Статья: Просодическая реализация открытого и скрытого конфликта в политическом дискурсе

Открытый конфликт маркирован высокой силой звукового давления (70-79 дБ), высокой скоростью речи (120 мс), членением высказывания на короткие интонационные группы и сверхкраткими паузами (50-70 мс).

Очевидно, что открытый конфликт реализуется в основном в фрагментах дискурса, содержащих резкую критику оппозиции, обличение в бездействии, вызовах, и идентифицируется по просодическим характеристикам, присущим стадии пика конфликта. Просодический строй высказывания маркирует конфликтную установку говорящего и, в отсутствии иных контекстуальных маркеров, выступает единственным «стимулом» к адекватному ситуации «ответу» оппонента. Более того, на основании определенных просодических характеристик речи можно говорить о наличии глобального конфликта между оппонентами, т.е. о конфликтных взаимоотношениях между оппонентами вне ситуации актуального контекста. Таким образом, просодии отводится ключевая роль в дифференциации обычного «сбоя» в коммуникации и конфликта.

Скрытый конфликт

Значимость идентификации характеристик скрытого конфликта обусловлена тем фактом, что просодические характеристики скрытого конфликта придают взаимодействию деструктивный характер. Интен- циональная неоднозначность коммуникативного поведения одного из оппонентов усиливает вероятность продолжения конфронтации, т.е. закономерная после пика стадия спада замещается эскалацией нового этапа конфликта.

Скрытый конфликт, как правило, фиксируется на стадии эскалации конфронтации по ответной реакции оппонента. В ходе анализа однотипных ситуаций взаимодействия, когда высказывание коммуниканта порождает конфронтацию со стороны оппонента, были выявлены определенные просодические характеристики, которые компенсируют отсутствие лексико-грамматических конфликтогенов и маркируют конфликтный характер дискурса. Рассмотрим некоторые примеры (рис. 4-5).

It's Nearly in the yearj so calm down calm own you have N difficult times a headjj

Рис. 4. Интонограмма скрытого конфликта

It's early in the year, so calm down, calm down you have difficult times

Как показывает интонограмма (рис. 4), все интонационные группы высказывания характеризуются нисходящим мелодическим контуром. Ядерные элементы year, down, down, ahead маркированы низким нисходящим тоном, начало движения составляет 235, 202, 168, 205 Гц, пологого угла падения.

В ходе исследования была выявлена достаточно медленная скорость речи (230-250 мс), средние по длительности паузы (400-450 мс). Сила звукового давления варьируется в пределах 65-83 дБ. Следует отметить, что пиковые высокие показатели отмечаются в случаях «вмешательства» аудитории (эксплицитная реакция одобрения/неодобрения). Таким образом, графики указывают на нейтральную окраску высказывания. Однако, учитывая общий контекст взаимодействия, предыдущие и последующие высказывания депутата и его оппонента, можно утверждать, что реплики, оформленные в подобном ключе, обладают большим конфликтогенным потенциалом. Более того, рассматриваемый нами пример - призыв «успокоиться» - носит иронический характер, т.к. речь в данном фрагменте дискурса идет о серьезных проблемах, вызванных неэффективной политикой оппозиции. Совокупность всех этих факторов дифференцирует данное высказывание как реализацию скрытого конфликта.

Рассмотрим еще один пример (рис. 5), иллюстрирующий вывод о том, что нейтрально окрашенные высказывания в агональном дискурсе неоднозначны и интерпретация истинной иллокуции говорящего требует детального анализа окружающего контекста. В частности, нейтрально окрашенные высказывания, контрастирующие с экспрессивно окрашенным контекстом диктемы, содержат характеристики, указывающие на скрытый конфликт.

Рис. 5. Интонограмма скрытого конфликта

In October 2011 as I am sure the Prime Minister will remember this he and I walked shoulder to shoulder through the lobby

Как показывает интонограмма, речи коммуниканта соответствуют умеренные показатели ЧОТ, максимальные значения не превышают 290 Гц (начало постепенно нисходящей шкалы в первой интонационной группе). Начало высокого нисходяще-восходящего ядерного тона третьей интонационной группы также не отличается характерным для открытой конфликтогенности значением и установлено на отметке 250 Гц. Все ядерные элементы высказывания отличаются пологим углом падения (-1,5 пт/50мс) и в случае с восходящим тоном - пологим углом подъема (+0,5 пт/50 мс).

Была выявлена высокая сила звукового давления 70-80 дБ, причем пиковые показатели (77-80 дБ) отмечаются не только на ударных и ядерных элементах высказывания, но и на нейтральных фрагментах, что указывает на напряженность в поведении говорящего и на конфликтную составляющую высказывания.

Анализ темпорального компонента выявил умеренную скорость речи и преимущественно краткие паузы. При этом увеличение длительности паузы до 400 мс перед самой короткой третьей интонационной группой высказывания является одним из просодических маркеров конфликтогенности намерения говорящего. Следует отметить, что данному высказыванию предшествует экспрессивно окрашенное заявление оппонента о роли Великобритании в современной политике и в Евросоюзе. Более того, вся дискуссия оппонентов носит агональный характер ввиду постоянных взаимных обличений в бездействии и неэффективности политических решений. В подобном контексте рассматриваемое высказывание носит характер «мнимой уступки», больше вызванной не намерением примирения, а манипуляцией оппонентом и аудиторией; после «смягчения» противостояния оппонент снова переходит к обвинению, эскалирующему конфликтную реакцию премьер-министра.

Как показало исследование, указанные выше просодические характеристики являются частотными для данного оратора в ходе взаимодействия с оппонентами, особенно когда отсутствуют какие-либо явные предпосылки конфликта со стороны оппонента. Подобное просодическое оформление речи депутата провоцирует конфронтацию. Таким образом, на основании однотипности просодических моделей можно утверждать, что невысокие показатели ЧОТ, узкий диапазон, короткие интонационные группы, умеренная скорость, вариативность пауз, в частности, увеличение паузы перед выделением ключевого конфликтогена, являются индикаторами скрытого конфликта и выполняют роль конфликтогенов в отсутствии иных маркеров.

Выводы

Обобщение данных по просодическим составляющим в реализации открытого и закрытого конфликта представлены в табл. 1-5.

Таблица 1

Частотности употребления терминальных тонов в реализации открытого и скрытого конфликта

Таблица 2

Частотность употребления мелодических шкал в реализации открытого и скрытого конфликта

Таблица 3

Громкость в реализации открытого и скрытого конфликта

Таблица 4

Скорость речи в реализации открытого и скрытого конфликта

Таблица 5

Длительность пауз в реализации открытого и скрытого конфликта

В результате сопоставления просодических характеристик открытого и скрытого конфликта было выявлено, что основную роль в экспликации конфликта, в отсутствии других вербальных и невербальных факторов, играет вариативность тональных и темпоральных характеристик. Кроме того, как мы указывали ранее, динамические характеристики не являются объективными маркерами наличия конфликта. Следует признать, однако, незначительную разницу между просодическим рисунком открытого и скрытого конфликта, что указывает на ведущую роль просодии в эскалации конфликта. В обоих случаях конфликт маркирован просодическим контрастом конфликтосодержащего фрагмента и окружающего контекста. Таким образом, просодия усиливает действие конфликтного контекста ситуации.

Библиографический список / References

1. Анцупов, 1999 - Анцупов А.Я. Конфликтология: Учебник для вузов. М., f 1999. [Antsupov A.Ya. Konfliktologiya [Conflictology]. Moscow, 1999.]

2. Блох, 2000 - Блох М.Я. Теоретическая грамматика английского языка. М., 2000. [Blokh M.Ya. Teoreticheskaya grammatika angliyskogo yazyka [Theoretical grammar of the English language]. Moscow, 2000.]

3. Блохина, Потапова, 1982 - Блохина Л.П., Потапова Р.К. Методика анализа просодических характеристик речи. М., 1982. [Blokhina L.P., Potapova R.K. Metodika analiza prosodicheskih harakteristik rechi [Methods of analysis of speech prosody]. Moscow, 1982.]

4. Даниленко, 2006 - Даниленко О.А. Язык конфликта как объект лингвосоци- ологии // Социологические исследования. 2006. №4. С. 89-98. [Danilenko O.A. The language of conflict as an object of linguasociology. Sociologicheskije issledovanija. 2006. №4. Рр. 89-98.]

5. Дойч, 2001 - Дойч М. Конструктивное разрешение конфликтов: принципы, обучение и исследования // Психология конфликта: Хрестоматия / Сост. и ред. Н.В. Гришиной. СПб., 2001. [Deutsch M. Constructive conflict resolution: Principles, study and research. Psikhologija konflikta: Khrestomatija. N.V. Grishina (ed.). St. Petersburg, 2001.]

6. Сейранян, 2017 - Сейранян М.Ю. Конфликтный политический дискурс и его просодическая реализация (на материале политических дебатов в парламенте Великобритании): Дис. ... д-ра филол. наук. М., 2017. [Seiranian M.Yu. Konfliktnyy politicheskiy diskurs i ego prosodicheskaya realizatsiya (na materiale politicheskih debatov v parlamente Velikobritanii) [Conflict political discourse and its prosodic nature]. Dis. Dr. Hab. Moscow, 2017.]

7. Соколова и др., 2010 - Теоретическая фонетика английского языка / М.А. Соколова, И.С. Тихонова, Р.М. Тихонова, Е.Л. Фрейдина. Дубна, 2010. [Sokolova M.A., Tikhonova I.S., Tikhonova R.M., Freidina E.L. Teoreticheskaya fonetika angliyskogo yazyka [Theoretical phonetics of the English language]. Dubna, 2010.]

8. Третьякова, 2003 - Третьякова В.С. Конфликт как феномен языка и речи // Известия Уральского государственного университета. 2003. Вып. 14. № 27. С. 143-152. [Tretyakova V.S. Conflict as language and speech phenomenon. Izvestiya Ural'skogo gosudarstvennogo universiteta. 2003. Vol. 14. № 27. Pp. 143-152.]

9. Фрейдина, 2011 - Фрейдина Е.Л. Публичная речь и ее просодический строй: Монография. М., 2011. [Freidina E.L. Publichnaya rech' i ee prosodicheskii stroi [Public speech and its prosodic structure]. Moscow, 2011.]

10. Burton, 1990 - Burton J.W. Conflict: Resolution and prevention. New York, 1990.

11. Mayer, 1995 - Mayer R.J. Conflict management. Columbus, 1995.

12. Статья поступила в редакцию 20.04.2018 The article was received on 20.04.2018

13. Сейранян Маргарита Юрьевна - доктор филологических наук; доцент кафедры фонетики и лексики английского языка Института иностранных языков, Московский педагогический государственный университет

14. Seiranian Margarita Yu. - Dr. Phil. Hab.; Associate Professor at the Department of Phonetics and Vocabulary of the English Language of the Institute of Foreign Languages, Moscow Pedagogical State University