14
Религиозный фактор в политике спартанских царей
Л.Г. Печатнова
Аннотация
Цель статьи -- показать, как именно спартанские цари использовали религиозный фактор в своей политике. Особое внимание автор уделяет сохраненным в предании случаям взаимодействия спартанских царей с дельфийскими жрецами и анализу результатов этих отношений.
Семьи спартанских царей очень рано установили тесные контакты с Дельфами. Уже Ликург, принадлежавший, скорее всего, к Агиадам, был настолько близок с дельфийскими жрецами, что смог получить от них полное одобрение своим законодательным реформам.
Спартанцы были уверены, что их законы были продиктованы Ликургу самим Аполлоном. Автор обратил внимание на то, что из двух царских семей, Агиадов и Еврипонтидов, наибольшим влиянием в Дельфах пользовалась семья Агиадов.
Возможно, это объясняется тем, что представители Агиадов как более древнего царского рода первыми завязали с дельфийскими жрецами дружеские отношения, которые передавались от одного поколения к другому.
Автор приходит к выводу, что самую большую поддержку в Дельфах и наибольший авторитет у дельфийских жрецов спартанские цари приобрели в V столетии до н. э. С их помощью спартанские басилевсы смогли осуществить целую серию радикальных политических акций: в одном случае это было отстранение от власти нежелательного царя-соправителя, в другом -- восстановление на троне ранее изгнанного царя, в третьем -- восстановление репутации незаконно репрессированного и казненного члена царской фамилии. Автор стремился показать, что Дельфы в спорных случаях, как правило, вставали на сторону царей, защищая именно их интересы. В статье обращено внимание также на причины радикального отличия спартанских царей от остальных спартанцев. Незаконные методы, с помощью которых цари действовали в Дельфах, предполагают, что спартанские басилевсы значительно отличались по своему менталитету от собственных сограждан.
Ключевые слова: Дельфийский оракул, Спарта, спартанские цари, Ликург, Клеомен I, Плистоанакт, Лисандр, Фукидид, Ксенофонт, Плутарх.
Abstract
The Religious Factor in the Politics of the Spartan Kings
L.G. Pechatnova
The purpose of this work is to show how exactly the Spartan kings used the religious factor in their politics. The author pays special attention to the cases of the interaction between the Spartan kings and the Delphic priests, and analyses the results of these relations. The families of the Spartan kings very early established close contacts with Delphi. It was already Lycur- gus, who most likely belonged to the Agiads, was so close to the Delphic priests that he was able to obtain from them a full approval of his legislative reforms. The author points out that the Agiads were more influential in Delphi than the Euripontides. It can be explained by the fact that representatives of the Agiads, as an older royal family, very early acquired friends in Delphi and were able to pass down these relations to their descendants. The author concludes that the Spartan kings had great authority in Delphi, especially in the 5th century BC. They managed to carry out a series of radical political actions with the help of priests, in one case depriving an undesirable co-ruler of power, in the other case -- restoring an exiled king to the throne, in the third case -- restoring the reputation of an illegally repressed and executed member of the royal family. The author shows that Delphi, in controversial cases, as a rule, supported the kings defending their interests. The illegal methods by which the kings acted in Delphi suggest that Spartan rulers differed greatly in their mentality from their fellow citizens.
Keywords: Delphic oracle, Sparta, Spartan kings, Lycurgus, Cleomenes I, Pleistoanax, Lysander, Herodotus, Thucydides, Xenophon, Plutarch.
Важным для понимания сути спартанской государственности остается вопрос о воздействии Дельфийского оракула на принятие политических решений в Спарте. Поскольку непосредственные контакты с дельфийским жречеством чаще всего осуществлялись через спартанских царей, мы в данной статье постараемся рассмотреть и прокомментировать отдельные случаи, сохраненные в предании, об обращении царей в Дельфы. Особое внимание мы уделим практикам отдельных басилевсов решать с помощью Дельф свои собственные частные задачи. Мы постараемся показать, что цари использовали оракулы Эллады и прежде всего Дельфийский оракул в своих приватных интересах, которые далеко не всегда совпадали с государственными. При этом методы, к которым они прибегали, подчас выходили за рамки законности. Анализ подобных случаев, как мы полагаем, может дополнить наши представления о роли диархии По крайней мере, уже в IX-VIII вв. в Спарте было два царя, которые функционировали друг подле друга как равноправные коллеги (Paus. III, 2, 5-6; Diod. VII, 8; Euseb. I, 225). Здесь и далее все даты до н. э., если нет дополнительных указаний. внутри республиканских структур Спартанского полиса.
Но поскольку в данной статье мы рассматриваем не только случаи контактов царей с Дельфийским оракулом, но и с местными лаконскими святилищами, мы сочли возможным дать статье достаточно общее название -- «Религиозный фактор в политике спартанских царей».
В прежних своих работах мы не раз обращались к сюжетам, в которых речь шла об отношениях Спарты и, в частности, спартанских царей с дельфийским жречеством. Эта тема рассматривалась как одна из составляющих религиозной власти спартанских царей Печатнова Л. Г. Религиозная власть спартанских царей // Античная древность и средние ве-ка. Вып. 35. Екатеринбург, 2004. С. 25-43. -- Эта статья вошла в качестве главы в две книги: Печат-нова Л. Г.: 1) Спартанские цари. М., 2007. С. 33-55; 2) Спарта: миф и реальность. М., 2013. С. 30-52.. К вопросу о предполагаемом влиянии Дельфийского оракула на законодательство Ликурга мы обращались в монографии «История Спарты» Печатнова Л. Г. История Спарты. Период архаики и классики. СПб., 2001. С. 11-29.. Но за прошедшие годы появились новые исследования, посвященные спартанской религии Самые важные для нас: Richer N. The Religious System at Sparta // A companion to Greek religion. Oxford, 2007. Р 236-253; Powell A. Divination, Royalty and Insecurity in Classical Sparta // Kernos. 2009. Vol. 22. P 35-82; Richer N. La religion des Spartiates. Croyances et cultes dans l'Antiquite. Paris, 2012; Flow-er M. A. Spartan Religion // A Companion to Sparta. Vol. II. Hoboken, 2018. P 425-452., которые заставили нас пересмотреть и во многом обновить наши представления о значении спартанских царей как религиозных лидеров, обеспечивших своему государству постоянный доступ к Дельфийскому оракулу, а себе -- возможность добиваться от Дельф одобрения любым своим инициативам.
В источниках мы находим немало свидетельств о консультациях спартанских властей с Дельфийским оракулом по делам, связанным с принятием политических решений (например: Her. V, 65; VI, 66; Thuc. I, 103, 1-3; 118, 3; Plut. Mor. 191 b; 209 a). При любом затруднительном или спорном случае спартанцы, как правило, обращались за советом прежде всего в Дельфы и принимали окончательное решение только после подобной консультации. Особая роль в общении с любыми как общегреческими, так и местными лаконскими оракулами принадлежала в Спарте царям Вот самые известные случаи взаимодействия спартанских царей с оракулами, которые ока-зали большое влияние на политическую жизнь Спарты: 1) поправка в Большой Ретре, принятая по инициативе царей Полидора и Феопомпа и одобренная Дельфами (Tyrt. ap. Plut. Lyc. 6, 10); 2) от-странение царя Демарата от власти по инициативе царя Клеомена, заручившегося оракульной помощью Дельф (Her. VI, 66); 3) возвращение опальному царю Плистоанакту трона благодаря ис-ключительной поддержке Дельф (Thuc. V, 16, 2-3; Plut. Pyth. or. 19, 403 b); 4) привлечение оракула Аполлона, возможно местного происхождения, к династическому спору Агесилая с его племянни-ком Леотихидом (Plut. Lyc. 22); 5) реформы царей Агиса IV (Plut. Agis 9) и Клеомена III (Cleom. 7), проведенные с одобрения местного оракула Пасифаи.. Все население Лаконии, как гражданское (спартиаты), так и негражданское (периеки), безоговорочно признавало главенство царей во всех вопросах, которые касались сакральной сферы Периеки -- свободное население Лаконии. Они признавали спартанских царей своими сю-зеренами и как их подданные должны были участвовать в царской погребальной церемонии (Her. VI, 58, 2).. Как заметил М. Флауэр, «объем сакральной власти, которой были наделены спартанские цари, являлся огромным по греческим стандартам» Флауэр М. А. Спартанская «религия» и греческая «религия» // nENTHKONTAETIA. Исследо-вания по античной истории и культуре. СПб., 2018. С. 79.. Особенно значима была их наследственная роль верховных жрецов во время военных кампаний, которые они возглавляли Richer N. The Religious System at Sparta. Р. 241.. Общепринятым было мнение, что цари теснейшим образом связаны с Дельфийским святилищем Аполлона. Предположительно, пифийский оракул принял участие даже в появлении спартанской диархии -- двойной царской власти. Геродот утверждает, ссылаясь исключительно на лакедемонскую традицию (VI, 53, 1), что, когда жена царя Аристодема Аргея родила двойню, «лакедемоняне, не зная, что предпринять, отправили посольство в Дельфы вопросить бога, как им поступить.
Пифия же повелела поставить царями обоих младенцев, но старшему оказывать больше почета» (VI, 52, 4-5) Здесь и далее перевод античных текстов Г. А. Стратановского, если не указано иное.. В исторический период оба басилевса, будучи верховными жрецами, обязаны были поддерживать постоянные связи с Дельфами. Они же хранили у себя записи ответов оракула (Xen. Lac. pol. 15, 5) Об отношениях Дельф и Спарты в период архаики и классики см.: Кулишова О. В. Дельфий-ский оракул в системе античных межгосударственных отношений (VII-V вв. до н. э.). СПб., 2001. С. 295-315; Richer N. La religion des Spartiates... Р. 272-285..
Важно отметить, что в Спарте, где число магистратов всех уровней было крайне незначительным, царям дали возможность иметь при себе двух пифиев, основной обязанностью которых было осуществлять постоянный контакт с Дельфами (Her. VI, 57; Xen. Lac. pol. 15, 5; Cic. De div. I, 43, 95). Таким образом, пифии стали официальными посредниками между спартанскими царями и Дельфийским оракулом, хотя в особо важных или щекотливых случаях цари отправлялись в Дельфы сами (Xen. Hell. IV, 3, 21). Эфоры, видимо, никогда не препятствовали прямым контактам царей с Дельфами. Даже бывшему царю Демарату в 491 г. они разрешили покинуть Спарту, когда тот заявил о своем желании посетить Дельфы (Her. VI, 70, 2; VII, 3; Xen. Anab. II, 1, 3). Царские дома в Спарте уже с ранней архаики, видимо, активно взаимодействовали с высшим дельфийским жречеством. Благодаря этим многовековым связям цари приобретали полезные контакты, передававшиеся от одного поколения к другому. Мы постараемся показать, что дельфийские жрецы, как правило, благосклонно относились к Спарте и ее царям. В предании сохранилось несколько случаев, когда дельфийцы даже решались на подлог и фабрикацию изречений пифии им в угоду.
Так, Геродот, рассказывая о многочисленных дарах в Дельфы лидийского царя Крёза, упоминает о судьбе одного из его даров: «Крёз послал... две кропильницы, золотую и серебряную; на золотой начертана надпись, в которой неправильно лакедемоняне называют себя жертвователями ее. На самом деле и эта чаша -- дар Крёза, а надпись начертал некто из дельфийцев в угоду лакедемонянам; имя его я знаю, но не назову» (I, 51, 3-4). Геродот, проводивший долгое время в Дельфах и имевший там близких друзей, явно гордится своей осведомленностью. Когда был совершен этот подлог и кто был его инициатором, неизвестно, но из возможных кандидатур больше всего на эту роль подходит, как нам кажется, царь Клеомен I (время правления -- около 525-490 гг.). Он бывал в Дельфах, тесно общался в дельфийцами и не отличался особой щепетильность или богобоязненностью, о чем мы будем говорить ниже.
Источники определенно утверждают, что Дельфы стояли у истоков спартанской государственности В вопросе о том, какую роль сыграл Дельфийский оракул в Ликурговом законодательстве, литературная традиция отнюдь не единодушна. У того же Геродота есть указание на критское про-исхождение законов Ликурга (I, 65, 4). Видимо, в зависимости от конкретной ситуации спартанцы выделяли то дельфийский, то критский вариант происхождения своего космоса. Так, по мнению Н. Рише, во времена Геродота спартанцы, возможно, предпочитали связывать свои законы с Кри-том, дабы освободиться от пифийской опеки ради проведения реформирования своих военных ин-ститутов. Но ко времени Ксенофонта в Спарте, видимо, предпочитали настаивать на дельфийском происхождении своего законодательства (Xen. Lac. Pol. 8, 5), чтобы уже ничего радикально не ме-нять (Richer N. La religion des Spartiates. Р. 279-280).. Важно отметить, что конституционная реформа, вошедшая в традицию как законодательство Ликурга Древние авторы были уверены в историчности Ликурга, но не имели никаких определен-ных данных о времени его жизни. Аристотель считал Ликурга современником первой Олимпиады (776 г.) (Arist. ap. Plut. Lyc. 1, 2). Это самая поздняя дата, которая сохранилась в предании. О пробле-мах, связанных с законодательством Ликурга, см. особенно: KoivM. Ancient Tradition and Early Greek History. The Origins of States in Early-Archaic Sparta, Argos and Corinth. Tallinn, 2003. Р 159-186. О да-тировке законодательства Ликурга см.: Печатнова Л. Г. История Спарты. Период архаики и класси-ки. 2-е изд. СПб., 2020. С. 39-45., теснейшим образом связана и со спартанскими царскими домами, и с Дельфами. Геродот пересказывает предание, которое, скорее всего, имело спартанское происхождение: «Свое теперешнее прекрасное государственное устройство они получили вот каким образом. Ликург, знатный спартанец, прибыл в Дельфы вопросить оракул... По словам некоторых, пифия... предрекла Ликургу даже все существующее ныне спартанское государственное устройство» (I, 65, 2-4). Об обращении Ликурга в Дельфы сообщает и Ксенофонт. Причем он утверждает, что именно одобрение Дельф сделало законы Ликурга обязательными к исполнению (Lac. pol. 8, 5).
Из свидетельств Геродота и Ксенофонта можно понять, что Ликург, скорее всего, обращался в Дельфы только один раз (Lac. pol. 8, 5). Но, судя по фрагменту из «Лакедемонской политии» Аристотеля, Ликург регулярно совершал визиты в Дельфы для консультации с Аполлоном (fr. 535 Rose3). Об этом же говорит и Климент Александрийский, сохранивший свидетельство Аристотеля (Clement. Alex. Strom. I, 26, 170). Традиция о многократном посещении святилища Ликургом подтверждает наше предположение, что уже в период ранней архаики -- в VIII столетии -- спартанские цари и их ближайшие родственники не были чужими в Дельфах и успели приобрести там своих агентов влияния. Видимо, Ликург, будучи дядей и опекуном наследника трона, по одной версии -- Леобота (Her. I, 65), по другой -- Харилла (Arist. Pol. II, 7, 1, 1271 b 25-32), имел тесные контакты с Дельфами и смог убедить жрецов одобрить предложенный им проект реформ, вошедший в историю под названием Большая Ретра За редким исключением Большая Ретра принимается в научном мире за аутентичный и очень древний документ. В настоящее время эта точка зрения высказывается в работах обще-го характера как давно принятая аксиома. См., например: Jones N. F. Politics and Society in Ancient Greece. Connecticut, 2008. Р. 43 f.. Большая Ретра Одно из значений слова «ретра» (prppa) -- это ставшее законом изречение божества. Так, Фотий (s.v.) называет законы Ликурга ретрой, взятой из предсказаний. В этом значении использо-вал данное слово и Плутарх, поскольку в его представлении законы были вручены Ликургу богом (Lyc. 13, 11; Mor. 403 e). В дальнейшем законодатели в Спарте также, видимо, старались намекать на связь своих законопроектов с божеством, именуя их ретрами: ретра эфора Эпитадея, принятая на рубеже V и IV вв. (Plut. Agis 5, 2); земельная реформа царя Агиса IV, названная, вероятно, им самим ретрой (242 г.) (Agis 8, 1). стала главным законодательным документом ранней Спарты, текст которой приведен Плутархом дословно (Lyc. 6, 1-2). Кажется, это самый древний текст в истории Спарты, происхождение которого непосредственно связано с Пифийским святилищем В науке разброс мнений относительно времени издания Большой Ретры очень велик -- от конца IX в. до сер. VI в. Традиционная современная датировка Большой Ретры -- приблизительно 700 г. См., например: Richer N. La religion des Spartiates... Р 274, 280.. В традиции данный документ декларируется как изречение Дельфийского оракула, полученное Ликургом. На это указывают все древние авторы, начиная с Тиртея и Геродота, которые так или иначе касались темы спартанского благозакония, Большой Ретры или Ликурга. Важно отметить, что цари упомянуты в Большой Ретре как члены герусии. Подобную привязку спартанских басилевсов к самому важному политическому институту Спарты можно рассматривать как их охранную грамоту. По словам П. Картледжа, «это была лучшая гарантия того, что царская власть не исчезнет бесследно сама по себе» Cartledge P. Spartan Reflections. London, 2001. Р 33..