Байкальский государственный университет
«РИМСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ»: ПОЛИТИКО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ
Р.В. Лапыренок
г. Иркутск
Аннотация
римский экономический политический собственник
В статье рассматриваются экономические, правовые и политические аспекты борьбы за «римское общественное поле». Эпоха поздней Республики по праву считается одним из наиболее противоречивых периодов в истории Древнего Рима. Это время ознаменовалось усилением конкуренции за ресурсы ager publicus populi Romani, как внутри римского гражданского коллектива, так и в масштабе всей Римско-Италийской конфедерации, на фоне успехов интенсивного хозяйства в Италии. Конфликты в отношении собственности («гракханская смута», Союзническая война) обусловили кровавые междоусобицы I в. до н. э. и привели в конечном счете к падению Республики. Сам по себе процесс приватизации «римского общественного поля» проходил в два этапа, на первом из которых свои участки земли в пределах ager publicus populi Romani оформили в частную собственность римские граждане (ок. 121-111 гг. до н.э.). А затем, уже в ходе и после окончания Союзнической войны (91-88 гг. до н.э.), были приватизированы участки земли, которые находились во владении союзников. Таким образом, во время борьбы за «римское общественное поле» были созданы условия для формирования класса крупных земельных собственников -- политической опоры Принципата.
Ключевые слова. «Римская революция», рабовладельческая вилла, общественная земля, аграрные законы, Союзническая война.
Annotation
R.V. Lapyrenok Baikal State University, Irkutsk, the Russian Federation
THE POLITICAL AND ECONOMIC ORIGINS OF THE ROMAN REVOLUTION
The paper considers some economic and legal aspects of the struggle for the public land in Late Republican Rome. This period is one of the most controversial in ancient history; it brought many significant changes to the socio-economic and political life of Rome and contributed much to its transformation from Republic to Princi- pate. Nevertheless, there is no special paper examining the competition between the Romans and Italians for the ager publicus populi Romani which started with the agrarian reform of Tiberius Gracchus in modern historiography. The first episode ended after the enactment in 111 B.C. of the lex agraria, when a large amount of public land was brought into private hands by its Roman possessors. A further part of the ager publicus populi Romani was still public and remained in hands of the socii. The logic of historical process, the economic changes of the second century B.C. which led Rome from Republic to Principate, demanded the formation of a new class of landowners. The latter would be the basis of the political system of the Roman Empire instead of the nobilitas; its political power would be based on private ownership of land. This was impossible without the full privatization of public land, and it is logical that the struggle for the ager publicus populi Romani was not ended in 111 B.C. Only after privatization of that land, which was possessed by the allies, the agrarian question in Rome could be fully resolved. The latter problem is of crucial importance for the further history of Rome, because it not only caused the Social War but also radically changed both the social structure and the political balance within Roman society during the last decades of the Republic.
Keywords. Roman revolution, villa, public land, agrarian laws, Social war.
Основная часть
Изучение аграрных отношений в гракханское время является необходимым условием для понимания сущности процессов, происходивших в римском обществе в эпоху поздней Республики. Социальные и политические противоречия, приведшие в конечном счете к «римской революции» Термин «римская революция» был введен в научный обо рот британским историком Рональдом Саймом для характеристики процесса перехода от Республики к Принципату [1]. 2021, vol. 22, no. 2, pp. 222-245 и падению республиканского строя, определялись конфликтами в отношении собственности, которые в свою очередь были обусловлены усилением конкуренции за ресурсы «римского общественного поля» (ager publicus populi Romani) на фоне успехов интенсивного земледелия на территории Италии.
Последние десятилетия в исследовании гракханского движения ознаменовались попытками отдельных специалистов поставить под сомнение традиционную картину социального кризиса в Риме последней трети II в. до н.э. [2; 3, р. 740, 753-754; 4, р. 127]. Тиберий Гракх и его сторонники, как полагает, например, нидерландский исследователь Л. де Лигт, неверно выявили причинно-следственные связи, ведь главной проблемой на тот момент являлась не прогрессирующая имущественная дифференциация, а нехватка земли для постоянно растущего римского населения, причем его численность увеличивалась в первую очередь из-за бурного развития экономики Италии. Таким образом, возникла диспропорция между количеством граждан и состоянием ресурсов фонда ager publicus, которую оппозиция намеревалась устранить с помощью аграрной реформы. Дальнейшее увеличение этой диспропорции и стало причиной нарастания социальной напряженности в римском обществе. Оставляя за скобками мнение автора по поводу концепции Л. де Лигта и его последователей, необходимо отметить, что причины возникновения в Риме движения за аграрную реформу не прояснены окончательно и требуют дальнейшего исследования.
Экономические предпосылки «римской революции»
В одном из своих трудов, посвященных сельскому хозяйству древней Италии, В.И. Кузищин называет рабовладельческую виллу катоновского типа «ведущим типом хозяйства, определявшим крупные успехи римского земледелия» [5, с. 54]. Данное утверждение вполне сообразуется как со сведениями письменных источников Речь в данном случае идет главным образом о трактатах Катона Старшего и Варрона., так и с материалами археологии, которые действительно свидетельствуют о широком распространении рабовладельческих вилл на всей территории Италии уже в позднереспубликанское время 133-49 гг. до н.э.. Об этом можно судить, в частности, и по находкам глиняной тары (амфор) у побережья Тирренского моря -- их количество указывает на существенное увеличение объемов экспорта вина в соседние регионы и провинции [6, p. 132; 7, s. 117]. Не вдаваясь в подробности дискуссии о причинах успехов интенсивного земледелия в Италии II-I вв. до н.э. -- этой проблеме посвящены сотни специальных трудов, -- тем не менее, в рамках данной работы необходимо выделить основные факторы, способствовавшие бурному развитию оливководства и виноградарства на Апеннинском полуострове.
Ключевым фактором, безусловно, являлось расширение рынка в результате римской экспансии сначала в Италии, а позднее и во всем Средиземноморье. Оливковое масло и вино были традиционно экспортными товарами еще со времен классической Греции. Да, оливководство и виноградарство были довольно затратными видами сельскохозяйственной деятельности, требовали больших вложений, но при этом они приносили стабильную и высокую прибыль именно благодаря их рыночно-экспортной направленности. Данное обстоятельство стимулировало производство интенсивных культур, а вместе с ним и (первоначально) региональную торговлю.
Как сказано выше, эти занятия требовали больших вложений, и речь в данном случае идет не только о покупке земли. В поместьях катоновского типа активно применялся рабский труд, а рабы, даже во времена самых успешных войн II в. до н.э., не были исключительно дешевым удовольствием [5, с. 68]. Необходимые средства римские собственники получили опять же за счет ограбления побежденных ими народов. Приток серебра в государственную казну был настолько велик, что позволил после победы над македонским царем Персеем освободить римских граждан от уплаты трибута [8, с. 293]. Победа над Карфагеном во II Пунической войне принесла Риму 10 000 талантов серебра, а спустя еще чуть больше десяти лет сирийский царь Антиох III Великий по Апамейскому договору обязался выплатить победителю уже 15 000 талантов. И это, разумеется, только часть богатств, которые достались римлянам в ходе завоевания Востока, поскольку подсчитать стоимость всех материальных ценностей, захваченных ими в качестве военной добычи, не представляется возможным по причине скудости источников.
Другим важнейшим фактором являлся приток относительно дешевой рабской силы, которая обеспечивала в пределах поместья катоновского типа разделение труда, пусть и довольно примитивное по сравнению с капиталистическим хозяйством. О достоверности источников относительно количества обращенных в рабы жителей Средиземноморья, как и об источниках рабства в Риме вообще, ведутся многолетние споры [9, с. 38-46]. Однако это количество, несомненно, было весьма значительным и обеспечивало нужды сельского хозяйства Италии на протяжении более двух веков, даже если Гай Юлий Цезарь в действительности обратил в рабство не один миллион галлов. И наконец, вопрос о земле. Все перечисленные выше факторы могли способствовать развитию интенсивного земледелия только при условии наличия свободных земельных ресурсов на территории Апеннинского полуострова. Такие ресурсы были приобретены Римом в ходе завоевания Италии. Если в историчность закона Лициния-Секстия (367 г. до н.э.), установившего, согласно Ливию, в пределах «римского общественного поля» норму владения в 500 югеров земли (125 га), верит не каждый историк, то подвергнуть сомнению сообщения источников о наличии такого рода ограничения в «гракханское время» практически невозможно.
«Римское общественное поле»: источники формирования и социально-политическое значение
В ходе завоевания Италии (...-265 гг. до н.э.) римляне конфисковали значительную часть территории, ранее принадлежавшей побежденным ими народам. Победив тот или иной народ, ту или иную общину, они заключали с ними мирный договор или договор о союзе (foedus), как это было, например, в случае с гер- никами «С герниками был заключен договор; у них отобрали две трети земли» [10, с. 96].
2021. Т. 22, № 2. С. 222-245. Новые союзники отдавали римлянам часть своей земли (от одной до двух третей), за счет чего и формировалось так называемое «римское общественное поле». На вновь приобретенные земли выводились колонии как римского, так и латинского права, или же римские граждане получали свои участки земли «подушно» (viritim). При этом нередки были случаи, когда принятие решения по поводу хозяйственного использования захваченной земли затягивалось на продолжительное время [11, р. 298-300]. В конце III -- начале II вв. до н.э. «римское общественное поле» пополнилось за счет территорий, конфискованных у народов и общин, перешедших в ходе II Пунической войны на сторону Ганнибала.
После того как были выведены все запланированные колонии, какая-то часть земли сдавалась римскими магистратами в аренду Квесторами и цензорами. или же переводилась в режим «occupatio», причем правом на ее использование в хозяйственных целях обладали как римские граждане, так и союзники У Сикула Флакка -- «agri occupatorii» [12, p. 104].. Этот режим позволял частным лицам занимать участки земли на «римском общественном поле» при условии/с целью их возделывания (colendi causa). Если верить сообщению Аппиана См. сообщение Аппиана: «...невозделанную же вследствие войн часть земли, количество которой сильно возрастало, они не имели уже времени распределять на участки, а от имени государства предлагали возделывать ее всем желающим на условиях сдачи ежегодного урожая в таком размере: одну десятую часть посева, одну пятую насаждений. Определена была также плата и за пастбища для крупного и мелкого скота» [13, с. 312]. У Плутарха («Земли, отторгнутые у соседей, римляне частью продавали, а частью, обратив в общественное достояние, делили между нуждающимися и неимущими гражданами, которые платили за это казне умеренные подати» [14, c. 300]) ничего не говорится о том, что эта подать взималась именно в натуральной форме, но его рассказ в принципе менее информативен, чем рассказ Аппиана. Сведения последнего вызывают доверие хотя бы по причине относительной древности означенного в тексте режима., владельцы таких участков обязаны были отчуждать в пользу государства определенную часть урожая. В современной науке нет единого мнения по поводу того, собиралась ли эта подать в действительности См., например, точки зрения Э. Эрмон [15, р. 180] и С.Т. Ро- зелар [11, р. 90-92] по этому поводу. С.Т. Розелар считает, что на самом деле ее не собирали по причине отсутствия в Риме того времени необходимых для централизованного сбора податей управленческих ресурсов.. По моему мнению, изначально она взималась в натуральной форме, но согласно закону Спурия Тория (119/118 гг. до н.э.) были назначены выплаты уже серебром, о чем можно судить на основании известного пассажа из «Гражданских войн» Аппиана См. ниже по тексту перевод указанного пассажа из «Гражданских войн» Аппиана [13, с. 324]. и «Судебного решения Минуциев» «Судебное решение Минуциев» -- это эпиграфический памятник, датируемый 117 г. до н.э., сохранившийся на бронзовой «табличке из Польчеверы». После принятия закона Спурия Тория (119/118 гг. до н.э.) была проведена инспекция межи на «римском общественном поле», в том числе и в области генуатов, куда в составе особой комиссии были направлены братья Минуции. Результаты этой проверки и отражены в «Sententia Minuciorum»: «Кастелланы Лангены Витурии могут владеть и пользоваться той землей, которую мы считаем общественной. За эту землю Лангены Витурии пусть вносят подать в казну Генуи по 400 виктори- атов ежегодно. Если Лангены не будут вносить эти деньги и, по мнению Генуатов, не рассчитаются с ними, и Генуаты не дадут им отсрочки, чтобы как-нибудь иначе получить эти деньги, то тогда из того, что родится на этой земле, Лангены должны будут сдавать ежегодно в казну Генуатов 1/20 часть зерна и 1/6 часть вина. Тому Генуату (т.е. союзнику. -- прим. Р.Л.) или Витурию, который в этих границах имеет землю или имел ее к календам сексти- лия в консульство Л. Цецилия и Кв. Муция, дозволено ею владеть и ее возделывать. Те, кто будут ею владеть, пусть соразмерно вносят подать Лангенам, как и остальные Лангены, которые на этой территории имеют и обрабатывают землю» [16, с. 192-193]..
Римляне были прагматичным народом, что проявлялось и при организации ими поселений на захваченных у врагов территориях. Они проводили межевые работы только при наличии конкретного плана по устроению колоний или поселений viritim в той или иной местности. На подготовку такого плана могли уходить и годы, и десятилетия, вследствие чего большая часть «римского общественного поля» не знала межевания вплоть до принятия аграрного закона Тиберия Гракха (конец 134 -- начало 133 гг. до н.э.). Таким образом, весьма условно с момента окончания Ганнибаловой войны, этими землями владели Речь идет именно о праве владения (possessio). частные лица, причем как римского, так и союзнического происхождения. Права последних закреплялись в союзных договорах, в которых, помимо всего прочего, регулировались вопросы землевладения и землепользования. Об этом свидетельствует содержание 29 строки аграрного закона 111 г. до н.э.: «То, что согласно записанному выше [в этом законе] будет позволено предпринимать римскому гражданину на полях, находящихся в Италии и бывших в консульство П. Му- ция и Л. Кальпурния собственностью Римского народа, пусть равно будет позволено предпринимать без ущерба для себя латину и иностранцу, которым это было позволено [предпринимать на означенных выше полях в консульство] М. Ливия и Л. Кальпурния (112 г. до н.э. -- прим. Р.Л.) по закону или плебисциту или по союзному договору» Латинский текст [17, s. 460; 18, р. 116]. См. перевод Т.Г. Мякина [19] с уточнениями Р.В. Лапыренка [20, с. 171, сн. 21].. До того момента, пока сенат не определится с планами относительно общественной земли, не задействованной при устроении колоний или поселений viritim, как римляне, так и союзники могли использовать ее в хозяйственных целях.
После заключения союзного договора римские магистраты Наделенные империем. устанавливали межевые знаки в соответствии с новыми границами (fines), в том числе и «римского общественного поля». Судя по всему, им нередко приходилось разрешать споры о том, находятся ли те или иные участки земли в собственности Римского народа, или же они принадлежат частным лицам, и не в последнюю очередь из числа прежних владельцев. Уже тот факт, что триумвиры Тиберия Гракха были наделены полномочиями для разрешения споров о статусе земельных участков (judicium), свидетельствует о существовании такой проблемы [21, р. 175-177]. Со временем межевые знаки (cippi) могли быть утрачены -- либо по воле частных лиц, либо по какой-либо другой причине, и данное обстоятельство значительно осложняло работу комиссий, занимавшихся размежеванием общественной и частной земли [22].