Тюменский индустриальный университет
Репрезентация гендерных режимов рабочего класса в биографических нарративах молодежи
Т.В. Гаврилюк
В статье обоснована необходимость актуализации исследования гендерного неравенства с учетом классового статуса, рассмотрены существующие в повседневной культуре рабочего класса современной России гендерные режимы путем анализа их репрезентации в биографических нарративах молодежи. В фокусе внимания находятся межпоколенная трансляция гендерных нормативных паттернов, микрополитики власти и доминирования в рабочих семьях, формы их дискурсивного производства и легитимации. Эмпирическая база исследования представлена 31 биографическим интервью с представителями нового рабочего класса в возрасте от 21 до 33 лет, проживающими в г. Тюмени и занятыми в сфере промышленности, технического обслуживания и клиентского сервиса. Интервью проводились с февраля по август 2018 г., в качестве основных исследовательских инструментов были использованы рефлексивный анализ, базирующийся на категориальном поле феноменологии и социального конструктивизма, а также кодирование и квантификация данных. Было установлено, что нормативный паттерн мужчины-добытчика, обладающего властью в семье на основании контроля над экономическими ресурсами, по-прежнему является доминирующим среди российских юношей, однако их жизненный опыт и опыт родительских семей в большинстве случаев не соответствуют идеально-типической конструкции доминирующего гендерного порядка. Девушки из сервисного сектора также стремятся к патриархальной модели семьи, демонстрируя желание закрепиться на позиции среднего класса посредством удачного замужества. Путем изучения гендерных режимов родительских семей информантов было обнаружено, что финансовое и статусное доминирование мужчины не вызывает сомнений в его лидерстве. Когда женщина занимает более высокую статусную позицию или играет решающую роль в обеспечении семьи, информанты склонны говорить о «равноправии» в семье. В семьях с матриархальным режимом ситуация женского лидерства оцениваются как вынужденная. В смысловых структурах жизненного мира рабочей молодежи России женщина не может играть роль лидера, ее задачей становится умелая игра в семейной властной микрополитике, направленная на сохранение видимости традиционного или эгалитарного гендерного порядка.
Ключевые слова: рабочий класс; молодежь; молодежь рабочего класса; патриархат; гендер; гендерный режим; гендерное неравенство
REPRESENTATION OF THE WORKING CLASS GENDER REGIMES IN THE BIOGRAPHICAL NARRATIVES OF YOUTH
T. V. Gavrilyuk
Tyumen Industrial University
The article substantiates the necessity to update the study of gender inequality with regard to class status. The subject domain of the research is to examine gender regimes which exist in everyday culture of the working class in modern Russia by means of analysis of their representation in young people's biographical narratives. The research is focused on the intergenerational transmission of gender normative patterns, micro-policy of power and domination in working class families, as well as forms of their discursive production and legitimization. The empirical base of the research is represented by 31 biographical interviews with the new working class representatives aged from 21 to 33, living in Tyumen and working in the field of industry, technical maintenance and customer service. The interviews were conducted from February till August 2018. Reflexive analysis based on the categorical field of phenomenology and social constructivism, as well as data coding and quantification were used as the main research tools.
It was established that the normative pattern of the male breadwinner, enjoying power in the family on the basis of his control over the economic resources, is still domineering among Russian young men, but their life experience and the experience of their parent families do not always correspond to the ideal-typical construction of the dominant gender order. Girls from the service sector are also striving for the patriarchal family model, demonstrating a desire to gain a foothold in the middle class through successful marriage. By studying the gender regimes of the informants' parental families, it was discovered that the financial and status dominance of the man raises no doubts about his leadership. When the woman gains a higher status or plays a crucial role in providing for the family, informants tend to talk about “equality” in the family. In families with a matriarchal regime, the situation of female leadership has been assessed as forced. In the semantic structures of the working class daily life, the woman cannot play the role of a leader; her task is to become a skillful performer in the family's micropolitical power game, aimed at preserving the appearance of the traditional or egalitarian gender order.
Keywords: working class; youth; working class youth; patriarchy; gender; gender regime; gender inequality
ВВЕДЕНИЕ
Гендерная проблематика долгое время оставалась на периферии классового анализа, однако динамика социальных процессов в трудовой и семейной сфере заставила переосмыслить позиции женщин в социальной структуре. Деиндустриализация развитых западных стран обусловила проблематизацию традиционных критериев маскулинности рабочего класса и оснований мужского доминирования. В современной российской социологии в силу неразработанности классового подхода взаимопересечение гендерных и классовых характеристик в анализе различных аспектов социальной жизни встречается лишь в единичных работах (Vanke, 2014; Pro тело ... , 2013), хотя имеется задел ранних исследований в русле классического марксизма-ленинизма, обращающихся к гендерной проблематике (Вольфсон, 1929).
В данной статье обоснована необходимость актуализации исследования гендерного неравенства с учетом классового статуса, рассмотрены существующие в повседневной культуре рабочего класса современной России гендерные режимы путем анализа их репрезентации в биографических нарративах молодежи. В фокусе внимания находятся межпоколенная трансляция гендерных нормативных паттернов, микрополитики власти и доминирования в рабочих семьях, формы их дискурсивного производства и легитимации. Источниковая база исследования представлена 31 биографическим интервью с представителями нового рабочего класса в возрасте от 21 до 33 лет, проживающих в г. Тюмени и занятых в сфере промышленности, технического обслуживания и клиентского сервиса.
Интервью проводились с февраля по август 2018 г., в качестве основных исследовательских инструментов были использованы рефлексивный анализ, базирующийся на категориальном поле феноменологии и социального конструктивизма, а также кодирование и квантификация данных.
1. ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ
В период концептуального доминирования структурного функционализма гендерное неравенство не рассматривалось в качестве релевантного критерия классового анализа. Статусная позиция женщины в классовой структуре выступала в качестве производной социальной позиции ее мужа или отца, при этом подчиненное положение и отсутствие автономии трактовались как функциональные для социальной системы (Парсонс, 2002). Уже в 1960-е гг. подобный унифицирующий подход был подвергнут критике представителями ранней феминистской теории, однако в целом структурно-функциональный подход с его невниманием к гендерному неравенству оставался доминирующим в классовом анализе вплоть до 1980-х годов (Goldthorpe, 1983). В 1980-е годы левоориентированный феминизм обозначил новые теоретические вызовы. Рассматривая домашний труд женщины как форму эксплуатации со стороны мужа, его представители аргументировали невозможность аналитического уравнивания их классового статуса (Delphy, 1984: 38-39). В научный оборот вводится категория «кросс-классовых» семей, изначально базирующаяся на критерии профессиональной принадлежности и вида исполняемого труда (Britten, Heath, 1983).
Экономическая эмансипация женщин, трансформировавшая сферу семейно-брачных отношений, возрастающее внимание к индивидуальным аспектам жизненного опыта представителей различных классов привели к постепенному отказу от конвенциального подхода. В современных реалиях каждый человек рассматривается как автономная единица классовой структуры, вне зависимости от его гендерной принадлежности или семейного положения, а фокус внимания смещается от споров о критериях классовой дифференциации к анализу реальных различий образа жизни, порожденных социальным неравенством (Гаврилюк, 2018).
В актуальном дискурсе гендерная и классовая проблематика интегрируются в рамках исследований жизненного пути (“life course studies”). Для этого поля характерен макросоциологический ракурс анализа, при котором индивидуальный жизненный путь выступает в качестве производной структурных возможностей и ограничений, существующих в рассматриваемый исторический период (Augustyn, Jackson, 2017). Большинство современных авторов исходит из допущения о значительных различиях образа жизни и гендерных нормативных паттернов представителей среднего и рабочего класса (Meier, Allen, 2008; Penman-Aguilar et al., 2013). Наиболее актуальной концептуальной схемой, специфицирующей взаимоналожение классовой и гендерной дискриминации, является теория интерсекциональности. Интерсекциональный ракурс анализа предполагает негативную дефиницию идентичности, маргинализированной одновременно по нескольким основаниям в рамках исторически сложившихся систем доминирования, таких как патриархат, сексизм, классовая эксплуатация, эйджизм, расизм, колониализм и гетеронормативность (Гаврилюк, Бочаров, 2018).
Апелляция к общепринятым объяснительным конструктам, таким как раса, гендер, класс и влияние социальных институтов, тем не менее не проясняла значение индивидуального волевого акта, различия индивидуальных способностей и прикладываемых усилий в достижении цели, не давала возможности раскрыть механизм осуществления значимых выборов, что обусловило необходимость сближения поля “life course studies” и биографического подхода. Снятие концептуального напряжения между теориями структуры и агентности позволило использовать понятие биографии для исследования процесса социального конструирования жизни в пределах институционально заданных параметров (Falk, Weymann, 2002: 502). Ряд авторов артикулировали необходимость герменевтической перспективы в исследованиях жизненного пути с целью выявления и понимания субъективных смыслов, вкладываемых в процессы значимых ролевых переходов представителями разных возрастных когорт (Bird, Kruger, 2005: 188-189). Подобный ракурс анализа представляется релевантным для исследования гендерных режимов культуры рабочего класса.
2. МЕТОДОЛОГИЯ, ЦЕЛИ И ЭМПИРИЧЕСКАЯ БАЗА ИССЛЕДОВАНИЯ
Анализ актуальных отечественных и зарубежных подходов к исследованию жизненной динамики демонстрирует целесообразность использования методологического подхода «агентности внутри структуры» (Р. Сеттерстен и Л. Ганнон), позволяющего сочетать холистский алгоритмический подход, рассматривающий жизненный путь как организованную целостность в рамках структурно заданных параметров, и герменевтическую перспективу в исследовании биографии как совокупности конкретных событий, способов их легитимации и рефлексии молодыми людьми рабочего класса (Settersten, Gannon, 2005). Совмещение подходов предоставляет возможность осуществить глубокий социологический анализ взаимосвязи макросоциальных и личностных аспектов фреймирования гендерных режимов, взглянуть как на структурные факторы, их формирующие, так и на многочисленные аффективные потоки, порожденные конкретными ситуациями социального взаимодействия.
В данной статье путем анализа биографических нарративов мы обратимся к тому, как гендерные конструкты производятся, транслируются и меняются в повседневных практиках, формируя определенный гендерный режим. Будут рассмотрены следующие проблемы:
— доминирующие гендерные установки в культуре молодежи рабочего класса, их основания и средства дискурсивного производства в нарративах информантов;
— воспроизводство и трансформация гендерного режима в культуре российского рабочего класса на основе межпоколенного анализа (легитимация гендерного режима в родительской семье; влияние интернализированных в детстве установок на конструирование представлений информанта о маскулиности и феминности);
Эмпирическая база исследования представлена биографическими интервью длительностью от 40 минут до 2,5 часа. Критерием отбора информантов являлась их принадлежность к новому рабочему классу, под которым мы понимаем группу наемных работников, занятых во всех сферах материального производства и сервиса, труд которых рутинизирован, разделен на стандартизированные сегменты, поддается алгоритмизации и количественному нормированию результатов; не участвующих в управлении и не имеющих прав собственности в организации, в которой они трудятся. Интервью проводились с февраля по август 2018 г., всего был опрошен 31 информант, проживающий в г. Тюмени: из них 21 мужчина -- 14 человек, занятых в сфере «традиционных» рабочих профессий (промышленность, строительство, ремонт, техническое обслуживание, добыча полезных ископаемых), и 7 человек, занятых в сервисной сфере (торговля и другие виды клиентского обслуживания), и 10 женщин, занятых в сервисной сфере. Для исследования были отобраны блоки интервью, включающие дискурсы о взаимоотношениях в родительской семье, а также о собственной семье информанта, существующей или планируемой. В качестве основного исследовательского инструмента использован рефлексивный анализ, базирующийся на категориальном поле феноменологии и социального конструктивизма, а также кодирование и квантификация данных.
3. РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ
Для информантов-мужчин как из промышленного, так и из сервисного сектора ценностным ориентиром является традиционный паттерн «добытчика». Подчеркивая ответственность мужчины за благополучие семьи, они связывают готовность к ее созданию с такими факторами, как социальная нормативность, включающая «правильный» возраст, стабильная работа и достаточный для обеспечения жены и детей доход.
Николай, 29 лет, автомеханик, в гражданском браке два года: «Уже мне пора. Через два дня 30 лет исполнится... Я планирую оформить отношения и ребенка родить в ближайший год».
Виталий, 22 год, охранник, не женат: «О семье я еще не задумывался и не буду задумываться до тех пор, пока сам не встану на ноги крепко. Вопрос в другом. Тут надо подумать, сможешь ты обеспечить ребенка, чтобы не было такого, что батя спился, мать пропала, ребенок в детдоме. Надо знать, что ты сможешь это вывезти финансово, физически. Я не могу, например, это сделать. В моей ситуации, если я уделю время семье, я потерял деньги».
В высказывании Дмитрия, 21 год, техника по радионавигации (не женат, есть девушка), помимо вышеуказанных параметров готовности к браку, находит отражение один из вариантов гендерной нормативности нашего общества относительно возраста вступления в брак -- мужчине нет оснований торопиться, так как он способен завести семью с молодой женщиной и стать отцом в любой период своего жизненного пути при условии финансового благополучия: «Идеального возраста нету, есть положение твое финансовое... Ты можешь и в 18 лет жениться, если имеешь хорошую работу... Еще большую роль играет ответственность. То есть даже если человек будет хорошо зарабатывать, но он будет безответственный, то девушка тоже должна смотреть и как бы понимать, что какая с ним может быть семья. Так что я считаю, самое главное -- это положение. Можно и до 50 лет не иметь семьи, а потом сразу, бац, жениться, и трое детей, жена молодая, красавица». Утверждение одного из первых исследователей маскулинности рабочего класса А. Толсона, относящееся к концу 1970-х гг., таким образом, не потеряло актуальности и по-прежнему выражается в коллективных установках рабочей молодежи: «В нашем обществе основной критерий мужественности -- это зарплата» (Tolson, 1977: 58).