Психологическая структура деятельности эксперта-почерковеда
М.В. Бобовкин
В.А. Ручкин
Н.А. Соловьева
Аннотация
В статье освещается психологическая структура деятельности эксперта-почерковеда, содержание которой образуют сложные внутренние (психические) процессы интеллектуального характера - коммуникативного, познавательного, волевого, нравственного и др.
Высказывается мнение, что научные исследования в этой сфере позволяют разработать оптимальный алгоритм решения задач судебно-почерковедческой экспертизы, другие формы использования специальных почерковедческих знаний и поэтому относятся к числу основных условий развития судебного почерковедения.
Основное внимание уделяется формированию версии (гипотезы) и внутреннего убеждения эксперта-почерковеда, так как именно эти психологические механизмы определяют и направляют ход исследования.
Делается вывод о том, что внутреннее убеждение эксперта-почерковеда имеет «сквозной» характер, так как формируется на всем протяжении решения задачи исследования. При этом на его содержание оказывают влияние не только объективные, но и субъективные факторы.
Ключевые слова: психологическая структура деятельности эксперта-почерковеда, внутренние (психические) процессы интеллектуального характера, судебное почерковедение, судебно-почерковедческая экспертиза, экспертная версия, внутреннее убеждение
Abstract
эксперт почерковед психический судебный
Psychological structure of activities of the handwriting expert
M.V. Bobovkin, V.A. Ruchki*, N.A. Solovieva
The article highlights the psychological structure of activities of the handwriting expert, the content of which is formed by complex internal (mental) processes of an intellectual nature - communicative, cognitive, volitional, moral, etc.
The opinion is expressed that scientific research in this area makes it possible to develop an optimal algorithm for solving the problems of forensic handwriting examination, other forms of using special handwriting knowledge and therefore are among the main conditions for the development of forensic handwriting studies.
The main attention is paid to the formation of the version (hypothesis) and inner conviction of the handwriting expert, since it is these psychological mechanisms that determine and direct the course of the research.
It is concluded that the inner conviction of a handwriting expert has a «crosscutting» character, as it is formed throughout the solution of the research problem. At the same time, its content is influenced not only by objective, but also by subjective factors.
Keywords: psychological structure of a handwriting expert's activity, internal (mental) processes of an intellectual nature, forensic handwriting, forensic handwriting examination, expert version, inner conviction
Основная часть
Исследование деятельности судебного эксперта-почерковеда во всех ее аспектах, включая особенности психологической структуры, является одной из центральных задач судебного почерковедения. Достижения в этой сфере позволяют установить оптимальные условия решения задач судебно-почерковедческой экспертизы и других форм использования специальных почерковедческих знаний. В целом они обусловлены не только психическими свойствами субъекта, но и спецификой его деятельности, в которой проявляются психологические особенности, свойственные:
1) любой деятельности человека;
2) определенному роду деятельности - по специальности «Судебная экспертиза»;
3) определенному виду и подвиду деятельности - по специализациям «Криминалистические экспертизы», «Судебно-почерковедческая экспертиза»;
4) определенному субъекту деятельности - эксперту-почерковеду.
Психологическая структура профессиональной деятельности эксперта-почерковеда наиболее четко выражается при производстве судебно-почерковедческой экспертизы - основной процессуальной формы использования его специальных знаний. Ее содержание образуют не только внешние (физические) действия эксперта, но и сложные внутренние (психические) процессы интеллектуального характера - коммуникативного, познавательного, волевого, нравственного и др.
В сфере коммуникации интеллектуальная деятельность эксперта-почерковеда направлена на взаимодействие с субъектами:
1) назначения и организации производства судебно-почерковедческой экспертизы - следователем, дознавателем, судьей, руководителем судебно-экспертного учреждения, его заместителями, начальником профильного структурного подразделения и т.д.;
2) другими экспертами - участниками производства комиссионной или комплексной судебно-почерковедческой экспертизы;
3) лицами - участниками процесса, которым в соответствии с законодательством Российской Федерации предоставлено право присутствовать при производстве судебной экспертизы.
В процессе вышеуказанной коммуникации реализуются индивидуально-психологические, поведенческие, нравственные особенности субъектов взаимоотношений, которые нужно учитывать в судебно-экспертной деятельности. Проявление таких свойств, как общительность, динамичность, самостоятельность, внушаемость, способность наладить контакт, может положительно или отрицательно сказаться на результатах исследования, включая оценочную деятельность эксперта. Например, когда одна из сторон имеет общепризнанный авторитет, большой практический опыт и высокий уровень квалификации, может возникнуть ситуация психологического давления вместо обычного профессионального сотрудничества.
Для познавательной деятельности эксперта-почерковеда характерными являются такие свойства мышления, как обобщенность, избирательность, осознанность, концентрация внимания, детализация, гибкость, критичность, напряженность, эври - стичность и др. На их основе при решении идентификационных и диагностических задач судебно-почерковедческой экспертизы реализуются процессы выявления, анализа, сравнения и оценки информативных признаков. При этом ведущая роль принадлежит версии (гипотезе) и внутреннему убеждению эксперта-почерковеда, так как именно эти психологические механизмы определяют и направляют ход исследования.
Экспертная версия является формой мышления и рассматривается в судебной экспертизе как разновидность частной гипотезы [1]. От последней она отличается спецификой формирования, проверки и использования.
Эксперт-почерковед при формировании версии использует все имеющиеся в его распоряжении материалы, имеющие отношение к предмету судебно-почерковедческой экспертизы. К ним относятся объективные данные:
1) ознакомления с материалами дела, поступившими на экспертизу (о предполагаемом исполнителе, условиях выполнения рукописи и т.д.);
2) осмотра (предварительного анализа) исследуемой рукописи;
3) осмотра (предварительного анализа) сравнительного материала;
4) предварительного сравнительного исследования;
5) предварительной оценки результатов исследования.
Указанные сведения имеют большей частью опережающий, «эвристический» характер, регулирующий поиск решения конкретной экспертной задачи. В результате складывается обоснованное предположительное суждение об основном результате задачи судебно-почерковедческой экспертизы и сопутствующих обстоятельствах, на основе которого планируется дальнейшее детальное исследование.
Различаются общие и частные версии эксперта-почерковеда. Общая версия - это предположительное (гипотетическое) суждение об основном результате решения задачи судебно-почерковедческой экспертизы. Частная версия содержит аналогичное суждение эксперта-почерковеда о промежуточном результате - сопутствующих обстоятельствах решения основной задачи судебно-почерковедческой экспертизы.
Как правило, при решении идентификационной задачи общей версией является предположение эксперта об исполнителе исследуемой рукописи, частной - об условиях ее выполнения. Примером общей версии в судебно-почерковедческой диагностике выступает предположение о выполнении рукописи в конкретной ситуации: внешняя обстановка письма, внутреннее состояние пишущего. Частной версией в ходе диагностического исследования при наличии сравнительных образцов может служить предположение о выполнении рукописи определенным лицом.
Общие и частные экспертные версии формируются в результате анализа информативных - идентификационных и диагностических признаков, получивших выражение в исследуемой рукописи и сравнительном материале. Частные версии вытекают из общей и подчинены ей.
Общих идентификационных версий, как правило, две. Первая (положительная) версия выдвигается в отношении предполагаемого исполнителя рукописи. Вторая (отрицательная) имеет противоположное содержание по отношению к первой и поэтому именуется контрверсией. Степень вероятности идентификационных экспертных версий и контрверсий об исполнителе рукописи определяется в процентном выражении. Например, он - 80%, не он - 20%.
Общие диагностические версии формируются в зависимости от специфики задачи исследования - общей, собственной, классификационной, ситуационной, хронографической (временной) и ее вида [2]. Частные диагностические версии обычно соотносятся с подвидом, группой и подгруппой исследования.
В частности, решение общей диагностической задачи характеризуется последовательным выдвижением двух общих и до шести частных экспертных версий. На уровне вида формируются общие версии об обычных (нормальных) или необычных условиях выполнения рукописи. На уровне подвида (в ситуации необычности) выдвигаются частные версии о временном или постоянном характере необычных условий письма. Далее на уровне группы формируются версии о естественном или искусственном характере необычности. На уровне подгруппы - о внутренней (функциональной) или внешней (обстановочной) необычности условий выполнения рукописи.
Степень вероятности диагностических экспертных версий и контрверсий об условиях выполнения рукописи также определяется в процентном выражении. Например, необычные условия - 90%, обычные - 10%.
При производстве многообъектных идентификационных и диагностических исследований письма и почерка число общих и частных экспертных версий увеличивается в зависимости от специфики (качества и количества) множества исследуемых рукописей и множества сравнительных материалов предполагаемых исполнителей, результатов группирования этих множеств и степени однородности их элементов.
Решение любой задачи судебно-почерковедческой экспертизы представляет собой сложноустроенный акт познавательной деятельности. В нем закономерно присутствуют аналитические и оценочные элементы. Аналитические выражают структуру предварительного и детального исследования в виде уяснения экспертной задачи, раздельного и сравнительного анализа информативных признаков и т.д. Оценочные элементы формируются на основе изучения сложившейся экспертной ситуации как общие и частные экспертные версии, а также выводы эксперта в определенной форме.
Экспертная ситуация характеризуется своеобразием комплекса совпадающих и различающихся информативных признаков. Она всегда имеет индивидуальный характер, поскольку соотносится с определенным видом, составом и объемом рукописи, условиями ее выполнения, сравнительным материалом и т.д. Анализ этих показателей составляет основу для формирования образа ситуации и ее оценки экспертом-почерковедом.
Между ситуацией и ее оценкой имеется зависимость, которая определяется алгоритмом - конкретной схемой действий эксперта-почерковеда на различных этапах производства экспертизы. В ходе предварительного исследования данные первоначального осмотра рукописи и сравнительных образцов используются для выдвижения экспертных версий и планирования процесса экспертизы. При детальном исследовании результаты всестороннего анализа, сравнения и оценки информативных признаков в представленном сравнительном материале выступают основой для формирования вывода эксперта-почерковеда о решении задачи исследования. В настоящее время эти закономерности получили научное обоснование, что позволяет их использовать в разработке методического потенциала судебно-почерковедческой экспертизы.
В свою очередь неукоснительное следование указанным методическим разработкам на практике создает предпосылки для формирования внутреннего убеждения эксперта-почерковеда. Это психологическое эмоционально-интеллектуальное состояние заключается в чувстве уверенности за правильность использования специальных знаний в области судебного почерковедения, оценки установленных в ходе исследования фактических данных и сделанных на их основе умозаключений.
Поскольку каждая судебно-почерковедческая экспертиза требует нового отношения (позиции) эксперта, внутреннее убеждение определяется «как свободное от внешнего принуждения и не связанное формальными предписаниями искание истины» [3]. Сущность внутреннего убеждения соотносится с принятием волевых решений, что объясняет большой научный и практический интерес к нему в судебно-экспертном сообществе (см.: [4-7]).
Внутреннее убеждение эксперта-почерковеда является объективно-субъективной категорией. В объективном аспекте оно складывается на основе всесторонней оценки фактических данных, полученных в ходе исследования. Главным образом к ним относятся качественные и количественные показатели раздельного и сравнительного анализа информативных признаков, определяющие сложившуюся в ходе исследования экспертную ситуацию.
Указанные обстоятельства имеют большое значение для решения задачи судебно-почерковедческой экспертизы, но еще не образуют доказательство по делу. При этом они выступают исходным материалом для его формирования в виде экспертного заключения. Поэтому оценка экспертом-почерковедом полученных в ходе исследования фактических данных не влечет за собой каких-либо правовых решений. Кроме того, законодательство Российской Федерации не относит эксперта к числу субъектов, оценивающих доказательства по внутреннему убеждению.
В связи с этим оценочная деятельность эксперта-почерковеда не совпадает с правовой оценкой доказательств. Однако психологический механизм, на котором она базируется, представляет собой не что иное, как внутреннее убеждение. Объективные принципы его формирования связаны с использованием специальных почерковедческих знаний и оценкой фактических данных - закономерностей почерка, установленных в ходе производства судебно-почерковедческой экспертизы.
На формирование внутреннего убеждения эксперта-почерковеда оказывают влияние не только объективные, но и субъективные факторы. Некоторые из них, такие как внушение, подражание, самоуверенность, могут отрицательно влиять на этот процесс даже при наличии соответствующих нравственных установок субъекта.