С.В. Заграевский пытается ввести репрессивные ограничения гуманитарному мышлению в виде «элементарной научной этики», «предельной универсальности» и таким способом предлагает предписать научной мысли оставаться при постижении духовных явлений отечественной культуры в отведенных «кем-то» границах; и если уникальный объект, рожденный, например, в лоне православной традиции, изучается, то его надлежит рассматривать с позиции позитивистской «вненаходимости», чтобы (не дай Бог) «не вызвать идеологического неприятия у тех читателей, которые не исповедуют веру автора»: «минималистская» психология заискивания перед современным читателем, перед «реалистично настроенным человеком», которому по разным причинам не открываются воплощенные в художественном творчестве ценности веры, - «элементарная научная этика», ведущая к забвению духовных традиций, к разрыву с ними, к утрате национальнокультурной идентичности.
Как доказывают методологические споры, современная отечественная (и не только отечественная) гуманитарная наука переживает мучительный процесс поиска ценностной идентичности. Литературоведение оказалось чутким к общему настроению гуманитарных наук - к желанию оправдать бытие как духовный феномен. В гуманитарных науках наметился интенсивный процесс постижения «метафизических» смыслов мира, который можно условно назвать попыткой «собирания бытия» не в его механической совокупности вещей и взаимодействующих сил, а в единстве его «человеческих» смыслов. Определяющим фактором существования мира осознается не материя, а ее энергия смыслов, ее «концептность». Культура вступила в новую стадию духовной самоориентации и творческой реакции на мир.
Деструктивные аналитические процедуры, обусловленные как долгой рационалистической традицией бинаризма, идущей еще от античности, от досократиков, так и особенностями позитивистского мышления, сказавшегося в советском типе мировоззрения, сменяются «синтетическим», тринитарным, образно-понятийным познанием, позволяющим представить - «сонтологизировать» бытие не в изолированных друг от друга частях, а в целостности, как единую картину мира, как образ бытия. Именно этой проблеме современного литературоведения - смене «режима релевантности» - посвящена монография Г. Тиханова «Рождение и смерть литературной теории. Режимы релевантности в России и за ее пределами» [17, р. 1-272].
Такая тяга к «собиранию-собранности - соборности бытия» обусловлена духовным стремлением человека осознать мир как единство, как Творение: «Поэтика текста, творчества все настоятельнее нуждается в освещении со стороны поэтики творения» [15, с. 576]. Характерным признаком такой тяги к «поэтическому» единству мира стало изменение представлений о природе познания, видение того, что сами процессы научного мышления, направленные на изучения мира как Творения, в значительной степени метафоричны, тринитарны по своей сути [2, с. 278-383], что в основе концептуализации бытия лежит не только логико-понятийный «механизм» бинарных отношений, но и антропометрический принцип, утверждающий метафору «категорией исторического мышления» [5, с. 160]: с ее помощью человек, удаляясь от мира «мертвых вещей», укореняется в «живой жизни». Цель метафоры, как пишет Н.Д. Арутюнова, - «уловить константные свойства объектов, «их душу», которую она благодаря своей образности делает доступной чувственному восприятию» [2, с. 279]. Нобелевский лауреат И. Пригожин доказывает, что при описании физических, химических и биологических процессов неизбежно приходится использовать метафоры, «первообразные понятия», выполняющие роль «элементов самосогласованности»: «Априори они не
известны, но всякий раз нам необходимо удостовериться в том, что наше описание согласуется с их существованием» [11, с. 14]. Ученый, анализируя многие просчеты физиков, остроумно замечает, что их неудачи были связаны с тем, что они в качестве «элементов самосогласованности» брали непоэтичные примеры - «груду кирпича вместо храма» [12, с. 52].
Польский исследователь В. Вжозек, учитывая современные прорывы в сферу познания, доказывает, что изначально-импульсный союз между мыслью и действительностью, которому человек обязан в освоении мира, держится на аналогии, на «субъективации» мира, на приписывании ему мысленной предпосылки, на внедрении в него «примыслов». На уровне философских обобщений В. Вжозек приходит к заключению: «Отношение между мыслью и внемышленной действительностью метафорическое - иначе говоря, символическое <…> Метафоризация протекает как работа «механизма» эквивалентности, аналогии, или, по словам Фрэзера, по «правилу переносной магии» [5, с. 154-155]. Такая зависимость человека от «поэтической логики» превращает его в «виновника произведения искусства», каким действительно становится мир даже в его физико-математических очертаниях. Конечно, признание «поэтичности» мира может восприниматься как ослабление методологических требований, предъявляемых для достижения точности и адекватности процесса познания «объективных реалий». Но как бы ни оценивался данный процесс, самое главное, чтобы мир, функционирующий «через нас», оставался «соизмеримым с предпосылками гуманитарной интерпретации» и соответствовал как личной, так и всеобщей валентности живущих на Земле существ [5, с. 156-160]. Речь, как видим, идет об очень важной методологической тенденции, намечавшейся в литературоведении вначале стихийно, а впоследствии получившей обоснование и описание в когнитивных науках и закрепившейся в качестве существенного принципа современного научного мышления. Вяч. Вс. Иванов, опираясь на взгляды В.И. Вернадского, определяет ее как процесс «самозащиты ноосферы, встроенный в нее саму», или, в более расширительном толковании, как «необратимый геологический процесс», вбирающий в себя всё необходимое для «сохранения (выживания) ноосферы», в том числе и художественное творчество, и «метафорические причуды» мышления [8, с. 32].
Выводы. Тринитарность, образность, мета - форизм мышления - это проявление сознания, фиксирующего свойства самого бытия, которое умеет преподносить образы и метафоры в явлениях самой жизни, не в рациональных конструкциях, а в виде зерна, или, как точно вывел Гете, в отличие от Ньютона, в виде яблока, падающего вверх. К.А. Свасьян, выявляя особенности мышления Гете, пишет: «Его
гравитация была не механической, а органической, и первофеноменом ее было не падающее с дерева яблоко, а само растущее дерево; тип побеждал закон тяжести и притяжения; опираясь на земное, он падал не вниз, в вверх («derApfelпасЬ oben» - его изумительное выражение»)» [13, с. 186]. Тринитарный подход, реализованный в научнометафорических переживаниях, «схватывает» общий ритм жизни, и такая картина мира рождается только через сопряжение и примирение-отрицание всех начал и противоположностей в едином пространстве целого. Поэтическая направленность «тринитарного» мышления побуждает внимательнее отнестись к тому основному и «вечному» содержательному пласту национальной жизни, который нашел свое выражение в русской классической литературе.
Литература
русский литература бинарный гносеологический
1. Айриян, Р., Урушадзе, А. Война и мир: вечные ценности человечества // Новое прошлое. - 2016. - №3. - C. 1018.
2. Арутюнова, Н. Язык и мир человека: Субъект - предикат - связка. Сравнение - метафора - метонимия. Истина - правда - судьба. Норма. Аномалия. Стихия - воля. - М., 1999. - 895 с.
3. Басилая, Н., Путкарадзе, Т. «Отражение небесной сферы в поэтической картине И.А. Бунина» // И.А. Бунин: русская и национальные литературы. - Ереван, 2020. - C. 12-22.
4. Бунин, И. Собрание сочинений: В 9-ти т.: Т. 1. - М., 1965-1967. - 595 с.
5. Вжозек, В. Интерпретация человеческих действий: Между модернизмом и постмодернизмом // Проблемы исторического познания: Материалы Международной конференции. - М., 1999. - C.152-161.
6. Еськова, Н. Что означает слово «мир» в названии романа Льва Толстого? // Новый мир. - 2006. - №7. - C. 204205.
7. Заграевский, С. О научной обоснованности иеротопии // ПРАННМА. Проблемы визуальной семиотики. - 2018. - №1 (15). - С. 49-69.
8. Иванов, В. Эволюция ноосферы и художественное творчество // Ноосфера и художественное творчество. - М., 1991. С. 3-38.
9. Маркович, В.М. О трансформациях «натуральной «новеллы» и двух «реализмах» в русской литературе XIX века // Русская новелла: Проблемы теории и истории. Сборник статей. - СПб. Изд-во Санкт-Петербургского университета, 1993. - С. 113-134.
10. Нигматуллина, Ю. «Срединная культура»: диалог бинарного и тринитарного мышления // Ученые записки Казанского университета. Серия: Гуманитарные науки. - Кн. 1. - Т. 159. - 2017. - С. 26-42.
11. Пригожин, И. От существующего к возникающему: Время и сложность в физических науках. - М., 1985. - 327 с.
12. Пригожин, И., Стенгерс, И. Порядок из хаоса: Новый диалог человека с природой. - М., 1986. - 431 с.
13. Свасьян, К. Иоганн Вольфганг Гете. - М., 1989. - 192 с.
14. Толстой, Л. Собрание сочинений: В 22-х т.: Т. 6. - М., 1978-1984. - 446 с.
15. Топоров, В. Миф. Ритуал. Символ. Образ: Исследования в области мифопоэтического: Избранное. - М., 1995. - 623 с.
16. Karpenko, G. The Italian-style al Fresco Painting The Resurrection of Christ in I.S. Turgenev's Fathers and Children // Probleny istoricheskoi poetiki. - 2021. - Vol.19. - №1. - Issue 1. - P. 140-172.
17. Tihanov, G. The Birth and the Death of Literary Theory: Regimes of Relevance in Russia and Beyond. - Stanford: Stanford University Press, 2019. - 272 p.
References
1. Ajriyan, R., Urushadze, A. Vojna i mir: vechnye cennosti chelovechestva (War and Peace: Eternal Values of Humanity) // Novoe proshloe. - 2016. - №3. - C.10-18.
2. Arutyunova, N. Yazyk i mir cheloveka: Sub"ekt - predikat - svyazka. Sravnenie - metafora - metonimiya. Istina - pravda - sud'ba. Norma. Anomaliya. Stihiya - volya (Language and the human world: Subject - predicate - connective. Comparison - metaphor - metonymy. Truth - truth - destiny. Norm. Anomaly. The element is will.). - M., 1999. - 895 s.
3. Basilaya, N., Putkaradze, T. Otrazhenie nebesnoj sfery v poeticheskoj kartine I.A. Bunina (Reflection of the celestial sphere in a poetic painting by I.A. Bunin) // I.A. Bunin: russkaya i nacional'nye literatury. - Erevan, 2020. - C. 12-22.
4. Bunin, I. Sobranie sochinenij (Collected works): V 9-ti t.: T. 1. - M., 1965-1967. - 595 s.
5. Vzhozek V. Interpretaciya chelovecheskih dejstvij: Mezhdu modernizmom i postmodernizmom (Interpretation of human actions: Between modernism and postmodernism) // Problemy istoricheskogo poznaniya: Materialy Mezhdunarodnoj konferencii. - M., 1999. - C.152-161.
6. Es'kova, N. CHto oznachaet slovo «mir» v nazvanii romana L'va Tolstogo? (What does the word «peace» mean in the title of Leo Tolstoy's novel?) // Novyj mir. - 2006. - №7. - C. 204-205.
7. Zagraevskij, S. O nauchnoj obosnovannosti ierotopii (On the scientific validity of hierotopy) // ПРАННМА. Problemy vizual'noj semiotiki. - 2018. - №1 (15). - S. 49-69.
8. Ivanov, V. Evolyuciya noosfery i hudozhestvennoe tvorchestvo (Evolution of the noosphere and artistic creativity) // Noosfera i hudozhestvennoe tvorchestvo. - M., 1991. S.3-38.
9. Markovich, V.M. O transformaciyah «natural'noj «novelly» i dvuh «realizmah» v russkoj literature XIX veka (On the transformations of the «natural short story» and two «realisms» in Russian literature of the 19th century) // Russkaya novella: Problemy teorii i istorii. Sbornik statej. - SPb. Izd-vo Sankt-Peterburgskogo universiteta, 1993. - S. 113-134.
10. Nigmatullina, Yu. «Sredinnaya kul'tura»: dialog binarnogo i trinitarnogo myshleniya («Middle culture»: dialogue between binary and trinitarian thinking) // Uchenye zapiski Kazanskogo universiteta. Seriya: Gumanitarnye nauki. - Kn. 1. - T. 159. - 2017. - S. 26-42.
11. Prigozhin, I. Ot sushchestvuyushchego k voznikayushchemu: Vremya i slozhnost' v fizicheskih naukah (From Existent to Emergent: Time and Complexity in the Physical Sciences). - M., 1985. - 327 s.
12. Prigozhin, I., Stengers, I. Poryadok iz haosa: Novyj dialog cheloveka s prirodoj (Order out of chaos: A new dialogue between man and nature). - M., 1986. - 431 s.
13. Svas'yan, K. Iogann Vol'fgang Gete (Johann Wolfgang Goethe). - M., 1989. - 192 s.
14. Tolstoj, L. Sobranie sochinenij (Collected works): V 22-h t.: T. 6. - M., 1978-1984. - 446 s.
15. Toporov, V. Mif. Ritual. Simvol. Obraz: Issledovaniya v oblasti mifopoeticheskogo: Izbrannoe (Myth. Ritual. Symbol. Image: Studies in the Mythopoetic: Selected). - M., 1995. - 623 s.
16. Karpenko, G. The Italian-style al Fresco Painting The Resurrection of Christ in I.S. Turgenev's Fathers and Children // Probleny istoricheskoi poetiki. - 2021. - Vol.19. - №1. - Issue 1. - P. 140-172.
17. Tihanov, G. The Birth and the Death of Literary Theory: Regimes of Relevance in Russia and Beyond. - Stanford: Stanford University Press, 2019. - 272 p.