Глуховский национальный педагогический университет
им. А.П. Довженко
Рецепция Гоголя в творчестве Александра Довженко
Троша Наталия Вячеславовна
Аннотация
В статье исследуется гоголевская рецепция в литературном наследии А. Довженко. С этой точки зрения анализируются произведения «Тарас Бульба», «Жизнь в цвету», «Мичурин», «Гибель богов», «Поэма о море», «Потомки запорожцев», «Отступник». Созданные под влиянием повестей классика мировой литературы, они имеют большое просветительско-патриотическое значение, способствуют пробуждению национального сознания.
Ключевые слова и фразы: гоголевские традиции; рецепция; мотив; национальное самосознание; инсценировка; отступничество.
Annotation
The author researches the reception of Gogol' in the literary heritage of A. Dovzhenko, from this point of view analyzes the works ЇTaras Bul'ba?, ЇLife in Bloom?, ЇMichurin?, ЇThe Death of the Gods?, ЇPoem of the Sea?, ЇDescendants of the Cossacks?, ЇThe Renegade?, and tells that created under the influence of world literature classical author`s tales, they are of great educational-patriotic significance, and contribute to the awakening of national consciousness.
Key words and phrases: traditions of Gogol'; reception; motif; national self-consciousness; dramatization; apostasy.
Среди факторов, имеющих влияние на формирование кинематографического и литературного таланта Довженко, безотговорочными являются традиции классического литературного наследия, представленные в первую очередь Гоголем. Это связано с народностью его творчества, близостью с фольклором и изображением героев разных исторических эпох, настоящих народных мстителей, которые боролись за честь и свободу родной земли. Обращаясь в своём творчестве к Гоголю, Довженко не был новатором. Повести гениального писателя постоянно вдохновляли на создание всё новых и новых произведений. Объектом для инсценировки они стали начиная с 40-х годов ХІХ столетия, то есть почти сразу после их публикации.
По мнению украинского учёного А. Новикова, среди авторов, которые обращались к мотивам гоголевской прозы, наиболее известными были М. Старицкий («Тарас Бульба», «Сорочинская ярмарка»), М. Кропивницкий («Вий», «Пропавшая грамота»), К. Ванченко-Писанецкий («Тарас Бульба под Дубно», «Вечер на хуторе»), С. Черкасенко («Страшная месть») [7, с. 374-387]. гоголевский рецепция произведение довженко
Повести Гоголя, созданные преимущественно на основе трагической истории и устного народного творчества, способствовали пробуждению национального самосознания. Поэтому вполне естественно, что они привлекли внимание великого украинского патриота Александра Довженко.
Заинтересованность творчеством Гоголя проявилась у него ещё в детстве, во время учёбы в Сосницкой четырёхклассной церковноприходской школе. Из воспоминаний одноклассников, которые хранятся в Сосницком Литературно-мемориальном музее, известно, что мальчик был просто влюблён в известного писателя, а особенно в его героя Тараса Бульбу.
Более детально об этом большом увлечении на всю жизнь повествует С. Плачинда в монографии «Александр Довженко. Биографический роман». По мнению учёного, началось всё 4 апреля 1909 года во время празднования в Сосницком городском училище, в котором тогда учился будущий писатель, столетнего юбилея Николая Гоголя. К этой дате священник Кирилл отслужил панихиду. А потом гоголевский праздник продолжился в Довженковой хате. Александр читал любимые отрывки с «Тараса Бульбы», затем повесть сыграли в ролях. Славного Тараса, конечно же, играл сам Довженко. Играл искренне, от души, пытаясь представить себя героем гоголевского эпоса. Именно так и родилась в его душе мечта дать новую жизнь своему любимому герою. Ещё не один раз будет обращаться автор к повестям Гоголя в своём творчестве, обыграет тему «Тараса Бульбы» в киносценариях и литературных произведениях.
Интересным является тот факт, что именно гоголевскую тему («Выходя с мягких юношеских лет в суровое жёсткое мужество, забирайте с собой все человеческие движения, не оставляйте их на дороге - не сможете поднять потом») выбрал Довженко в 1911 году для написания письменного сочинения на вступительном экзамене в Глуховский учительский институт. Для 16-летнего юноши, который к тому же был самым молодым среди поступавших, это был довольно непростой выбор, удививший многих других абитуриентов (а их было триста), и приятно поразил экзаменационную комиссию. Поэтому среди тридцати человек, которым удалось поступить в тот год в институт, была фамилия будущего автора киноповести «Украина в огне».
Гоголевские слова, ставшие темой сочинения, с юношеских лет были жизненным кредо режиссёра и писателя. Свою близость с творчеством Гоголя на тот момент он со временем объяснил так: «Я писал о том, с чем приехал в Глухов, что взял с собой навсегда от отца и матери, от своего деда Семёна и дяди Самийла, от нашей Десны…» [8, с. 51-57]. Через 38 лет после того в письме к Я. Коваль (от 8 октября 1949 года), комментируя эту тему, Довженко говорит, что писал сочинение очень ответственно и дописывает его до сих пор по мере своих сил [6, с. 14]. Тем самым писатель подчёркивает родство своей души и творчества с классиком мировой литературы.
Осуществлять свою мечту мастер начал за полтора года до начала Великой Отечественной войны. Так, в январе 1940 года в газете «Пролетарская правда» была опубликована статья под названием «Патриотические произведения», в которой автор информирует читателей о своей работе над художественно-документальным фильмом «Освобождение», а также о своём заветном творческом замысле - наконец-то начать создавать фильм «Тарас Бульба» по одноимённой повести М. Гоголя [Ibidem, с. 142]. Подробнее об этом расскажет Довженко через несколько месяцев на страницах газеты «Известия» (от 1 июня 1941 года). С фрагментов его беседы с корреспондентом станет известно, что при постановке киноленты режиссёр планировал в первую очередь передать неповторимый колорит повести, её романтический дух, пытаясь при этом избежать стилизации запорожцев, которую, на его взгляд, привнесли в сознание общества «малоросские» театральные труппы. И. Рачук отмечает, что режиссер считал такое отображение исторической правды лишённым вкуса, похожим на оперную бутафорию, что перечёркивает истинное содержание произведения [10, с. 72]. На взгляд исследователя, в своём фильме Довженко хотел возобновить историческую правду, так показать начало ХVІІ столетия, чтобы зрители видели в запорожцах не стилизованную буйную массу черни и беспросветных гуляк, а живых людей, настоящих рыцарей, сильных своей организованностью, храбрых, щедрых и скромных тружеников. Главной его целью было сделать фильм так, чтобы чувствовалась наследственность, кровные связи со своими славными предками - запорожцами [Ibidem].
Сценарий был создан в апреле 1941 года, а уже в мае началась активная подготовка к постановке фильма. Более того, 20 июня в киевской газете «За большевицкий фильм» был опубликован отрывок сценария [6, с. 153]. Работу над фильмом мастер планировал закончить в 1942 году [5, с. 117-118]. К сожалению, последующие исторические события, связанные с агрессией нацистской Германии против бывшего Советского Союза, а потом опала и преждевременная смерть режиссёра не позволили реализовать заветный замысел - экранизировать гоголевское произведение.
Снимать «Тараса Бульбу» Довженко планировал на своей малой родине - в Соснице Черниговской области, возле реки Десна, которая, по его мнению, могла стать наиболее подходящими декорациями. Выбор места съёмок был не случайным ещё и по другой причине. По местным народным поверьям, такой же смертью, как и гоголевский герой, погиб Яков Скидан - сосницкий казацкий полковник. Мастер конечно же знал историю героической смерти славного земляка, поэтому для него было дополнительным стимулом снимать фильм на Сиверщине.
По мнению С. Плачинды, существует версия, что Яков Скидан мог бы быть прототипом Бульбы, поскольку Гоголь учился в Нежине (на Черниговщине), был знаком с историей этого края, изучал архивные материалы о казаческом движении в Украине [8, с. 15]. Сосницкий краевед И. Сорока тоже акцентирует внимание на схожести персонажей: «А что Тарас Бульба, - замечает исследователь, - похож на Скидана, и события, описанные Гоголем в повести, похожи на события 1664 года, нет сомнения» [Цит. по: 9, с. 33].
Хотя по официальной версии прототипом Тараса Бульбы был предок известного украинского исследователя Миклухо-Маклая - куренной атаман Войска Запорожского Низового Охрим Макуха, который собственноручно убил одного из сыновей, перешедшего на сторону врага. Но не исключено, что в повести могли быть использованы и отдельные подробности из жизни легендарного полковника Скидана.
Работая над сценарием для фильма, Довженко пытается адаптировать гоголевский текст к новому жанру - кинематографу. Поэтому использует определённые приёмы, характерные для драматургии. Например, на основе оригинала создаёт дополнительные диалоги и монологи. Так, для придания большей трагедийности сцене прощания матери с сыновьями, которых увозит отец на Сечь, сценарист вводит в канву произведения её причитания над детьми, когда те последнюю ночь проводят дома [4, с. 239].
Ещё одно нововведение Довженко - сны и воспоминания, из которых читатель и зритель узнаёт о прошлом персонажей. Таким способом автор извещает о судьбоносном знакомстве Андрея Бульбы с польской панночкой. По мнению мастера, сновидения играют большую роль в структуре художественного произведения. Они дают возможность наилучшим способом воплотить авторский замысел [Ibidem].
Примечательно то, что Довженко приписывает своим героям черты и характеристики, которых не встретишь у его кумира, поскольку у него был свой взгляд на казачество и казаков, который немного отличался от гоголевского. Так, мастер в сценарии делает акцент на глубокой христианской вере [Ibidem, с. 249-269], соблюдении казаками давних традиций [Ibidem, с. 267-269]. Отличительно также то, что Довженко вводит в канву своего произведения украинские народные песни [Ibidem, с. 277, 286], наполняя его фольклорным материалом.
В сценарии отсутствуют некоторые элементы повести. Взять хотя бы характеристику казацкого строя на Сечи [2, с. 218], рассказы о бурсе, в которой учились сыновья Тараса [Ibidem, с. 223], повествование о военной школе на Сечи [Ibidem, с. 229-231]. Эти сокращения можно объяснить специфическими требованиями к строению драматического произведения.
Вместе с тем Довженко оставляет неизменными фразы Гоголя, которые, по его мнению, несут смысловую нагрузку, делают акцент на важных деталях. Например: «И погиб казак! Пропал для всего казацкого рыцарства! Вырвет старый Тарас седую прядь из своего чуба и проклянёт день и час, когда родил себе на посмешище такого сына» [4, с. 260]. Автор планировал вывести в фильме эти записи на экран, комментируя свой замысел в тексте так: «Эта запись идёт на ночном общем плане» [Ibidem].
Таким образом, в сценарии мастер делает некоторые сокращения, обусловленные жанром драматургии, и авторские вставки, необходимые для постановки. В целом же фабула «Тараса Бульбы» у Довженко мало чем отличается от оригинала.
Стоит заметить, что во многих других произведениях писателя также прослеживается рецепция гоголевской прозы. Например, киноповесть «Щорс», в которой автор неожиданно заявляет: «На вокзале, за километр от старинного поля боя, откуда грандиозная душа Гоголя поднесла когда-то окровавленную душу запорожца Кукубенка к самому божьему престолу, на лубенском полуразрушенном вокзале в салон-вагоне сидел Боженко» [Ibidem, с. 220]. Конечно, совсем не случайно возникла у писателя подобная аллюзия. Сравнивая своего героя с Кукубенком, он видел наследственность и родство в этих персонажах. «Только великий мастер, - подчёркивал украинский писатель М. Рыльский, - мог так использовать образ другого великого мастера. Кукубенко - и Боженко» [3, с. 10].
Настоящей гоголевской лирикой наполнены размышления Довженко о своём детстве в киноповести «Зачарованная Десна»: запах берегового сена, буйство трав в огороде, украинское звёздное небо, всплеск рыбы в реке, голоса перепёлок, храп лошадей, повествования деда Семёна [Ibidem, с. 36-82].
Героически-романтические гоголевские мотивы присущи и ряду других произведений мастера: «Жизнь в цвету», «Мичурин», «Гибель богов», «Поэма о море», «Потомки запорожцев», «Отступник». В «Истории украинской литературы» под редакцией Б. Буряка отмечается, что указанные произведения писателя могли «глубоко волновать читателя своей огненной патетикой, масштабностью мысли и образов, гоголевской Їрпонизывающей? силой лирических обращений и уподоблений» [1, т. 7, с. 135].
Примечательным также то, что для характеристики своих героев в киноповести «Щорс» (Савы Зарудного, Боженка) Довженко также умело использует гоголевские образы - Тараса Бульбы, Остапа, запорожцев Кирдяги и Кукубенка. В киноповести «Мичурин» и созданном на её основе драматическом произведении «Жизнь в цвету» исправник Хренов изображён как персонаж «ноздрёвского типа». А в образе подкуркульника Чорноты с пьесы «Потомки запорожцев» прослеживаются черты Хлестакова, Смердякова и Держиморды. Ораторы Довженко похожи с Хомой Брутом. Они, как и этот последний, с трибуны говорят одно, а за кулисами - совсем противоположное [9, с. 33].