Требование разумности выступает не только количественной, но и качественной характеристикой уголовного процесса, так как оно закрепляет не только обязанность выполнить определенные действия в определенный промежуток времени, но и выполнить их эффективно, чтобы при этом были достигнуты поставленные перед правоприменителем цели.
Вместо очерченных в законе временных рамок разумный срок ограничивается установленными в ч. 3 ст. 6.1 УПК РФ критериями, которыми необходимо пользоваться при исчислении разумного срока.
Содержащееся в ч. 3.1 ст. 6.1 УПК РФ положение о том, что начальным моментом определения разумного срока является момент начала уголовного преследования, представляется неудачным, так как необоснованно сужает права потерпевших по уголовным делам, ограничивая сферу применения статьи 6.1 УПК РФ (как средства защиты прав потерпевших) только делами, по которым лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого не установлено. Кроме того, разумный срок исчисляется не только для лица, привлекаемого к уголовной ответственности или потерпевшего, но и для иного лица, чьи права каким - либо образом ограничиваются в ходе производства по уголовному делу. В связи с чем диссертантом предлагается изменить указанную правовую норму, закрепив необходимость исчислять разумный срок с момента обнаружения прокурором, руководителем следственного органа, следователем, начальником подразделения дознания, органом дознания, дознавателем, признаков преступления, а так же с момента фактического ограничения каких - либо прав лица, права которого оказались ограниченными в связи с данным уголовным делом, разумный срок необходимо исчислять с момента фактического ограничения прав.
Автором делается вывод о том, что разумные сроки в российском процессуальном законодательстве имеют глубокие исторические корни. Можно проследить аналогию разумного срока с так называемыми «неопределенными сроками», которые были широко распространены в дореволюционном процессуальном законодательстве. Такие сроки исчислялись и определялись исходя из конкретных обстоятельств дела, и упоминание о них встречалось еще в судебнике Ивана III. Для советского периода более характерны правила четких и унифицированных границ временных отношений. Нынешний этап развития правового регулирования сроков уголовного судопроизводства характеризуется синтезом данных подходов.
Анализируя непосредственные причины и предпосылки появления в УПК РФ статьи 6.1, автор приходит к выводу, что данная статья появилась во многом в результате большого количества удовлетворенных Европейским судом жалоб на нарушение прав заявителей на доступ к правосудию в разумные сроки. Как говорилось выше, данным судебным органом неоднократно отмечалось неудовлетворительное состояние российской правоприменительной практики в части сроков разрешения уголовных дел. По мнению диссертанта, данная статья представляет собой сравнительно редкое явление имплементации прецедентов Европейского суда в национальное законодательство, в пользу чего говорит то обстоятельство, что положения ч. 3 данной статьи, устанавливающие критерии определения разумного срока судопроизводства, практически дословно заимствованы законодателем из решений Европейского суда (к примеру, по делам Трубников против России и Михеев против России).
Таким образом, принцип разумного срока уголовного судопроизводства является не только необходимым в связи с выполнением Российской Федерацией международных обязательств, но и исторически-обусловленным для российской правовой системы продуктом естественного развития уголовно-процессуального права.
Говоря о перспективах дальнейшего развития российского уголовно-процессуального права, автор полагает, что закрепление в УПК РФ принципа разумного срока требует критического переосмысления системы уголовного судопроизводства.
2. Законодательное обеспечение принципа разумного срока уголовного судопроизводства
Рассматриваются причины нарушения требований о разумном сроке досудебного производства. Автор приходит к выводу о том, что такие факты происходят в целом по двум причинам:
1) недостаточно эффективная деятельность органов предварительного расследования, прокурора и суда, непринятие ими должных и исчерпывающих мер по расследованию и рассмотрению уголовных дел в кратчайшие сроки;
2) отсутствие в УПК РФ механизмов, обеспечивающих соблюдение разумных сроков судопроизводства.
Если первая причина является фактором, возникающим в результате организационных просчетов руководителей соответствующих ведомств, и, в принципе, решается на ведомственном уровне, то вторая может быть решена только на уровне законодательном. Для реализации этой задачи в работе выявляются положения и нормы УПК РФ, возлагающие на правоприменителя излишние обязанности, не способствующие реализации указанного в ст. 6 УПК РФ назначения судопроизводства, либо не урегулированные в достаточной степени вопросы, влияющие на сроки расследования уголовных дел. Автором обосновывается необходимость внесения в УПК РФ соответствующих изменений.
Анализ правоприменительной практики показывает, что в настоящий момент возбуждение уголовного дела, особенно в отношении конкретного лица, является важным решением, которому предшествуют зачастую серьезные и длительные проверочные мероприятия. Результатом такого подхода является затягивание общих сроков судопроизводства (в которые включается и период проверки сообщения о преступлении) и неэффективность дальнейшего расследования, что неоднократно подчеркивалось Европейским судом, например, в постановлении по делу «Трубников против России». Кроме того, такая практика влечет за собой появление заинтересованности у органов расследования в привлечении подозреваемого к уголовной ответственности «любой ценой», что противоречит назначению уголовного судопроизводства.
Путем обобщения взглядов ученых, рассматривающих стадию возбуждения уголовного дела, сделан вывод о том, что данная стадия нуждается в реформировании. Учеными процессуалистами предлагается ввести полный запрет проведения каких - либо проверочных мероприятий до возбуждения уголовного дела (Г.Б. Петрова, К.Л. Литвиненко), либо напротив, расширение перечня следственных действий, возможных в ходе доследственной проверки (А.Г. Смородинова, Ю.К. Орлов, А.Г. Халиулин и др.). Диссертантом сделан вывод, что независимо от выбранного пути, такие изменения приведут к одному результату - постепенному фактическому отказу от стадии возбуждения уголовного дела с целью устранения вышеуказанных недостатков действующей системы судопроизводства. С учетом намеченной изменениями в УПК РФ от 04.03.2013 тенденции, более предпочтительным представляется второй из указанных путей. Авторский вариант развития данного института - разрешение до возбуждения уголовного дела производства любых следственных действий, за исключением тех, которые непосредственно связаны с привлечением конкретного лица к уголовной ответственности. Однако при этом необходимо дополнить положения ст. 303 и 307 УК РФ, предусмотрев в них ответственность за соответствующие деяния и до возбуждения уголовного дела.
Кроме того, лишение прокурора полномочий по возбуждению уголовного дела нарушает принцип осуществления уголовного судопроизводства в разумный срок. Считая, что в ходе проверки какого-либо сообщения о преступлении собраны достаточные данные, указывающие на признаки преступления, прокурор может только дать указание решить вопрос о возбуждении уголовного дела, которое не является обязательным для следователя, может быть обжаловано дознавателем, но в любом случае существующий порядок необоснованно затягивает процесс принятия решения о возбуждении уголовного дела. Предоставление прокурору полномочий по возбуждению уголовных дел не может повлиять на процессуальную независимость следователя (дознавателя), или на появление у прокурора «лишних», «ненадзорных» полномочий, а может только положительно сказаться на скорости принятия окончательного решения по материалам проверки. Кроме того, данное полномочие прокурора логично вытекает из такой его функции как осуществление уголовного преследования.
Довольно серьезным ограничением для соблюдения разумного срока судопроизводства является отсутствие законодательной нормы, регулирующей вопросы установления личности обвиняемого в тех случаях, когда такое установление по каким - либо причинам затруднено. В этой связи автором предлагается дополнить УПК РФ статьей 90.1, предусматривающей возможность установления личности обвиняемого под условными данными, используемыми для целей конкретного уголовного дела.
Отсутствие в действующем законодательстве норм, регулирующих сроки исполнения запросов органов расследования и производства экспертиз, также является фактором, способствующим затягиванию уголовного процесса. Кроме того данное обстоятельство сформировало коррупционную практику ускорения таких мероприятий за материальное вознаграждение от следователей и дознавателей, что является недопустимым. В связи с чем предлагается расширить действие принципа разумных сроков за рамки непосредственного уголовно-процессуальной деятельности и установить требование их соблюдения при исполнении запросов органов расследования и производства судебных экспертиз.
В работе предлагаются соответствующие изменения в УПК РФ, направленные на исправление приведенных недостатков законодательного регулирования.
Второй параграф «Обеспечение разумного срока судебного производства» посвящен анализу норм УПК РФ, необоснованно затягивающих рассмотрение дела судом, а так же неурегулированным законом проблемам отправления правосудия, влияющим на сроки рассмотрения дел.
Анализируя сложившуюся практику, приказы Генерального прокурора Российской Федерации, автор приходит к выводу, что прокурор должен принимать меры к обеспечению разумных сроков судопроизводства. Проведенное в ходе исследования анкетирование работников прокуратур различных субъектов РФ показало, что 95,6 % из них считают сложность вызова свидетелей в судебное заседание основной проблемой, влияющей на сроки рассмотрения дела судами. В действующем законодательстве данный вопрос в полной мере не проработан, о чем, помимо прочего, указывалось в постановлениях Европейского суда по правам человека по жалобам Сухова против России и Макеева против России.
Согласно проведенному опросу государственных обвинителей, испытывая затруднения с вызовом свидетелей в заседание, судьи примерно в 60 случаев из 100 поручают обеспечение явки таких лиц прокурорам, и примерно в 30 случаях - органам предварительного расследования, направившим дело в суд, что в итоге приводит к непредусмотренной законом деятельности органов расследования и прокурора по обеспечению явки вызванных лиц в суды. Недостатками такой практики является низкая эффективность данной деятельности в связи с отсутствием предусмотренных в законе полномочий, а так же возможные нарекания со стороны защиты о «непроцессуальном» общении прокурора со свидетелями и потерпевшими.
В целях законодательного урегулирования сложившейся практики автором предлагается ряд изменений в УПК РФ, направленных в том числе на: предоставление прокурору возможности принимать активное участие в обеспечении явки вызванных в суды лиц, включая право выносить постановления о приводе (по аналогии с полномочиями, имеющимися в законах о прокуратуре республик Молдова, Беларусь, Таджикистан и Украины); предоставление органам дознания и следствия процессуальных полномочий по оказанию содействия в рассмотрении судами уголовных дел на основании поручения прокурора.
Низкая эффективность вызовов в судебные заседания лиц обусловливается, в частности, фактической невозможностью осуществления привода из - за непредусмотренной в законе процедуры ограничения при его производстве права на неприкосновенность жилища, а так же нерешенности вопроса о длительности ограничения свободы передвижения лиц, подвергаемых приводу. Автором предлагается вариант законодательного закрепления соответствующих процедур, при котором такие действия допускаются.
В качестве одного из путей решения проблемы явки вызванных лиц в суды предлагается ввести в российский уголовный процесс применяемый в США институт «депозит». В соответствии с данным институтом, органами расследования перед судом возбуждается ходатайство о допросе лица в качестве свидетеля (потерпевшего), еще до фактического рассмотрения дела судом. В дальнейшем, при рассмотрении дела по существу, показания данного лица при невозможности по каким - либо объективным причинам обеспечить его явку в суд, оглашаются. Однако в данном случае соблюдаются права стороны защиты на участие в доказывании.
Положения ч.ч. 5 и 6 ст. 6.1 УПК РФ обращают на себя внимание крайне сжатым регулированием, по сути, нового процессуального института - ускорение председателем суда хода рассмотрения дела. С одной стороны, в данной норме не приведены какие-либо реальные механизмы, которыми председатель суда мог бы выполнить рассматриваемую функцию. С другой - отсутствие четких полномочий председателей судов может повлечь за собой ограничение независимости судей. Об этом свидетельствуют результаты анкетирования практических работников - сотрудников органов прокуратуры, в соответствии с которыми председатели судов дают «устные указания» судье об ускорении рассмотрения дела в ходе проводимой с судьей «беседы» (61 % случаев рассмотрения председателем соответствующих жалоб на длительные сроки рассмотрения дел).
В этой связи необходимо законодательно регламентировать деятельность председателя суда, установив в законе круг его полномочий, а также механизм обжалования его решения, принятого по результатам рассмотрения жалобы на длительность судебного разбирательства. Автором предлагается наделить председателей судов полномочиями обращать внимание судьи на необходимость соблюдения разумных сроков судопроизводства и принимать меры, предусмотренные ч. 4 ст. 29, ст. 117 УПК РФ, при рассмотрении соответствующей жалобы (по аналогии с такими полномочиями при рассмотрении судом ходатайств следователей на досудебном производстве).