком данной сделки является отсутствие у сторон намерения создать правоотношения, соответствующие заключенному договору.
Мнимой будет, например, сделка купли-продажи жилого дома, если этот дом остался во владении продавца, а из обстоятельств дела видно, что стороны преследовали цель воспрепятствовать обращению взыскания на дом кредиторами должника.
Данная сделка ничтожна. Последствием совершения данных сделок является двусторонняя реституция.
Притворная сделка есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку.
Притворная сделка совершается лишь для вида с целью создать у окружающих неправильное представление о действительных взаимоотношениях сторон по сделке.
Здесь имеет место волеизъявление, направленное на достижение определенного правового результата, но в тоже время стороны договариваются об иных правовых последствиях, нежели те, которые согласно закону являются результатом данного волеизъявления.
Примером притворной сделки являются получившие довольно широкое распространение сделки купли-продажи автомашин, которые оформляются как передача во временное безвозмездное пользование или путем выдачи доверенности. Это делается обычно для того, чтобы избежать необходимости платить причитающуюся за совершение сделки купли-продажи автомашины государственную пошлину.
К сделке, которая прикрывалась притворной сделкой и которую стороны действительно имели в виду, применяются правила, относящиеся к этой сделке. Это означает, что сделка, заключенная притворно с целью прикрыть другую сделку, во внимание не принимается, признается ничтожной.
В данном случае сделка сдачи в безвозмездное пользование будет признана недействительной, а к отношениям сторон будут применяться нормы о купле-продаже.
Прикрываемая сделка может быть действительной, но чаще всего данная сделка является незаконной.
Один из наиболее часто встречающихся примеров - это переквалификация контролерами притворной сделки (169-170 ГК). То есть такой операции, которая совершена с целью прикрыть другую сделку. Есть также мнимые сделки - это когда действия компании совершены лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия. Все они будут ничтожными. Например, такими соглашениями, по мнению контролеров, могут быть операции с несуществующими фирмами-"однодневками", уплата налогов через проблемные банки, возмещение НДС, который внесен отсутствующим контрагентам, деятельность без лицензии и другие. В частности, договоры о совместной деятельности, заключенные фирмами чтобы уменьшить облагаемую прибыль или сэкономить на НДС. Контролерам, для того чтобы взыскать с фирмы налоги, пени и штрафы после проведения проверки, сначала необходимо получить решение суда о признании сделки недействительной.
Президиум Высшего Арбитражного Суда от 15 марта 2005 г. N 13885/04 постановил, что налоговым органам дано право подавать иски о признании сделок недействительными. Также они могут взыскивать в доход государства все, полученное по договорам с обеих сторон. Однако судьи Конституционного Суда указали, что, если контролеры настаивают на мнимости оспариваемой сделки и при этом хотят доначислить компании определенные суммы, им необходимо доказать, что фирма действительно уклонялась от уплаты налогов (определение КС от 8 июня 2004 г. N 226-О). Также судьи посчитали, что организация в силу обычаев делового оборота не может стремиться достичь "негативного" результата по сделке, которая противоречит основам правопорядка и нравственности.
Приведем пример переквалификации сделки налоговиками, в котором судьи поддержали контролеров. Дело прошло два круга рассмотрения. При проверке финансовой деятельности компании инспекторы решили, что договор комиссии - это фактически операция по реализации товара, то есть сделка купли-продажи. Налоговики, привлекая фирму к ответственности, утверждали, что компания умышленно не уплачивала НДС с объема реализации драгоценных металлов, используя "комиссионные" договоры. Их доводы о переквалификации данной операции поддержали судьи двух судебных инстанций. ФАС Московского округа посчитал правомерным решение ИФНС о доначислении налога, пени и штрафов и обязанности по уплате НДС в бюджет Постановление от 7 июня 2006 г. N КА-А40/3446-06. В процессе судебного заседания арбитрами были исследованы и дополнительные обстоятельства: факты передачи векселей в качестве оплаты за драгоценные металлы, платежные поручения, доверенности на получение драгоценных металлов.
К рассмотрению данного дела были привлечены чиновники Минфина и МВД РФ. Органами милиции, которые участвовали в проверке, было также дано заключение. В нем сказано, что компанией, которая виновна в минимизации налогов, покупателям предлагалась схема приобретения товаров без НДС. Один из таких "потребителей легкого ухода от уплаты налога" был привлечен судом к ответственности за неуплату НДС. Судьи указали, что обстоятельства были исследованы налоговиками и оценены в полном объеме. Кроме того, материалами дела установлено, что сотрудники МВД, которые проводили проверку, располагают существенной информацией о проводимых махинациях и организаторах схемы минимизации. Данные сведения были представлены работникам инспекции еще в 2004 году и обсуждались в ходе совместных ревизий. После чего и была проведена проверка недобросовестной компании Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 3 февраля 2006 г. N 09АП-15212/05-АК. Совместными усилиями ИФНС и МВД фирма потерпела поражение.
В последующем федеральные судьи указали, что компания, приобретая драгоценные металлы у банков-продавцов, должна была оприходовать их в сертифицированное хранилище кредитной организации и учесть на бухгалтерских счетах банка Постановление ФАС Московского округа от 15 марта 2005 г. N КА-А40/1193-05. Суд отметил подтверждение двумя судебными инстанциями факта использования многоступенчатых сделок с применением вексельной схемы оплаты. Такие операции, не обеспеченные в должной мере денежными средствами, были оценены судами как обстоятельства, имеющие цель уйти от налогообложения. Судьи также решили, что если компания не в полной мере уплатила налоги, ее нужно привлечь к ответственности за деяния, которые совершены умышлено (п. 3 ст. 122 НК). Этот пункт предусматривает взыскание штрафа в размере 40 процентов от неуплаченной суммы налога.
Значит, в любой ситуации, где контролеры посчитают, что сделка совершена в целях уклонения от уплаты налогов, и докажут в суде, что она притворная либо мнимая, фирме не избежать доначисленных платежей. Радует следующее: доказать судьям, что действия компании при совершении сделки имели целью нарушение нравственности и принципов делового оборота, довольно сложно. Поэтому сейчас все усилия контролеров направлены на установление критериев получения фирмой необоснованной налоговой выгоды.
сделка юридический действительность
Глава 3. Социально-экономическое значение сделок на российском рынке
2006 году на рынке M&A с участием российских компаний было заключено 344 сделки на общую сумму 42,3 млрд долларов. По количеству это на 26% больше, чем в 2005 году, по сумме -- на 30,2% Гвардин С.П. Факторы, влияющие на эффективность сделок слияний и поглощений в России //Финансовая газета, N 10, март 2007. С.12. Прирост количества сделок M&A увеличился почти в два раза, при этом наблюдается некоторое снижение показателя прироста по сумме сделок (приложение 2).
Рынок M&A по отношению к ВВП России в прошлом году составил 4,5% -- это лишь чуть больше, чем годом ранее (4,3%). Такого уровня явно недостаточно для опережающей структурной перестройки отечественной экономики и повышения ее конкурентоспособности. Например, в развитых странах этот показатель составляет 6-7%, а желательный уровень для развивающейся экономики -- 8-10% Гвардин С.П. Факторы, влияющие на эффективность сделок слияний и поглощений в России //Финансовая газета, N 10, март 2007. С.13.
Для России это равнялось бы 80-100 млрд долларов. Но в любом случае, какой бы ни была доля поглощений в ВВП, как справедливо отметил Вильфред Пототчниг, директор, руководитель группы по слияниям и поглощениям отдела корпоративных финансов КПМГ, «показатели роста рынка корпоративного контроля в разы опережают рост ВВП» (в 2006 году -- почти в пять раз), что, несомненно, является положительным фактом.
Несколько иного мнения придерживается Эльнур Курбанов, директор департамента корпоративных финансов инвестиционного банка «КИТ Финанс», который говорит, что «низкий объем сделок относительно ВВП можно трактовать и в пользу российского бизнеса. Российские компании по-прежнему в основном управляются собственниками, которые, видимо, рачительнее считают свои деньги, чем наемные менеджеры. Возможно, поэтому отечественные бизнесмены, как правило, не продают дешево и не покупают дорого. Что, конечно, негативно сказывается на общем объеме сделок. По всей видимости, российский рынок слияний и поглощений не достиг своего пика».
Средняя стоимость сделок M&A составила в прошлом году 122,9 млн долларов, что на 3,3% больше, чем в 2005 году (119,0 млн). Вообще средняя стоимость сделок по годам подвержена незначительным колебаниям: 2003?й -- 107,5 млн долларов, 2004?й -- 96,1 млн, 2005?й -- 119,0 млн, 2006?й -- 122,9 млн долларов Гвардин С.П. Факторы, влияющие на эффективность сделок слияний и поглощений в России //Финансовая газета, N 10, март 2007. С.14. Можно констатировать, что рост количества средних сделок пока компенсируется ростом стоимости и количества крупных (от 100 млн долларов) и мегасделок (свыше 1 млрд).
Как и в 2005 году, российский рынок остается концентрированным, а основной итог обеспечили всего два десятка сделок (крупнейшие 30 сделок за последние четыре года представлены в приложении 3.
Так, на первые 10 крупнейших сделок M&A приходится 52,7% суммы всех сделок, а на первые два десятка -- 63,4% (68,8% в 2005 году). Таким образом, несмотря на довольно большое число сделок с компаниями малого и среднего бизнеса, локомотивом M&A по-прежнему остается ограниченный круг крупнейших национальных корпораций сырьевого сектора -- около 200 компаний. Это довольно тревожная тенденция, если рассматривать рынок с точки зрения диверсификации.
Кроме того, эти же корпорации плюс еще от силы два десятка крупных компаний, которые пока не приобрели публичного статуса, обеспечивают капитализацию российского фондового рынка, достигшего в 2006 году 1 трлн долларов. Увеличения количества участников хотя бы вдвое мы будем ждать еще много лет. В качестве резерва рынка корпоративного контроля остаются сделки иностранцев в России, в прошлом году ничего крупного так и не купивших, и экспансия российского бизнеса за рубеж, которую тоже пока нельзя назвать удачной.
Из всего этого следует, что пределы роста любой организации, даже из разряда «национальных чемпионов», ограничены. А вот второго эшелона хотя бы из 200-300 молодых, быстрорастущих, набирающих вес и капитализацию компаний, которые в будущем могли бы стать как крупными мишенями для поглощений, так и выступить в роли покупателей серьезных активов, практически нет. Экономическая природа этого явления понятна: крайне мало конкурентоспособных, емких отраслей, в которых такие компании могут возникнуть: нефтянка, добыча полезных ископаемых, металлургия, связь, электроэнергетика, финансы и страхование (как мишени), может быть, еще одна-две отрасли. В резерве пока и IT, машиностроение, химия высоких переделов, биотехнологии, фармацевтика и т. д.
Например, оборот всего российского фармацевтического рынка в прошлом году оказался в пределах 10 млрд долларов, в то время как капитализация лишь одной фармацевтической компании Bayer (ФРГ) в январе 2007 года составила около 42,8 млрд долларов, а оборот за три квартала 2006 года -- почти 22 млрд долларов Гвардин С.П. Факторы, влияющие на эффективность сделок слияний и поглощений в России //Финансовая газета, N 10, март 2007. С.15. Можно ли в такой ситуации вырастить национального чемпиона -- конкурента Bayer? Пожалуй, это потребует сверхусилий, как и в других отраслях. Вывод неутешительный: в стране нет и в ближайшее время не предвидится достаточного количества развитых, емких отраслей, где в результате внутрироссийских процессов концентрации могут возникнуть крупные, с высокой капитализацией, хорошим корпоративным управлением компании, которые в будущем станут лидерами M&A. Так что вполне вероятно, что через четыре-пять лет рост рынка слияний и поглощений с участием российских компаний начнет замедляться.