Роль
символа в культуре Средневековья
Введение
символ культура народный
К рассмотрению культуры можно подходить с разных сторон. По моему мнению, одним из наиболее перспективных в современной культурологии является ценностный подход. Взятая в аспекте ценности, культура представляет собой сложную иерархию. В ценностном аспекте может быть рассмотрен любой элемент культуры - природа, орудия и инструменты труда, сам человек, его слова, мысли, действия, созданные им предметы и т. д. Совокупность наиболее значимых ценностей составляет систему идеалов, которые носят конкретно-исторический характер, имеют конкретно-историческое выражение. Так, к наиболее значимым идеалам античной культуры относятся представления о Добре, Красоте и Истине.
Оборотной стороной проблемы ценности является проблема смысла. Смысл - это духовная направленность бытия человека в сторону реализации определенных социально признанных ценностей. Смысл - это специфическая форма выражения деятельности человека в соответствии с теми или иными ценностями и идеалами. Аналогично иерархии ценностей, культура представляет собой и специфическую иерархию смыслов.
Способами реализации ценностей и смыслов культуры являются язык или система специфических знаковых средств.
Во всем многообразии знаково-языковых средств, какими располагает культура, одному принадлежит особое, определяющее место. Имя ему - символ. Символ - это наиболее емкая и значительная, продуктивная и концентрированная форма выражения культурных ценностей и смыслов. Символ - это наиболее мощный из всех имеющихся в культуре «инструментов» реализации ее духовных возможностей.
Символ представляет собой, по сути, конкретно-зримое воплощение тех или иных идей и идеалов как высших ценностей и смыслов, которыми живет человек и которыми обусловливается развитие и функционирование культуры. Воплощая в себе высшие духовные пласты культуры, символ, естественно, становится центральным определяющим образованием всего комплекса ее знаково - языковых выражений.
Занимая ведущее, определяющее положение в ряду знаковых выражений культуры, символ вместе с тем своим «силовым полем» охватывает и все культурные феномены и элементы. Являясь «чувственно-сверхчувственным» образованием, диалектически воплощающим в себе единичное и всеобщее, конечное и бесконечное, конкретное и абстрактное, материальное и идеальное, символ представляет собой наиболее законченную и вместе с тем универсальную форму выражения человеческого бытия. Символический характер любых образований культуры, таким образом, можно представить" как способность того или иного предмета, свойства или отношения в своем чувственно-конкретном, единично - данном облике воплощать определенный человеческий смысл, всю многообразную совокупность общественных отношений, которые, по определению обществоведов, составляют сущность человека.
Наиболее полное проявление своих сущностных характеристик и определяющих свойств символ находит в искусстве. Символ в искусстве - это «эталон» символического выражения в целом. Такая «эталонность» художественного символа по отношению ко всем другим символическим формам в значительной мере связана с той ролью, которая принадлежит искусству в культуре. Эта особая роль искусства связана с тем, что оно есть не что иное, как модель культуры или способ ее самопознания.
Искусство можно охарактеризовать как своеобразный художественный портрет культуры. Что находит в искусстве культура? Образ своей целостности, уникальности, своего социально-исторического Я. Искусство способно портретизировать культуру, изоморфно запечатлевать в своих особенностях специфику каждого ее типа, а также динамику ее развития.
Одним из главных факторов, определяющих центральное место символа в системе культуры, является его особое положение в сфере гносеологии. Это связано с тем, что символ, по сути, выражает собой изначальную и всеобщую сторону познания. Он есть не что иное, как выражение сущности чувственного образа как формы познания окружающего нас мира. «Даже самая примитивная и элементарная вещь, не говоря уже о ее научном представлении,- отмечает А. Ф. Лосев,- возможна только при наличии символической функции нашего сознания, без которой вся историческая действительность распадается на бесконечное множество дискретных и потому в смысловом отношении не связанных между собой вещей»
Представляя собой основополагающее, универсальное образование для выражения различных смыслов и ценностей, символ в реальном существовании культуры раскрывается в градации символических спецификаций, каждая из которых соответствует той или иной форме общественного сознания и конкретным ее выражениям, представая в качестве политического, юридического, нравственного, художественно-эстетического, религиозно- мифологического, научного и иных символов. Соответственно каждая из указанных символических спецификаций может иметь свою собственную внутреннюю градацию, скажем, символы в науке подразделяются на математические, физические, химические, логические, психологические образы и знаки и т. д.
В каждой из своих спецификаций символ
проявляется в том или ином аспекте своей природы, выражает ту или иную сторону
своего бытия и вместе с тем остается в своей сущности одним и тем же, а именно
впечатляющим способом наглядного, зримо-образного воплощения идей и идеалов,
фундаментальных ценностей и потаенных смыслов совокупной жизнедеятельности человека.
Глава 1.Роль символа в изучении
конкретной культуры
Ту или иную культуру можно изучать не только в привычном академическом варианте, используя понятия, теоретические положения, ментальные навыки. Исходная гипотеза проведенного нами исследования состояла в том, что культурологию можно преподавать и через постижение символической природы культуры. Речь шла не о замене сложившихся форм обучения. В данном случае осуществлялся поиск более эффективных и продуктивных средств обучения. Потребность в таком эксперименте диктовалась тем, что современный студент живет в культуре, где роль символов возрастает, а сам символический язык перестает быть забытым.
Если, к примеру, мы возьмем символические образы природы, как они сложились в античной или средневековой культуре, то получим достаточно значимое представление об этих культурах в целом. Известно, что на ранних этапах культурогенеза одной из распространенных форм визуального воплощения различных космологических и магических представлений о мире были геометрические знаки (круги, треугольники, кресты, свастики). Они были более или менее реалистически представлены в фигурах животных. Сложение знаков в орнамент можно рассматривать как выражение определенных закономерностей. Это своеобразная попытка упорядочивания стихий в рамках целостного космоса.
Один из древнейших художественных образов универсума, хорошо знакомый многих народам, - композиция с мировым Древом (или Древом жизни). Порядок размещения животных возле Древа (птицы возле ветвей, звери у основания ствола, чуть реже в греческой вазописи изображались рыбы или хтонические существа нижнего яруса) отражал ярусную структуру мироздания. Еще одна «формула» универсума - образ календаря. Его связь с древними космогоническими моделями наглядно запечатлена в композициях внешнего периметра мозаики из Карфагена (вероятно, IV век). Там представлены традиционные для сцен терзаний чередующиеся фигуры хищников и травоядных, представителей земного яруса мироздания, причем изображения зверей разделены изображениями растений (Древо жизни). Внутренний квадрат населен птицами (стихия воздуха, поднебесное пространство). Изображение месяцев во внутреннем круге в виде шагающих друг за другом фигур вполне сопоставимо с образами зодиакальных созвездий в античных астрономических таблицах.
Древние народы в мифах объясняли явления природы как близкие и родные человеку. Все видимое вокруг воспринималось ими как очевидный образ божества: земля, небо, солнце, звезды, горы, вулканы, реки, ручьи, деревья - все это были божества. Их историю воспевали древние поэты. Скульпторываяли их образы. Солнце - это блестящий бог, который всегда борется против ночи - темного божества. Вулкан, извергающий из недр своих огромные потоки лавы, - это великан, дерзнувший посягнуть на небо. Извержение прекращалось, потому что Юпитер победитель сбрасывал не покорного в преисподнюю.
Взаимодействие природы и культуры - одна из ключевых тем культурологии. Если взглянуть на беспредельное многообразие сюжетов, сопряженных с этой темой, то можно видеть, что они тяготеют к двум полюсам. Некоторые культурологи рассматривают отношения между природой и культурой как изначально враждебные, непримиримые. Однако многие культурологи ищут возможности для гармонизации этих отношений. Долгое время существовала вера в наличие вечного объективного порядка природы, с которым должна быть согласована и которому должна быть подчинена жизнь человека .
Мифологическая установка включает не только людей, животных и других низших тварей, но также и сверхчеловеческие существа. Весь мир кажется пронизанным мифологическими силами. От образа их действий непосредственно или опосредованно зависит человеческая судьба. Во времена Античности каждое дерево, каждая река, каждый холм имели своего местного духахранителя. Прежде чем срубить дерево, разрыть гору, остановить ручей, человек обязан был принести жертвоприношение, получить соизволение духов.
Люди и животные не просто тела, однако взгляду, направленному на окружающий мир, они предстают как нечто телесно сущее и, следовательно, как реальность, включенная в универсальное пространство время. Смысл мифологии всех времен, любой эпохи заключается в признании божественности природы и благоговейном общении человека с таинственными, невидимыми силами. Ощущение Античности как счастливой пасторали и беззаботного детства европейской культуры, может быть, ничто не отражает так точно, как роман древнегреческого писателя Лонга «Дафнис и Хлоя». Уместность «буколических», «нильских», «садовых» мотивов была обоснована текстами Священного Писания. В раннее христианском искусстве широко использовались образы Доброго Пастыря, апостолов - рыбарей, пастухами представляли ветхозаветных праведников. Идеальный сад, в универсальной структуре которого практически совпадают черты древневосточного Эдема и языческого «приюта блаженных», становится символом рая, Возлюбленной псалмопевца, Богоматери, Церкви.
Однако следует отметить, что «взросление» цивилизации принесло такие коллизии проблемы, которые Античность не могла разрешить. И первой из них было постепенное отчуждение культуры от природы. Христианская традиция радикально изменила взгляд человека на среду своего обитания. Христианство унаследовало от иудаизма не только линейную концепцию неповторимого исторического времени, но и представление о последовательных стадиях творения, в частности о сотворении самого человека. Согласно христианству человек как бы возвышается над природно-космическим циклом времен. В природном мире стала утверждаться духовная монополия человека. Действенно практическая настроенность западного христианства содействовала покорению природы. Целостное и всеобъемлющее понимание природы, как оно сложилось в античной культуре, в последующие века стало разрушаться. Вообще когда человек Европы перешел к интенсивной обработке почвы, он фактически превратился в эксплуататора природы.
Первоначально человек был связан с землей, с растениями и животными. Огромную роль играла мистика земли. Известно, какое большое значение имели растительные и животные религиозные культы. Преображенные элементы этих культов вошли и в христианство. Согласно христианским верованиям, человек вышел из земли и в землю должен вернуться. Культура в период своего цветения была окружена природой, любила сады и животных. Люди культуры, как ни далеко они ушли от природной жизни, смотрели еще на небо, на звезды, на бегущие облака. Созерцание красот природы есть даже по преимуществу продукт культуры. Культура, государство, быт понимались органически, по аналогии с живыми организмами. Процветание культур и государств представлялось как бы растительно-животным процессом. Культура была полна символами, в ней было отражение неба в земных формах, даны были знаки иного мира в этом мире.
Однако постепенно эта погруженность духа в
природу стала выветриваться. Для древнего грека и для средневекового человека
существовали неизменный космос, иерархическая система, вечный порядок. Люди
средневековой культуры считали, что природа говорит с людьми на символическом
языке божественной воли и разума. Но в следующую эпоху - Возрождения - этот
взгляд меняется. Уже в эпоху Средневековья начинает осознаваться новое
эксплуататорское отношение к природе. Это, в частности, отразилось в оформлении
франкских иллюстрированных календарей этой поры. Если в прежних календарях
двенадцать месяцев олицетворялись пассивными аллегорическими фигурами, то в
новых календарях они изображаются в виде пахарей, жнецов, лесорубов, мясников,
т. е. в виде человеческих фигур, занятых покорением мира. Человек и природа
здесь разведены, человек выступает в роли хозяина природы.
Глава 2. Древнейшие символы
Культура возникает как попытка живого ума познать и осмыслить истины нашего мира. Очевидно, что при этом мы всякий раз вступаем в известное противоречие с культурой прошлого с иными культурами и пытаемся синтезировать, обобщать различные мифы и символы, стараясь свести их к каким-то общим знаменателям, пытаясь найти единый корень этих мифов.
«Путешествия» грека Одиссея или аргонавтов, приключения одного из древнейших героев Востока Гильгамеша, «космические» полеты великого царя-мага Соломона в преданиях восточного мира, путешествия арабско-иранского морехода Синдбада, знаменитых европейских рыцарей Ожьс Датчанина или рыцарей «круглого стола» Артура - независимо от того, имелись ли реальные прототипы этих сказаний или герои были вымышлены, - истории эти восторженно принимались аудиторией, будь то придворная знать или простой народ.
Чудесные приключения в реальных и потусторонних мирах, случавшиеся с любимыми героями, находили отклик в душе каждого слушателя, всякий примерял их как бы к собственному опыту и представлениям, возникало множество картин и символов, которые каждый мог толковать на свой лад и вкус, использовать по праздникам или в будни.
Новые открытия
Сказания повествуют о властителях средневекового хазарского царства, которое простиралось от Урала до австрийских Альп, что они, прежде чем выбрать религию, устроили спор между представителями различных конфессий и, послушав всех, приняли иудаизм. Князь Владимир, к которому перешло владение этими землями, действовал аналогичным образом и высказался в X веке в пользу византийского христианства, пленившего его красотой церковной службы.
Позднее на том же пространстве утвердились татары (их «царство» простиралось от Вены до Тихого океана), гуцульская легенда утверждает, что татары меняли религии в зависимости от настроения своих князей (ханов).
Недоброжелательные критики видели в этом поверхностное, несерьезное отношение к мировоззренческим истинам религий. В то же время образованные люди с Востока, с которыми автору доводилось встречаться после обеих (1914-1945) мировых войн, смотрели на это совсем иначе: славяне, русские, грузины, татары, калмыки, евреи-караимы в Крыму рассказывали о своих великих вождях, ученых, поэтах, которые в религиях и культурах других народов, за различными фасадами, обычаями, символами обнаруживали общее, присущее всем.
И правда, почти у всех племен, живших на территории вышеупомянутых царств, обнаруживается большая терпимость к другим верованиям, терпимость, которая в более позднее время кажется почти не представляемой. Рассказывают, например, что татарские ханы, независимо от веры, имели в своем окружении шаманов, представителей буддистской религии, ислама, иудаизма, христианства. В столице хазарского ханства существовали якобы особые судьи для. приверженцев каждой религии, то есть и для христиан, и для евреев, и для мусульман, и для язычников.
Астрологи и алхимики средневекового христианства постоянно используют исламо-арабские (и персидские) источники. Мусульманские ученые постоянно восхищаются глубокими «магическими» знаниями древних греков и индусов. Занятие символами и мифами убеждает нас, что мудрецы всех времен и народов создавали средства для взаимопонимания и передачи знаний от одних народов к другим, вопреки разделявшим их границам.